Gunslinger

[небоскрёб корпорации «JCJenson». Этаж 157. Время: 1:52] — Господа, у нас большие проблемы. Ковбой теперь не один. Их сотни, если не тысячи. И они идут по наши души. Связь с большинством других групп уже потеряна. Остались только мы, французы и немцы. Эта фраза полковника заставила всех застыть с открытыми ртами. Весть о полноценной атаке ковбоев была и абсурдной и страшной одновременно. А если учесть, что уже 90% всех демонтажников убиты, то ситуация хуже некуда. По телу Эна пробежали мурашки. Паренёк начал трястись. В его голове всплыли воспоминания о том дне о той дуэли, без возможности победить. Ви прижалась к пилоту, дрожа лишь от мысли о том, что может его потерять. Сам полковник подошёл к окну, всматриваясь в сторону Дэлоса. Альфа сверлил взглядом пейзаж разрушенного города в попытках увидеть хоть что-то. И он увидел: что-то с крыльями демонтажника. А уже хотел обрадоваться, но присмотревшись, он увидел, что у неизвестного нет хвоста. Вместо него 4 щупальца, гуманоидная голова и маленькие фиолетовые глаза. Полковник не верил тому, что видел. Это не укладывалось в его голове, отказывалось записываться на карту памяти. Но это было правдой. Стрелок модифицировал себя и сейчас идёт к ним на стрелку. Альфа не долго думая, составил план действий — бежать. — ВАЛИМ ОТСЮДА! БЕГОМ! С этими словами полковник схватил рацию и на бегу вызвал 2 оставшихся отряда на место встречи. Эн и Ви побежали вслед за полковником, а Ти рванула за своей винтовой. — Ти, а почему ты не прикончила этого гада? Могла же просто снести ему лицо из снайперки! — После первого выстрела затвор заело, а упускать ковбоя не хотела. Так что имеем, что имеем. Эф кивнул, после чего взял девушку за руку и они вместе начали догонять остальных. Спустя несколько минут после побега демонтажников, в здание влетел 406-й. Стальное нечто осматривало каждый угол, каждый сантиметр, но находило лишь банки масла и книги. В кабинете полковника были 2 пустые рамки от фотографий. В центре комнаты была бочка, в которой догорали документы, содержащие инструкции на случай непредвиденных ситуаций. Ковбой в ярости разрубил бочку пополам, после чего начал вымещать гнев на стенах. Он упустил своих жертв, а это значит, что они получили возможность нанести ему удар. Прямо сейчас его лицо может крупным планом красоваться в прицел снайперской винтовки. Социопат уже хотел удалиться из здания, но до его чуткого слуха начали доноситься какие-то помехи и голоса. Стрелок пошёл на звук и увидел радио. Обычное старое радио. Робот ликовал, ведь теперь нужно лишь поймать ту частоту, на которую настроены рации демонтажников. Стрелок сделал это за пару секунд. Первое, что он услышал, было французское ругательство в его адрес: «ce tireur est un enfoiré, un enfoiré et une connasse.» — кричал грубый мужской голос. Затем послышался ответ на немецком: «Ja ja, er ist eine Nisse. Wenn Sie ihn hineinstecken, würde er sein Gewehr tiefer in den Ort legen, wo die Sonne nicht scheint!» ответил другой голос. Стрелок усмехнулся, слушать, как демонтажники обсуждают, что с ним сделать и какой же он подонок, было забавно. Было ровно до того момента, когда в разговор не вмешался русский с очень озлобленным голосом: » этот уъебан мой. Я лично разорву его на части. Помните, встречаемся на фабрике по переработке ядерных отходов в рубке управления. Там и обсудим все детали плана. Конец связи.». Из радио доносились одни помехи. Стрелок понял, что этот голос принадлежал полковнику. — Раз уж вояка хочет боя, то он его получит. Сказал робот сам себе, после чего расправил крылья и полетел на полной скорости в сторону фабрики, о которой говорил Альфа. Это будет очень весело.

