Этот дурак...

Очередное утро в поместье не предвещало ничего: ни хорошего, ни плохого. Матчей в ближайшие два дня быть не должно было, так что Вальден первым делом отправился в сад, надеясь боясь встретить там одну слишком громкую личность. К счастью или к сожалению, подразумевающегося человека там не оказалось. "Опять забыл будильник завести, вот дурак." - усмехнулся про себя художник. Проспал и проспал, всё равно сегодня выходной. Эдгар принялся зарисовывать окружающий его пейзаж. Не то, чтобы тот его сильно впечатлял, просто ничего другого в голову пока не приходило. Время всё шло и шло, а буйный изобретатель так и не появлялся. Сердце Вальдена забилось сильнее. Беспокойство или раздражение? Сам он предпочитал второй вариант, стараясь даже не думать о первом. Нет, конечно, они уже признались друг другу в симпатии, но просто взять и отказаться от "презрения" в чужую сторону - совсем не для такого, как Эдгар. Он изо всех сил пытался убедить себя, что изменение поведения в отношении Бальзы может сказаться на репутации, да и не только. Всё-таки, Вальден уже слишком давно разочаровался в людях, чтобы вот так сразу изменить решение... Тем более для одной единственной особы. Решив, что "этот дурак" проспал так много, что пойдёт сразу на завтрак, Эдгар направился в столовую. Он ел не так много, а потому за столом редко с кем-то пересекался, поскольку уходил оттуда быстро. Но Лука, наоборот, сидел там как можно дольше, разговаривая со всеми подряд обо всём и ни о чём. "Конечно, других мест чтобы поговорить в поместье нет!", - ворчал про себя русый, в очередной раз приходя в помещение с надеждой поесть в тишине, которая тут же рушилась. Сегодня тоже было довольно шумно, но, как ни странно, в этой суматохе не было видно "заключённого". Ну и где он? Вальден нахмурился, окидывая присутствующих взглядом и ставя перед собой тарелку, полную не самой привлекательной каши в его жизни. Закинув в себя от силы половину, художник быстро вышел из-за стола и подошёл к моющей посуду Эмили. Та вопросительно уставилась на Вальдена. Не часто он сам подходил к кому-то, да ещё и с просьбой. – Э-э, Дайер... Ты не видела Бальзу? – Луку?, - девушка пришла в себя и нахмурилась, вспоминая, - Нет, со вчерашнего обеда я его не видела. Что-то случилось? Вальден недовольно повёл плечами и покачал головой, возвращаясь в столовую. Ладно, врач не всегда в курсе новостей, так? А вот и тот, кто точно знает всё обо всех. – Кэмпбелл, стой, - художник подошёл к удивлённому брюнету. Они что, действительно все так шокированы внезапной разговорчивостью Эдгара? Хотя, оно и не удивительно, - Не знаешь, где сейчас Бальза? – Нет, не знаю. Не видел его со вчерашнего дня. Трейси, кстати, тоже. - мужчина пожал плечами, заинтересованно вглядываясь в лицо русого, - А зачем он тебе? – Просто. - проскрипел художник, опуская голову и почти бегом выходя из зала. Оставалась комната. Широкими шагами добравшись до неё, Вальден распахнул дверь. Его встретила оглушающая тишина, перебивающая даже скрип дверных петель. Никого. Неровно вздохнув, Эдгар вошёл и сел на поспешно заправленную кровать, оглядывая интерьер. За окном было светло, даже не смотря на облачность. Где же он? Где, чёрт его побери, носит этого злосчастного изобретателя?!

