Беспричудный монстр

      В далеких прошедших страницах истории скрывалась причина, по которой количество людей резко сократилось, а причуды стали появляться - гули. Созданные мутацией еще в древние времена они разбавляли людскую кровь своей. Из тысячи союзов гулей и людей лишь десять выживет, а в года насилия и жестокости, года когда признавалась сила - десятки тысячи полулюдей. Такие дети могли быть людьми, да, но физически они были сильней, опасней как ощущение хищника в темноте.       Но человечество забыло об этом после глобальной чистки гулей и полугулей по всему миру. Население Земли сильно сократилось, как и количество упоминаний об этих созданиях - их вычеркнули из жизни людей. Три поколения хватило, чтобы четвёртое уже не знало о них. Нет, еще были дети, которые слышали от прабабушек истории про этих созданий, но считали, что это лишь старческие россказни о не существующем, остатки воспоминаний об услышанном или увиденном в кино, что приняли за правду. Ведь какие могут быть монстры похожие на людей, что могут питаться для выживания лишь человечиной и иметь дополнительные конечности? А про детей от союзов с этими созданиями?       Мидория Инко пока была маленькая тоже не верила в эти рассказы. Но беременность шла на удивление плохо. Нет, плод развивался хорошо, её маленький Изуку был абсолютно здоровым, но тянул силы до последней капли. Девушке приходилось есть витамины и минералы с различными добавками пачками - за неделю уходила месячная доза - чтобы чувствовать себя более живой чем труп и половина бюджета семьи уходила на покупку мяса в больших количествах. Но ей всегда казалось его мало. Иногда нестерпимо тянуло на человечину. Хотелось сжать зубы на руке мужа до щелчка челюсти от силы укуса. Но дальше она не позволяла своей фантазии развиваться. Но как-то подсознательно это казалось правильным для ребёнка.       После родов это наваждение как рукой сняло. Маленький кроха на её руках был абсолютно обычным человеком, разве что глаза сразу после рождения были странного красноватого цвета вместо зеленого, но это прошло спустя полминуты. Но странности появились потом - сила, скорость, слух и выносливость были слишком высоки даже для причудливых. Единственным утешением было, что тот не использовал это во зло - слишком доброе сердце. Настолько доброе, что тот уже был её маленьким героем, который помогал по дому вместо Хисаши. Она очень жалеет, что тот согласился на этот проект хоть он и приносит приличный доход, но полная конфиденциальность и вынужденный переезд всё же ранили её мальчика. Ей тяжело сдержать слезы каждый раз, как Изуку читает письма от него, которые тот складывает в специальный ящик в столе. Но завтра они узнают причуду её солнышка, поэтому тот не будет грустить. Ведь не может же её ребёнок быть беспричудным, да?

***

– У него нет причуды, – Доктор произносит это ровно и безэмоционально. Выверено и жестоко, беспристрастно - как хирург оперирует больного. – Но его сила, скорость, слух и выносливость даже выше чем у причудливых, – Инко старается не вздрагивать на всхлипы её сына. – Я бы назвал это феноменом. У него присутствует второй сустав мизинца, которого нет у причудливых. Люди с причудами встали на новую ступень эволюции, поэтому избавились от него. Да и он не проявлял признаки квирка, раз вы обратились ко мне. Могу предположить, что в следствии адаптации организма и накопления генетического банка на этапе развития плода тот вобрал в себя все сильные гены, которые смог усвоить, чтобы выжить. Все же его организм понимал, что отличается от материнского, поэтому и старался развиться как можно сильней на своем уровне. Судя по вашей тяжелой беременности я прав. Ученые до сих пор не знают, как работает механизм создания новых или отсутствия причуд у детей, – Изуку вздрагивает на последней части предложения. Его мечта разбита на множество осколков одним простым словом. Ведь всё что он хотел это быть героем как Всемогущий - спасать людей с улыбкой. Неужели ему придётся отказаться от неё? Нет сил даже плакать от того насколько тяжело принять это. Мама же не скажет ему отказаться от мечты тоже? – Консультацию можно считать оконченной, я вам больше ничем не смогу помочь. На его документах уже стоит отметка о беспричудности, поэтому вам необходимо будет зайти в бюро регистрации причуд и получить обновлённые оригиналы, – мальчик уже не слышал, что дальше говорил доктор, лишь слова "отметка о беспричудности" снова и снова звучали в голове.       