Аnimus ad Аnima v2.0

      Когда мы вернулись к дому Пирсов, Гарри был весь в работе. Даже встретить не вышел. Гвено побежал мыться и переодеваться, а я прихватил из холодильника пару пива, как у себя дома, и поднялся к старшему из братьев нему на второй этаж. Друг лишь кивнул и отсалютовал кружкой с кофе, но от хмельного категорически отказался. Трудяга, как же, как же. Хотя, мне самому пиво за вкус нравится, а не за градус, так что не очень-то и хотелось.       — Ну, что у тебя за проблема? — вздохнул я, отставляя отпотевшие банки темного. — Давай, вводи в курс дела — помогу, чем смогу.       Гарри задумчиво тер переносицу, не отрываясь глядя на монитор компьютера и что-то печатая одной рукой.       — Ты сперва долг отдай, — словно бы между делом пробормотал он. — Или слова не сдержишь?       Я на миг растерялся.       — Ты серьезно? — вздохнул возмущенно. — И правда хочешь минет в моем исполнении? Да я ж, блин, не умею! Позвони своим девкам — они оформят куда лучше.       — Тебя никто не заставлял, за язык не тянул.       — Ага, не заставлял. Так «не заставлял», что до сих пор задница болеть начинает, как вспомню.       — Слабо, что ли?       А вот это был удар ниже пояса!       — Пф!.. — фыркнул я, одним лишь восклицанием выражая всё своё вселенское безразличие к настолько примитивной провокации.       — А раз не слабо, давай, бро. Лезь под стол — мне сейчас как раз не помешает разрядка, — сказал товарищ.       Еще и с таким видом произнес, будто о пустяке попросил. Он вообще врубается, о чем просит? Одно дело вылизать мошонку и попку у Гвена, который даже с хуем на девку больше похож, чем я с влагалищем. И совсем другое — отсосать у друга детства!..       Я хотел было возразить, но… но вздохнул и со страдальческим видом закатил глаза:       — Черт с тобой, снимай штаны.        Гарри заерзал, а я тем временем присел на корточки и забрался под столешницу. Поворочался немного и вообще встал на колени — жуть как тесно оказалось!       Товарищ стащил трусы и перед моим лицом покачнулся уже окрепший хуец с багровой головкой, горячий и пахнущий мускусом. Он ждал меня? Как неожиданно и приятно…       — Ты тут наяривал, что ли? — усмехнулся я. — Или так рад видеть друга?       — Да про твою писечку вспомнил и опять захотелось…       — Минетом обойдешься! — проворчал я.       — Тебе помочь, или сам управишься? — усмехнулся товарищ.       — Заглохни…       По чуть-чуть переступая коленями, я подобрался поближе, медленно прижавшись щекой к горячему стволу. Вдохнул странный, но не противный запах, ощущая нарастающий грохот сердца. От Гвена пахло очень похоже, но его «детский» писюн не шел ни в какое сравнение с пенисом Гарри.       Я потянулся вперед и тронул губами ствол горячего члена, лизнув нежную кожу и подняв взгляд на товарища.       — Ух… — с довольным видом фыркнул он.       Член под губами резко набух и стал тверже, окуная меня в странное чувство: это был пенис Гарри, с которым мы дружим чуть ли не с самых пеленок, но прикасаться к нему оказалось приятно. Язык облизал взмокшую от возбуждения головку, поднырнув под крайнюю плоть и щекоча перешеек уздечки, и я ощутил тот самый странный привкус, пробуждавший приятные мысли. Опять очень похоже на «сироп» Гвена, но только «похоже» — с Гарри не будет никаких полумер, и он забрызгает меня спермой, а не «молочком». Но… но это ведь не так уж и плохо?       Тело мгновенно расслабилось и само подалось еще больше вперед, мягко кусая и с охотой целуя разгоряченную плоть, так сладко вонявшую мускусом.       — Ох! — Гарри вновь вздрогнул, хватаясь за мою шевелюру.       