Пропасть

Идя в дождливый день домой, Антон размышлял не о своем сегоднешнем выступлении, не о дружеских подколов Димы и Сережи и не о своей проблеме. Нет. Он думал о стычках и о холоде Арсения, в последнее время становясь максимально много. Их взгляды не были такими теплыми и родными как раньше и их взаимодействие не такое. Будто чужое и отстранннное. Шастун не мог понять что могло произойти такого? Ведь все было как обычно. Выступление, приколы, посиделки и все. Все шло чередом но потом Попов стал показывать свой холод и на публике, старался играть свою роль но при этом показывая как Антон ему надоел. Тоша не понимал и сколько раз он не подходил к Арсу, тот лишь говорил одно: «Не понимаю о чем ты.» и уходил. С ним даже Паша не мог нормально поговорить, будто он замкнулся и об этом Антоша и переживал. Переживал за Арсения, ведь они были друзьями, командой и чем то родным, чем то ближе. Арсения никто не заметит. Ни Ира, ни Сережа. Они другие друзья. Близкие, да, но не Арс. Они не могли понять так как понимает Попов. *** Уже зайдя в свою квартирку, Тоша рухнул в кровать и замычал. Голова трещала от боли, а сам же он сильно промок и нуждался в ком то. Вроде Арсения. Но сейчас же не самый подходящий момент звонить, да? — Арс, привет? — все же Антон набрал номер своего коллегу и надеялся на более позитивный рассклад. Арсений долго молчал, а Шастун переживал и хотел уже отложить, но послышались усталые вздыхание и голос самого Попова. — И тебе еще раз привет, Антон. Что то случилось или понадобилась моя помощь? Тоша расстерялся. На данный момент у них шло не плохо. Да? Есть шансы на восстановление хороших отношений? — Слушай, тут правда нужна твоя помощь. — «Нужен ты» собирался бы сказать шатен, но передумал, добавляя в свою фразу. — Я не хочу оставатся один и почему бы нам не перекусить у меня и не провести в дождливый вечер двоем? — Антон, послушай. Ты мог позвонить Паше, Ире или Сереже с этим предложением. Ты же знаешь что я не могу. Надо почитать один важный документ на наше выступление и я серьезно отношусь к нашей работе. Что то еще добавишь? Но надежды рухнули и сердце ушло в пятки. Антон усмехнулся как-то грустно и это лишь доставило боль жгуче. — Нет. Я понял. Тогда до завтра? «Если оно еще настанет.» — подумалось Антону и отключился, не дождавшись ответа черноволосого. У парня появилась настоящая истерика. Его жгло изнутри, а вооспоминания о их дружбе вооспроизводились в голове как кассета, добавляя лишь перца и соли на рану Тоши. *** Долгих пять часов светловолосый не мог расслабится. Боль была слишком резкой и острой, а дотянутся до телефона не мог но все же к его спасению пришел Сережа. Он так испугался за коллегу и друга что слов было не описать, но помог ему и Тоша сейчас отдыхает, слушает лишь сильные стуки ливня. Сергей остался у него. Заботился и проверял температуру постоянно, а так же аккуратно тыкал его болевые точки чтобы убедится что он хоть дышит. Все же проснулся. — Сережа? Ты как. — Не говори ничего. Повезло что я успел вовремя. Ты почему сразу не позвонил мне? — он вопросительно глянул на замершего Шастуна и рассматривал его болезненное бледное лицо, а так же было видны его синяки под глазами и такое жизнерадостное личико, больше не было таким, а напоминало человека уставшего и очень тяжелого в своей болячке. Болезнь его пожирала. Каждую косточку его поедала и забирала все силы и энергию — Не успел, оно резко начало болеть. — Мда уж. Надо идти к доктору, Антон. Это же до добра не доведет. Парнишка отвел взгляд и прошептал. — Не хочу. Завтра представление. — Ты идиот, Шастун?! Вообще то ты смертельно болен раковой опухолью и прошу меня простить, но стадия четвертая! Ты точно поехавший? — не на шутку испугался коллега по работе и уже встал с мягкого угла кровати, грозно смотрел на болеющегося. Тот никак не среагировал, а только