Инко уводит своего ребёнка из кабинета. Тот смотрит пустыми глазами вперед, вцепившись в игрушку любимого героя с такой силой, что побелели пальцы и слегка трясется рука. Ей приходится мягко забрать её, чтобы Изуку не порвал швы потрепанной ткани. Это уже происходило несколько раз из-за силы детских рук.       Дорога до дома проходит в тишине. Женщина не привыкла к ней когда рядом идет её сын. Но сейчас не звучат восторженные слова о спасениях героями, не слышно анализа причуд окружающих или рассказов о играх с Кацуки. Это пугает. Изуку практически никогда не смолкает, но тишина держится уже и в доме. Лишь уже поздно вечером, когда пора идти в ванную и ложиться спать та слышит громкий смех Всемогущего из засмотренного до дыр видео с дебюта Символа мира и сдавленные рыдания: – Я же смогу спасать людей, как Всемогущий? – и дрожащая рука указывает на экран. Тогда Инко уже не выдерживает сама, ломается и рыдая просит прощения, стоя на коленях. А мальчик лишь молча плачет в плечо.       Ночью слышится какой-то шум и странные глухие звуки будто кто-то кидается на стены, но ворвавшись в комнату женщина лишь видит дрожащего сына на кровати, который говорит, что ему приснился кошмар. Но утром мать понимает, что ребёнок закрылся от неё. Это больно признавать, но тот даже не стал есть, сказав, что не голоден. И ей приходится сорваться с работы после обеда, потому что Изуку вырвало и ему плохо.       Инко пыталась поговорить с сыном и выяснить, что случилось, но ей не удаётся пробиться сквозь защитные стены того. Она видит, что тот почти не ест еду дома, а в детском саду вообще не притрагивается, и ворует её кофе. Это было бы невозможно не заметить когда ты единственный кто пьет его в семье. Но тот лишь говорит, что вся еда ему кажется гнилой кроме кофе и воды. И женщина готова поставить всё на то, что тот не договаривает что-то очень важное. Она видит как тот часто сглатывает слюну в общественных местах и принюхивается как собака поворачиваясь к некоторым девушкам и женщинам в отделе средств личной гигиены, видит как тот смотрит на голую кожу предплечий у проходящих мимо. Видит как на зеленом круге радужки появляются красные искры, но не придаёт этому значения в погоне за очередным врачом. Ведь никто не знает, что с её мальчиком. Все разводят руками, а психологи говорят, что это может быть реакцией на травмирующее событие. Но она видит что те тоже что-то не договаривают, словно у тех есть предположение что с Изуку, но оно настолько безумно, что те не хотят произносить это в слух.       А еще Инко видит, что тот на грани. Он постоянно что-то шепчет себе под нос когда они не дома, но до неё долетает лишь "вкусно.. нет, нельзя", тот едва ли не литрами пьёт кофе, который никак не влияет на его организм, что тоже удивительно, но урчание живота не прекращается. И этот дикий взгляд... Одержимый, сумасшедший, жаждущий и пугающий тот иногда останавливается и на ней, словно она - жертва, которую удалось загнать после долгой охоты, заставляет себя не активировать причуду, чтобы притянуть нож для самообороны. Но стоит ей посмотреть ему в глаза как это наваждение пропадает и тот сбегает в комнату. Она знает, что тот понимает, что она боится его в такие моменты.       И Изуку действительно боится за себя в такие моменты. Потому что шёпот в голове становится всё громче, а боль в животе всё сильней, а мама так вкусно пахнет. Как его любимая котлета в кацудоне. А ел он его последний раз полгода назад, за день до похода к первому доктору. После выяснения его беспричудности внутри словно что-то щелкнуло, и вместо слез в ту ночь у него появились четыре щупальца из поясницы. Но это же невозможно, потому что он - беспричудный! Так твердили все специалисты. Но это не убирает его желание вцепиться зубами в мягкую плоть человека, чтобы потом оторвать и проглотить её не жуя. Люди вокруг пахнут так вкусно и притягательно, что приходится уткнуться носом в любимую игрушку, чтобы хоть чуть-чуть заглушить их, и иметь возможность вытереть текущую слюну. И этот шепот Голода в голове не даёт покоя, уговаривая поесть. Он звучит его же, Изуку, голосом, но говорит страшные вещи. Этот голос относится к людям как к еде, как к чему-то, что можно пожарить, потушить, отварить, высушить и съесть. И ему страшно говорить об этом врачам, о своём желании. Ведь это не правильно, он проверял - никто не писал на форумах, что хочет съесть человека как он.       