В дружеских объятьях

— Хён, ты меня смущаешь своими предложениями…- со сдавленным смехом проговорил Джисон в телефон, говоря со своим хёном. — Сонииии, ну приходи, посмотрим дорамку, какую ты захочешь, обещаю — больше пугать не буду — с ехидной ухмылкой проговорил Минхо. Он всегда пугал младшего просмотрами страшных фильмов, тот вжимался в старшего, зарываясь руками в волосы и тихо дыша в шею, немного прискуливая. Это заводило Хо, до дрожи в коленях, а в животе завязывался маленький узел возбуждения при таких действиях Хана. Он любил его, любил всем сердцем, оберегал, и боялся потерять его белку, маленького солнышка… Он любил его ухмылку, улыбку, его выражение лица, ведь все заводило его не только тело, но и сердце. Минхо-хён был для него лучшим другом на протяжении всего курса, с момента как он увидел хёна в танцевальном зале, и тот танцевал свою хореографию… Для Джисона это было лучшим моментом в его жизни и с тех пор он влюблен в своего хёна. Он тщательно скрывал это от него, держа дистанцию, и всякий раз, возбуждаясь от тех или иных движений старшего, разговоров, ухмылок. Недолго думая, Джисон стал собираться к старшему на ночёвку. Они часто проводили время вместе: смотрели кино и сериалы, гуляли в парке, ходили в кафе и рестораны, но все это они делали как друзья, что очень не нравилось Хану. Сегодня он решил, что сможет решить друг он ему и будущий муж. Надел Сони полупрозрачную футболку тёмно-синего цвета, прикрыв руки лёгкой джинсовкой, кожаные облегающие штаны- в таком виде он ни разу не появлялся перед Хёном и сегодня поймет — хочет его старший или нет. Он решительно готов оседлать своего возлюбленного. Вызвав такси, он быстро добрался до любимого дома, дома Минхо. Хан долго стоял напротив двери, не зная как зайти, и вдруг замок тихонько щелкает и из двери показывается голова. — Хани, ты чего стоишь, захо… — Хо оборвался на полуслове, увидев, что одел младший, глаза его мгновенно потемнели, руки напряглись, а на лбу выскочила мало заметная венка… — Я… я просто … да уже неважно. — тихо проговорил Джисон, легко взглянув на старшего, и прошел в квартиру. Там его встретил кошачий хор. Суни, Дуни и Дори вышли увидеть своего второго хозяина, который так часто появлялся у них дома. Иногда Хан кормил Котов пока старший был в разъездах по стране, давая уроки танцев в разных студиях. Пройдя в глубь квартиры, Джисон сел на диван, а Минхо рядом. Хан не мог ровно дышать рядом с ним, каждая частичка тела говорила ему сесть между этих чертовых прекрасных бёдер, на которых надеты короткие домашние шортики. — О чем думаешь, Хани? — с той наглой и ехидной ухмылкой говорит старший. Он уже давно замечал голодные взгляды Хана на себе, но и сам он часто любовался младшим: его тонкое и аккуратное тело, которое он чувствовал, как только обнимал его так и манило притянуть за талию, почувствовать всем телом, усадить на колени и расцеловать каждый миллиметр прекрасной шеи и ключиц, оставив на них себя и свою любовь. Взор Минхо пал на пухлые нежно-розовые губы, окруженные милыми беличьими щечками, которые так хочется расцеловать. Его всего хочется взять, обнять, поцеловать и сделать своим… Но Хани не ответил на вопрос старшего, а резко впился в его губы, сминая поочередно каждую, немного покусывая, а после слизывая стекающие по подбородку капельки крови. Хён опешил от таких действий младшего, но быстро начал грубо отвечать, углубляя поцелуй, войдя в маленький рот Хана, языки парней нашли друг друга и стали жадно изучать. Хо медленно блуждал по телу Сони, задевая чувствительные точки, от которых младший тихонько постанывал, одна из рук старшего двигалась вниз, легко поглаживая живот. Джисон накрывал руки своего хёна и медленно направлял их поверх своего паха, намекая на более близкое продолжение. Оторвавшийся от заветных губ, Джисон стал выцеловывать шею старшего, Минхо вздрогнул, когда