Сны и Прощения

Еще один день ангела Мюриель на супер секретном задании от самого Метатрона проходит незабываемо, ведь сегодня девушка узнает, что смертные, оказывается, испражняются. Эту ужасающую новость ей рассказывает смертная Мэгги, когда Нина резко убегает посреди разговора, а как знает Мюриель, у смертных так не принято, как и у ангелов. Каждый день Мюриель наполнен новыми открытиями. За это время она: прочитывает более 50 книг, учится расставлять их по авторам, узнает больше о людских изобретениях. Посетители книжного магазина уже не шарахаются от ее вопросов (потому что их стало меньше). А еще никто из них не помнит о мистере Фелле, точнее об Азирафеле. Мюриель сама в начале спрашивает их о том, не расстроены ли они из-за того, что хозяин сменился, ведь люди обычно не любят резких перемен, но те лишь косо на нее смотрят. Они почему-то думают, что Мюриель тут работает уже давно и магазин достался ей от бабки. Но бабки у Мюриель нет. Однако когда она идет с вопросами к ее новым знакомым смертным из кофейни, они тоже говорят, что не знают никакого мистера Фелла. Чего не могло быть, ведь ангел сама видела, как они разговаривали. И когда от любопытства Мюриель не может сосредоточиться на книге, она отправляется к единственному эфирному существу на земле, которого знает. В квартире демона будто ураган прошелся. Но Мюриель отважно продолжает пробираться вглубь по сломанным вещам и порванным тканям, заглядывая в каждую комнату. Хозяин оказывается в такой же, как и вся квартира, разрушенной спальне. Он сидит в дальнем углу комнаты, большая часть его лица скрыты в тенях, голова опрокинута назад, ноги прижаты к телу максимально близко, а сам демон, похоже, спит. Интересно, что ему снится? — Мистер Кроули, это Мюриель! Проснитесь, пожалуйста! Дьявольское пламя смертельно для ангелов, поэтому девушке остается только звать мужчину и надеяться, что он ее услышит. — Чего тебе? — Хриплый и тихий голос демона раздается неожиданно. — Вы заснули, — Как будто не она только что кричала на весь дом. — И я хотела вас спросить. Почему Архангела Азирафеля никто не помнит? Я спрашивала у покупателей, и Нину с Мэгги, но они его тоже не помнят. Девушка говорит максимально быстро, так что у Кроули даже шанса перебить ее нет. — Ээээ, — кривой звук хриплого голоса прерывает рассказ, больше похожий на скороговорку. — Че ты ко мне с этим пришла, малявка. Кроули говорит, так как будто собирается умирать. Его речь медленная и растянутая. Каждое слово сопровождается долгой паузой. Да и выглядит он не лучше: осунувшееся и серое лицо демона видно даже за стеной яркого огня, но хуже всего выглядят глаза. Мюриель еще не заметила, но привычные очки демона разбиты и валяются у нее за спиной, около противоположной стены. В глазах Кроули читается только пустота. Даже сейчас, смотря на Мюриель, он не чувствует ничего, кроме желания снова закрыть их. — Мне по протоколу не положено, я могу возвращаться, только если есть какие-нибудь важные новости, или по приказу. Ни того ни другого пока не было. Расскажите, пожалуйста. Но в ответ ей тишина. Так прошла минута или больше, и, когда Кроули заговорил, девушка вздрогнула от неожиданности. — А мне какое дело. — Я же сказала «Пожалуйста». Люди так делают когда хотят что-то получить, а вы.