Случайная встреча

Матвей не знал, чем себя занять, пока брат разбирался с бумагами. Ему было чертовски скучно сидеть в машине перед уже осточертевшим зданием городской поликлиники и листать тупую инсту Макаровой, где мелькали лишь фотографии еды и новых бикини. Он бы предпочел видеть эти бикини на том же Антохе. Представив себе друга в бикини, Матвей нервно прыснул и убрал телефон. Пора было уже вытаскивать Миху из его берлоги. С решительным настроем положить конец беспредельно долгому ожиданию Матвей выбрался из машины и направился к зданию. Миновав небольшую, но ухоженную территорию, он взобрался по ступенькам и вскоре оказался в просторном, прохладном холле, где работали кондиционеры. — Теть Маш, Миха еще у себя? — заметив уборщицу, выходившую из лифта, бросил Матвей на ходу. — Был там пять минут назад. Засиделся он что-то, — проворчала пожилая женщина. — Сейчас выкурим, — пообещал Матвей, направившись к лестнице. Бодро перескочив через две ступени, он довольно быстро добрался до третьего этажа, где располагался кабинет его брата. Работу Миха, конечно, выбрал себе стремную, но платили тут хорошо. Специалистов-андрлогов в их городе практически не было, а тем более таких башковитых, как Миха, поэтому был он тут нарасхват. В коридорах было почти пусто. Время приема уже закончилось, и остались лишь самые стойкие больные, которые хотели попасть к врачу мимо кассы. У кабинета терапевта Разумовской сидела тетка с ребенком, да в конце коридора маячил какой-то мужик. К брату Матвей зашел, не стучась. — Ты хоть совесть имей, а! — с порога начал он возмущаться. — Я тебя уже полчаса жду, Мих. Думаешь, у меня дел других нет, тебя катать по магазинам. — Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты не врывался ко мне без стука? — строго посмотрел на него Миха. Матвей тяжело вздохнул. Брат, будучи старше него на десять лет, часто пользовался своим возрастом и угрюмым выражением лица, которое могло напугать любого. — Время приема закончилось. Тебя даже баб Маша сейчас гнать будет, — игнорируя недовольный взгляд брата, Матвей рухнул на стул. — Ну что, блин, долго еще куковать тут? Мне за Тёмычем на Театралку пиликать. — Подождет твой бойфренд, — поморщился Миха недовольно, вновь погрузившись в бумаги. — Он еще не бойфренд, но им станет, — хмыкнул Матвей, постукивая пальцем по столу. — Или не станет, если ты не поторопишься. — Я уже почти закончил. Сейчас только отнесу бумаги Ларисе, и поедем. Подождешь здесь, чтоб дверь не закрывать? — поднялся Миха, снимая свой белый халат. — Давай, только шустро. Миша взял внушительную стопку бумаг и вышел из кабинета. Матвей, оставшись один в знакомом кабинете, лениво развалился на стуле. Блин, быстрей бы уже брат починил свою машину, а то быть его водителем уже начало допекать. Но и отказать не получалось, ведь именно Миха оплачивал и его квартиру, и его учебу, и его гулянки. С чего вдруг ему вдарило в голову померить халат брата, Матвей не смог бы сказать и под пытками. Ему было чертовски скучно, и нужно было чем-то себя занять. Халат Михи оказался ему немного великоват, но, взглянув в зеркало, Матвей решил, что он ему тоже идет. Ростом они с братом были высокого, телосложение у обоих было спортивным, мышечная масса имелась. Матвей покрутился перед зеркалом, поправил вьющийся чуть на кончиках темный волос и ухмыльнулся своему отражению секси-доктора. Надо будет сыграть в ролевуху с Тёмычем, если тот, конечно, перестанет тупить и играть недотрогу с периодическими выебонами вроде «я не гей» и «отвали от меня, пидор». Услышав робкий стук в дверь, Матвей удивленно обернулся. — Входите, — бросил он, решив, что это наверняка уборщица пришла. Дверь тихо приоткрылась, и в проеме показался мужик лет сорока. — Здравствуйте, — неуверенно замялся тот на пороге. — Здрасте. — Я знаю, что у вас уже закончилось рабочее время, но в регистратуре мне сказали, чтобы я спросил вас. Можете ли вы принять меня сегодня? — комкая в руках карточку, мужик не отходил от двери, словно ожидал, что ему откажут и выставят за дверь. До Матвея только дошло, что его, кажется, приняли