Котлета в кастрюле

Следователь копошился где-то неподалеку, пока оперативники рыскали по университетским этажам в поисках чего-то или кого-то подозрительного. Меня пока не трогали, хоть и попросили далеко не уходить: «Сидите, Тимур Афанасьевич, а то как бы Вас потом тоже не пришлось в морг вести». Спасибо за беспокойство, как говорится. Казалось бы, а что мы удивляемся? Трупы в медицинском — дело если и не обычное, то хотя бы не вызывающее особых волнений. Эти трупы каждое утро появляются за партами и пытаются делать вид, что живы. Чисто мое мнение — у них это не особо получается. После всех пар они обычно хоть как-то функционировали, а в холле, перед пропускным пунктом, их сердца начинали потихоньку биться. Тут же ничего не билось. Шесть свежих тел, раскиданных по маленькой части коридора, стали поводом для паники, призыва полиции и роспуска жаждущих знаний студентов. Особо впечатлительных первачков пришлось обмахивать их же тетрадями и приводить в чувство «нашатыркой». Спросите, а что ж я такой спокойный? Я свое уже отпаниковал, когда наткнулся на эту шестерку на пустующем этаже. Я даже не сразу понял, что произошло, ведь они не валялись на полу — каждое тело было посажено во вполне естественную позу: либо на лавочку у окна, либо просто на полу, привалившись к стене. Никаких особых повреждений не было — пару синяков тут, несколько царапин там… Но общей убитости это не отменяло. Наша доблестная полиция не знала что и в каких позах тут делать, так что мы все просто шатались по коридору, не подходя, впрочем, к самому месту преступления. — Товарищ лейтенант, а можно я до туалета дойду? — На этом этаже есть? — сухо поинтересовался он в ответ, так и не оторвавшись от подоконника со следами толи крови, толи красной ручки. — Да. Вон там, в конце. Женский, правда… — Ничего, если приспичит — сходите. По зданию не разбредаться, — лейтенант мельком глянул в указанную мной сторону, но быстро вернулся к своему занятию. Я пожал плечами. Раз надо — то я не буду отходить далеко. Надолго меня не хватило. Махнув рукой лейтенанту, направился в сторону единственной уборной на этаже. Почему-то, с каждым шагом мне становилось все тревожнее, а подойдя совсем близко и схватившись за ручку, я явственно ощутил, как по спине поднимается табун мурашек на пару с липким чувством страха. Что ж, я могу подождать до дома, но ведь кто этих правоохранителей знает, да? Может, они по зданию еще часов пять будут ползать… Решил, что лучше таки гадить в положенном месте. К тому же, вряд ли туалет — подходящее место для маньяка. Ручка поддалась весьма охотно. В просторном помещении, обнесенным белым кафелем едва ли не с потолком, было тихо. Тихо и чисто. Уборщица у нас с больничного вылупилась что-ли? Я усмехнулся, вспомнив недавно прочитанный детектив и его главную фразу — «Убийца — дворецкий!». Тихонько проскользнув к кабинкам, я открыл первую попавшуюся. И застыл, облившись холодным потом. Ноги вкопались в белые плиты и не хотели даже дрожать. Я бы свалился в обморок, если бы управлял собой хоть немного. На чертовом толчке сидело тело, частично напоминая одну из моих студенток. Тело уже вряд ли могло дышать. Сквозь ребра был вогнан то ли нож, то ли кинжал. Крови не было, но Господи, он действительно входил прямо вовнутрь тела. — Кто-нибудь… — я забыл как дышать, не то, что разговаривать. Голос был словно не мой, доносился из-под толщи воды. Пару мелких шагов назад, я инстинктивно ищу руками опору позади, хотя прекрасно помнил, что до ближайшей стены еще метра три. К своему ужасу я ее нашел. Опора перехватила меня под мышки и резко тряхнула в сторону стены. Кафель холодный, но очень быстро нагрелся, стоило политься на него красной жидкости. Висок. Это определенно был висок. — Этот мир должен очистится от таких, как вы! Проходимцы! Не от сюда! Да как вы мож… — напавший на меня никак не затыкался, но не то, что бы я мог вслушиваться в его лепет. Кафель хороший у нас… По-моему, даже не разбился. По крайней мере, он точно крепче моего черепа.