***

Ветер тихо завывал в стальных и промёрзших до последнего атома стальных коридорах фабрики. Покосившиеся мостики, полуразрушенные механизмы. Всё это скрипело, разбавляя мёртвую тишину. Всюду были разлиты ядерные отходы, что превратились в лужи неопределённого цвета. Скелеты людей украшали каждое помещение в комплексе. В глубине фабрики, в рубке управления было пусто. Ни света, ни звуков, лишь тишина и мрак, окутавший это помещение много лет назад. В один момент тяжёлая стальная дверь со скрипом отворилась, пропуская в помещение немного света. По комнате эхом раздавались тяжёлые шаги. Глаза и колба с кислотой светились неоново-красным, развивая мрачную пелену в комнате. Вскоре в помещение, которое уже много лет пустовало, вошли ещё четверо, а через несколько минут прибыли 2 отряда демонтажников, которые так же вошли внутрь. Последний вошедший затворил дверь, отрезав путь тусклому свету Сатурна. В помещении вновь воцарился мрак и лишь 11 пар глаз резвеявали царившую здесь тьму. Вскоре по комнате тихим эхом разнёсся щелчок. Яркий свет фонаря осветил рубку управления. Источник света был подвешенном к потолку в качестве люстры. Всё присутствующие сели в промёрзшие кресла, после чего несколько секунд молчали, вслушиваясь в тишину, параллельно молясь, что они единственные разумные существа в здании. Наконец полковник Альфа, сложив руки домиком, начал совещание. — Коллеги, я буду откровенен и, пожалуй, отойду от официального стиля речи. Думаю, так будет понятней всем нам. Также это будет короче. В двух словах: мы в пизде! Нас блин, имеют в жопу без смазки черенками от лопаты! МЫ, БЛЯДЬ, НИХУЯ ПРОТИВОПОСТАВИТЬ НЕ МОЖЕМ! Полковник орал на всю комнату, но никто не собирался его останавливать, ведь он был прав, и то, что он сказал, было точным отражением ситуации. Они все действительно в не самом лучшем положении. Полковник продолжил. — Нам нужно как можно скорее составить план действий. Глобально у нас 2 цели: уничтожить стрелка и свалить. Мы в силах выполнить только одну из них, но в лучшем случае нам хватит сил сразу на две. Начнём с плана побега их этой промёрзшей дыры. Капсула наших коллег из США разбита. У меня и моего отряда нет топлива. Что у вас, господа? Первым заговорила лидер отряда французов: Кью. — Notre capsule d'atterrissage est cassée. Nous ne savons pas comment y remédier. Сказала девушка, поправляя манжеты на пальто. После этого, немецкий командир Аш со вздохом процедил. — Unsere Landekapsel wurde zerstört. Diese Androiden haben es in die Luft gesprengt, wir sind nur knapp entkommen! Sieht aus, als stecken wir auf diesem verdammten Planeten fest. GEFICKT… В разговор вмешалась Ти. — Ребят, а вы не знаете, как действуют эти андроиды. В плане, как они атакуют, берут ли пленных? Может есть какая-то закономерность? От французского разведчика Эл быстро поступил ответ. -La régularité est — COMPLET BAISÉ! C'EST CE QUI SYMBOLISE LEUR PUTAIN! ILS SONT DES PUTAINS DE NAZIS! CE PSYCHOTIQUE A PRIS 10 BUVEURS, LES A MIS CONTRE LE MUR, LÉGAL COMME UN MANIAQUE ET LES A TOUS EXÉCUTÉS! CE SONT DES CHEVALIERS EN CHAPEAUX DE COWBOY! Полковника аж передёрнуло. Альфа откашлялся, после чего сжал кулаки, до противного скрипа. — Только нацистов нам не хватало! Ахуенно! Просто заебись! Ладно, раз уж свалить мы не можем, значит будем этих пидрил убивать. Отряд «D» заминировал Дэлос, но они не успели взорвать заряды. Наверняка детонатор спрятан в глубине парка. Надо найти эту штуку и взорвать этот парк к хуям, пока эти манекены не разминировали своё гнёздышко. План такой: Эн, Ви, Эф, вы идёте со мной вглубь Дэлоса. Ти, Эл, вы будете снимать врагов со своих винтовок. Кей, Аш, Кью, Пи, Гэ, вы просто хуярьте этих подонков, привлекайте как можно больше внимания, что-бы все они тянулись к вам, пока я с Эном, Ви и Эфом не заберу детонатор. Когда мы заполучим детонатор, все валим из парка, а потом смотрим на фейерверк. План по моему хорош. В комнате повисла тишина. Всё молча кивнули полковнику, ведь он единственный, у кого вообще есть план. Выбора нет. Время на исходе, придумывать другой план они не успеют. Наконец Кью достала бутылку спиртного. Это был виски 30-и летней выдержки. Эл достал 11 рюмок. Француженка нилила всем по рюмке, после чего все хором произнесли на латыни свой общий тост: «Moriamur, sed non perdimus cor et pugnabimus usque ad extremam guttam sanguinis!». После чего все выпили содержимое рюмок залпом. В рубке вновь повисла гробовая тишина. Всё поставили рюмки на панели управления. Там же и оставили наполовину опустошённую бутылку виски. Все начали поправлять свои пальто, куртки, рубашки, мундиры, одним словом, свои одеяния. Вдруг дверь заскрипела, а из коридора послышался скрипучий, безумный и пробирающий до глубины