почувствовал горячий язык своего Сони, проходящий по его ключицам и, уходя ниже и ниже, переходя к внутренним частям бедер, от чего у старшего начала кружиться голова, а ноги нервно подрагивать и он громко и грубо простонал, слегка дернув Джисона за волосы… Младший опустился на колени и медленно поднял голову, чтобы посмотреть в глаза хёну, для разрешения продолжения. — Можно я…? — показывая глазами на бедра старшего, как тот понял его и без слов, кивая, расправляясь с шортами и боксёрами, открывая младшему прекрасный вид на член старшего. Такой милый и умоляющий Хан Джисон привлекал и возбуждал его еще больше. Минхо готов был уже кончить от такого вида и касаний младшего. Хан не мог не восхититься видом его аккуратного, довольно крупного члена. Он облизывал его, причмокивая и поскуливая, желая большего, скользил губами по гладкой возбужденной коже, ощущая себя в гипнозе накаченного красивого тела и прекрасных сапфировых глаз хёна, которые потемнели от пелены возбуждения и животной страсти… Он готов был кончить от томных вздохов и тихих стонов Минхо, от его бёдер, дрожащих под его ртом — каждое движение старшего вызывало у него бурю эмоций и истинное наслаждение, но узел завязывающийся внизу живота просил о большем, и Джисон начал сильнее скулить. Опираясь одной рукой о диван, немного привставая, вторую старший положил на голову Хана, немного сжимая его светлые волосы, часто и аккуратно толкаясь бёдрами в рот младшего, как бы боясь сделать ему больно. — Хё…ё.н, прошу… — Что такое, Хани? — на выдохе прошептал Хо. Он вытащил член из прекрасного ротика своего малыша, и резко отстранился, отчего Джисон едва не проскулил, но в следующую секунду руки Минхо подхватывают его и тянут вверх — к себе на колени и губы начинают вылизывать ключицы, выцеловывая и прикусывая тонкую кожу, оставляя багровые отметины, из которых потихоньку сочилась кровь, которую Хо так успешно слизывал. Младший от таких действий еще громче застонал и извился в руках Ли. — Если мой Сони не скажет чего хочет, то папочка не сможет ему помочь. — с любимой ухмылкой проговорил старший и резко отстранившись прекратил все действия, от чего Джисон громко заскулил. — Прошу… я… хочу тебя… в себе…папочка… И после этого Минхо сносит крышу, он резко срывает с младшего штаны, отодвигает ненужную ткань и резко вводит два пальца, растягивая узкое кольцо мышц. Хан громко простонал в губы хёна и стал сам насаживаться на пальцы, прося большего. — Мой Джисони, достаточно растянут, чтобы принять папочку? — Да…. Прошу… — давясь собственным стоном, проговорил Джисон. Минхо вынул пальцы и быстро заменил их своим членом, который был внушительных размеров для дырочки малыша Джисони, от чего он ярко вскрикнул и медленно насадился на член старшего, принимая его глубоко в себя, задевая все чувствительные точки. — хён, прошу…не останавливайся, я уже скоро … — резко простонал младший. — И я, милый, ты прекрасен… В комнате слышались громкие шлепки двух разгоряченных тел близких друзей, которые вряд ли ими останутся. Стоны становились все громче и громче, показывая, что скоро будет развязка. Джисон громко вскрикнул, почувствовал горячие руки, сминающих ягодицы, они приподнимали и опускали его, ускоряя темп. Оргазм настигал каждого с бешеной скоростью, первым Хани излился на живот старшего, громко вскрикнув, все еще ощущая в себе его член и толчки, они были грубыми и сводили маленького Хани с ума. — Пожалуйста…. Хён… в меня… Старший не мог ослушаться своего Сони и после 5 новых толчков, Хан почувствовал в себе оргазм хёна. Минхо аккуратно вышел из Хана, который лежал у него на груди, уставший и без сил. — Это было прекрасно, Хани… — Я…я люблю тебя, Хён… — уже в полудрёме прошептал Хан. — И я люблю тебя, мой маленький Сони, будешь моим парнем…? — все еще с робостью спросил Хо. И получил тихое, едва различимое «Да», прежде чем младший погрузился в сон…