Оглянись вокруг

      В незадёрнутые до конца шторы пробивалось утреннее солнце. Сяо Чжань открыл глаза и рассматривал пылинки на свету. Кажется, организм успокоился, и течка прошла. Внутри ощущалось необъяснимое чувство. Пока он размышлял о состоянии, в комнату вошёл Ван Ибо. Сяо Чжань машинально натянул одеяло повыше, даже слегка закрывая лицо, в душе понимая, как глупо он выглядит. На Ибо были только шорты, и в глаза сразу бросались несколько потемневших и парочка свежих следов, которые Сяо Чжань же и оставил.       — Чжань-гэ, уже проснулся? Доброе утро. — Ибо присел на другой конец кровати, держа дистанцию.       Сяо Чжань пробубнил из-под одеяла пожелание доброго утра.       — Как самочувствие? Хочешь побыть один? — Улыбнулся альфа, пока Сяо Чжань размышлял. — Мне надо в студию… Если я не нужен тебе сейчас, я поеду, ладно?       Омега медленно кивнул и зарылся под одеяло с головой, не понимая, почему в тридцать лет так сильно смущается, учитывая, что сам же вытворял три дня подряд. Послышался лёгкий смешок, возня у шкафа, и через несколько минут захлопнулась входная дверь.       Сяо Чжань откинул одеяло и сел. Он осмотрел себя и постель: всё было чистое. Как и был голый, так и отправился в постирочную, где обнаружил работающую стиральную машинку. Он вернулся в спальню, заправил постель и пошёл в ванную умываться. Пока чистил зубы, стал осматривать своё тело, покрытое такими же засосами и укусами, как у Ван Ибо. Он прислушался к себе и не почувствовал ни боли, ни дискомфорта. Наоборот, рассматривая метки на коже, его губы расплывались в счастливой улыбке. Всё тело только и кричало о повторении.       Омега принял душ, надел домашнюю одежду и переложил чистые вещи из стиральной машины в сушильную. Так вот значит, Ибо какой: не только заботливый, но и хозяйственный.       На кухне стояла разогретая еда. Хоть и из доставки, но Сяо Чжань всё продолжал улыбаться. Он начал понимать то, что ощущалось в груди и разрасталось. Видимо, так называется счастье, смешанное со спокойствием и удовлетворением.       Наверное, поэтому ему хотелось побыть одному и погрузиться в ощущения. Понять, что делать дальше и к чему всё это их приведёт.       Ибо омеге нравился всегда, с первых встреч. Просто как человек: общительный, уверенный в себе, понимающий и энергичный. А после сложного периода восстановления, психолога, врачей, он ощутил и всю его сущность альфы. Понял, что попал, когда впервые после исчезновения метки вдохнул настоящий аромат Ван Ибо. Который вызывал такое сильное желание, которого никогда раньше не испытывал. Это вначале вообще пугало и настораживало. И если бы Ван Ибо напирал, Сяо Чжань точно бы сбежал.       Но тут альфа открылся как чуткий и заботливый друг. Он готов был терпеть, быть рядом и ждать. Просто ухаживать, не требуя ничего взамен. Сяо Чжань не мог не замечать, как тот смотрит. Такой взгляд не предназначался для друзей и приятелей. И омега был благодарен за то, как Ибо вёл себя с ним. Только в больнице альфа вспылил, когда Сяо Чжань делал вид, что не понимает о чём речь. Конечно, можно было и не надеяться, что Ван Ибо прекратит свои попытки. Но Сяо Чжань хотел, чтобы у Ибо была полноценная семья, а омега не мог ему этого дать.       Сяо Чжань доел кашу, выпил чай и вымыл посуду. Настроение заметно упало, когда мысли вернулись к больной теме. Ему была противна идея, чтобы привязать к себе человека и лишить самого важного. Он не готов был ради своей радости поступиться будущим Ибо.       Из раздумий его вытащило сообщение: Ван Ибо:

Мой дорогой гэ, если тебе нужно время побыть одному, то я готов его дать тебе. Но знай, что я очень хочу тебя поцеловать как можно скорее. Напиши, как захочешь, чтобы я пришёл.

Сяо Чжань:

Хорошо, Ибо. Спасибо.

