Gifts and Notes

Джисон замечает, что каждое утро, когда он приходит в школу с Сынмином – его лучшим другом и соседом по парте – на его парте постоянно оказываются разные предметы. Будь то молоко, чипсы, шоколад или булочка – оно всегда ожидает его каждое утро с простой запиской. «Ты такой сладкий, что у меня болят зубы», — читает Сынмин, когда садится за парту. — Как ты думаешь, кто это? — Я не уверен, — Джисон делает то же самое. В этот раз предмет на парте был хорошо упакован и перевязан ленточкой, и, когда Джисон открыл свой подарок, из коробки показалась красивая красная роза из шоколада. — Кто бы это ни был, он знает, что мне нравится, — Джисон остановился и взглянул на Сынмина с распахнутыми глазами. — Это ведь не ты, да? — пошутил он. Лицо Сынмина исказилось в отвращении, и он нахмурился. — Это самое отвратительное, что я когда-либо слышал из твоих уст. Во-первых, я прихожу и ухожу из школы в одно время с тобой, потому что мы живём по соседству. Во-вторых, фу, ты знаешь, что мне нравится Чонин. Джисон рассмеялся, когда откусил кусок шоколада. Он был очень хорош, и кто бы ни дал ему то, что похоже на приготовленный дома шоколад, этот человек заставил его почувствовать тепло внутри. Он взял записку на стикере и приклеил её в свою тетрадь, где хранил остальные. *** На следующее утро снова лежал хорошо упакованный теперь уже брауни с запиской, которая гласила: «Не моя вина, что я влюбился в тебя, ты просто сразил меня наповал. P.S. Сделано с любовью». — Думаешь, это Феликс? — спросил Джисон Сынмина. Сынмин пожал плечами, открыл свою тетрадь и начал выполнять задания. — Может, тебе стоит просто спросить его, он твой друг. Джисон спросил Феликса в тот же день, на что Феликс ответил: — Нет, хоть я и считаю тебя милым, но Джисон, я буквально встречаюсь с Хёнджином. Хорошо. Получается это был и не Сынмин, и не Феликс, и теперь Джисон умирал от любопытства по поводу своего тайного поклонника. Так что у него была миссия выяснить, кто же это. *** Две недели спустя Джисону это надоело. Он проснулся ни свет ни заря и быстро отправил Сынмину сообщение, чтобы дать знать, что он не пойдёт сегодня с ним в школу, так как ему нужно кое о чём позаботиться. Его телефон показывает 6:30 утра, когда он приходит в школу. На удивление, предмет уже лежит на парте. Кто, чёрт возьми, встаёт так рано, чтобы просто оставлять подарки на парте, думает Джисон. Он берёт стикер, приклеенный к упаковке молока. «Я бы никогда не стал играть с тобой в прятки, потому что сложно найти такого, как ты», — читает он. — И поэтому ты решил прятаться от меня. *** — Так тебе удалось поймать того, кто оставляет тебе записки и подарки каждое утро? — спрашивает Сынмин после урока математики. Сейчас было время обеда, так что они убирали книги и всё остальное с парты. Когда они взяли еду, они пошли к своему обеденному столику, заметив, что Хёнджин, Феликс и Чонин уже их ждут. — Нет, но собираюсь это выяснить, — Феликс помахал им, пока они шли к столу. Чонин смущённо улыбнулся Сынмину перед тем как повернуться обратно к Хёнджину напротив, и Хёнджин тоже им помахал. — Джисон, я думаю, я догадываюсь, кто оставляет всё это на твоей парте, — взволнованно сказал Феликс, пока Джисон занимал место рядом с ним. — Я пришёл сегодня в школу примерно в восемь сорок пять, ну, ты знаешь, я дежурный; и я врезался в троих старшеклассников, пока мыл пол. Они стояли перед твоим классом, пока не заметили меня и не ушли. — Кто это был? — спросил Хёнджин. Феликс улыбнулся ему перед тем, как посмотреть на Джисона, который слушал с глазами, полными любопытства. — Бан Чан, Ли Минхо и Со Чанбин. — Что? — Джисон подпрыгнул на месте от удивления. — С чего вдруг эти три горячих старшеклассника даже просто заметили, а уж тем более заинтересовались кем-то, вроде меня? Дело в том, что Чан, Минхо и Чанбин очень популярны среди учеников не только потому, что они представляют школу своими способностями в спорте: Чан – капитан команды пловцов, а Минхо и Чанбин – футбольные капитаны; но и потому, что они участники студсовета. Двое из – них президент и вице-президент школы, а третий – староста класса. Не может быть, чтобы кто-то, похожий на них, обратил бы внимание на Джисона. — Тебе должно