Panic

У Лайта безудержно колотится сердце. Первое время работать с командой расследования было ему только в радость: команда умнейших детективов, простодушно позволявшая Лайту водить себя за нос и без каких-либо проблем уводить от себя подозрение. Сейчас же Лайт не может заснуть, ему никак не удаётся унять собственное сердцебиение. У него отдышка — он жадно глотает воздух. Слабость давит на него, руки дрожат. Он поглощён мыслями о собственном разоблачении. Когда это случится — вопрос времени. По пути в офис расследования Лайт решает зайти в ванну. Там он выкручивает кран с холодной водой и споласкивает лицо. Вид в зеркале оставляет желать лучшего. Вода ничуть не помогла и только залила его волосы. Опершись на раковину, он тяжело дышал, пытаясь состряпать здравомыслящее выражение лица. Позади него с молчаливой улыбкой, как и всегда, стоял Рюк. Его эта сцена не особо заботит. Если Лайта раскроют, будет даже интереснее. На его стороне больше никого нет. Лайта едва держат ноги — в таком виде нельзя объявляться перед командой. Взвешивая все риски, он всё же переступает через порог. — Выглядишь встревоженным, — подмечает Эл, надрывая и без того малую уверенность парня. — Да, мне тоже показалось, что ты в последнее время весь на нервах, — добавил Мацуда, — Всё хорошо? Отец Лайта оглядел сына с другого конца комнаты. «Всё в полном порядке», — с улыбкой сказал Лайт, стараясь скрыть ужас, вызванный пристальными взглядами, прикованными к нему. Сначала они замечают подобные мелочи, а потом что..? Пока разговор свернул в сторону нового потенциального подозреваемого, Лайт всеми силами старался игнорировать оглушающие удары собственного сердца. Ему не на шутку казалось, что детективы тоже слышат их, так сильно оно вырывалось из груди. «Если тебя что-то беспокоит, я бы хотел об этом знать», — задерживая любопытный взгляд на Лайте, сказал Эл. Ну уж Эл-то точно хотел бы знать, кто бы сомневался. Почему он не может просто оставить парня в покое? «Ничего, стоящего твоего внимания», — ответил Лайт. Глаза Эл округлились, и парень уже успел пожалеть о сказанном. Теперь Эл знает, что что-то всё-таки точно стоит его внимания и ни за что не успокоится, пока не выяснит, что именно. — Не прочь сделать перерыв и пройтись до кафе на другой стороне улицы? Это не вопрос. Ни разу. Лайт хотел было отказаться, но это заставило бы его выглядеть излишне уклончивым. «Конечно», — сказал он, находя преимущество в том, чтобы продолжить разговор с Эл наедине, подальше от глаз любопытной публики. На выходе из здания Лайт уже рассматривал всевозможные варианты своего плана действий. Сердце дрожит, как овечий хвост. Это сбивает все его мысли, но ему придётся попытаться. Он не сможет отделаться от Эл, просто настояв на том, что всё нормально. Он должен что-то придумать. Они присаживаются за столик; Эл приносят клубничный чизкейк, Лайту — чёрный кофе. — Мне сложно в этом признаться, но я очень переживаю из-за своих экзаменов, — сказал Лайт, отнимая у Эл возможность начать «допрос». — Экзамены.? Ох, разумеется… — Знаю, мне не следует волноваться. Все ждут, что я сдам каждый из предметов на высший балл, но меня не покидает мысль о том, что будет, если я провалюсь… Сделав маленький укус, детектив поднял глаза на Лайта: — Я тебя слушаю, — сказал Эл, когда парень вдруг умолк. — Я знаю, что всё это бред, но просто не могу перестать об этом думать. Моя семья, друзья, почти все! Смогут ли они понять меня? Я работаю в поте лица, но понимают ли они это? Если я провалюсь, никто из них не будет смотреть на меня так, как раньше. Я буду отвергнут. Эл серьёзно посмотрел на него, и на секунду Лайту показалось, что он наговорил лишнего. — Ты — это нечто большее, чем твои оценки, Лайт. — Разве? Я посвятил им самого себя. Эл кладёт в рот ещё один кусочек и кивает головой: «Я ни капли не сомневаюсь, что ты отлично сдашь все свои экзамены». — Но что, если нет?! — неожиданно для самого себя, вскрикивает Лайт. — У тебя всегда будет выбор. И я говорю не только о связях твоего отца. С моими рекомендациями для тебя будут открыты любые двери. — Спасибо тебе, — проговорил Лайт. Хотя если его так и не поймают, в этом едва ли будет необходимость. Но попытку Эл успокоить его он всё-таки оценил. — Последний год в школе всегда самый сложный, но это пройдёт. Дальше будет легче, — сказал Эл, когда они уже собирались уходить. Лайт осторожно убирает упавшую на глаза чёлку: —Правда? — Нет. С точки зрения статистики это неверное утверждение, да и жизнь у меня необычная. О чём я могу судить? Когда они вышли на оживлённую улицу и направились к переходу, Лайт подумал, что его жизнь тоже необычная. Тетрадь Смерти внесла в неё необратимые изменения. Он и сам не заметил, как сильно изменился, пока менял мир. В его жизни больше нет места ни отдыху, ни покою. Пока лёд под его ногами становится лишь тоньше, он всё сильнее тянется к заветной цели, заметая за собой все следы. Когда он думает, что так и пройдет вся его жизнь, у него замирает дыхание. Внезапно всё начинает казаться совершенно непреодолимым. Уже поздно идти на попятную — от долга перед человечеством никуда не деться! Он в капкане, челюсти которого захлопнулись. Внезапно, руки Эл обхватывают Лайта, притягивая его в объятья. Он возвращается в реальность. Сперва Лайт очень смутился такому явному проявлению привязанности на публике, но затем решил позволить себе расслабиться. Он подается вперёд и слегка прижимается к нему, смыкая ладони за его спиной. Должно быть, Эл заметил, что у того случилась небольшая паническая атака и захотел успокоить его. Заслужил ли он это? Неважно. Он без раздумий примет это. Люди вокруг них начинают идти, и они понимают, что на светофоре загорелся зелёный свет. Эл выпускает его из объятий, мягко касаясь его руки, после чего двое пересекают улицу. Одного разговора с объятьями не достаточно, чтобы заставить панические атаки Лайта исчезнуть, зато его повышенная тревожность теперь полностью оправдана в глазах Эл. Ему нужно ещё тщательнее следить за тем, что он говорит Эл. Они не на одной стороне. Они не друзья. Он должен держать это в голове. Может, в другой вселенной они и могли бы быть друзьями, однако в этой им остаётся только делать вид.