… О! Вы что, не знали?! — В голосе девушки проскальзывают жалостливые нотки. И снова тишина. Хотя мистер Кроули смотрит прямо на нее, Мюриель всерьез думает, что на самом деле его взгляд направлен куда-то в другую точку вселенной. Иначе откуда такой невидящий взгляд. Тишина опять затягивается. Длится она дольше, чем в первый раз. И если в магазине ее всегда окружают звуки, то здесь тишина воистину давящая, как выражались смертные. На самом деле девушке очень грустно за мистера Кроули. Вопреки всем предубеждениям, он довольно интересный и почти нестрашный. Все то недолгое время, что они провели вместе, показалось для нее интересней, чем вся жизнь и работа в раю. Все в этом демоне заставляет ее ставить под сомнения свои знания не только о демонах, но и о самом Рае. Чего стоит только его сравнение с ульем. Она так до сих пор и не разобралась, что оно значит, но задумалась над этим очень крепко. Но после того как мистер Азирафель ушел, Кроули изменился. Точнее, он исчез вместе с ангелом, но вернулся в магазин через несколько дней, и, шатаясь в разные стороны, бесстыдно унес несколько мирно стоящих горшочков с растениями. А ведь Мюриель так старалась за ними ухаживать! Вычитала в книгах, что с растениями надо разговаривать. Они чувствуют эмоции людей. А Нина подсказала, что их нужно поливать водой. Она так и делала. Даже пару раз делилась с ними своим чаем, который так ей полюбился. В тот день Мюриель закрылась раньше и долго горевала над потерянными друзьями. — Ты же… Ты же не уйдешь, пока я тебе не скажу, да? Мюриель снова вздрагивает и неуверенно кивает. — Че тут объяснять, он теперь Архаангел. Важная шишка. Там за все земные года документов оформлять лет шестьсот. Вот они и решили не запариваться и просто стерли его из истории. — Кроули тыкал пальцем в воздухе, как будто составлял предложения в голове. Он закончил и тяжело вздохнул. — Все. Убирайся, малявка. — Правда?! Ну, если это так, значит, так надо, наверно… — Убирайся. Отсюда. Больше испытывать и так плохого на вид демона девушка не собирается, и, как только она отходит, Кроули закрывает глаза. Пламя, окутывающее его, снова возвращается. Выйдя из жилого дома в центре Лондона, она в спешке перемещается в магазин. Поход к мистеру Кроули вызван не только собственным любопытством, но и важным заданием от небес. Теперь девушке есть что рассказать боссу. *** Есть места на земле, на которые, к удивлению, не ступала нога человека, и эти места прекрасней всего, что создали люди за все время их существования. Одно из этих мест — пляж, находящийся где-то посреди холодных лесов. Вряд ли кто-то полез бы туда купаться даже летом. Но это не делает его менее прекрасным. Даже прибавляет шарма. На заходе солнца, когда ночь ощущается более явственно чем день, а привычные для этого места большие волны, почему-то превращаются в легкие, почти неощутимые движения воды, и среди больших и маленьких валунов серого пляжа появляются двое мужчин. Это Азирафель и Кроули после очередного обеда по поводу их встречи решили прогуляться в безлюдном месте. Они направляются к морю тихо о чем-то переговариваясь. По пути демон снимает свои самые модные туфли на это десятилетие и идет вдоль берега, прямо по воде. И ему все равно на холод и намокающий низ его черных джинсов. Ангел, однако, не поддается примеру демона и идет рядом по абсолютно сухому песку. Он слушает демона, но все его внимание направлено под ноги, где он высматривает и старательно обходит каждый камушек. Он очень не хочет поцарапать свои туфли, ведь тогда их придется менять. Ангел не любит неряшливость, но еще больше он не любит резкие перемены в своей жизни. А смена обуви как раз подходит под это описание. — Ангел, ты знал, что этот пляж существует дольше, чем все люди. Я время от времени брожу по этому лесу с самого выхода из Эдема. А пляж нашел лишь в сороковых. — Невероятно! Это прекрасное место, дорогой, очень красивый вид. Ангел искренне наслаждается последними минутами заката, а Кроули наслаждается им. Лицо, вроде как знакомое с начала времен не должно вызывать у него таких чувств, но все подобные убеждения всегда сводятся к тому, что он просто сдается и смотрит, смотрит на своего ангела. Ангел прекрасен всегда, но сейчас в обрамлении последних закатных лучей он выглядит воистину свято. И это пленит. — Не могу не согласиться, ангел. Он с неохотой отрывает взгляд со своего ангела, теперь они оба смотрят в одну сторону. — Вон