быть показалось, Ликс. Потому что не может быть, что это кто-то из них, — Джисон откинулся на стуле, не веря тому, что сказал Феликс. — С какого это хера? — Потому что, Феликс, посмотри на них, — Джисон указал на группу старшеклассников, которых он наконец заметил, и вскочил со стула. Они были окружены кучей учеников, но все трое уже смотрели на него, что-то шепча друг другу, что вынудило Джисона сесть обратно и избегать взгляда в их сторону. — И посмотри на меня, — тихо продолжил Джисон, сравнивая себя с тремя старшеклассниками. — Что с тобой не так? Джисон, ты просто нелепый. Ты милый, ты по-своему привлекателен, так что просто то, что старшаки горячие, не значит, что ты им не ровня, — остальные ребята поддакнули тому, что сказал Феликс. — Я знаю, что ты бываешь не уверен в себе, но я тебе гарантирую, что это они. Я не разглядел, кто именно держал молоко, но это точно был один из них. Я бы тебе не соврал. Феликс подвинулся к Джисону и затянул его в объятие, а Джисон просто выдохнул от прикосновения. — Прости. — Т-ш-ш, всё нормально. *** Остаток дня Джисон даже не следил за тем, что происходило на последних двух уроках. Мысли были заняты тем, что сказал Феликс на обеде. Ему бы следовало радоваться, что один из старшеклассников обратил на него внимание, но он просто не мог не переживать из-за этого. Хотя, по секрету, Джисон в тайне надеялся, что его заметил именно Минхо. Потому что, как и каждый ученик их школы, он засматривался на Минхо. Минхо нравился многим, у него сильная харизма, он горячий и потрясающий. Минхо, который всегда улыбается ему, когда они проходят мимо друг друга; Минхо, который подкармливает бездомных кошек за школой, когда думает, что никто не видит; Минхо, который заботится о ребятах помладше; и, наконец, Минхо, в которого Джисон влюблён с первого года старшей школы, который помог подобрать ему учебники, когда они столкнулись. — Джисон, прекращай, — Джисон понял, что всё это время он тряс парту своей неугомонной ногой. — Прости. — Бан Чан тебя ищет, — сказал Сынмин, указывая ему за спину. Джисон посмотрел через Сынмина и увидел Чана, стоящего в дверях с нервной улыбкой на лице, и, когда Джисон посмотрел на него, он помахал. О чёрт. Подумал Джисон, когда его сердце заколотилось от вида Чана. Понятное дело, не потому что он ему нравился, а потому что ему нравился его друг. Хоть Джисон и не стал бы отрицать, как горячо выглядел Чан и его бицепсы под тесной школьной формой, он был больше по бёдрам. Джисон нервно глянул на Сынмина перед тем, как направиться к Чану, который теперь выпрямился, всё ещё вежливо и неловко улыбаясь Джисону. — Привет, Джисон. — П-привет, — отвечает Джисон, нервно почёсывая шею и робко подходя к Чану, что заставило того усмехнуться над его действиями. — Не волнуйся, Джисон. Я не кусаюсь. Пошли, — странно. Джисон не успел ничего спросить, как его уже потянули за запястье, чему он поддался. Другие ученики в коридоре увидели, что происходит, и начали перешёптываться, что создало шум. Потому что с чего бы такому горячему старшекласснику, как Бан Чан, тусоваться с кем-то, вроде Джисона? — М-можешь хотя бы сказать, куда ты меня тащишь? — запнулся Джисон. Чан взглянул на него с улыбкой. — Ты увидишь. Джисон не успел ничего понять, как уже оказался на футбольном поле. Прямо в центре. — Эм-м, ты мог бы мне объяснить, что происходит? — Он осмотрелся по сторонам, не замечая никого, кроме своих друзей и, может, ещё Чанбина на трибунах. Он увидел, как Чан уходит, дав пять кому-то, кто очень похож на Минхо. Джисон застыл на месте. Его сердцебиение снова участилось. Потому что в этот раз Минхо шёл ему навстречу с ухмылкой на лице. Остановившись в нескольких дюймах перед Джисоном и мило наклонив голову. — Привет, — сказал он. Джисон мог услышать волнение в его голосе. — Прости, что Чану пришлось притащить тебя сюда. Я собирался это сделать, но был занят тогда, готовя кое-что для тебя. Ты, наверное, в замешательстве от того, что происходит, но сначала вот, — сказав это, Минхо достал из-за спины что-то, что похоже было букетом и шоколадками, красиво упакованными и прикреплёнными позади красных тюльпанов. — Я знаю, насколько ты любишь шоколад, и так вышло, что я знаю и то, что тебе