Множество часов потраченных на поиски в интернете дали тонкую ниточку, ведущую от ответу - "Голуби". Одна из пользователей на форуме писала, что её бабушка рассказывала о так называемых голубях - охотниках на монстров, что не могли есть еду. Это была длинная ветка обсуждения, которая пополнялась в реальном времени, но в конце концов ему удалось из множества слов оскорблений и пока неизвестных кандзи понять что с ним - "поедающий вид". Но это не само название вида, которым он является, а лишь то выражение, которое пропускает цензура - само слово нет. Изуку уже хотел присоединиться к обсуждению, но ветку удалили, а пользователей заблокировали. Это было странно и страшно, поэтому он ушёл с этого сайта, и закрыл все вкладки. Самое главное он узнал - если он не поест в ближайшее время, то съест маму. Делать больно, а тем более есть её, не хотелось, поэтому нужно было придумать хоть что-то пока сознание ещё при нём - голова с каждым днём болела всё больше и больше, а так же были моменты когда он "выпадал" из реальности.       Но возможность поесть выпала на следующий же день.       Изуку во время прогулки ушёл далеко в преступный район, чтобы спрятаться от людей и сбежать от Кач-чана. Странного вида мужчина уволок его в тёмный переулок и начал угрожать ножом, что убьёт, если он будет кричать, а следом залез под футболку одной рукой, прижав острый металл к шее, поранив кожу. Это было последнее что помнил ребёнок, прежде чем прийти в себя уже стоя перед почти обглоданными костями и чувством сытости. Хотелось рыдать от того, что он убил человека, но с другой стороны он наконец-то не слышал голос Голода, голова не болела и мужчина не сделал с ним ничего плохо - мама рассказала о плохих и хороших прикосновениях, и это явно были плохие. Прежде чем уйти оттуда он закрыл трупу глаза и попросил прощения за причинную боль.       Так маленький Изуку стал раз в несколько месяцев заходить в тот район и охотиться на таких плохих людей. Он читал статистику изнасилований, пропавших детей и подростков в их районе, поэтому цель очистить район от маньяков была выбрана сразу же. Ему даже не приходилось практически прикладывать усилий: вот женщина отведёт его домой, чтобы "дать дом бедняге, и позвонить родителям", а на самом деле звонила коллеге и говорила, что скоро приведёт ещё одного ребёнка, а сколько раз его просто утаскивали или зазывали в тёмные места даже не пересчитать. Ему всё еще было жаль людей, что жили в этой преступной части их района, что соседничала с окраиной префектуры где жило множество бедных людей и преступников с головорезами, но лишь тех кто делал зло во спасение: он давал немного денег родителям-одиночкам, что даже не могли ему нормально угрожать из-за страха за его и свою жизнь, совсем молодых подростков, которые зачем-то стоят рядом с фонарями в очень открытой одежде, потому что тем нечего было есть, закрывал глаза когда видел как в магазине воруют самую дешёвую еду для выживания. Он знал и понимал цену человеческой души, увидев обратную сторону жизни, а не только уютное, тёплое и безопасное детство в личном доме.       Из-за этого знания он всё ещё тянулся к Кач-чану, что издевался над ним из-за беспричудности. Кличка каждый раз делала больно даже спустя пол года, даже хоть ему уже и пять лет. Изуку множество раз видел как подростки, что выросли в преступной части района делали всё, чтобы дети не остались в нём, защищали, и поддерживали младших. Те были так же грубы и жестоки, как и взрослые к старшим, но к детям были добры. Они так менялись из-за того как с теми обращались и относились. Так же и Кач-чан стал считать себя лучше всех из-за слов похвалы его причуде. Поэтому сам Изуку ценил лишь его личность, а не причуду, чтобы тот смог измениться и вновь стать его лучшим другом, с которым они вместе гуляли и смотрели репортажи о Всемогущем в витрине магазина электроники. Но каждый раз его вновь и вновь отталкивали. Это было больно, не физически, нет, это скорее было больно глубоко внутри, словно что-то холодное и тяжёлое сжимало сердце.       