Быть любимым

Шуджи пришел домой, жуя жвачку и вытирая кровь на лице. Он подошел к девушке и положил перед ней коробку с телефоном.  — Мой контакт уже здесь есть, так что завтра жду фотографии.  Мужчина прошел в ванную, чтобы смыть легенькую усталость дня.  Она смотрит на мобильный на столе, а после поднимается с места и идет следом за ним, тихо так, как мышонок.  — Вы поранились? — спрашивает тихо, стоя у щелки между дверью и косяком. — Может… помочь?  Шуджи смотрит на девушку, держа в руках футболку.  — Закинь в машинку. Умеешь? — он усмехнулся и плюнул жвачку в урну, что стояла возле раковины. — Иди, иди. Или хочешь посмотреть, как я принимаю душ? Так я с радостью, билеты в первом ряду. Считай, тебе повезло.  Она быстро забирает футболку из его рук и пулей вылетает из ванной, густо краснея, как переспелая вишня на солнце. Вот еще! Смотреть ей на подобное!  Пройдя в кухню, девушка подходит к машинке, установленной под столешницей, и бросает туда часть гардероба. Она смотрит несколько озадаченно, а после включает машинку, набирая необходимую комбинацию. Порошок нашелся неподалеку и был отправлен в отсек до того, как в него начала литься вода.  Через пятнадцать минут из ванной, полностью голый, вышел Аполлон. Он шел по коридору, спокойно ступая в спальню и напевая себе песню под нос. Может, он забыл, что у него дома девушка? Нет, он ничего не забыл. Ему было попросту наплевать. Он у себя дома и его телу нужно отдыхать и дышать.  Хитоми нервно пискнула, выходя из кухни и почти толкнувшись с мужчиной, развернулась на месте и скрылась там снова, лишь бы только не смущаться.  «Чего он вытворяет блин?»  Сердце бешено колотится в груди, срываясь с естественного ритма.  — Че? — смотрит он на нее сверху вниз, когда подходит и держит маленькую подушку в своей большой руке, ухмыляясь. Смеется внутри с ее реакции. — Мужика впервые видишь? Порнушку не смотрела, в конце концов?  Она отрицательно мотает головой, а после поворачивается к нему спиной, зажмурив глаза.  — И даже в школе… — прижимает он ее к себе, — маленькие мальчики не трогали девочку вот так? — он тихо смеется, — И вот так не делали, в классе седьмом? — рука Шуджи исследует ее живот, плавно поднимаясь к груди.  — Н.нет… — отвечает дергано. Страшно. Снова испытать ту боль, что она ощутила в ту ночь. Страшно, что ее снова выбросят на помойку, как ненужный экспонат, как бесполезную игрушку.  Хитоми выскальзывает из пространства между ним и кухонным столом, а после скрывается в ванной, громко хлопнув дверью.  — Ты глянь, смутили хомяка обычной морковкой, — он смеется громко, заходя в спальню. — Посиди, успокойся.  Девушка просидела в ванной всю ночь, опершись о дверь спиной, облокотив голову на ножки, что согнула в коленях. Хотелось верить, что не будет как прежде, но страшно было даже подумать.  Утром Хитоми не шелохнулась, слышала, что тот проснулся, но продолжала сидеть тихо. Мужчина стоял на кухне и делал завтрак. Ему бы в ванную, да там зверушка шуганная засела.  Поставив сэндвичи на стол и чайник — прошел к двери. Стук раз, стук два.  — Безумно рад, что тебе пришлась по душе ванная. Запомню это. Но знаешь, у меня стояк и мне отлить бы по-хорошему. Могу конечно в раковину… Но привык вроде бы в белого друга спускать ночную жидкость. Поэтому, будь добра, выйди на несколько минут, а потом засядешь обратно, как поешь.  Кояма почти подрывается с места, поправляя на себе футболку. Под глазами синяки от недосыпа, но она не особо заботится о них.  Открыв дверь, брюнетка шмыгнула между Ханмой и стеной, встав у той. Он повернул голову и глянул на нее. Зайдя в ванную, он быстро сделал все дела: умылся, почистил зубы, и наконец — отлил.  — Я чего-то не понимаю… Ты хочешь меня испытать? Я вроде сказал поесть, а все нетронуто. Так нравилось слушать звуки водопада, когда я ссал?  Она мотает головой отрицательно, быстро шмыгает на кухню и прыгает за стол. Вся такая маленькая на фоне его большой кухни, что кажется, будто он к себе домой ребенка притащил.  — Я бы, — он заходит следом на кухню и выключает чайник. Делает ей чай, вытаскивая пакетик, — хотел, чтобы ты нос свой не совала на улицу без меня. Пока связь не станет прочной, а это… Вроде бы месяцок. Поэтому, если что-то хочется так, что задница на месте усидеть не может, — опускает он взгляд на ее бедра, а после поворачивается к ней спиной и открывает шкаф. Кидает ей мазь перед носом. — У тебя есть мой номер. Остальное можно глянуть в интернете.  — Вы не похожи на человека, которому нужен соулмейт. Если вы решили просто так поиграться, то лучше сразу скажите ладно? Не хочу придумать себе лишнего… — произнесла Кояма также тихо, но теперь хотя бы предложения были больше чем в несколько слов.  — Отбрось в яму с дерьмом формальности. Мне не пятьдесят. Только на «ты» и только фотографии, — натянуто он ей улыбнулся и прошел в комнату, чтобы позалипать в телефоне, пока та ест. Девушка смотрит ему вслед, а после на еду на столе. Неужели завтракать с ней не будет?  Встав с места, она шлепает босыми ногами до комнаты и заглядывает внутрь, высунув моську.  — А вы..ты.. завтракать не будет..ешь?  — Нет, — смотрит он в телефон. — Это все тебе, — поднимает он взгляд на нее. — Прямо все. Ясно, Кояма?  По ее пугливости и синякам с ранами можно было сделать всего один вывод — приключения с родителями и с мужчиной. В таком мире — частое дерьмо. Поэтому, он хочет, чтобы та была здоровой и конечно же имела возможность предоставить ему бедра.  — Я столько не съем! — возмущается громче обычного, дует щеки и выдыхает.  — Ладно… — тихо произносит, поняв, что была слишком шумной, а после медленно пропадает в дверном проеме, возвращаясь за стол.  Тот выждал всего пять минут и зашел на кухню, оперевшись о косяк двери.  — Съела же? — он смотрит на экран телефона, в котором написано сообщение. Плюет и садится за стол к девушке.  — Белье… Мне нужно видеть на тебе белье. Хорошее. Желательно, — окинул он ее взглядом. — Розовое. И хочу… Чтобы у тебя появились вещи. Нормальные. Качественные. Но сначала белье. Собирайся.  Она подавилась хлебом от сэндвича, прокашлялась, а после посмотрела на Ханму.  — Прямо сейчас?  — Хм… — глянул он на тарелку, а затем потянулся к ней через стол, чтобы убрать большим пальцем крошки на уголке рта и соус. — Ну, утешь меня съеденным завтраком, а затем одевайся. Посуду в машину. Кнопочку раз, — садится он на место и показывает длинной рукой на автомат. — Кнопочку два — и она сама все сделает.  Девушка кивнула, а после положила остатки сэндвича на тарелку. Она соскочила со стула, поправила футболку и умчалась из кухни переодеваться, надеясь, что не заметит, что она не доела. Тот уже стоял в коридоре. Точнее, сидел на тумбе, качаясь на ней, словно убаюкивал себя.  — Хомячок, ты собираешься выходить или ты там в клетке застряла, крутясь в херне для зверушек? — смотрит он на часы, а после откладывает эту идею. И без него справятся.  Она вышла к нему в легком голубом сарафане, собрав волосы в хвост сзади бантом такого же цвета. Ну милашка, ничего не скажешь! А самое главное — могла ведь пойти в чем была, но старалась же для того, чтобы на его фоне хотя бы более-менее прилично смотреться.  Ханма окинул взглядом девушку и довольно хмыкнул. Выйдя из квартиры, тот вызвал лифт и запустил девушку первой, как истинный джентльмен.  Они молча вышли на парковку и молча сели в машину.  — Каким бы мудаком я тебе не казался, — включает он почти на полную громкость музыку, — но хочу видеть твое счастливое лицо. А то кажется, что я тебя принуждаю к чему-то.  Действительно.  Она пристегивала ремень.  — Все… Не так… Просто… Я не привыкла общаться с мужчинами… Красивыми особенно… — она говорит это, а сама смущается, будто слова какие-то пошлые.  — Оу, — проскулил он от такой милоты. — Прямо красивый? — сдает он назад, чтобы вырулить и смотрит ей в глаза. — Ой… В знак въехали. Но срать я на него хотел.