там, — демон поднимает руку, в которой держал туфли и их носками показывает на примерное место. — Была скала. Большущая. Но я ее разрушил. И под осуждающе — недоуменный взгляд сбоку добавляет: — Случайно. На это ангел только хмыкает. Каждую их встречу сквозь года ангел не может не разглядывать Кроули. Тот, в отличие от Азирафеля, всегда следует последним новинкам моды, да и в общем лучше вливается в быструю человеческую жизнь. Это он тянет Азирафеля сквозь века, а ему остается лишь не спотыкаться. — В честь этого, позволь соблазнить тебя на распитие дорогущей бутылки виски на двоих. Кроули щелкает пальцами, в его ладони появляется увесистая бутылка. Судя по названию Гринфарклас 105. Азирафель слышал о нем как о самом крепком виски. Его придумали в Шотландии, и как показывает год на этикетке — в руках у демона самая первая партия этого алкоголя. Обычно ангел долго думает над подобными предложениями, но сейчас решил искренне насладиться приятным пьяным разговором. Уже через полчаса они сидят, облокотившись на огромный камень, и смотрят в небо, которое оказалось чистым, без единого облачка. Обувь демона валяется где-то возле самых волн, вероятно, напрочь забытая своим хозяином, который бессовестно наслаждается обществом ангела и даже не думает о них вспоминать. — Знаешь, — пьяно тянет Кроули. — Я не люблю звезды. — Почему?.. как по мне они очень красивые, особенно когда их много и из них получается молоч… Молеч… Мчель… Млечный путь. Млечного пути над ними точно не наблюдается, но звезд и вправду гораздо больше, чем в Лондоне, даже в самую ясную ночь. -Мее… Млечный путь тоже хрень собачья, но больше всего меня бесят эти детские рисунки.как их… Созвездия. Вот. Наитупейшая идея. — А мне нравится. Некоторое время они сидят молча. Им уже не нужно говорить, чтобы наслаждаться обществом друг друга, ведь они обсудили уже все темы на свете за последние шесть тысяч лет, и начинают повторяться. Голова Кроули то и дело падает между его колен, но он усиленно с ней борется. Он тратит все силы на то, чтобы продолжать наблюдать за Азирафелем. Тот смотрит куда-то вверх, и не обращая внимание на демона, напевает под нос неизвестную мелодию. — Кроули, — Азирафель резко перестает качаться и гуляющим взглядом смотрит на демона. — В одной книге был момент, где герои танцевали под звездным небом. Это было так красиво. -И? Пока ангел пытается встать, перекатываясь с бока на бок, Кроули очень внимательно за ним наблюдает. Но еще больше недоумения вызывает рука вставшего Азирафеля, предлагающая ему последовать за ним. Наконец поняв намек, демон хватает мягкую ладонь и встает напротив Азирафеля. Тот сразу тянется к его лицу и аккуратно снимает темные очки. Теперь и ангел прекрасно видит недоуменный пьяный взгляд змеиных глаз, но лишь улыбается на это. И вот, очки на камне, а Азирафель перед ним. В этом состоянии Кроули может свободно смотреть в глаза ангелу, без какого либо страха. Трезвым он бы себе не позволил такого. Но сейчас все по — другому, ведь Азирафель сам держит его за руку и смотрит прямо в глаза. Молчаливым взглядом демон проводит руку ангела, пока та не ложится на его талию. Кроули со знанием дела кладет руку на лопатки Азирафеля и его локоть непроизвольно поднимается до абсолютной параллели с землей. Шаг назад. Шаг в сторону. Шаг вперед. В сторону. И по новой. Все таки опыт не пропьешь, а демон посетил в свое время слишком много балов. Хоть танцевал он его довольно часто, но вальс ему определено не доставлял огромного удовольствия. А сейчас Кроули просто в восторге от каждого шага и поворота, в восторге от мужчины, что ведет его в этом вальсе. Ангел и демон то медленно, то быстро кружатся по всему пляжу. Сейчас они в собственном мирке без ада или рая. Они существуют друг для друга. Что бы вместе кружиться под самую прекрасную музыку на Змеле. Тихую музыку моря.