***

Рейвет очень редко сомневался в решениях главнокомандующего. Очень. Да и повода не было — как правило, если план Прайма проваливался, то были виноваты исполнители. Все же, дураков везде хватает, тем более в силовых структурах. Он, правда, сомневался редко. А уж подумать про то, что возможно, ему лучше попросится подальше от начальства, он и вовсе не мог. До решения отправиться на поиски давно утерянного Оллспарка. А уж когда дорогой начальник заявил, что засек сигналы Куба на одной из планет так называемой «Солнечной системы», он и вовсе чуть не сел. Благо, командира тогда отвлек Айронхайд — второй боевикон в их «избранной» команде, так что растерянность своего подчиненного Оптимус не заметил. Ну, или не стал заострять на нем внимание. Узнав, что на планете, куда шлепнулся артефакт, есть жизнь, он с содроганием спросил, какая именно. Оказалось — белковая. Твою медь. А ведь актив только начал налаживаться. Солдат недавно нашел себе симпатичную такую фем, пока был на одной из колоний. К тому же, эта фем была далеко не из простых — командир взвода номер какой-то… То ли она не говорила, то ли он сам не помнил. Им тогда не до разговоров было. В общем, Земля ему была нужна как компьютер зверокону, но он был хорошим солдатом. Он исполнителен, спокоен и на редкость нелюбопытен. Жаль, все это не отменяло того, что он все еще обладал своим мнением, оно ему, судя по настрою Прайма, было пока не нужно. Рейвет оглядел поисковую группу. Шестеро, считая его самого. «Негусто», — подумалось боту, и он решил, что пора писать завещание. Хоть энергона у него было вообще не так много, но в собственности был целый боевой шаттл на два места. Будет жаль, если добро пропадет, так что боец отправил сообщение давнему сослуживцу, мол, если не вернусь — бери, не жалко. Судя по взгляду, которым с ним обменялся Рэтчет, местный военврач, он был солидарен с боевиконом, но по давней дружбе отказать Оптимусу не мог. Не то, что бы у них всех тут был выбор, нет. Просто главнокомандующий любил иллюзию выбора и спрашивал мнения бойцов, не ожидая ответа, который хоть немного будет идти вразрез с его мнением. — У меня такое чувство, что там меня и похоронят, — мрачно буркнул Айронхайд, загружая какой-то контейнер на погрузчик. Как же Рейвет был с ним согласен. — Я тоже не в восторге, поверь. Мог бы — остался бы тут. Не нравятся мне населенные планеты. Тем более, населенные живностью. Тем более, если живность считает себя разумной, — бот скривился, пошевелил механизмами запястья. — Всегда возникают проблемы. Помнишь Тристал? — Ой, забыть бы как страшный офф, да менталистов нет пока, — боевикона передернуло, он едва не уронил контейнер. — У них еще был этот… Как его? Фик… Не помню. Вот то, что они там писали — я помню, а как назывался — нет, — Рейвет подхватил ношу соратника, помогая поставить на место. — Ну, и слава Праймусу. Это название должно исчезнуть как можно глубже. — Нет, ты что. Такие тексты должны передаваться многие сотни ворн, как подтверждение фантазии разумных. — Скорее уж напоминание, куда эта фантазия может опуститься… — О чем шушукаетесь? — к паре солдат подскочил Джаз, первый Праймусов заместитель. Меха был энергичным, бойким и иногда даже излишне веселым. В общем, славный малый, однако Рейвету всегда казалось, что на роль заместителя можно было взять кого-то более… Серьезного? — Вспоминаем Тристал. Ты же тогда с нами был. Помнишь? — Да! — визор бота вспыхнул чуть ярче, он радостно кивнул. — У них музыка такая прикольная была, правда… Оружие мне не очень зашло, — он рефлекторно прикоснулся к старой заплатке на шлеме. — Оружие нам всем не зашло, поверь, — хмыкнув, ответил Рей. — А, я ж зачем подходил-то. Там все готово. Оптимус зовет. Солдаты кивнули, переглянулись. Одновременно кинули взгляды на крупнокалиберные автоматы за спинами. Рейвету вся эта ситуация казалась очень комичной и настолько же печальной. Почему-то процессор повторял, что некоторые из них действительно могут не вернуться. Земля была ему абсолютно незнакомой, чужой и по сути ничего не успела ему сделать, но он уже потихоньку ее ненавидел. Люди слишком от них отличались. И от того очень сильно боялись. Они все загрузились на корабль, и Рэтчет ввел координаты предполагаемой парковки куба, после чего все шестеро разместились по капсулам. Оффлайн обещал быть долгим и глубоким. Боту виделось, как он едет по дороге в жутком одиночестве, натыкается на бледную тень у обочины. Зачем, он не понял, но он открыл (!) салон, запуская мелкое существо вовнутрь, и они едут вперед. Едут и им обоим на редкость хорошо. Они как кассетник с базой. И все хорошо.