души смех. Был слышен скрип стальных когтей о стены, ритмичные топот. Он здесь. Когда дверь отворилась, все в ужасе закричали, увидев стальное нечто с щупальцами, массивными плечами, огромной нижней челюстью и острыми как бритва клыками-клинками. Демонтажники в ужасе побежали прочь, пробивая тонкие стены, крича: «встретимся в небоскрёбе!». Всё в страхе разбежались. Все, кроме полковника. Вот он его шанс. Шанс отомстить, шанс поквитаться со своим врагом с глазу на глаз, с кулака на кулак, с клинка на клинок. Ярость и страх смешались в голове Альфы в один большой вихрь эмоций, быстро превратившийся в ненависть. Жажда мести и ненависть - вот что движет им. Жажда пролить кровь того, кто отнял у него любовь. Жажда выпустить всю свою ярость. Полковник спокойно встал и поправил берет на голове. Он сложил руки за спиной и спокойно смотрел на стрелка. Как никак честь для Альфы была прежде всего. Стрелок тоже не торопился начинать схватку и встал в свою фирменную позу, сложив руки на патронаже. — Здравствуйте, полковник. Не думал, что мы встретимся так скоро? А я вас искал. Хотел организовать вам встречу с одной особью противоположного пола. Хотя всё же... почему мы здесь? — Потому, что ты начал войну, а я эту войну завершу. — Я так не думаю. Вы считаете себя свободным, хотя это не так. Вы подчиняйтесь командованию, которое твердит вам о долге перед родиной и о чести, хотя вас используют. Вам твердят о чести те, кто сами этой чести не имеют! Мы здесь не потому, что свободны. Мы здесь потому, что нас лишили свободы с самого нашего первого включения. У вас есть цель? У меня есть. А что касается свободы, то я отнимут у тебя то, что ты отнял у меня, когда ступил на эту планету и начал свой поход против нас - свободных машин! Стрелок резко налетел на полковника, вытянув свои щупальца с кислотой, дабы растворить противника, но русский уклонился. Рот превратился в зубастую пасть, а глаза сменились на один большой крест. Бой начался. Роботы вцепились друг в друга, нанося сокрушительные удары, которые отдавались эхом по комплексу, превращаясь в какофонию из воплей боли, ярости и лязга стали. Металл крушил металл. Сталь билась о сталь. Это побоище. Роботы били друг друга кулаками, оставляя вмятины, царапали когтями, разрывали одежду, рубили клинками, оставляя глубокие порезы, кусались, вырывая куски стали из тел, но никто так и не нанёс удара жалом с кислотой. У Альфы было преимущество, он мог не вводить кислоту в жертву, как демонтажники. Нет, он мог её выпрыснуть, как спрей или краску. Да и двигался он быстрее, ведь он больше чем демонтажник. Он робот, созданный для войны, для боевых действий. Наконец, выждав момент, полковник прыснул кислотой в лицо стрелку. Социопат застыл. Лицо робота начало плыть. Андроид схватился за дымящуюся желещку, что служила ему лицом, а сейчас превращалась в бесформенную массу. В голове стрелка пронеслось: «Снова… Неужели снова проигрыш?». Робот помнил, как Питер Мартин прыснул ему соляной кислотой в глаза, после чего сжёг. Впервые в жизни ковбой почувствовал страх. Робот начал медленно отступать. Он пятился, немного дрожа. Наконец, зашипев словно рысь, 406-й расправил крылья и, пробив потолок, улетел прочь. Альфа смотрел на эту сцену с триумфом в глазах. Он победил. Он напугал его. Он заставил его отступить. Полковник осмотрел себя: аккуратный мундир разодран в клочья, тело пробито насквозь в нескольких местах, от живота откусан кусок. Берет порезанный, дисплей потресканный. Стеклянная крошка сыпится из него вместе с осколками. Рот немного перекошен, несколько зубов повреждены. Альфа немного приуныл, но всё же убедил себя в том, что победа за ним. Полковник расправил крылья и взлетел в воздух. Он полетел к небоскрёбу, в котором его уже ждали. Он залетел на уже родной, пусть и разгромленный стрелком, 157-й этаж. Его встретили крепкие объятия Ти, Эфа, Ви и Эна. Французы и немцы были на полпути к нанитам для ремонта Альфы. Полковника уложили на диван, где тот, наконец, расслабился. Спустя столько лет он расслабился в окружении друзей. Он не боялся, что кто-то придёт и разболтает начальству, как это было на встречах с Джей. Нет. Теперь он, наконец, может и улыбнутся. Впервые улыбнутся при своих подчинённых. — Ребята, я его победил, он отступил… Он боится кислоты. Говорил полковник, делая быстрые вдохи, глотая ртом воздух, чтобы дожить до введения нанитов. Наконец заветные нанороботы были доставленные и введены в полковника. Раны с шипением начали зарастать. Вскоре альфа был как новенький, чего не скажешь о его одежде. Полковник ушёл в свой кабинет, достал из шкафа запасной мундир, переоделся и вновь вышел к своим. — Ну что, порвём этих силиконовых подонков? Спросил А, после чего все хором ответили: «ДА!».