за врача. Надо было развеять эту ошибку и дождаться Миху, но озорные чертята внутри нашептывали о хорошем развлечении. Матвей нахмурил брови, как это обычно делал брат, придавая себе серьезный вид, и посмотрел на часы. — Вообще-то я уже закончил, но ладно, давайте по-быстрому, — прошел он за стол брата, переложил несколько бумажек в другую сторону. — Проходите, присаживайтесь. Мужчина торопливо прошел вперед и сел на приемный стул, положив свою карточку на стол. Выглядел он нервозно. Вообще-то все мужики, что приходили сюда, выглядели очень нервозно. Натуралы не любили, когда их жамкали за яйца и возились в жопе. Матвей мысленно усмехнулся. «Морозов Сергей Арсеньевич» — гласила карта. — Итак, Сергей Арсеньевич, какие у вас жалобы? — Матвей, сделав весьма умный вид, открыл карточку на последней странице. Записывать туда он ничего не планировал, но и без дела сидеть было не комильфо. Мужик зарделся, помялся на стуле, явно стесняясь рассказывать о своих проблемах. — Меня направил к вам терапевт, — глядя в стол, начал Сергей. Выглядел он весьма мило, несмотря на возраст. Мужик был даже старше Михи, но что-то в нем было такое мягкое. Возможно, во всем виновато телосложение — полненький, о спортзале явно даже не слышало это чудо. Но вот лицо было миловидное, добродушное такое, открытое, что подкупало враз. — Анализы все в карточке. Матвей внимательно смотрел анализы, будто всерьез что-то понимал в этих цифрах, и кивал головой. — Мм, — промычал он. — Да, анализы у вас не очень хорошие. Нужен дополнительный осмотр. Снимайте штаны, трусы и на кушетку, — махнул он небрежно рукой в сторону ширмы. — Сейчас? — разнервничался тот. Матвею хотелось рассмеяться над забавным выражением лица этого Сергея. Он был таким забавным и реагировал так ярко, что даже захотелось остановить этот розыгрыш и отпустить его с миром, но Матвей продолжил потакать своему желанию. — Ну, можно через неделю, когда боли станут острее, — бросил он, подняв взгляд на Сергея. Его щеки немного покраснели, и он сразу опустил глаза. — Тут нечего стесняться и бояться. Раздевайтесь. Матвей снова сделал вид, что занят записью в карточке, но мельком посматривал на Сергея. Мужчина неловко поднялся, осмотрелся по сторонам, отошел в сторону и начал расстегивать ремень. Матвей едва сдержал смешок — пальцы Сергея мелко подрагивали. Трусливый зайчик. Не то чтобы Матвея привлекали мужики в возрасте, но было в этой разнице в почти двадцать лет что-то возбуждающее. Миха бы только задержался чуть подольше. Матвей краем глаза видел, как Сергей снял штаны и аккуратно сложил их на стуле рядом. На нем оказались убогие семейники нейтрально черного цвета, которые тот неохотно стянул. Выглядело это совсем не эротично, но Матвея внезапно завело. Обычно мальчики в его постели были раскованными и наглыми, ему еще не встречались партнеры, которые бы так смущались раздеваться. — На кушетку, — поднявшись, отдал Матвей новый приказ и подошел к столику, где лежали одноразывае перчатки. Отвернувшись на мгновение, он натянул на себя латекс, чувствуя, как шкодливо ускорилось сердцебиение. Ему захотелось немного полапать этого пухленького зайчика. Повернувшись вновь к мужику, он заметил, как тот неловко мнется у кушетки, не зная, как к ней подступиться. — Забираемся на нее и на четвереньки, — подсказал он. Сергей был уже весь пунцовый, он смотрел куда угодно, но не на своего доктора. Матвей с трудом сдержал смешок. Реакция мужика была такой невинной и почему-то милой. Его хотелось такого приласкать, успокоить, но много себе он не позволял. Сергей неловко забрался на кушетку, повернувшись к нему весьма крупным задом, который так и просил шлепка. Матвей облизнулся. Какая, оказывается, аппетитная задница у пухляша. Хороша. Засадить бы ему сейчас. Возбуждение вдруг накатило приятной волной. Пиздец вообще. Приплыли. Покачав головой, Матвей подошел ближе и похлопал по бедру мужчины, который все же встал на четвереньки, выглядя так уязвимо-откровенно. Его небольшой член вяло болтался между ног, вызывая слюну во рту. — Ноги шире, вот так, — строго приказал