Ей всего семнадцать

Аня стоит перед входом в клуб под названием «Две лесбухи», странное конечно, но правдивое. Сколько там гомосексуалистов? Тысячи, и никого это не волнует. Щербакова сглатывает ком в горле и обдумывает своё решение в десятый раз, пока Валиева разговаривает с охранником. Через некоторое время Аня все-таки подходит к Камиле, кладёт свою руку ей на плечо и кивает. Девушка поняла знак, поэтому закончила диалог с мужчиной как можно быстрее, и скрылась вместе с брюнеткой в здании. В нос ударил запах крепкого алкоголя и кальяна. Щербакова понимала, что такое будет, но рвотная реакция долго не заставила себя ждать, поэтому девушкам пришлось перед барной стойкой сходить в туалет. — Ань, ты совсем не бывала в таких местах? — спрашивает Валиева, держа волосы подруги. — Н. Ет. — отвечает брюнетка, пока её рвёт. — Дела плохи, раз такое начало. Надеюсь, ты оклимаешься. Через время девушки вылезли из уборной. В глаза ударили светодиоды. Слишком резко. Снова запах алкоголя, кальяна, сигарет, даже электронок. Всё смешалось в одну кучу, от чего было неприятно. Хотелось выбежать от сюда и вдохнуть свожего кислорода, но Камила обещала, что Аня сможет расслабиться… И она верит ей. Они пролезают через толпу пьяных подростков, что танцуют и кричат слова песен. Чуть ли не выпадают из этой тесноты прямо на стол, где был сам бар. Камила победно улыбается и подзывает бармена. Тот вежливо спрашивает, что они будут и улыбается. Валиева заказывает сразу же Мартини, чтобы с первого раза ударило в мозг и нервную систему, а там уже было весело. Аня вопросительно выгибает бровь и смотрит на подругу, та хитро улыбается, но не отвечает девушке. Чуть позже они получают по бокалу раннее упомянутого. Здесь всего лишь 13 градусов, но если переборщить, то на утро будет не приятно, а если добавить другой напиток, с более высоким градусом, то можете даже не просыпаться. Засните и больше не открывайте глаза, будет плохо, очень. Брюнетка отпивает Мартини и довольно улыбается, все-таки, ей нравится. Вкус утонченный, мягкий, слегка сладковатый с пряным оттенком. Может, идея Камилы не так уж и плоха была.

***

Какой это по счету бокал? Аня не помнит, да и Камила тоже. А зачем? Они уже во всю танцуют вместе с теми самыми пьяными подростками. Хотя, они ведь тоже подростки, и по всей видимости перебрали. Брюнетка никогда не чувствовала такого кайфа. В теле бурлит алкоголь, а он и движет телом девушки. Музыка забирается в вены и тянет за собой меломанку. Она отдаёт в каждое движение по максимому кайфа, она чувствует музыку, своё тело. Щербакова всё же даёт отдохнуть Валиевой, когда та уже слёзно умоляет ее, передохнуть. Ну и ладно, сама повеселится, пусть ищет потом. Люди. Люди. Люди. Как много людей. Каждый так и хочет тебя схватить за бёдра или талию и притянуть к себе. Так и хочет тебя. Все смотрят именно на тебя. Девушки, парни, мужчины и женщины. Всем плевать на то, какой ты ориентации. Они хотят твоё тело. А у Ани оно было отменное. Поэтому ей приходилось отшивать каждого четвёртого, что хотел увести куда-нибудь. В туалет или за здание и трахнуть. Через время Аню опять накрыло, и она убежала в уборную, снова. Только, в этот раз некому было держать её волосы, приходилось одной рукой держаться за крышку унитаза, а другой придерживать свои локоны. Не удобно, но как иначе? Никак. Но через время брюнетка почувствовала чьи-то руки на своём плече. Они взяли эти длинные волосы и стали придерживать девушку, чтобы той было удобнее. Аня подумала, что это Камила, поэтому не стала что-то говорить. Когда уже всё было сделано, она вытерла свой рот от слюней рукой и встала на ноги. Шаталась, но держалась, а когда повернулась к помощнице, то увидела рыжеволосую девушку накаченного телосложения, и выше ее роста. Стало немного страшно, но когда та отпустила ее волосы, отпустило. Брюнетка что-то промямлила и второпях выбежала из туалета. Она шла к Камиле, чтобы снова выпить, подсела рядом и заказала ещё Мартини. Слишком сильно понравился, к тому же нужно разбавить тот ликер, что она выпила целую бутылку. А возможно ещё и вино. Щербакова снова убежала танцевать, а вот Валиева так и сидела, не сдвинулась с места. Через некоторое время из толпы подростков вылезает та самая рыжеволосая девушка и садится рядом с Камилой. — Что-то ты поздно — хрипло говорит Валиева. — Появились непредвиденные дела. Точнее — дело. — Сань, колись, что там такого? — Девушку завернуло не хило, держала ее волосы. — А есть и такие? Бля… Я же забыла. — Что? — спрашивает зеленоглазая. — Я с собой подругу привела, ее-то и воротит — отвечает Камила, улыбалась во все тридцать два. — Темноволосая в джинсах и футболке что ли? — Та самая, с ней и хотела тебя познакомить. — Интересная особа… — задумчиво говорит Алекса. — Выпей лучше, легко заговорите. Она щас снова выпила, язык развязался. — Хорошо, раз так говоришь. Трусова заказывает рюмку водки. С козырей пошла. И выпивает ее залпом. Потом ещё одна. Ещё. И ещё. В неё входило слишком много алкоголя, а если рассуждать о том, что это почти наичистейший спирт, то это удивительно. Музыка била по ушам, по мозгу, от чего голова начала болеть. Но есть же водка! Она поможет сбавить боль, так и было. Уже через десять минут девушка была пьяна. Алкоголем от неё несло за двадцать метров. А немного позже, среди толпы появилась тёмная макушка, которая двигалась в сторону барной стойки, чтобы в очередной раз напиться. Только вот, Аня не ожидала увидеть рыжеволосую. Та о чём-то мило беседовала с Камилой. Лёгкие сковало, рёбра так и давили на них, а бедное сердце рвалось наружу из груди вон. Руки начали трястись, а ноги подкашиваться. Она быстро подлетела к первому попавшемуся стулу и села на него. И он был между Трусовой и Валиевой. Щербакова не ожидала такого поворота событий, но её переживания прервал голос подруги. — О, Анечка, а я уже хотела идти тебя искать. Познакомься, это — Саша. Директор этого заведения. — Здравствуй, мы уже с тобой виделись — отвечает рыжая и тянет свою руку для пожатия. — Д-да — мямлит брюнетка и пожимает руку девушке. Аня заказывает себе вина, чтобы снизить уровень напряжения. Первый бокал шёл трудно, а следующие менялись с каждой минутой. Через какое-то время Камиле стало «плохо», поэтому она отлучилась в уборную. Щербакова знала, что если подруга уходит пол таким предлогом, то она сливается навсегда и не приходит больше обратно. Только сейчас, она забыла об этом, поэтому мило общается с Сашей.