А ещё голод вновь сжимал желудок. В районе увеличили количество патрулирующих героев, а часть местных обитателей, самая нужная часть, перестала появляться в самых темных закутках. А мирную и приветливую часть местных трогать не хотелось. Ведь ему заботливо предлагали ночлег беспризорники, бедные родители отдавали ему свою еду беспокоясь о нём, а люди с серой моралью пытались, вывести с этой преступной части и давали советы по выживанию. Его уже принимали за странного "своего", поэтому практически и не нападали. Он бы оценил это по достоинству, если бы голод не пересек отметку в два с половиной месяца. Лишь сила воли и выдержка позволили ему не сорваться на детей в детском саду.       Тогда был придумал другой план кормёжки, даже несколько. Изуку вычислял слегка тухлый запах человеческого мяса, и шел до его источника. Чаще всего эти люди были покинуты обществом, поэтому по их пропаже никто горевать не будет: алкоголики, наркоманы, тяжело больные одиночки. Либо слегка сладковатый запах уже трупа. У самоубийц мясо было разное на вкус, зависит от времени сколько пролежало тело, но это было лучше чем ничего. А еще это позволяло избежать травмирующий воспоминаний для посторонних, кто нашел бы самоубийцу. Запасным же планом была полноценная охота. Это был очень-очень запасной и крайний план, потому что это была именно охота, а не выслеживание. Так его жертвами должны будут стать жестокие и тираничные люди, которые хотят лишь чувствовать свою власть или видеть чужую кровь на своих руках. Ему уже приходилось иметь дело с такими людьми, поэтому он осознаёт насколько те плохие.       Пока успешно получалось выполнять роль падальщика, которая даже нравилась мальчику - помогать обществу. Так, после нахождения трупа, он съедал ровно столько, чтобы наесться, чаще всего бедра и живот с внутренностями где самое мягкое, но так чтобы это не помешало при опознании тела - тату, шрамы, странные и заметные родимые пятна, ожоги и свежие травмы были неприкосновенными - и при выяснении причин смерти. А еще он минимально заботился о самом человеке, а не о теле: снимал с петли и переносил в чистое от испражнений и мочи место, осторожно укладывая на видное место, звонил в полицию и просто дышал в трубку до тех пор пока не слышал ответ, что патрульная машина уже выехала; утопленников доставал на берег и оставлял след из вещей, чтобы тело нашли, прикрывая раны от его зубов одеждой, чтобы не ранить окружающих видом разорванного мяса, и клал на грудь личные документы, если они были при человеке; если приходилось доедать уже умерших по причине болезней - смерть по причине цирроза печени делала мясо просто отвратительным - где-то на улице, то он не трогал орган ставший этой причиной. В общем он проявлял уважение к людям даже в таком состоянии помноженном на его диету. Иногда ему хотелось забиться в тёмный угол и сделать так, чтобы мир где он такой монстр исчез. Это чаще всего случалось после того как он читал предсмертные записки с просьбой, позаботиться о ком-то кто остался у человека или слов сожалений о своём поступке, потому что те не видели другого исхода для себя. Но сил придавала возможность помогать людям.       Так он во время своих патрулей предотвращал преступления. Он, бесполезный Деку без причуд, спасал жизни! Люди с района, как Изуку кличет их про себя, не трогали тех кого он провожал через эти улицы, и наоборот помогали в темное время суток защитить кого-то. Все же местные знают кого действительно стоит бояться, и где от него уходить. Он спасал множество девушек, которые выходили из клуба когда с криком "мама/сестра" бросался к ним на выходе, видя компанию пьяных мужчин или явно нехороших людей. А иногда он приводил героев в места где уже были совершены преступления и была нужна профессиональная помощь, где его красная чешуя была бесполезна - очередная кроха информации с форумов.       