***

Азирафель неимоверно рад снова оказаться на Земле. Он буквально сбежал с Небес вслед за Мюриель, заблокировав все каналы связей. Теперь он так может. И наравне с тем как он расслабляется в привычной обстановке; среди больших зданий и шумных дорог, мысли, что он не имеет права здесь находиться проскакивают все чаще. Азирафель, в основном, не дурак, но осознание того, что Кроули даже в идеально правильный Рай не вернется, пришло к нему слишком поздно. Что он уже давно не ангел, творивший прекрасные туманности, даже если Азирафель думал, что они оба хотели обратного. Он и правда решил, что тот будет рад снова стать ангелом. Он забыл, что Кроули уже не ангел, и даже не демон. Он — Кроули и он поступает так, как сам считает нужным. И он наверняка думал, что ангел такой же. Да и он был прав, ангел был таким. Пока Небеса не показали ему конфетку и не сказали "Азирафель, ты нужен нам" и вот он уже покорно идет на небеса и отрекается от "нужных" поступков в угоду "правильным". Он так давно хотел быть нужным им, что забыл, кому на самом деле нужен и кто нужен ему самому — Кроули. — Он в своей квартире. Мюриель очень волнуется за состояние мистера Кроули, поэтому то убегает вперед, то опомнившись, возвращается к Азирафелю, который невероятно медлил в своей нерешительности. И хоть выбор между небесами и Кроули теперь довольно прост. Он уже один раз выбрал не его и результат ему не понравился. Но его решение никак не добавляет уверенности его действиям. Что ему сказать Кроули? Имеет ли он вообще право что-то ему говорить? А если демон даже слушать его не будет? Как Азирафель вообще сможет подобрать слова? Как вообще сказать то, что у тебя на душе. Ведь внутри все понятно, но на словах никак не донести этого. Всегда будет мало. Не так живо и объемно как внутри. На самом деле Азирафель даже привык к мыслям о Кроули. Он и на Земле периодически о нем вспоминал в годы их разлуки. Но когда его стали окружать только белые стены, потолки и пол с одним только столом, мысли о демоне, не чувствуя какой-то преграды в виде мирских забот накрыли его полностью. Он вспоминал их встречи и посиделки у него в магазине. И как бы прошлый Азирафель этого не отрицал, но он всегда, на протяжении всех веков, в каждом новом городе надеялся снова встретить демона; Снова поговорить о последних событиях и их собственных делах. Обязательно найти приличный ресторанчик, напиться и наесться там до отвала. И надеяться на то, что эта встреча продлится чуть дольше, чем прошедшие. В остальное время Азирафель скучал. Нет, в его жизни происходили удивительные события, он встречался с интересными, а порой даже историческими людьми. Но иногда ловил себя на мысли, что было бы намного интересней, будь демон здесь. А раз его здесь нет, то ангелу неимоверно хотелось рассказать каждую свою невероятную историю Кроули и услышать его мнение, и, что более важно, слушать, что же происходило с демоном. Но он все испортил. Уже ничего не будет как раньше. Для Азирафеля свойственно отставать. Он постоянно отстает от людей в моде и технологиях. Он постоянно отстает от Кроули. Поэтому ни капли не удивился, когда стоя на небесах и вспоминая былые деньки на земле он подумал: «А ведь я люблю его». Эту мысль он сейчас сравнивает с галстуком бабочкой, который начал носить через месяц после того как мода на них прошла (как сказал Кроули). Уже не актуально. Демон уже не любит его. Не после тех слов, что он ему сказал. Но что ему сказать сейчас, когда ошибки совершены. Да, единственное, что он сейчас может это молить о прощении. О том, которое он так глупо подарил Кроули. — Мне пойти с Вами? — Эм.