он, доставая со шкафчика рядом смазку. Он хорошо знал, где тут что находится, не раз был у брата в гостях на работе с мальства. Но никогда раньше не рассматривал его кабинет в таком сексуальном ключе. — Все хорошо? — спросил он для приличия. Сергей дышал тихо, нервно, сильно сжимая свои половинки. — Да, — прохрипел тот в ответ, опустив голову. Кончики его ушей пылали так ярко. Милый. — Не волнуйтесь, больно не будет, — пообещал Матвей. Уж он мог делать мужикам хорошо. Аккуратно положил ладонь на правую ягодицу и слегка сжал. — Расслабьтесь. Вы мне мешаете работать. — Это… немного неловко, — нервно хохотнул Сергей. — Понимаю. Но это нужно преодолеть. Тут только мы с вами, а меня не нужно бояться. Давайте, Сергей, расслабьтесь. Я все сделаю быстро и аккуратно, — он нежно погладил по бедру мужчины, чувствуя чужую дрожь. Ох, это было так близко. Матвей вновь облизнулся на шикарную задницу, желая укусить ее. Он еще немного погладил бедро мужчины и, дождавшись, когда тот перестанет так сильно зажиматься, развел руками половинки. — Тихо-тихо, не напрягаемся, я лишь пальцем, — шире разведя ягодицы и получив доступ к сжавшейся дырочке, ласково прошептал Матвей. — Сейчас смажу гелем, — аккуратно одним пальцем кружа вокруг входа, он все сильнее давил в себе желание войти в эту дырочку. Там, наверное, так плотно и горячо. Мужик розами, конечно, не пах, но явно готовился. Помылся. И легкий аромат геля для душа теребил обоняние. Матвей бы лизнул его, если бы это не было бы уже чересчур для натурала. — Не холодно? — спросил он, когда Сергей подозрительно замолк, замер, как испуганный кролик в руках хищника. Матвею нравилось чувствовать себя хищником, нравилось держать белоснежные половинки и трогать пульсирующую дырочку. — Немного, — хрипло выдавил тот. — Ничего. Сейчас согрею, — пообещал Матвей, почувствовав, как двусмысленно это прозвучало. — Не зажимайся только. Вот так хорошо. Не больно же? Он аккуратно протолкнул кончик пальца в латексе, ощутив горячее нутро. Сергей ощутимо вздрогнул и шумно выдохнул, интуитивно все же сжавшись. — Ну-ну, расслабь задницу, еще ничего не делаю, — уговаривал Матвей, проталкивая палец глубже. Мм… какой узкий. Матвей потрогал упругие стеночки, что сжимали его так плотно, нащупывая простату. — Больно? — спросил он, начав осторожными, ласкающими поглаживаниями трогать заветное местечко. — Нет, — хрипловато отозвался Сергей. Стойкий мужик оказался, не пытался уйти от прикосновения, достойно терпел чужие поползновения, не шевелился. Только дышал нервно. — Хорошо, — Матвей вытащил палец, нанес еще немного геля и снова надавил на анус. Слегка провел около большим пальцем, ощутив, как испуганно пульсировали мышцы, и протолкнул средний палец — резче, чем собирался. Сергей снова вздрогнул, но не зажимался в этот раз, позволил пальцу скользнуть глубже, обхватывая его так приятно, что Матвей невольно начинал все больше возбуждаться. Чертовски хотелось добавить еще пару пальцев, растянуть эту дырку и войти, трахая ее долго и сладко. Какая все же роскошная задница! Матвей, придерживая одной рукой ягодицы, второй стал активнее двигать, разрабатывая непослушный проход. Палец в латексе стал скользить через пару минут легче, и Матвей добавил второй, начав опять с медленных движений, от которых у самого давило в паху. Сергей от такого вторжения как-то непонятно ахнул, дернулся слегка, но Матвей надавил на его поясницу, заставив опуститься ниже. — Убегать не надо. Мне нужно провести обследование, — произнес он, чуя, как голос опустился ниже из-за накатившегося возбуждения. — Не больно? — Терпимо. Голос Сергея тоже немного сломался, и он тихо кашлянул в сторону, прочищая горло. — Ноги шире чуть-чуть поставь, — вновь похлопал Матвей его по бедру. Сергей команду вновь выполнил без уговоров, развел колени шире, выгибаясь так развратно. Наверное, он и сам не понимал, как вызывающе выглядел в этой позе. Послушный зайчик, хороший. Матвей усиленно проходился по простате, массируя сначала легкими движениями и постепенно усиливая давление пальцев, облизываясь на возбуждающий вид раскрывшегося