Да, иногда он вновь уходит в самые глубины обсуждений и форумов, чтобы найти хотя бы крохи информации о себе. Так и было узнано несколько названий этих конечностей - красная чешуя и красный хвост. На хвост четыре отростка не похожи, скорее на жидкость в твёрдой чешуе, что позволяет как угодно двигать и искривлять эти конечности, но при этом обладать невиданной прочностью. И опять узнать конкретные кандзи не удалось из-за цензуры, а столь малый возраст в шесть лет не позволял составить название самому. Но не имея названия Изуку всё равно трудился не покладая рук, чтобы стать героем. Контроль над "чешуёй" был отработан на высоте в следствии множества практик. Он мог даже достаточно сносно писать столь огромным орудием для убийств мелкие иероглифы будто ручкой! Слух и обоняние тоже прокачались из-за его падальничества - свидетели ему не нужны. Так он может концентрироваться на одном человеке, и знать его местоположение в пределе половины их района! Тренировки проводятся на Кач-чане, который посещает множество секций и кружков в разных клубах, и чей запах он знает досконально. Слух же прокачан не настолько сильно, но на несколько улиц хватает. Скорость регенерации получается тренировать, заживляя раны после стычек с особо сумасшедшими маньяками, что цепляют его своими причудами. Это болезненно, но полученное мясо уравновешивает урон. И после таких ран регенерация и контроль над чешуёй даётся всё лучше и лучше. А вот повышенные физические способности тренировать удаётся не всегда - нагрузки нужны действительно сильные, а внимание привлекать нельзя. Приходится пробираться на стройки, и таскать там оборудование или сырьё. Скорость реакции и скорость в целом пока невозможно как-то прокачивать, потому что жертвы слишком напуганы для сильного отпора и чаще всего причуды у тех не скоростные.       Но со всеми этими попытками стать сильнее Изуку привлек лишь еще больше внимания - патрулирующих героев стало уже слишком много, объявлен комендантский час и повсюду камеры. Предыдущие меры предосторожности уже не кажутся совсем безопасными, потому что герои как-то вышли на квартал размером в километр где живёт подозреваемый, где находится его дом. А ведь он не использует какую-то конкретную территорию для охоты, но те всё равно вышли на его след. Но он так старался не оставить улик: прятался по тёмным углам и вне поля зрения камер, прислушивался к окружению, чтобы обойтись без свидетелей, и использовал в качестве рук и ног красную чешую, чтобы не оставить отпечатков пальцев, ботинок и слюны, и внимательно обнюхивал место еды, чтобы не оставить никаких частиц ДНК по типу волос или пота. Это было муторно, но необходимо. Хотя с другой стороны он получил множество автографов героев. Но самый желанный, кроме Всемогущего естественно, от Сотриголовы - нет. Тот ночной герой, а ему быть увиденным ночью нельзя. Хотя он несколько раз пересекался с ним, но не подходил близко - плюсы острого слуха, благодаря которому и узнавал о пересменках ночных и дневных героев, своеобразных окнах для охоты.       Спустя какое-то время ему удалось отвести внимание от их района. Всё же, когда у тебя в друзьях огромное количество беспризорных детей и преступников, о событиях подполья узнаешь первее всех. Так несколько случайно рассказанных секретов и нужных вопросов привело в движение банду в соседнем районе, что стало причиной его переезда с мамой в другой, отдалённый от преступной части, район ближе к более мирной части города. Сбегать из частного дома было сложно, поэтому пришлось ограничить свои вылазки из дома до лишь одного раза в несколько месяцев. Это было тяжело первое время, но потом он пришёл к рецепту хорошего баланса - пить кофе в течении этих двух месяцев, а не лишь ближе к концу второго. Это позволяло спокойно прожить еще две недели голода без адских мук, как при резком переходе на кофе. А еще он все же стал брать часть мяса с собой в пищевых зип пакетах и хранить их за стиральной машиной, прижатым к холодному кафелю и месте где мама не заглядывает, а еще несколько пакетов он прятал прямо в парадной, под лестницей в темном дальнем углу где никто никогда не смотрит. В квартире мясо он съедал на следующий же день, чтобы то не протухло, а под лестницей держал еще несколько дней благодаря холоду. Для Изуку было что-то странное в том, чтобы наблюдать как дети с громким смехом, скачут по этой самой лестницей, как бабушки с тихим причитаниями тащат свои тележки с продуктами. Иногда он все же жалел, что не может есть человеческую еду и что вкусный кофе практически невозможно найти не по стоимости своей почки.       