…Нет.… Не надо. — Хорошо. И все же надо идти. Азирафель зачем-то максимально тихо открывает дверь и также тихо закрывает ее за собой. Квартира демона представляет собой смесь разбитых вещей и одиноких растений, расставленных где попало и явно не чувствующих себя хорошо. Сквозь обломки тумбочек, ваз и кусков штор Азирафель пробирается к спальне. И с каждым шагом ноги трясутся все больше, сердце стучит прямо в ушах, заглушая тишину. Но он всё же шагает внутрь спальни. Перед его взором открывается такая же разрушенная комната, не отличающаяся от всей квартиры. Только в самом дальнем и темном углу сидит человек. Несколько шагов и в темной фигуре узнаются острые черты демона. Но ангел подходит еще ближе, и резко отшатывается от увиденного. Рука непроизвольно тянется ко рту, а из глаз вот-вот потекут горькие слезы. На Кроули больно смотреть. То, как он спит, вжавшись в стенку пока по его лицу текут редкие слезы, полностью поразило ангела. — Кроули. Азирафель зовет его шепотом, непроизвольно от сильного шока. Но именно в этот момент демон открывает глаза, и взгляд его падает прямо на незваного гостя. — Что ты здесь делаешь. — Я…Я.- ангел попытался коснуться плеча демона, но тот его оттолкнул. — Не приближайся! В ту же секунду свет озарил большую часть комнаты, и Кроули в мгновение ока оказался внутри огня. Кажется, будто огонь исходит прямо из демона, но не обжигает его. — О, Кроули… В этот момент ангел может лишь смотреть на то, как демон пытается защититься от него и ненавидеть себя еще больше. Кроули отползает еще дальше в угол и притягивает длинные ноги ближе. — Зачем ты пришел. Слова странно ударяют по Азирафелю. Тот демон, что вечно помогал ему. Тот демон, что всегда был рад встречи, теперь не хочет его видеть. И это его вина. — Я…Мюриель сказала, что ты неважно себя чувствуешь… Я хотел тебя увидеть….И извиниться. -Валяй. Голос демона кажется уставшим и поникшим. Да и сам Кроули выглядит не лучше. В одних змеиных глазах собрана вся печаль мира. Как же Азирафель желает прикоснуться к нему. Провести пальцем по впалой щеке, и смотря прямо в глаза сказать о том, как он был не прав, и как он любит его. Но он не имеет права на эти слова. Он сам об этом знает, а огонь лишь напоминает, какую стену он заставил построить его дорогого Кроули. — Я был не прав. О, Кроули, как я был не прав. Я верил в себя и в небеса больше чем в нас. Мне понадобилось столько времени. Меняться хотел я. Я хотел изменить тебя. Мне понадобилось непозволительно много времени, чтобы понять, что мне на самом деле не нужны небеса. Я хотел туда, чтобы быть с тобой. Я наивно думал, что ты желаешь быть ангелом. Я хотел тебя исправить… Я был таким дураком. Пожалуйста… Прости меня. Он говорит с паузами, смотря на Кроули, но тот упорно разглядывает пол. После речи ангела он все же поднимает взгляд, совсем не знакомый взгляд. Он ему не верил. Кроули так на него никогда не смотрел. Даже когда Азирафель говорил что-то, что походило больше на сказку чем на правду, его взгляд был заинтересованный, но сейчас он другой. Такой тяжелый, что ангел немного отступил. — Хорошо. Я не прощаю тебя. — Что. Азирафель ожидал всего угодно от молчания, до смерти от адского огня, но эта фраза режет по нему, больнее, чем он мог себе представить. — Я тебя не прощаю, — повторил демон, выделяя каждое слово — Азирафель, ты знаешь, что мне снилось? Мне снился тот дикий пляж. Помнишь? Мы тогда пили виски после ужина в Милане. Ангел смог лишь кивнуть. — В