Принцесса из маршрутки.

      Что может быть хуже переполненной маршрутки? Только переполненная маршрутка в жаркий июльский полдень. Когда шины скользят по разогретому асфальту, водитель, теряя терпение, давит то на газ, то на тормоз, а бедные люди близки к тому, чтобы размазаться по салону.       Именно в такой прекрасный момент Василиса возвращалась домой после приступа шопоголизма у Дианы. Сама Огнева тоже времени даром не теряла и теперь была зажата в узком проходе с пятью пакетами.       Маршрутку швыряло из стороны в сторону, и бедная девушка прикладывала титанические усилия, чтобы не грохнуться на парня, спящего на одиночном сиденье, рядом с которым она стояла. Как вообще можно спать в такой духоте? Видимо, парня ничего не волновало, он даже начал самозабвенно похрапывать.       За окном мелькнул знакомый вид, и девушка запаниковала: буквально в сотне метров по маршруту был кольцевой поворот, на котором водитель, наверняка, решит проехать, не сбавляя скорости. Зная, чем это грозит, Василиса, изловчившись, зацепилась мизинцем за переднее сиденье.       Правда этого критически не хватало, но ничего лучше рыжая не придумала. Василиса со страхом ждала роковой поворот, из-за всех сил напрягая бедный мизинец.       Вот маршрутка входит в вираж и несется по кольцу. Василиса с ужасом обнаруживает, что палец неотвратимо съезжает со спинки... Еще немножко... «Маршуточка, миленькая, давай еще побыстрее.» — молила Василиса.       Вот нужный поворот. У Василисы непроизвольно вырывается вздох облегчения. Но, как оказалось, слишком рано. — Куда ты прешь, козел! — яростный голос водителя заставил вздрогнуть половину пассажиров.       Резкий толчок — микроавтобус остановился — и все Василисины усилия идут прахом. Она с размаху упала на колени спящему парню и, вдобавок, сильно стукнулась головой о стекло.       Шипя от боли, девушка попыталась встать, но поток людей уже занял ее место, и она в растерянности металась глазами по забитому салону. Место было только под потолком. Вот надо же так! — Да вы сидите, сидите, — раздался ехидный голос над ухом, и Василиса, резко повернув голову, чуть не столкнулась лицом с парнем, на коленях которого теперь восседала.       Он еле сдерживал улыбку. Василиса почувствовала, что краснеет. Она вновь тоскливо окинула взглядом салон и пейзаж в окне. До ее остановки еще пилить и пилить... — Прости, меня на кольце к тебе бросило, — пыталась извиниться Василиса, но парень мотнул головой. — Да ладно тебе, ты вон какая пушинка, — Василиса еще больше залилась краской, — я даже не чувствую почти. Ты бы лучше меня разбудила, стояла а то тут с огромными сумками. Это ж надо так нашопиться!       Василиса ухмыльнулась: — Ты так сладко спал, что будить не захотелось. — Ага, зато просыпаюсь — а у меня на коленях прекрасная девушка, не каждому так повезет.       Поняв, что напоролась на комплимент, Василиса еще больше покраснела. И сглотнула. — Тошнит? — тут же спросил он.       Василиса сдавленно кивнула. Незнакомец порылся в карманах и вынул конфетку в желтой обертке: — Будешь лимонный леденец? — Увы и ах, профессор Дамблдор, у меня заняты руки, — пошутила Василиса и приподняла вверх руки с пакетами.       Парень нахмурился, но его лицо вновь посветлело: видимо, понял шутку. — Тогда рот откройте, профессор МакГонагалл, — посоветовал он, разворачивая обертку.       Василисе вдруг вспомнилось, как бабушка ей в детстве говорила, что у незнакомых людей конфеты брать нельзя, о чем она и сказала своей живой скамейке. Но парень оказался неумолим, к тому же предъявил неоспоримый довод: — Меньше всего мне хочется, чтобы тебя вырвало мне на колени, — со всей серьезностью сказал он, но тут же улыбнулся, — да и тебе это врядли хочется, принцесса. «Принцесса» послушно съела конфетку.       Леденец напомнил ей детство, когда будучи еще совсем маленькой, Василиса ездила в маршрутке на дачу, а бабушка давала ей лимонные конфетки от укачивания. Василиса даже улыбнулась. — Ты где выходишь, принцесса? — спросил парень, вырывая девушку из воспоминаний. — На Пролетарской, это еще остановок пять. — Надо же, я тоже, — обрадовался он.       Весь остальной путь они болтали о всяких мелочах. Когда пришло время выходить, парень громогласно крикнул: — На следующей, пожалуйста! — Ну у тебя и голос, — улыбнулась Василиса, потирая левое ухо. — Ты еще не слышала как я пою, — выпятил грудь он и рассмеялся.       Выйти на свежий воздух оказалось той еще проблемой. — Держи крепче свои пакеты, — шепнул он ей на ухо и, зажав бедную девушку в медвежьей хватке, напролом двинулся к выходу, попутно всем говоря: «Извините». Носки ее кроссовок даже не касались пола.       Опустил он ее только на асфальте. — Ну ты и сильный, — уважительно произнесла Василиса, когда они стояли на остановке. — Это ты очень маленькая, — в шутку щелкнул он ее по носу,— кстати, как тебя зовут, принцесса? — Василиса. — Прекрасное имя для прекрасной девушки, — подмигнул он ей. Василиса вновь залилась краской. Это была ее обычная реакция на комплименты. — А ты? — Фэшиар,— важно произнес он, — можно просто Фэш.       Он выхватил ее пакеты и продолжил: — Пошли, принцесса, провожу тебя до дома, а то не дело таким хорошеньким девушкам таскать такие сумки.       Он, насвистывая, направился в сторону пешеходного перехода. Василиса поспешила за ним. — Кстати, ты в курсе, что ты такая милая, когда стесняешься? Тебе что, никогда никто не говорил комплименты? Василиса схватилась за горячие щечки. Фэш рассмеялся. — Давай шагай, мой верный рыцарь, — легонько толкнула она его в спину. — О, а это прогресс! — обрадовался Фэш, — как смотришь на то, чтобы сходить в парк, после того, как я занесу твои сумки? — Мне надо свериться со своим королевским ежеднеником, но я подумаю, — важно сказала она и рассмеялась. — Деловая колбаса, — хмыкнул он ей в ответ. — Я не колбаса! Максимум симпатичная сарделька! — Тогда ты первая рыжая сарделька, которую я видел. — Да я вообще неповторимая и единственная! Кстати, пошли зайдем в «Магнит», я захотела сардельки. — Как вам угодно, ваше сардельное высочество. — Щас кто-то получит по тыкве... — Не надо! Кто тогда будет нести твои сумки, а?...