Это стало последней каплей в чашу решимости: какая к черту робость, если товарищу нравится! Я обхватил губами головку горячего пениса и потянул плоть в себя, помогая языком и лаская твердое тело.       Товарищ аж рассмеялся:       — П-полегче, бро!       Я же начинал входить во вкус и все активней двигал губами вверх-вниз по стволу, обсасывая жаркую плоть и покрывая ствол члена слюной — он так красиво блестел от моей влаги, что сложно было оторваться и перестать делать это. Увлеченно хлюпая влагой, я покусывал и целовал его и мошонку. Мягко прихватывал губами тугие яички, баюкая их на языке. Взял в рот сперва одно, а затем сразу оба, вынуждая товарища задрожать от удовольствия…       Входная дверь клацнула, и в комнату неожиданно ворвался Гвен. Гарри вздрогнул, навалившись всем телом на стол и одним взмахом рук насадив мой рот на хуй до упора и вжавшись лобком в нос. Я забулькал горлом, и меня едва не стошнило, когда головка ударила в глотку, пробуждая рвотный рефлекс!       — А он у тебя? — в это время рассеянно спросил младший.       — В т-туалет наверно п-пошёл, — пробормотал Гарри.       Я понемногу начинал задыхаться, не успев перед этим толком вдохнуть. Ощущал нарастающий дефицит кислорода и давление набухшей головки глубоко в горле. Щеки раздулись, а глотка словно сама по себе издавала тихие влажные бульканья в попытке сделать глоток свежего воздуха или хотя бы сглотнуть твердый член, в ней застрявший. Но я даже язык был не в состоянии высунуть — его придавило мошонкой.       — Слышал? — насторожившись, снова спросил младший. — Снова, наверно, еноты шебуршат.       — А-ага, — пробормотал старший, еще плотнее вдавливая моё лицо себе в пах. — Иди, давай, не мешай работать.       Головка вошла чересчур глубоко и минула глотку, окончательно закупорив возможность дышать даже носом! Я понял, что если немедленно не сделаю хоть что-нибудь, то рвотный рефлекс победит и тогда…       Язык и горло расслабились, с утробным глотающим звуком принимая навершие пениса. Головка на четверть дюйма протолкнулась в глубину пищевода, сбрасывая рвотное напряжение и растягивая ткани на горле.       — Ну, я им сейчас покажу! — возбудился младший. Он выскочил из комнаты, обронив на ходу: — Скажи Юджи, чтобы ко мне зашёл, как из сортира вернется!       Дверь хлопнула, закрывшись, и товарищ наконец-то отпустил мою голову, откинувшись в кресле. Я выплюнул мокрый член изо рта, кашляя и жадно дыша, словно только что вынырнул из бассейна.       — Рехнулся? Я чуть от удушья не вырубился!       — Но было шикарно же, — заулыбался товарищ. — Мне ещё ни разу глубокую глотку не делали… Братан, да у тебя талант.       Я помолчал секунду и тоже усмехнулся, утирая слюни, сбегавшие с подбородка.       — Не поверишь, старик, но у меня это тоже впервые. Продолжим? — спросил, призывно приоткрыв губы и вывалив язык.       — Давай, — тут же кивнул товарищ и уже без приглашения наклонил мою голову к члену.       Я послушно распахнул рот и он одним движением насадил его на свой на пенис, вновь окунаясь на всю длину. А мои ладони схватились за его бедра, горло старательно расслаблялось, булькая на всю комнату. Пока ещё не очень уверенно получалось, но как же это оказалось легко! Унизительно, но так возбуждающе и приятно, чёрт побери!..       Затрезвонил телефон и Гарри с разочарованным стоном схватил трубку.       — Эй, погоди, — прошептал он, легонько хлопая меня по макушке.       — Не-а, — хмыкнул я, с удовольствием насаживаясь глоткой на его тугую залупу.        Товарищ вздрогнул, хватаясь за мои волосы.       — Господи, Юджи… Дай передышку, блядь — это мой босс звонит!..       