этом сне мы с тобой пьяные смотрели на небо, а потом ты потянул меня танцевать. Под звездами. Я был счастлив. Но на самом деле такого в тот день не происходило. Помнишь? Мы тогда выпили. А потом ты сбежал, потому что ты очень не хотел, что бы начальство тебя увидело и подумало плохо. На гребанном, забытом даже Богиней, пляже. Понимаешь, почему я не смогу простить тебя? Ты никогда меня не выбирал. Ты никогда не выбирал нас. Я просто не смогу физически снова пережить это. Я устал от этого, ангел. Горькие слова отдаются в сердце Азирафеля самой сильной болью, которую он испытывал за всю свою долгую жизнь. Осознание того насколько его неуверенность отразилась на Кроули, то что он в таком состоянии из-за него. Сколько раз он делал неправильный выбор стало последней каплей, и из его глаз полились слезы. — Но я же… Кроули, я…люблю тебя, Кроули. Я не представляю как ранил тебя… Я бесконечно виноват перед тобой… Ты всегда двигал нас вперед. Но когда это должен был сделать я… Я сбежал… Сбежал, чтобы наконец понять насколько ты важный человек в моей жизни…. О Кроули, пожалуйста, не плачь. Азирафель не замечает, как оказывается на коленях в нескольких сантиметрах от огня Кроули. А когда видит слезы на таком любимом лице, то, не задумываясь, протягивает руку. -БЛЯТЬ! АНГЕЛ, НЕТ! Кроули резко толкает Азирафеля подальше от себя, тот отлетает и оказывается на спине. Он не двигается. Шок поразил демона, его грудь начала рвано вздыматься, а сам он с ужасом смотрит на бездвижного ангела. Этот дурак полез своей рукой в адский огонь. Кто его просил подходить. Зря он вообще пришел, опять у него проблемы из-за Кроули. Вдруг ему слышится хрип, и пламя вокруг него тут же гаснет. Кроули в ту же секунду подрывается и падает на колени рядом с Азирафелем. -Ангел? Злость и обида мигом вылетели из его головы, когда он увидел, как рука Азирафеля тянется в огонь. Но сейчас, когда он вместе с ангелом разглядывает обгоревшие кончики пальцев на дрожащей руке, даже крупицы жалости к себе вылетают из головы. — Ты зачем рукой поле… Кроули прерывается, он замечает прожженную одежду Азирафеля в районе груди и понимает, что сам обжог Азирафеля. Своими руками. Теперь на груди ангела ожог, который никогда не пройдет. — Я… Ангел.… Твою мать, Азирафель, я не хотел, Боже мой. Кроули тут же принялся разрывать всю верхнюю одежду на Азирафеле, который только отходит от шока и начинает чувствовать боль. На голой груди ангела расположились два красных следа в форме тонких и длинных ладоней. -Значит, я это заслужил. — Что? Демон сначала даже не смог понять, что он сказал, но когда смысл полностью дошел до него, то взорвался. — Как ты можешь вообще такое говорить?! Я не хотел этого делать, ангел! Я не подумал! Боже, я так испугался за тебя! Как ты можешь такое говорить?! –он не замечает, как срывается и дрожит его голос, но замолкает, когда чувствует на своей руке руку ангела. — Кроули, Кроули, посмотри на меня, дорогой. Азирафель всеми силами пытается привлечь внимание демона, которого быстро накрывает истерика. — Кроули, мне очень больно, но ты не виноват. Я думаю это лучше, чем, если бы я без руки остался. Я совершил глупость, прости. Ты спас меня, Кроули. -Я… Я… Ладно. Но что нам делать сейчас. Тебе же больно. Азирафель вдруг вспоминает о той, кто ждет его за дверью. -Точно! Мюриель. Она за дверью. Кроули, скажи ей, что бы она отправилась за святой водой. Она в магазине. Тот без слов скрывается в коридоре, но еще через мгновение уже находится в спальне подле своего ангела. — Она скоро будет. Потерпи. И