Касательно почек у него была одна неприятная история, когда один из соседей оказался каннибалом. Это было очень... странное открытие. Милая бабушка верила голосам в голове, которые шептали ей, что человеческие почки смогут вылечить все её болезни. Для сумасшедшей та была на удивление хитрая и продуманная, поэтому ту не могли поймать в течении нескольких месяцев. Изуку сам понял, что что-то не так лишь когда почувствовал от мисс Юичи знакомый сладковатый запах мертвечины, а предложенные ему пирожки с мясом пахли на удивление вкусно, если не считать аромат прокисшего молока. Тогда-то он и пробрался в её квартиру, чтобы проведать обстановку - украсть ключи красной чешуе не составило труда - где нашел в холодильнике три разделённых тела. Причём судя по промерзлости мяса те были заморожены уже давно, поэтому было принято решение потихоньку таскать оттуда еду, сделав копию ключа. Есть плюсы в знакомствах с обраткой жизни.       Спустя всего две недели за ней установили слежку, а так как приходило время для полноценной еды, а не перекусов, было принято решение украсть самые мелкие куски в надежде, что она не заметит. И это сработало - слух не обманешь. Та даже не заметила пропажи, поедая свои почки. Тогда Изуку украл оставшееся части, кроме нескольких мелких пакетов и съел замороженными. Через неделю мисс Юичи уже забирали под следствием и в сопровождении бригады психиатрической помощи. А еще, если судить по разговорам полиции, его предыдущие трупы тоже скинули на неё, потому что жертвы старушки были сбежавшие подростки из семей его бывшего района проживания. Это оказалось на удивление удачным, а после еды он мог залечь на дно еще на несколько месяцев.       Инко же не знала, что ей делать. Она сбежала из прошлого дома, чтобы её маленький Изуку не был в опасности после появления маньяка-каннибала, а переехав в новый дом спустя всего несколько месяцев проживания уже арестовывают маньяка-каннибала. Ей страшно за жизнь сына и свою собственную. Изуку успокаивает её, говоря, что ему не страшно ведь герои всегда всех спасут. Она не верит в это. Она видит как Изуку не боится всех этих новостей и проявляет странный интерес к новостным сводкам и криминальным программам. Но самое странное в том, что иногда Инко казалось, что она слышала как ночью её ребёнок не спит. Она могла проснуться от странных шорохов и звука закипающего чайника, но спустя секунду после этого все звуки затихали и больше ничто не тревожило сон. Если же была попытка поймать сына на бодровствании ночью, то она всегда была провальна. Это было странное ощущение, когда ты знаешь, что твой ребёнок знает, что ты знаешь о его проступках. Материнское сердце хотело как-то помочь своему ребёнку, но разум твердил, что не стоит вмешиваться в это хрупкое чувство доверия - они оба знали, что она может зайти на кухню и увидеть там сына. И Изуку благодарил её за это: готовый завтрак с вкусным кофе, помощь по дому или при походе в магазин и яркая-яркая улыбка когда они что-то обсуждают. Ей хватало того, что с её ребенком всё хорошо, даже если тому не нужно спать по трое суток и нужно литрами поглощать кофе вместо еды.       Изуку же не считал, что всё так хорошо. Каждый раз когда он пробирался тайком на кухню, чтобы помыть пакеты после мяса он прислушивался к сердцебиению матери, чтобы та, не дай Ками, проснулась. Спустя какое-то время он стал доверять ей настолько, что стал приоткрывать завесу тайн своей жизни ровно настолько, насколько ей это будет безопасно знать в случае его обнаружения. И каков же был восторг когда спустя какое-то время, та ответила на его честность: доверием и широкими улыбками в качестве благодарности за завтраки. От запаха тошнило, но каждое утро после своей кормежки он делал маме завтрак, чтобы та вновь так тепло и искренне улыбалась.       Но вот проблемы школы это не отменяло. Каччан зазнался настолько сильно, что позволял себе слишком многое. В детском саду он защищал детей от колющих цветков взрывов и тяжелых кулаков, но теперь, когда они ходят в первый класс, друг детства подмял под себя всю начальную школу, и стал издеваться лишь над ним. Обидные слова неприятно ранили, но он научился с ними справляться, когда увидел, что это просто ширма страха за него. Каждый раз тот заканчивал свою речь или очередной взрыв словами, что он не сможет стать героем без причуды. Если бы тот только знал, что проблема не только в этом...