мужика перед ними. От желания дотронуться до его члена уже невозможно было избавиться. Матвей не стал себе в этом отказывать, хотя остатки здравого смысла просили остановиться. Это, черт возьми, натуральное домогательство, но Сергей так хорошо принимал его пальцы, был таким тихим и послушным, таким невинным и смущающимся, что невозможно было устоять. Матвей размазал гель и скользнул рукой ниже, касаясь пальцами полувставшего члена мужика. «Ого. Кажется, даром массаж не проходит», — усмехнулся он мысленно. — Простите… я… — залепетал путано Сергей, явно умирая от стыда, когда его возбуждение стало заметно другому. Матвей чувствовал себя демоном-искусителем рядом с ним, вбирая в себя такие искренние, яркие эмоции. — Ничего страшного. Это всего лишь физиологическая реакция. Расслабься, — начав ощупывать потяжелевшие яички, Матвей с трудом держал себя в руках. Он двигал одной рукой, трахая пальцами невинную дырочку, а второй принялся медленно, но сильно дрочить. — Это… — Обязательно, — перебил его Матвей. — Мне нужно проверить вашу реакцию во врачебных целях. Ты же хочешь быть здоровым? — Да, но… ах… Мужик ошеломленно вскрикнул, когда Матвей добавил третий палец, который вошел с небольшим усилием. Матвею хотелось видеть лицо Сергея, видеть эти яркие эмоции, которые тот не боялся показывать. Тело мужика начало реагировать на ласки против его воли. Такое доверчивое тело, которое откликалось на его руки. — Ты должен кончить, — потребовал Матвей, ускорив темп. Член Сергея тяжелел в его руке, становясь таким восхитительно твердым, а дыхание мужика стало учащенным, прерывистым. — Это все в лечебных целях, понял? Сергей сдержанно застонал, выдохнул, сделав первое самостоятельное движение в его руку. Вот так, зайчик. Давай. — Не слышу ответа, — сдерживая довольную улыбку, строго произнес Матвей. — Д-да. В лечебных… — попытался повторить Сергей внятно, но лишь застонал под конец, доходя до той степени возбуждения, когда мозги уже отключались. Матвей был даже слегка удивлен. Сергей реагировал так открыто, словно его тело изголодалось по ласке, готовое от любого получить хоть крупицу внимания. Матвей был не прочь подарить ему это внимание, сменив грубый, резкий темп на более медленные, плавные движения, размазывая смазку по члену и вводя пальцы в анус. — Хороший мальчик, — похвалил Матвей, выходя из образа секси-доктора. Ему до звона в яйцах хотелось сейчас расстегнуть себе ширинку и трахнуть мужика прямо в этой позе, а потом еще раз и еще, а потом присунуть ему в рот. Матвей был уверен, что сосать у мужика получилось бы тоже отлично. Сергей странно реагировал на его похвалу, не пугался, а, наоборот, расслаблялся и двигался ему в руку активнее. Стонал Сергей красиво: не фальшиво, тихо, но так по-настоящему, так жадно, так откровенно наслаждаясь лаской. Матвей сжал его сильнее, доводя до разрядки, всем телом ощущая власть над другим мужчиной, который ему доверился. Сергей тихо застонал и содрогнулся, сжимая его пальцы и изливаясь в кулак. Матвей подождал еще немного, сам восстанавливая дыхание. Ему до пятен перед глазами хотелось накрыть это тело собой, но он лишь вытащил пальцы и, придерживая мужчину, салфетками вытер кушетку и живот невменяемого, тяжело дышащего Сергея. — Подняться можешь? — Матвей аккуратно помог ему сесть на кушетку голой задницей. Сергей стеснительно отводил глаза, но выглядел чертовски очаровательно с румянцем на щеках. — Я… Матвей выкинул использованные перчатки и подошел к нему. — Все хорошо, — он положил ладонь на плечо Сергея и заставил его взглянуть себе в лицо. — Ничего плохого не случилось. Так бывает со всеми. Это не делает тебя кем-то неправильным. С тобой все будет в порядке. Ты вернешься к жене и придешь на прием послезавтра. — Я не женат, — как-то ранимо и потерянно сообщил Сергей, хлопая своими пушистыми ресницами. Как можно в сорок лет выглядеть так невинно?! Матвей не знал, что на это ответить. Он бы предложил продолжить где-нибудь в более интимной атмосфере, где им не грозило разоблачение, но Сергею явно и так хватило потрясений. Розыгрыш, который должен