нравятся цветы, Джисон, — застенчиво сказал Минхо, почёсывая уши от смущения, так как они стали практически цвета тюльпанов перед ним. Он протянул букет Джисону в руки, и младший обхватил их, спрятав. Джисон уставился на Минхо, не веря своим ушам и глазам. Минхо, красивый Минхо, уверенный Минхо, застенчиво стоял тут, не зная, куда деть глаза, но всё ещё нервно стоял с букетом из конфет и тюльпанов и говорил Джисону, что он сделал это для него. Какой бы розыгрыш друзья ни хотели ему устроить, пусть он поскорее закончится. Потому что он бы лучше расстроился прежде, чем это зайдёт слишком далеко. — Я не знал, что ещё подарить тебе, когда решил признаться… — признаться? Признаться кому? Мозг Джисона не соображал. Он не понимал, что происходит. Он был в панике. Его сердце колотилось, пульс ускорился, и он чувствовал, что не может дышать, потому что не может быть, что Минхо стоит перед ним, собираясь признаться с, как Джисон предполагает, красными тюльпанами и шоколадом для него. — Ты мне очень нравишься, Джисон. Да. Это действительно только что вылетело из уст старшего. Джисон не мог поверить своим ушам. — Долгое время, с того момента, когда мой взгляд упал на тебя в тот день. Я начинал уставать от того, что ничего не мог с этим сделать, так что решил оставить подарок и записку. Я боялся, конечно. Твоей реакции. Но потом я увидел, как твоё лицо загорелось, когда я снова проходил мимо, и как на твоих щеках появился милый румянец, когда ты прочитал записку, и не смог остановиться. Я продолжил, и это стало утренней рутиной для меня, — Джисон уставился на старшего с распахнутыми глазами. Он мог почувствовать, как жар поднимается по шее и щекам. Его сердце всё ещё быстро билось от самого Минхо и от признания. — Но потом ты стал встревоженным, — продолжил Минхо. — Я волновался, но всё-таки хотел, чтобы ты знал. Так что я решил перестать скрываться и вытащить тебя сюда, чтобы ты узнал, что это я, Ли Минхо, оставлял тебе подарки и записки. Когда Джисон не ответил, мягкий и застенчивый взгляд Минхо сменился паникой. Джисон не был уверен, как он должен был отреагировать или ответить сейчас. Всё ещё застывший на месте, он пытался переварить всё, что Минхо только что сказал. Он… нравился Минхо. Горячему, сексуальному капитану футбольной команды, в которого он влюблён с первого года старшей школы. — Ты можешь отказать мне, конечно, ты не обязан соглашаться или ещё что-то, только потому что я старше. Я-, — Джисон неожиданно прервал Минхо поцелуем в губы. Пока Минхо не успел осознать, Джисон отстранился и застенчиво улыбнулся Минхо. — Я- спасибо тебе. За шоколад и цветы. За подарки и записки, — начал Джисон, беря руку Минхо в свою трясущуюся. — Мне они очень понравились. И, так вышло, что и ты мне очень-очень нравишься. Моё сердце чуть не ушло в пятки, когда я увидел, что Чан стоит в дверях, потому что я подумал, что это он собирается мне признаться, — это заставляет Минхо рассмеяться, и Джисон находит этот звук абсолютно очаровательным. Минхо притягивает Джисона для объятия, осторожно, чтобы не сломать шоколад, и позволив им вдохнуть запах друг друга. Минхо пах, как свежий цитрус с небольшим оттенком пота. В то время как Джисон, наверное, вонял, учитывая пот, стекающий по шее и лбу от того, насколько он нервничал. Они отстраняются, чтобы посмотреть друг другу в глаза, и Минхо шепчет — Я могу поцеловать тебя, Джисон? — Да, пожалуйста, — в следующее мгновение губы Минхо уже накрыли губы Джисона; медленно, мягко и нежно, он положил одну руку на талию младшего, а другую завёл ему за голову. — Будь моим парнем, — лбы прижаты друг к другу, они улыбаются, а потом Джисон шепчет конечно и затягивает Минхо в ещё один поцелуй. Сегодня самый лучший день, о котором Джисон когда-либо мог мечтать. Его тайный поклонник оказался его давней влюблённостью, а теперь парнем, мягкие губы которого он сейчас целует. Он чувствует себя самым счастливым на Земле. — Нет, это я счастливчик, — он понимает, что, видимо, сказал это вслух, но всё в порядке, потому что Минхо притянул его ближе, и где-то вдалеке – скорее всего его друзья – кричат и визжат, или, может, подбадривают их; но он слишком сосредоточен на сладких губах Минхо, чтобы волноваться об этом.