Кассиопея

      Папа придумал это имя, посчитав, что оно очень красиво звучит. Оно и звучало, но маленькой Кассиопее было удобнее сокращать его до простого Кэсси. Все вокруг её так звали, потому что «Кассиопея» звучало как-то строго и совсем не в её стиле.       А ещё все из-за этого издевались.       У Кэсси не было друзей — по крайней мере, тех, с кем она могла бы проводить всё своё свободное время, с кем могла бы делиться секретами. Ни друга, ни подруги. Никого. Обычно люди приходили к ней, а после того, как заполучали то, что им нужно (всё-таки, отец Кэсси не последний человек в Фазбер Интертейнмент), смеялись и бросали её. Именно поэтому Кэсси всё время была одна.       Она думала, что если будет крутой, то обязательно найдёт себе друзей. У Рокси были друзья, — Фредди, Бонни, Чика, Монти, — а ещё она была крутой! По этим двум причинам волчица Роксана являлась любимым аниматроником девочки. И, по какому-то невероятному стечению обстоятельств, аниматроник помнила о том, что Кэсси всегда одна, именно поэтому старалась её подбодрить.       Кэсси родилась 11-го числа. Любимый торт Кэсси — морковный. Кэсси не любит, когда её зовут Кассиопея.       Кэсси нравилось заплетать волосы в два низких пучка, а ещё она была в полном восторге, когда Рокси предложила ей накрасить её на её день рождения. Она крутилась перед зеркалом почти час, рассматривая, как блёстки переливаются на её лице, а помада блестит на губах.       Под конец дня весь макияж, что Кэсси так тщательно наносила под руководством Роксаны, был размазан и смыт солёными слезами, что предательски текли по щекам и обжигали кожу. Никто из людей, кого позвала Кэсси на свой день рождения, не пришёл. Даже папа не смог оторваться от работы и заскочить к дочке на праздник, и теперь все гирлянды, шарики и торт как будто не имели смысла. — Почему ты плачешь?       Мальчишечий голос раздался откуда-то сверху, и Кэсси вздрогнула от неожиданности. Мальчик, примерно её возраста, с торчащими во все стороны каштановыми волосами, янтарными глазами, в синей мятой рубашке и с потрёпанным видом смотрел на неё, протягивая салфетку. Девочка поджала губы и уткнулась в коленки.       Но этот мальчик и не планировал уходить — он сел рядом, и снова настойчиво протянул салфетку. — Как тебя зовут? — спросил он, заглядывая Кэсси в лицо. — Ты будешь смеяться, если я скажу… — фыркнула она. Да, она ответила грубо, но никто не пришёл на её день рождения, так что она имела полное право злиться. — Думаю, что нет. Меня зовут Грегори, — представился мальчик и приветливо улыбнулся. Кэсси выдохнула: почему-то она ему доверяла. — Кассиопея… — Правда? — Грегори уставился на новую знакомую, и она уже подумала, что он, как и все, будет смеяться, но он лишь снова тепло улыбнулся. — Как круто! Интересное созвездие. Волшебное имя. — Ты так думаешь…? — тихо спросила Кэсси, а Грегори активно закивал головой. Собственное имя сейчас ощущалось по-другому: ненавистное «Кассиопея» звучало тепло и уютно из уст Грегори. — Да, думаю оно на порядок круче «Грегори», — он прыснул смехом, и отчего-то Кэсси тоже захотелось смеяться. — Эй, а это твоя вечеринка в зале? — Угу… Но на неё никто не пришёл… — Кэсси шмыгнула носом, беря из рук Грегори салфетку и старательно вытирая свои щёки. — Хм, — Грегори задумался, а потом встал на ноги и куда-то убежал. Кэсси снова захотелось расплакаться — кто-то, кто впервые за долгое время обратил на неё внимание, ушёл, как и все остальные. Но не успела девочка снова загрустить, как Грегори прибежал с листком бумаги и карандашом в руках. — Сиди так и не двигайся, — скомандовал он, усевшись перед Кэсси. Она послушалась, наблюдая, как Грегори активно водит по листку карандашом и лишь изредка посматривает на неё. Грегори не нужно было много времени: совсем скоро он показал рисунок Кэсси. — С днём рождения, Кассиопея!       С листка на девочку смотрела она сама же, удивительно похожая, только весёлая и бесцветная. Грегори был удивительно талантлив для его возраста. — Это мне? — спросила Кэсси, на что Грегори кивнул и отдал рисунок девочке. Впервые за вечер Кассиопея искренне улыбнулась. — Спасибо большое, Грегори! Ты потрясающий художник! — Не за что, — улыбнулся мальчик. — Эй, а что насчёт того, что я тебя снова накрашу? А то твой макияж совсем смылся! — Правда? — Конечно!       Этот день запомнился Кассиопее блестящим макияжем, вкусным морковным тортом и, конечно же, приобретением нового лучшего друга. Они с Грегори часто встречались в Мега Пицца-Плексе, веселились с аниматрониками, уплетали пиццу и просто хорошо проводили время. Кэсси всегда считала Грегори своим лучшим другом.       Даже тогда, когда лифт падал.