***

Аня не помнит, когда она вышла из этого бара, что споил ее ещё не достигший совершеннолетия организм. Она не помнит, сколько раз она звонила Камиле, чтобы та забрала ее. Но она помнит одно…

***

— Опять сбросила? — спрашивает Трусова. — Да. — Пойдём за мной. Саша берёт Аню за руку и ведёт обратно в здание. Они пролезают через толпу и поднимаются по лестнице на вверх. Рыжая достаёт из своего кармана ключ и открывает комнату. Довольно просторную, если не считать мебели и декора. Есть диванчик. Это уже плюс. Трусова садит новую подругу на него и говорит: — Можешь здесь поспать до утра, надеюсь, тебя никто не будет ждать дома? Брюнетка мотает головой, но чувствует на своём теле руки. Они были Саши, а чьи еще? Они блуждали по телу брюнетки. Девушка смотрит на это со страхом. Даже алкоголь не помог расслабиться, но вдруг рыжая выдаёт: — Ты такая красивая. Миниатюрное личико. Совсем хрупкая и маленькая. Она наклоняется к уху Ани и прикусывает мочку уха, от чего та невольно тихо стонет. Щербакова понимает, это ее эрогенная зона, ей некуда деваться, если Саша продолжит. Так и случилось. Поэтому брюнетка намокла. Между ног текло, неприятно покалывало. Слишком сильно томило… Трусова продолжала исследовать тело девушки. Она любовалась им. Трогала маленькую грудь и сминала ее в своих руках. Обдавала своим горячим дыханием шею брюнетки. Аня больше не могла сдерживать себя, поэтому потянула девушку за воротник рубашки на себя и затянула ее в поцелуй. Это был ее первый поцелуй. И она отдала его незнакомому человеку.. Саша это поняла по тому, как брюнетка двигала губами. Она решила взять доминантную позицию, отстранилась от девушки и начала расстегивать свою рубашку. Когда она полетела на пол, Трусова взялась за одежду Щербаковой. Футболка большого размера и обтягивающие джинсы на высокой посадке полетели в ту же сторону, что и рубаха. Брюнетка осталась в одном нижнем белье. Рыжая коснулась внутренней части бедра девушки и следила за ее реакцией. Та лишь жадно глотала воздух, а в глазах стояла пелена возбуждения. Тогда Саша пошла чуть выше и начала гладить кожу почти у промежности. - Ты намокла, как черт знает что.. - хипло произнесла Трусова на ухо Щербаковой. Красный цвет залил девушку полностью, ее уши горели, а щеки стали краснее любого помидора. Но не заканчивать же на этом? Поэтому Аня взяла руку девушки в свою и положила ее между ног. Клитор пульсировал. Хотелось разрядки. Саша поняла намёк девушки и залезла под кружевную ткань и вставила один палец. Было тесно. Стенки давили со всех сторон, поэтому девушка уложила брюнетку на спину и повисла сверху. Двигая одним пальцем, она параллельно обсыпала ключицы, шею, грудь Ани поцелуями. Та в свою очередь тихо постанывала, не хотела привлекать к себе внимания за стенами этой комнаты, поэтому сдерживалась. Она двигалась в такт пальцу и насаживалась на него, вдруг резко в неё вошло ещё два пальца. Щербакова не ожидала такого, поэтому получился стон громче обычного. Трусовой нравилось это. Она начала ускорять темп, и вернулась к эрогенной точке Ани, а также параллельно начала гладить большим пальцем набухший комок нервов. Совсем немного времени и брюнетка доходит до оргазма. Она выгибается в спине и протяжно стонет на ухо рыжей. Та ухмыляется и облизывает пальцы. Ложится рядом с девушкой и укрывает ее пледом.

***

Трусова встаёт первая. Уже пять утра, а значит нужно собираться. Но она замечает как чей-то паспорт валяется на полу. Она берёт его, заглядывает и... Ее глаза становятся круглыми словно две пятирублевые монеты. Ей всего семнадцать.. - Я попала - обречённо вздыхает Саша.