***

Я очнулся, не ожидая от себя такого. Даже странно, я думал, что кафель институтского туалета будет последним, что я увижу, а нет. Трасса, туман, серое небо и пыльная, грязная от шоссейной грязи, трава. Картина открывалась депрессивно-безрадостная, похожая на те самые фоны под глубокомысленные цитаты. В общем, оставаться мне тут не хотелось совершенно. Я стоял, вглядываясь в туман, закрывающий пространство во всех сторонах, от чего видимость была от силы метров двадцать. Самолеты сейчас точно не летают, это да. Туман на меня пока не смотрел, но что-то мне подсказывало — скоро начнет. По крайней мере, я уже чуял подкрадывающуюся истерику. Меня убили, кажется. Определенно. Как же пофиг. Я огляделся. Пейзаж никак не менялся — все такой же туманный кусок трассы и обочина, на которой и стою. И тихо. Очень. Тут буквально ничего не шевелилось, не издавало звуков. Туман, словно кисель, поглощал все, даже звук моего собственного дыхания. Пожимаю плечами. Я ведь мертв, так зачем мне беспокоится о чем то? Хоть что-то тут имеет смысл? Кажется, туман поглотил его точно так же, как и дыхание. А я ведь только недавно кактус завел. Надеюсь, Сашенька будет найден раньше, чем примет такую же судьбу, как и несостоявшийся хозяин. Мысль неожиданно рассмешила, и вскоре я валялся на тусклой траве, катаясь и истерично пища. Обнаружил я себя, уже когда перестал ржать и просто лежал на боку. Интересно, меня будет забирать какая-нибудь высшая сучьность, или я тут на веки вечные? Что-то мне не хочется. Вот так всю жизнь программы писал в кабинете, потом гавкал на студентов и опять писал программы. Не сказать, что я прям такой великий программист, но как переустановить «винду» и восстановить супер-пупер-важный-файл, который вы удалили по чистой случайности, могу спокойно. Интересно, мой труп уже нашли? Я гаденько захихикал, представив, как насторожившийся полицейский открывает дверь уборной и видит тихо матюкающегося маньяка, который пытается вытереть кафель от лужи крови. Туда его, пакость такую. Что ж. А нам-то что делать? Здесь и сейчас? Я встал на край дороги, с подозрением разглядывая полосу. Ничего и на что я только надеялся… А ведь я мог бы еще принести пользу. Ну не знаю, может, я всегда хотел мир спасать? Мысль оформилась. Вдалеке, как из-за угла здания, послышался гул автомобильного движка. Я встрепенулся. Даже если мы поедем в ад, то там все будет лучше этой пустоты. Авто оказалось большим пикапом с темно-серой однотонной обшивкой. Остановился он рядом со мной и недовольно рыкнул движком, когда я растерялся. Иди сюда, мол, только тебя жду. Мне показалось очень уместным сесть на водительское место. Там все равно изначально никого не было. Почему-то, мне было абсолютно это не удивительно. Как и то, что машина стартанула сама: педаль сцепления вжалась в пол, ручник опустился, нейтралка сменилась первой, и водитель нажал на газ. Я будто наблюдал за процессами живого организма, находясь внутри. Мы въехали в непроглядный туман, а я не волновался ни секунды, почему-то доверяя моему странному спутнику собственный остаток от жизни.

***

— Ты кто? — Вот не поверишь, но у меня к тебе совершенно тот же вопрос. — Ты откуда тут взялся? — Да ты просто мысли мои читаешь! — Ты же человек? — А ты пришелец? — Какой абсурд. Праймус, ну неужели это я прикончил предпоследнего, если ты меня так ненавидишь? — Вот с абсурдом я согласен, остальное, прости, не очень понял. — Выйди отсюда. Я не потерплю в себе такое… — Ой, ну и пожалуйста. Ну и не надо. Ничего не понимающий боевикон поспешно открыл дверь, выпуская белкового на улицу. Белковый удивленно моргал, но очень потрясенным не выглядел. Стоило только бедолаге отъехать подальше от места высадки, как на водительском снова появился человек. Судя по еще более удивленному морганию, для него это было так же неожиданно. — Не понял. — Тут с тобой согласен уже я. — Остановись, моя гипотеза требует подтверждения. Автобот, от шока растерявший свою обычную напускную непробиваемость, притормозил, молча открыв дверь. Неожиданный спутник выскользнул из салона, дав отмашку, что меху стоит ехать дальше. И опять человек оказался внутри. — Не надо, я примерно представляю, что ты хочешь сказать. Мне это все тоже не особо нравится, — белковый ошарашенно, но с некой толикой предвкушения разглядывал приборную панель. — А вот я прям не в восторге! — Ты знаешь, как вернуть все к нормальному положению вещей? — Да почему ты, шлак, такой спокойный?! — Я свое уже отпаниковал… К тому же, если не можешь обернуть ситуацию в свою пользу, то стоит сосредоточится на чем то другом. Или просто смирится с ней. Я Тимур. Программист. — Рейвет. Солдат автоботов. — Автоботов? — Ну да. Тебе оно о чем-то говорит? — Твою медь… — Ага. Так, все же о чем-то говорит?.. — Ничего… Девяностые пережил и это переживу…