улыбался и смотрел на меняющуюся погоду, вместо ливня теперь громохало и лишь тучами покрывало голубое небо, создавая мрак и полное отчаянье. — Я хочу прожить дни в приятном настрое. Видеть радующихся зрителей, видеть и слышать их смех, а так же ваша компания и Арсений. Я хочу это видеть, потом я не смогу. Просто не смогу. Так страшно. В этой песчанной пустоте, остаться одному во тьме. Во мраке. И вас ребят никого не будет. Никого. Мужчина слушал парня и просто тяжело выдохнул. Он наблюдал за Антоном, его мимикой и действиями. Пока он рассказывал, Тоша сжимал свои пальцы, чувствовал как по венкам еще кипит кровь, разлагающая по крововным сосудам и передающуеся в самое сердце. Сергей не мог поверить факт что Антона не будет. Его не будет. И будто не существовало. Но так нельзя. Нельзя допустить, но избегать неизбежное невозможно. *** Погода не менялась. Утром снова ливень. И вот есть минута разговора Антона и Арсения за закулисье. Они стояли и прижимались плечами друг об друга, пусть ничего не говоря, но этого действия хватило сполна осчастливить Шастуна, который добивался этого. Но счастье не длится долго, Арсений остранился и уже был готов выйти на сцену, поговорить с Пашей об одном контракте и реплике, но Антон его остановил. — Ты скажешь в чем дело или нет?! — Антон, давай не сейчас. Нас ждут. — пробормотал Арсений и спешил выйти на сцену, не собираясь заставлять ждать зрителей и Пашку — Нет уж. Мы поговорим. — Антон не собирался идти на компромисс и это все его задолбало. — Мне нечего скрывать от тех кто мне дорог, пусть знают, пусть слышат и видят как ты стал злым по отношению ко мне. И тут закулистье поднялось. Их ссору и выяснение отношения все видели, а выражение лица Пашки то и вовсе было рассеянное но он с интересом наблюдал. Попов не вытерпел этого и развернулся Шастуну, своим проницающим взглядом смотрел на него. Его взгляд бегло рассматривал побледневшее и стойкое выражение лица Антона, его мершки под глазами, усталый вид и вызывалось много вопросов. Он так исхудал из-за их недопонимания? Шастун не был глуп и наивным простачком, он бы о себе позаботился и не задумался об этом, ведь скоро решится. Арсений расскажет. Прямо сейчас это то чего ждал кучерявый. — Ты мне надоедаешь. — сухо произнес не те слова Попов и добавил. — Ты навязчивый и постоянно липнешь, будто своей личной жизни нет. Я друг тебе, Антон но надо отдыхать друг от друга. Смекаешь? Зрители смотрящии за этом были в недоразумении, но ведущий ответил что эта сценка специальная для любителях отношений Арсения и Антона, тогда уже люди расслабились и с волнением наблюдали. Что то тяжелое застряло в глубине сердце Антона и он улыбнулся, кивнув и резко ушел, пошатываясь. Тут даже неожидал Воля, но останавливать не хотел, а вот Арсений чувствовал что — то странное. Он не то хотел сказать, но было бы стыдно при всех об этом говорить, поэтому он продолжал импровизировать дальше. *** Парень вышел на улицу и стал глубоко дышать. Воздуха не хватало на данный момент, а боль резкая и заглушительная по всей ушным звонам. Ему не хотелось возвращатся. Не домой, не на студию. Но оставатся одному не хотелось, было чувство страшное и терзающее. Он умрет. Не избежно и будет один в этой тьме. Без Арсения. Без друзей и это пугало. Сильно пугало. — Антон! — крикнул Сережа но Тоша не реагировал, в его ушах был звон, резкий и неприятный. — Пошли курнем. — хрипло предложил парень, не оборачиваясь произнес. — Какой курнем? Ты с ума окончательно сошел? Тебе бы щас поехать в больницу. Я серьезно. Могу сопроводить. — Нет, Серый. Курнем. — на этот раз он улыбнулся так же как и Арсу, прихватив друга за плечо, потащив в сторону и подальше от работы. На улице было сыровато и прохладно, но пока что дождя не было, лишь тучи мерцали в сероватом небе. Оба мужчины шли медленно и задумчиво. Матвиенко пытался