Я поднял взгляд на товарища и согласно кивнул, разом снизив накал страсти. Прекратил пошлые хлюпанья и отсасывания, оставив лишь нежные ласки губами да языком, а также невинные поцелуи, если только словно «невинность» могло подойти к поцелуям возбужденного пениса. Яички товарища, до этого плотно прижатые к телу, немного расслабились и провисли, но без внимания не остались: раз нельзя поиграть с членом друга, то развлекусь пока с его бубенцами. Тугие «орешки» по одному попали мне в рот и улеглись на язык, покрываясь слюной.       Гарри ответил на вызов и приложил телефон к уху:       — Слушаю, мистер Фердинан. Да… Да… Понимаю…       Он на какое-то время замолчал, слушая слова начальника. Мы смотрели друг другу в глаза, пока я облизывал его яйца и целовал пенис.       — Сэр, вариант окончательный? Ни на что не н-намекаю… б-боже… но иначе мы просрем все сроки… — пробормотал в трубку товарищ. Опять замолчал, выслушивая ответ и заметно морщась от надвигавшегося удовольствия. Внезапно он прикрыл ладонью микрофон и позвал:       — Юдж? Юджи?       — Мпх?.. — нечленораздельно фыркнул я, не собираясь выпускать пенис из губ.       — Восточный стиль отменяется. В арабском сумеешь? — прошептал товарищ, едва сдерживая довольные стоны.       — Мпх… — кивнул я утвердительно.        Все же выпустил член лучшего друга и ухватился рукой за мокрый ствол. Открыв рот и подставив язык, пошлепал по нему липкой головкой, а потом принялся резво надрачивать побагровевший «рукав».       — Сэр, я все понял. С-сделаю!.. — Гарри почти прокричал в трубку, оборвав разговор.       Швырнул на стол телефон, наконец-то давая волю эмоциям.       — Боже… Боже!.. — слышался его восторженный шепот.       Пенис в моей ладони ритмично подрагивал, выдавив капельку смазки и знаменуя близкий пик наслаждения. А спустя миг головка словно взорвалась густым кремовым гейзером! Великолепной пульсацией «плюнула» мне на лицо, на щеки и нос, выплеснула на язык душистые, горячие сгустки. Лучший друг застонал, запрокинув от кайфа голову, и расстарался изо всех сил. Два первых и самых мощных всплеска потекли по моим щекам, и еще два — упали аккурат на язык. Я тут же сглотнул, не колеблясь и выпивая семя лучшего друга. Даже вкуса его не распробовал — это просто необходимо было сделать, и всё. Прильнул к дрожавшему члену губами, развозя по стволу тёплую сперму.       Пульсация оборвалась и задорные брызги пахучей слизи перестали лететь на лицо — из уретры неспешными толчками потекли жирные хлопья. Но прерывать этот восхитительный миг не хотелось — я принялся помогать другу, массируя пенис рукой и надрачивая его на подставленный язык. Гарри уже откровенно рычал, толчками бедер выплескивая долгий оргазм. Первые сочные брызги секунду назад фонтанировали высоко и красиво, оросив мне лицо, а теперь член тяжко пульсировал, извергая маслянистые сгустки и вязкой массой заливая язык.        Товарищ выдохся на пятом толчке — всё же он обычный парень, а не порно звезда. Но мой рот оказался щедро наполнен солоноватой, детородной слизью, в которой так приятно было ворочать языком. Но даже этого мне показалось мало: я принялся мягко выжимать из уретры комки липкой спермы, забирая все, до остатка. Широко распахнув губы — чтобы товарищ увидел, — катал на языке семя лучшего друга, слегка удивленный полученным результатом.       — Сплюнь, если мерзко… — пробормотал немного растерянный Гарри.        На губах его витала отсутствующая улыбка. Парень находился не рядом со мной, а где-то далеко, улетев на крыльях оргазма.       Я сглотнул полный рот спермы.       — Сплевывать? Еще чего… — сказал другу и вновь принялся отсасывать его член.       — П-постой, — встрепенулся товарищ. — Дай передохнуть, черт тебя подери. Чуть мозги через хуй не высосал!       — Понравилось? — не без гордости хмыкнул я, отползая под столешницу.       Принялся облизывать губы и начал на ощупь дергать влажные салфетки из коробочки, что стояла надо мной на столе.       — Вообще-то, это было охрененно! — вздохнул Гарри, а затем усмехнулся. — Бро, вот как муж к мужику ответь: я не слишком быстро кончил? И вообще, как тебе мой член?       — Ну, с Ксюшей ты все равно не сравнишься в размере…       — Это ты о чем?       — А… Не бери в голову. Короче, все отлично. Хотя и сравнивать мне пока не с чем, но хуй у тебя реально классный. Правда, яйца мог и побрить…       Гарри захохотал:        — Блядь, да я-то откуда знал, что ты их заглотишь? Охренеть: ни одна девка со мной такого не делала… Может, повторим как-нибудь?        Я к этому времени уже выполз из-под стола и поднялся во весь рост, стирая со лба липкие брызги.       — Да без вопросов, — кивнул, швырнув салфетку в урну. — Но что бы не дрочил перед этим — хочу чтобы опять было много. А теперь, может, по пиву и работой займемся, а то так до утра не закончим?       — Не, давай еще разок. Глубокую глотку, а?       — Что, впечатлен? — усмехнулся я.       — Бля, Юджи, да это просто охрененно! — воскликнул Гарри. — Только ничего, если я тебя… ну… ничего, если слегка придушу?       Я с безразличным видом пожал плечами и аккуратно сдвинул со столешницы рабочие документы, освободив немного места. Улёгся на стол спиной и, запрокинув голову, свесил ее вниз, призывно распахнув рот.       Гарри пристроился без промедлений, одной рукой придерживая меня под затылком, а другой слегка нажимая на горло. Вставил член, беспрепятственно протолкнувшись головкой до самой глотки. Я снова забулькал, но теперь уже скорее, чтобы товарищу было приятнее. И он оценил мои потуги — с удовольствием навалился всем телом, прильнув пахом к лицу и прижав яйца к моему носу. Замер в такой позе, едва уловимо двигая бедрами и сладко дыша.       Я опустил ладони на бедра товарищу, чтобы не лежать совсем уж поленом. Хлюпал слюной и булькал горлом в ответ на толчки горячей залупы. Вскоре, притворное удушье начало меняться вполне настоящим и звуки, что от меня исходили, стали куда искренней.       — Господи… — простонал товарищ, даже не пробуя утаить восхищения.       Толкнулся еще раз-другой, явно наслаждаясь удушьем партнера, и медленно вышел, извлекая член из моей глотки. Я закашлялся, жадно хватая ртом воздух, но так и не успел толком вдохнуть — горячий хуй вновь запечатал напряженное горло. Товарищ принялся медленно двигать тазом, насилуя рот. Толчки чередовались с просветами, чтобы я мог сделать вздох. Потёки слюны бежали вниз по лицу, пенис всё быстрее елозил взад и вперёд, а от ударов сотрясался весь стол.       Держать меня уже было не нужно — я и сам прекрасно держался за ляжки товарища, — поэтому он убрал руки, опуская ладони мне на грудь. Не знаю, что он там найти собирался, но если хочет, то почему нет?..       Дверь в комнату опять хлопнула, и послышался обиженный возглас Гвена:       — Эй, козлы, ну я же просил!..       Гарри даже не остановился:       — Слушай, давай не сейчас!.. — пропыхтел он. — Ничего я с твоим любовником не сделаю…       Он все громче постанывал, знаменуя близкий финал, поэтому мягкие шаги убежавшего Гвена оказались едва различимы.        «Обиделся?» — с досадой подумал я. — «Нужно будет извиниться потом — отсосу и ему…»       Младший вернулся быстрее, чем можно было ожидать. Я всё еще лежал на столе и не мог видеть ничего иного, кроме яиц лучшего друга. Но по звуку догадался, что его брат где-то рядом. А еще спустя миг понял, что задумал Гвендолин — парень примостился у меня между ног, приподнимая бедра и стаскивая шорты!       