И боль его единственный друг

Русый парень со светло-синими глазами уже не дёргался в цепях со странными нацарапанными символами. Ах нет. Это, сдерживающая магию и вытягивающая физические силы, вязь. В помещение вошёл человек с чёрными, как сама Пустота между мультивселенными, волосами и, жутко сияющим ядовито-жёлтым цветом, глазом. В его руке был ошейник с жёлтой вязью символов. Закованный посмотрел на это, и лишь вздохнул. Вошедший ухмыльнулся. Призрак мальчишки, брата узника, кричал за его спиной. Щёлк. Как же это печально, не правда ли? Хранитель позитива больше не мог сражаться. Он слишком устал. Даже несмотря на то, что это лишь паразит в теле его брата. Его брат ещё там. Хоть и относительно, но жив. И, вдруг, он чувствует всё, что физически чувствует э т о. Принц негатива недовольно цыкнул. С этого парня уже ничего не выдернуть. Разве что… о! Это отличная идея. Русый поморщился от очень ядовитого и мрачного предвкушения п а р а з и т а. Вдруг, все цепи рухнули. Остался только ошейник, как клеймо поражённого. Рука в чёрной перчатке схватила узника за лицо и подняла. Плохо, да? Как жалко. В губы впились. И к у с а л и, к у с а л и, к у с а л и. Одна рука схватила за горло и стала душитьдушитьдушить. Призрак кричал на своего соседа, чтобы тот прекратил, он пытался оттянуть его за плечи, но мальчишка нематериален. Призракинемёртвыенеживыепростозастрявшиенагранионинемогутвлиятьжтолишьрешениесудьбы. А закованный просто ничего не делал. Ему больно, да. Но ему плевать. Он с д а л с я. П а р а з и т рыкнул в губы и убрал руку от шеи. Раз так никакой реакции, может, попробовать по-другому? Брюнет дёрнул куртку хранителя. Она порвалась. С глаз русого впервые за последний месяц упала слеза. Это был последний подарок от его младшего брата. Печально. А почему он плачет? У него ещё остались слёзы? Хм, забавно. Треееск. Так порвалась вся одежда на торсе узника. Император усмехнулся. О, да он сделает этого п р и н ц а только своим. Он не позволит даже его брату обладать этим парнишкой. Ведь их желания одинаковыодинаковыодинаковы. Просто император не страшиться их, в отличии от мальчишки-принца. Не так ли, малыш? Призрак злобно вскрикнул на свою тьму. Но не имел аргументов. В е д ь э т о п р а в д а. И призрак замолчал. А потом сглотнул, глядя на торс своего старшего. Н е с м е й д у м а т ь т а к о с в о ё м б р а т е, глупый мальчишка. Вспоминались слова иногда находившей силы связаться с ними Матери. Так однажды она сказала, когда мальчик был о д и н у древа. Принц вскрикнул. Его начали царапатьцарапатьцарапать. Больно! То есть это не ты пытаешься сдержать сладкую дрожь? Не ври хотя бы се- заткнись. Хранитель бессильно рыкнул. В ответ ядовитый только с упоением кусалкусалкусал его. Ему нравиться, пусть и слабая из-за сущности света, злость парня. Его практически невозсожно вывести на эту эмоцию. И ему это н р а в и т ь с я. Призрак, забившись в угол, дрожал. Эта л ю б о в ь, которую он так долго прятал в самом тёмном уголке своей души, переросла в о д е р ж и м о с т ь, и он больше не мог её сдерживать. Ему сорвало тормоза от этой картины. Ох… старший братец так прекрасен, не правда ли, мальчонка? И он злитсящлитсязлится. Он только его. Он не должен принадлежать никому больше! Он только его. Он не должен принадлежать никому больше! Второй глаз п а р а з и т а снова приобрёл цвет. Оба глаза теперь сияли холодным рыжим. Этого же не может быть, так? Он не мог полностью потерять своего маленького братика, верно же?! И он звалзвалзвал. Н о н и к т о н е п р и ш ё л. И он з а к р и ч а л. У него больше нет надежды. Осталось только ж е л а н и е м е с т и. Так хотелось поиметь именно своего братца, а, хранитель? Тентакли из-за спины императора сняли с принца штаны. Нет… пожалуйста! Он просит не делать этого. Н о н и к т о н е п р и к р а т и л. А потом всё что он помнит – лишь б о л ь. Огромное количество боли и извращённого наслаждения. А потом, чья-то магия в районе шейных позвонков и ощущения к л е й м а. Его сделали в е щ ь ю. И г р у ш к о й. Им же просто наиграются и убьют. Только он не знал. Ч т о это было за клеймо. Вот только потом он онемеет от ж и в о т н о г о с т р а х а