переубедить светловолосого о своем решении покурить, но тот настаивал, приговаривая: «Все равно сдохну, хочу побаловать себя этим.» но бородатый лишь цокнул на это заявление и все же они покурили. Остановившись на лавочке, кучерявый вытащил сигареты из штанов и закурил, позабыв о том что его боль росла, а именно в висках, передавалась к мозгу и постепенно усиливалось. Но сейчас парень лишь наслаждался табаком и какой дым исходил. Его друг презрительно на это смотрел и не выдержал, выпалил все. — Ты выглядишь так будто упадешь в обмарок но при этом куришь! Антон, да нужен тебе этот Попов?! И что ты так взъелся? Может и правда вам отдохнуть и тебе подумать о своем здоровье? — Нужен. — все что ответил парень, пытался расслабится но не мог. — Ладно. Ты им дорожишь? — Да. — Ты любишь его? — Да. — просто ответил Шастун и выкурив сигарету, он посмотрел на Сережу. Уже не улыбался, чувствуя как теряет равновессие но черноволосый его держал, не давал упасть. — Я звоню в скорую. Как хочешь *** Арсений сильно нервничал и сейчас дозванивается до Антона, но тот не берет трубку и это настораживало сероглазого. Неужели так сильно он его ранил? Он осознавал что перегибает палку но неожиданно было что так все будет. А ведь мужчина боялся сказать чертовы три слова этому юноше. Так сложно просто взять и сказать, когда зеленые очи Антона так с мольбой смотрят и будто просят чтобы тот не уходил, остался и они бы обговорили все. Но нет. Он боялся. И до чертиков покрывался мурашками, закрываясь в себе. Дима пытался до нему дозновится, но тот не брал трубки. Был полностью погружен мыслями об парнишке который забрал сердце Арса. Он не переставал о нем думать ни на секунду и даже тогда когда они созванивались по телефону, Попов старался подавить желание к нему приехать, ведь он мог просто не сдержатся, а как Тоша среагировал бы? У него девушка была вроде как и не плохая, хотя они оба не маленькие дети и было бы стоило разобратся в этом, но Арсений выстроил между ними пропасть. Стенку которая была нерушимая. Он сам это сотворил и сейчас лишь мучается. Идя под дождем и с зонтиком закрывающегося самого мужчину от дождя, он направился в квартиру Антона. Мужчина решился что именно сейчас он скажет. Поговорят. Поругаются. А так же помирятся и возможно даже будет что то более приятнее. Но имеет ли право думать так Арс, после чего создал для них проблему? Не важно. Он должен был увидеть его. Пятый звонок. Шестой. Седьмой. Потом стук в двери. Еще чуть — чуть и старая соседка поднимет шум, что какой то мужчина ломится в дверь. Но ведь Арс переживает, он не мог набратся терпения и прислонившесь щекой к стене, он слушал нету ли шагов? Но нет. Была гробовая тишина. Не шума телевизора, не возни на кухни и даже смеха Сереги не было слышно! Страх возник у Попова резко и он позвонил Матвиенко, узнать где Антон. Где они в целом?! — «Алло?» — осипшим и даже сдержанным голосом произнес мужчина. — Серег, где Антон? Вы слиняли к тебе? То знай, я щас приеду. Молчание. Слишком долгое и вовсе не веселое. Послышался сморчок через платок и Сергей произнес то, от чего сердце практически перестало бится у ошаломевшегося Попова. — «Умер Антон. Умер. Рак у него был, Арсений. Как два года. Сегодня в больнице он умер.» Тяжело стало дышать и в целом стоять, он резко упал, опираясь спиной об стену и чувствовал как глаза мокреют, а руки трясутся будто их кипятком пролили. — Как умер? Сереж. не пугай. Это такой ваш план с Антоном мне отомстить? Это. это не удачно! — «Да какой нахер план, Попов! Мой лучший друг умер. Твой любовник не состоявшийся умер! Очнись, ты не в сказке живешь. Так было трудно адекватно с ним поговорить было? Черт. Я отключаюсь. Извини.» — и он действительно бросил трубку. А вот сероглазый лишь зарылся лицом в свои ноги и задрожал. Он потерял свою любовь. И теперь вина будет долго мучать его.