был развеселить и показать, какими пугливыми могут быть натуралы, внезапно обернулся диким возбуждением и незнакомой щемящей нежностью в груди при виде эти пухлых губ и мягких черт лица. — Ты возбудился, — внезапно просек Сергей, указав на его ширинку. — Я ведь не железный, да? — хохотнул Матвей. — Ты и мертвого возбудишь, — улыбнулся он неловко, отходя подальше. — Одевайся. На прием придешь в пятницу. Сергей стал неловко одеваться, выглядя слегка потерянным и дезориентированным. Его даже стало жаль. Хотелось приласкать этого пухляша, опустить на колени и трахнуть его рот. Да твою же! Матвей стиснул зубы и сел за стол, стараясь успокоиться и взять себя в руки. — Эм… так мне прийти в пятницу? — замялся Сергей, одевшись. Матвей поднял на него взгляд, ловя ответный интерес в глубоких, темных глазах. Он красивый, этот пухляш, хоть первое впечатление и было не таким явным. Матвей чувствовал это вспыхнувшее притяжение между ними, он чувствовал, что, стоит проявить сейчас инициативу, Сергей отдастся ему прямо здесь, но также он знал, что это всего лишь голод тела. Наверняка у Сергея давно уже не было секса, вот он и повелся на первого встречного, который подарил ему ласку. Ничего, сейчас придет в себя, ужаснется от своей реакции и порадуется, что продолжения не было и что пидорасом его никто не сделал под влиянием момента. Только вот отпускать его жалко, но проснувшаяся так некстати совесть требовала не портить мужику жизнь. — В пятницу, — повторил Матвей. Сергей смотрел на него так, словно ждал еще чего-то, но Матвей промолчал. — Хорошо. До свидания, — попятился тот к двери. — До свидания. Матвей нервно выдохнул и взлохматил себе волосы, когда за мужиком закрылась дверь. Твою же мать! И как все это вышло так?! Пиздец. Что же он натворил-то… С собственным возбуждением помогли справиться мысли о том, что брат повесит его на фонарном столбе, если узнает об этой ситуации. По коже пробежал холодок. Что вообще на него нашло? Матвей заторможено снял халат и, повесив его на вешалку, вернулся на свой стул. Брат пришел не скоро, но этого времени хватило, чтобы немного успокоиться и перестать думать о глубоких, темных глазах, которые смотрели так доверительно. Бля… — Прости-прости, — торопливо вошел в кабинет Миха. — Знаю, что кошмарно тебя уже задерживаю. Все в порядке? Что такой понурый? — заметил тот сразу его состояние. — Да ничего. Заснул уже почти. Тут к тебе пациент приходил, карточка на столе, — махнул он нервно головой в сторону. — А-а, Морозов. Лариса говорила про него, — кивнул Миха, начав собираться домой. — Что ты ему сказал? — Чтоб в пятницу пришел. Что с ним? — забеспокоился Матвей, боясь, что навредил кому-то. — Эректильная дисфункция. Но анализы все вроде в норме, — небрежно ответил Миха. — С чего такой интерес? Мужчины постарше вроде не твой типаж, — хохотнул едко. Матвей даже не отреагировал. Дисфункция, ага. Типа не стоит? Матвею хотелось нервно рассмеяться. Стояло у Сереги отлично. Следы вон до сих пор в мусорном ведре. — Ты его знаешь? — проигнорировав чужую усмешку, спросил Матвей. — Шапочно. Нэллю Никифорову, помнишь? Матвей припоминал пассию Михи, с которой брат зависал когда-то. — Это муж ее сестры, Оксаны. Там история, конечно, некрасивая была. Оксанка из койки в койку прыгала, об этом многие знали, а Морозов все глаза закрывал на это, пока однажды не нашел ее в своей спальне с двумя мужиками. В общем, развелись они тогда. Но Оксанка умудрилась вообще его без копейки оставить, Морозов и не сопротивлялся, все сам отдал. Так и оказалось, что в сорок жизнь с чистого листа начал, да еще и с проблемами такими полового содержания. Матвей уныло поежился. Кажется, проблем он мужику добавил и от себя. — Приглянулся, что ли? — серьезно спросил Миха. — Не выдумывай. Собрался? Поехали уже, — Матвей поднялся на ноги. — Да, давай. Я все на сегодня. Матвей не хотел доставлять проблем, но, когда брат отвернулся, все же сфотографировал карточку Морозова Сергея с адресом и телефоном. Покидая кабинет брата, Матвей уже не сомневался — эта случайная встреча изменит не только его жизнь.