      Сяо Чжань хотел поставить сердечко, но остановил себя. Он решил, что должен ещё многое обдумать и не спешить с решениями. И опять восхитился тем, насколько Ибо готов его ждать и насколько он понимает, что омеге сложно.       Спустя неделю после течки Сяо Чжань решил позвать Ибо на ужин. Уже некрасиво было столько времени игнорировать. После ужина альфа сам задал вопрос, видя как Сяо Чжань колеблется.       — Что тебя тревожит?       — Ибо, я не смогу подарить тебе детей… Да, это не обсуждают вот так сразу, но нам надо! Я не вынесу, если потом ты бросишь меня, когда придёт время. Лучше сразу, пока я не привык… — Тараторил Сяо Чжань.       — Тш-ш-ш. Остановись… — Ибо подошёл и обхватил щёки омеги большими ладонями. — Можешь просто сейчас не думать обо мне, а подумать о себе? Что ты хочешь?       — Ибо, это очень эгоистично… Я не могу!       — Можешь! Просто скажи, что ты хочешь? — Ибо упрямо смотрел в глаза и мягко поглаживал большими пальцами скулы Сяо Чжаня, ожидая честный ответ.       — Хочу быть с тобой! — Сяо Чжань сжал губы, не ожидая, что его желание так быстро вырвется наружу под взглядом альфы. — Бо-ди… — на глаза навернулись слёзы, когда альфа расплылся в счастливой улыбке.       Много раз на лице Ван Ибо были радость и удовлетворение, но настолько счастливым Сяо Чжань видел его впервые. Альфа сгрёб его в объятия и начал шептать:       — Чжань-гэ, гэ… Я так рад, что ты это сказал… Не думай ни о чем! Я знаю, о чём ты переживаешь… Но я взрослый, помнишь? Я сам принимаю решения. Ведь ты не скрывал от меня ничего, я знаю давно… — Сяо Чжань почувствовал, что Ибо всхлипывает. — Я два года сходил с ума, не зная где ты и что с тобой. Я не хочу тебя терять. Мы вместе что-нибудь придумаем, ладно? И я никогда не брошу тебя одного с твоими переживаниями.       Сяо Чжань почувствовал, что тоже начинает лить слёзы, поглаживая альфу по спине и успокаивая.       — Ладно, Бо-ди, хорошо, я понял… — Сяо Чжань зарылся носом в шею Ван Ибо, вдыхая его успокаивающий аромат и окутывая альфу своими феромонами.       Спустя ещё три недели Ибо ворвался в квартиру с радостной новостью об отпуске.       — Гэ, мы поедем в Европу!       — Что? — Чжань округлил глаза. — Какая Европа? Какой отпуск? У меня работа...       — Я уже договорился... Тебя отпустят.       — Меня что? Ибо!       — Илэй подтвердила.       — Вот же... А я думаю, чего она так загадочно улыбалась... — Сяо Чжань задумчиво потёр шею.       — Мгм, завтра вылетаем.       — Завтра? Ибо... а Орешек?       — И с этим я разобрался. Друзья будут заходить, пока нас не будет.       — Я в шоке...       — Но ты рад?       — Я убью тебя. Что за спешка?       — Просто хочу, чтобы ты отдохнул, гэ. — Ибо обнял Сяо Чжаня и мягко поцеловал.       С тех пор, как прошла течка, Сяо Чжань вёл себя скромно. Разрешал целовать, но дальше не заходил. Ван Ибо и это устраивало. Он был на седьмом небе от счастья, что омега позволил ему быть рядом. Каждый раз утыкался в шею, вдыхая аромат груши и наслаждаясь моментами близости.       Оставив инструкции по уходу за Орешек, Ван Ибо и Сяо Чжань вылетели в Германию. Всё было так стремительно, что омега даже не успевал осознавать происходящее.       Они заселились в отеле, гуляли по европейским улочкам, ели вкусную еду и много смеялись. Ибо вечно подкалывал Сяо Чжаня, что тот каждый час хочет есть, а омега не понимал, почему в Европе у него такой аппетит. Наверное, сказывались длинные прогулки и новые впечатления.       В один из дней они переместились в другой город, Ибо привёз его на аэродром, и на вертолёте они облетали окрестности. В какой то момент Сяо Чжань чуть не задохнулся в эмоциях: внизу простирались виды с той самой фотографии.       — Бо-ди, это же...       — Да, гэ, тот самый вид.       — А мы..       — Поедем туда на машине, я уже забронировал.       Сяо Чжань смотрел сквозь стекло и не мог поверить: фотография с выставки ожила, и теперь он видел извилистую дорожку в лесу вживую. Сознание подсказывало, что жизнь повернулась как раз так, как нужно. Жизнь как у Ибо, которую он так хотел, теперь, кажется, была и у него. Нет больше локомотива, несущего его в неизвестность. Теперь он видел жизнь такой, какая она есть. Мог рассмотреть любую деталь, наслаждаться и не бояться, что всё интересное проносится мимо.       Когда они ехали по тому самому лесу, дыхание перехватывало. Ибо остановил машину на одном из поворотов, где был карман для парковки и предложил выйти. Высокие сосны возвышались могучими исполинами в небо, покрытые снежными шапками. Сяо Чжань так залюбовался, что даже не заметил стоящего перед ним на коленях Ван Ибо.       — Чжань-гэ...       — Ибо! Зачем ты встал на колени, встань! Простудишься... Ты...       — Сяо Чжань, выходи за меня. — Ибо протянул коробочку. — На ту фотографию ты сказал, что хочешь жить, наслаждаясь всеми поворотами... Мы не знаем, что нас ждёт дальше, но я хочу сопровождать тебя... Что такое? Что за...       Как в самых глупых комедиях, у Сяо Чжаня от искреннего восторга до нелепости прошла пара секунд... Он почувствовал резкую тошноту и, вместо романтичного принятия (возможно) кольца, убежал в сторону кустов. Ван Ибо последовал за ним.