Агат

Аль-Хайтам медленно, размеренно проходился взглядом по любезно предоставленному ему хозяином лавки выбору ювелирных и бижутерных колец. Взгляд цеплялся то за одно, то за другое, пока заметивший состоятельного и безусловно придирчивого покупателя продавец, суетясь, рассказывал о преимуществе каждого образца. Конечно, его слова были пропущены мимо ушей - секретарь и без его трёпа сможет выбрать то единственное, что так хорошо будет смотреться на безымянном пальце утонченного избранника. Все эти вычурные, переливающиеся всеми цветами радуги стекляшки были мысленно отброшены в сторону ещё до того, как аль-Хайтам на них взглянул. Он понимал и признавал уникальный, недоступный обывателю, вкус лучшего архитектора Сумеру и, кажется, всея Тейвата, и потому знал - ничто дешёво блестящее никак не могло удовлетворить такую тонко чувствующую душу, как душа Кавеха. Исключительно драгоценное, безусловно уникальное, что-то, что отразило бы в себе весь спектр чувств к возлюбленному... Когда, казалось, всё было осмотрено, а разочарованный вздох уже был готов сорваться с губ, краем глаза аль-Хайтам увидел нечто, что ранее, кажется, ускользнуло от его взора. Присмотревшись внимательнее, он осознал, что это - искомое, то, что он так долго высматривал. Тонкое витое белое золото, а кульминация композиции - небольшой глубокого изумрудного цвета агат, окруженный мелкой россыпью рубинов. Обилие камней оттенялось светлым, благородным металлом, вызывая восхищение даже у, казалось, не особо любящего украшения секретаря. В голове вертелось лишь четкое "да" - кольцу, способному в полной мере отразить значение чувств к человеку, которому оно будет вечно принадлежать вместе с сердцем самого аль-Хайтама. Он аккуратно уложил кольцо, оказавшееся на удивление не таким дорогим, как могло бы, в элегантную темную бархатную коробочку и спрятал её во внутреннем кармане кейпа. По дороге купив небольшой букет любимых цветов Кавеха, - он специально записал название, зная о собственной путанице в мыслях насчет любимых вещей архитектора - аль-Хайтам, чуть ускорив шаг, направился прямиком домой. Вечерний воздух приятной прохладой обдавал лицо и руки, придавая немного воодушевления перед, несомненно, важнейшим событием в его жизни. Сегодня он собирался накрепко связать свою судьбу с судьбой Кавеха, горячо любимого холодным секретарским сердцем. Дверь с тонким скрипом открылась, впуская в дом вместе с вечерней прохладой чуть запыхавшегося - подходя к дому от несвойственного ему нетерпения аль-Хайтам перешёл на бег - секретаря академии. Предусмотрительно спрятав букет за спину, он прошёл вглубь дома, к комнате Кавеха. Аккуратно постучав и услышав разрешающее "входи", он открыл и эту дверь, резко выдохнув, переступая через порог. Он смерил взглядом сгорбившегося над очередным чертежом архитектора и негромко позвал его. - Кави, солнце, пойдём в гостиную, - он отошел спиной от прохода, встречаясь взглядом с недоумевающим Кавехом. - Ох... Секунду, мне осталось совсем чуть-чуть... - буднично - ведь он не знал, что ждет его в этот вечер - пробормотал он. - Хорошо, - закрыв дверь, аль-Хайтам прошел на кухню, где из ящичка достал заранее приготовленные свечи. Поставив их на стол в гостиной, он также принес бутылку дорогого одуванчикового вина прямиком из Мондштадта - спасибо связям Академии - и бокалы к нему. Стоило ему успеть разлить вино по бокалам и зажечь свечи, за спиной раздался звук открываемой двери. Аль-Хайтам отскочил к стене, не забыв забрать со стола букет, и посмотрел в сторону вышедшего из своей творческой обители Кавеха. - У нас что, какой-то праздник? - удивлённо глядя на нехарактерную романтическую обстановку, с усмешкой спросил он. - Нет, но может им стать... - загадочно произнес аль-Хайтам, пока Кавех усаживался на диван. - Ого, и какой повод? - аль-Хайтам вновь шумно выдохнул. - Кавех, ты знаешь, я не мастер длинных речей вслух, особенно, когда это касается чувств, - он сел рядом с возлюбленным, протягивая ему букет, - но ты знаешь, как я люблю тебя, Кави, и сегодня, - с дивана он опустился на одно колено, - я хочу доказать это окончательно и бесповоротно. Глаза Кавеха сверкали удивлением, он, казалось, не верил происходящему. Дрожащими руками он принял букет, следя взглядом за рукой возлюбленного, тянущейся к внутреннему карману кейпа. Оттуда показался бордовый бархат, а через секунду перед ним возникла открытая коробочка со сверкающим в свечном свете кольцом. - Кавех, хочешь ли ты быть моим мужем? - от этих слов в груди что-то колыхнулось, сердце пропустило удар, а голова вдруг вскружилась. Он едва осознавал происходящее. - Д-да... - со слезами счастья едва смог выдавить из себя он, когда аль-Хайтам ловким, но нервным движением руки вытащил кольцо из коробочки и надел на безымянный палец непроизвольно протянутой руки. Кольцо... О, Кавех был просто в восторге от кольца, выбранного... Мужем? Точно, мужем. Оно было таким элегантным, таким прекрасным, что тот едва сдерживал писк восторга. Теперь он не сомневался - аль-Хайтам знает его натуру, понимает его так глубоко, как никто не может... И этим он доказал свою бесконечную любовь и преданность.