Ещё пара секунд — и мне в задницу уткнулся толстый, прохладный «ствол», залитый чем-то скользким. «Темное Солнышко» нацепил мой страпон, которым я трахал его пару часов в салоне своего «доджа», и пришел карать и наказывать. Он неумело толкнулся, одним резким движением протаранив меня и вводя резиновый хуй почти на половину. Я всхлипнул, как мог, изогнувшись от боли и неожиданности — без смазги это оказалось не очень приятно. Следом застонал Гарри, оценивший мгновенное напряжение мышц.       Товарищ рассмеялся сквозь стон:       — Да, давай, братишка!.. Засади ему хорошенько — пусть снова сожмется…       — Ага… — выдохнул Гвен.       Движения страпона разом ускорились, вышибая из меня долгий стон. Толстый латексный ствол через «стеночку» давил на мышцы влагалища и даже одно только это приводило в восторг!       Братья толкались наперебой — младший старался подстроиться под ритм старшего, а старший готов был завыть от экстаза и с каждой секундой двигался всё реже, но глубже. Шлепал мокрыми яйцами мне по лицу и щипал за соски. Наконец, друг замер, хрипло застонав и сбрасывая прямиком в пищевод уже не такой обильный подарок. Подергался еще немного и остановился. Отступил, отдуваясь и вытаскивая из моего рта мокрый член.        Багровая «колбаса» качнулась у меня перед глазами и мазнула липкой головкой по губам, требуя положенного ей поцелуя. Вслед за ней по лицу потекли вожжи слюны и спермы. Я проводил взглядом напряженное лакомство — эрекция Гарри до сих пор не пропала…       Гвен выдернул из меня страпон, ничего толком так и не добившись, а спустя миг оказался рядом, жадно целуя в губы и сплетая язык с моим языком. Спешил ощутить вкус свежего семени.       — Ну вы, блин, даёте! — Гарри озадаченно рассмеялся и осел на пол, переводя дух.       Я тем временем обхватил младшего в обнимку и скатился с ним со стола. Придавил своим телом и какое-то время поил изо рта в рот спермой. А потом схватил Гвена за шиворот и поволок к его старшему. Заставил парня упасть на колени и насильно ткнул его лицом во все еще крепкий член Гарри. И сам, конечно же, обрушился рядом.       — Да вы охерели, извращенцы?! — воскликнул старший.       Но когда наши с Гвеном губы встретились на мокром члене, лаская ароматную кожу и целуя тугую головку, Гарри быстро сменил свое мнение.       — Смерти моей захотели, засранцы? — проворчал он. — Дайте передохнуть!..       Вопреки словам, ладони старшего легли нам на головы, мягкими движениями помогая и направляя. Да и Гвен вряд ли бы сейчас остановился. Я дернулся, и вывернулся из мягкий объятий. Без слов поднялся и так же молча пнул ногой Гарри в грудь — не ударил, а сильно толкнул, молчаливо требуя лечь.       — Что? — товарищ развел руками, покорно падая, но не понимая, чего от него хотят.        Гвена я снова дернул за шкирку, тоже заставляя подняться. И, разумеется, даже не думал тратить время на объяснения. Как варвар на украденной у римлян дворянке, разорвал на младшем майку и стянул с него домашние просторные труселя. А потом легонько пнул под коленки, заставляя упасть.       До старшего наконец-то дошло:       — Э, не-не-не!.. Вы чего, охуели, ребята?!       Поздно он спохватился — подхватить его член старшего и нащупать головкой дрожащий анус младшего было делом секунды. Гарри дернулся, пробуя встать, но я опустил ногу ему на грудь.       — Не дрыгайся, казанова, — пробормотал. — Сейчас ты обслужишь нас, как полагается.        Раздеться мне было тоже не долго, поэтому последнее зрелищем, что увидел Пирс-старший, было моё влагалище, что опускалось ему на лицо. А затем для него свет померк, но зато губы Гарри лизнули мой клитор…