несмотря на все, Кроули берет Азирафеля за руку, не только для того, что бы тому было легче, но и для собственного спокойствия. — Слушай, тот сон. Чем все закончилось? Кроули с грустью смотрит на своего ангела, у того мутный от боли взгляд и демон понимает, что Азирафель просит отвлечь его от этого ада. — Мы танцевали под звездами. Ты меня вел и мычал себе под нос какую-то мелодию, которая к слову вообще не для вальса, но больше всего ты смотрел на меня. Было так тихо. Мы просто танцевали. Вдруг ты неожиданно остановился и позвал меня по имени. Я проснулся и увидел тебя перед собой. Представляешь? Кроули смущается и отводит взгляд. Теперь они просто молчат. Демон лишь мягко поглаживает большим пальцем руку ангела. И наконец в спальню врывается Мюриель с термосом в руках. — Вот она! Кроули не медлит, выхватывает термос из рук девушки и аккуратно поливает ожоги, то чего те неприятно шипят, а лицо Азирафеля искажается от боли. Но вскоре все проходит. Следы на его груди не исчезнут теперь никогда. Но ему хотя бы не больно. Когда вода кончается, Кроули аккуратно перетаскивает ангела ближе к стенке, тот послушно садится. Но когда Кроули порывается отстраниться от ангела и убраться в спальне, ангел его не пускает. Он хватается за его руку и мокрыми от слез глазами смотрит на своего демона. -Спасибо, Кроули. Сам того не понимая демон садится напротив ангела, а тот уже сжимает обе его руки в своих ладонях. -Я этого не заслуживал. Я, на самом деле, никогда не заслуживал тебя. Этот мир слишком быстр и ты с ним. Но Кроули, я правда тебя люблю…но если тебе от этого больно, то… мир не тот без пенья соловьев… Мысли полностью теряются в голове Азирафеля. Это его последний шанс. Он просит демона поверить в него в последний раз. Но есть ли у него этот последний раз. -Азирафель, ангел, я люблю тебя так давно, что даже если бы ты собственноручно вырвал мне сердце, я бы все равно стремился быть с тобой и защищать тебя. Я не смогу избавиться от любви к тебе даже если очень захочу. Но парадоксально, я никогда этого не хотел. Даже отталкивая меня ты оставался самым лучшим человеком и ангелом, которого я знал. И сейчас, когда я на тебя злюсь, я все еще люблю тебя. Кроули понимает, что плачет вместе с ангелом только когда рука последнего мягко касается лица демона. Азирафель чуть ближе наклоняется к демону и прислоняется к его лбу. Вряд ли они оба счастливы прямо сейчас, но точно испытывают огромное облегчение. Но вдруг Азирафель замечает во взгляде демона страх и снова он ему причина. Он, что столько скрывал свои чувства не сможет отважиться на еще один поцелуй. Поэтому Азирафель целует его сам. Сначала он просто дотрагивается своими губами до губ Кроули, и получая немое разрешение от демона прижимается чуть сильнее. И ангел начал неуверенно целовать и покусывать по очереди верхнюю и нижнюю губу демона, тот внезапно отвечает. Вкус губ Кроули пьянит ангела не хуже опиума. Проходит пару прекрасных мгновений, когда Азирафель немного отстраняется. — А Мюриель? — он вдруг вспоминает о третьем существе в квартире. И обе головы одновременно поворачиваются к девушке, которая тут же разворачивается и с писком выбегает в коридор. -Буду в магазине! — Вот малявка. — Кроули… нам наверно надо поговорить? — Да. Конечно, ангел. Надо. И вопреки своим словам демон снова целует своего ангела. Но теперь его рука хозяйничает в кудрявых локонах на затылке ангела. Да и он чувствует руку ангела на своей шее и колене. Возможно, Кроули сейчас проснется. Поэтому прижимается еще ближе к такому любимому ангелу.