его диета заключает в себя чужие смерти, а герои не должны никого убивать. Иногда Изуку раздумывал о становлении линчевателем. Это бы избавило от множества проблем с поиском пищи и самой охотой - неуловимый убийца, что карает действительно плохих людей. И самое главное преимущество этого плана - беспричудность. Полиция не сможет ему ничего сделать, если его поймают на патруле или в процессе выслеживания. Но это не совсем подходит ему. Он хочет спасать людей с улыбкой на лице и давать им надежду. А еще это было трудно, потому что поступки Каччана становились всё хуже, волосы всё чаще оказывались намочены молоком, а блокноты с анализом причуды и школьная форма взорваны. Это было обидно и больно, потому что он просто хотел, чтобы его друг детства снова был тем хорошим человеком, с которым он подружился, а не результатом культа его причуды.       Но он терпел. Пытаться помочь тому стать лучшей версией себя, хоть и было больно. Больней всего было после пожеланий прыгнуть с крыши. Тогда впервые за долгое время Голос расценил Каччана как опасность, кого-то кого нужно устранить, а после съесть, чтобы доказать свою силу. Глаза жгло от непролитых слез, а легкая щекотка сигнализировала об активации ринкаку. Пришлось сжаться и опустить голову, чтобы этого не увидели его одноклассники. Название и изменение цвета глаз стало еще одними крохами информации полученными за столько лет. Но он не послушал этот Голос, потому что Каччан - не враг. Хоть и тетрадь номер тринадцать пришлось доставать с пруда рыбок кои.       Но он не отчаивался. Дома его ожидала любимая мама, множество новых репортажей о героях для анализа и ночная вылазка в качестве линчевателя. Вечер ожидал быть продуктивным и интересным, поэтому это будет хорошее завершение трудного дня. А следующий день уже не будет таким тяжёлым.       Ровно до тех пор пока странная человекоподобная слизь не решила напасть на него. Слабое место было найдено сразу же - глаза, но он не спешил использовать красную чешую для защиты - чей-то запах стремительно приближался под землёй. Последнее, что было увидено перед потерей сознания был его кумир. Вновь открыв глаза Изуку успел схватиться за штаны Всемогущего, чтобы потом приземлиться на одной из множества крыш. Самое странное был яркий запах крови и какой-то искажённый звук тока крови в теле. Тот словно делал меньший круг по сравнению с обычными человеком, что и вынудило вцепиться в героя.       А потом раскрытие правды о ране внесло ясности. И о причуде тоже конечно. Тогда, ответом на честность, Изуку решил рассказать кое-что важное о себе, чтобы услышать ответ: – Может ли беспричудный монстр вроде меня стать героем? – Беспричудный монстр? – отвечать вопросом на ответ не красиво, но он терпеливый. – Да. Мне нужно питаться плотью че- – Не знаю о чем ты думаешь, раз считаешь себя монстром, но без причуды ты вряд ли станешь героем. Попробуй стать полицейским или врачом, если хочешь спасать чужие жизни, мальчик. А теперь мне пора бежать спасать мир. Постучись в дверь, вероятно она будет открыта, – и позорный побег Символа мира с крыши уничтожил осколки разбитой надежды в пыль.       Спуститься было не сложно, потому что крыша действительно была открыта, что удивительно. Но самым удивительным было присутствие запаха Всемогущего в толпе, что двигалась в сторону хлопков взрывов. Вереницей очень знакомых мощных взрывов, но гарь не позволяла узнать Каччан ли их источник. Может быть он и не сможет стать официальным героем, но линчевателем ему быть закон не запрещает.       Какого же было удивление, когда знакомый грязевой злодей захватил тело его друга детства. А Всемогущий стоял в толпе, кашляя кровью с законченным лимитом времени и бесполезными героями, пока глаза Каччана кричали о спасении. Ноги пришли в движение сами пока руки снимали рюкзак, чтобы ударить по слабому месту. И глубокий хриплый вдох стал для пленника спасением. Изуку видел это своими глазами, как видел удар Всемогущего, чтобы спасти уже их двоих.       Уже многим позже, на фоне закатного солнца, слышать слова о возможности стать героем подросток еще сдерживал слезы, потому что вряд ли узнав все подробности о его рационе тот согласится передать причуду. Поэтому он не сорвался и когда ему назначили встречу на пляже Дагоба для окончательного ответа. И не плакал видя горечь и сомнения во взгляде кумира. И не плакал когда шел домой. И не плакал когда думал, что ему откажут в его мечте. Не плакал. Нет.       Плакал уже, рыдал во весь голос, когда упав на песок услышал слова веры в него и заветное: – Я дам тебе причуду для исполнения мечты. Ты сможешь быть героем.