***

– Дурак! Идиот! Вслед за каждым выкрикиванием в молодого шатена летело всё, что попадалось под руку: подушки, пара карандашей, книги, кисточки, даже ложка. – Эд, давай поспокойнее, а?, - парню явно было не слишком весело уворачиваться от летящих в него предметов, даже не смотря на виноватую улыбку на лице. – "Поспокойнее"? Да ты хоть знаешь, как я за твою шкуру переживал! – Мне приятно, спасибо. Но давай разберёмся в более... мирной обстановке. - в него полетела гайка, которую он ловко поймал и сунул в карман. Второй юноша, тяжело дыша, всё же остановился и, скрестив руки на груди, нахмурил брови. – Давай, я слушаю, - он выжидательно посмотрел на переступившего с ноги на ногу изобретателя, который явно не знал, с чего начать, - Если не собираешься ничего говорить - проваливай. Я помогу. Художник с явным намёком кинул взгляд на стоящий на столике чайник. – Эй-эй! Я... Я слова подбираю, вот. Русый закатил глаза, как бы "невзначай" протягивая руку к чайнику. Второй парень тут же напрягся. Всё-таки Эдгар шутить не умеет, так что угроза была вполне себе реальной. – Подбирай быстрее, невежда. - он аж притопнул ногой, мол, "Не испытывай моё терпение". – Ага. Значит... – Один, два... – Всё, всё! Значит..., - повторил изобретатель и сделал глубокий вдох, - Нас позвали на внезапную выставку. Туда обещал прийти один очень интересный человек, и мы не могли упустить возможность с ним встретиться. Вот и всё. – "Мы"? – Ну... Я и Трейси. Кто же ещё, ха. Художник убрал руку от чайника, но нахмурился ещё сильнее. – И при этом ни ты, ни она мне ничего не сказали. – Не сказали никому, прошу заметить. – Бальза. Тот виновато пожал плечами и вздохнул, поправляя чёлку, сбившуюся на глаза. – Да-да, знаю. Но и ты меня знаешь: как только увижу что-то интересное - всё, крыша едет. Тут то же самое было, можешь даже у Трейси спросить! Вечные упоминания механика изрядно раздражали Вальдена. Не то, чтобы у них были плохие отношения, просто художник, в отличие от буйного Бальзы, не следовал принципу "друзья моих друзей - мои друзья". – Думаю что у Резник "снесло крышу" не хуже твоего, - подметил голубоглазый, - Но я не настолько глуп, чтобы не замечать за тобой подобной привычки. Так что я тебе верю, Бальза. Только в следующий раз не злоупотребляй моим доверием, иначе... – Иначе запрёшь меня под тремя замкáми, чтобы я был только твоим?, - ухмыльнулся Лука. – ... Иначе этот чайник разобьёт тебе голову, - отрезал художник чувствуя, как заливается краской. Не желая больше унижаться перед таким глупцом как этот, Вальден демонстративно отвернулся и закрыл лицо рукой, - Дурак..., - прошептал он про себя. А изобретатель, тем временем, пытался определить - шутит ли друг, или нет. С одной стороны уже давно уяснилось, что делать он это не умел. С другой - вряд ли бы парень действительно хотел нанести вред Бальзе. Разве что пощёчину дать, и то только за реальный проступок. А тут... Лука озадаченно почесал затылок. Чайник-то он починит, а вот голову ему вряд ли кто-то быстро вернёт в исходное состояние. Из раздумий его вывел голос Вальдена, недовольно бурчащий что-то себе под нос. Изобретатель поднял голову и встретился взглядом с подошедшим к нему Эдгаром. Тот заметно успокоился, но брови всё ещё слегка хмурились. – Уберись тут. Потом пойдём.. прогуляемся. Русый отвернулся, а Бальза весь просиял. В кои-то веки художник сам пригласил его, а не ему пришлось вытаскивать его за руку! Видимо, за время его отсутствия Вальден успел заскучать по его компании, чем шатен очень загордился. Больной щелчок по носу заставил Луку прийти в себя, замечая на собственном лице глупую улыбку. – Не улыбайся так, выглядишь как пятилетка, которая вдруг вспомнила о любимой кукле. – Видишь, ты уже ассоциируешь меня с человеком. Поэтому и улыбаюсь. В ответ голубоглазый тихо хмыкнул и, быстро собрав оставшиеся на столе кисти, подошёл ко входной двери. Но там его остановил Лука. – Что, даже в щёку не чмокнешь? Я же живой..., - он наклонился к художнику, который был немного ниже. – Живой и хорошо, - отрезал тот, выходя в коридор. – Я тоже тебя люблю..., - вздохнув, пробубнил себе под нос Бальза. Изобретатель облегчённо вздохнул и принялся складывать всё по местам, предвкушая долгую прогулку с Вальденом. Подушку на кровать, книги в шкаф, ложку... Откуда тут вообще ложка?.. Неужто парень даже ел здесь? Да уж, сложно этих художников понять...