˚₊‧꒰ა божᴇᴄᴛʙᴇнноᴇ (нᴇ)ᴄчᴀᴄᴛьᴇ ໒꒱ ‧₊˚

А вы..верите в перерождение? В то, что душа вечна. Это сложно доказать, как и опровергнуть. Если существует это перерождение, то 99.7% теряют память. Шанс того, что ты хоть что то вспомнишь очень маленький. На самом деле..так грустно, не так ли? Представим, что ты любил кого то в прошлой жизни. Очень сильно. Эта любовь была настолько прекрасной! Но, к сожалению, после смерти, ты уже не вспомнишь ничерта из того, что прожил. Пусть ты переродишься через минуту или пятьсот лет. Ты всё равно не вспомнишь, как хорошо, а может плохо, тебе было. И пугает и завораживает одновременно.. Эта неизвестность, что же с тобой будет. Думаю, что многие суицидники тоже задаются подобным вопросом. Поэтому и происходят все эти несчастные случаи, когда подростки бросаются под поезда, вскрывают вены или прыгают с крыш. А не какая нибудь там, несчастная любовь или ссора с родителями. Хочется верить именно в то, что люди поступили со своей жизнью так, только из интереса. А иначе, совсем придурки.. --------------------------------------- — Хёнджин, ты всё убиваешься? — спросил Сынмин, когда вышел на балкон в мастерской Хёнджина. Блакончик был оформлен очень атмосферно. По скольку, он был достаточных размеров, можно сделать целую комнату для раздумий. Так ещё и с подогревом.. Сверху была гирлянда, которая мигала жёлтыми огоньками. На полу лежал невысокий матрас и пару подушек на нём. Скраю стоял столик, на котором практически ничего не лежало. Только небольшая книга и стакан с каким то напитком. А, ну и кусочек тортика. Хван так украсил балкон, только после того, как умер его возлюбленный. С тех пор, только там и сидит. Во первых, эта часть комнаты очень даже вдохновляет Хёнджина. Многие его картины были написаны именно после того, как он посидит в этом укромном местечке. А во вторых, иногда просто хочется погрустить, посидеть с горячей кружкой кофе и поразмышлять обо всём, что есть и чего нет. — вот, Сынмин, я всё не могу понять — начал Джин, — Феликс так давно умер, но почему до сих пор не переродился? Он застрял в междуречье? Или Синигами не разрешил ему выйти? Или Ликс просто не хочет.. — Хёнджин, давай подумаем логически? — предложил Ким, — ты хоть раз слышал о том, что метка бога любви свободна? — нет.. — то есть? — пытался подвести Мин — то есть, шансы на то, что он вернётся к жизни, всё ещё есть..но когда?! Люди уже с ума посходили. Нет никакой любви. Все браки только потому, что это надо! — только за это переживаешь? — что? Нет конечно! Просто..это действительно странно. По моим предположениям, чувства останутся только у тех, кто полюбил до смерти бога любви. Соответственно, это были практически все на Земле. Но вот, те, кто рождались после, даже не знаю, насколько это чувство прекрасно! — прекрасно? Ты так считаешь? — ну..да, естественно. — ага, а теперь сам же и убиваешься от того, как сильно любишь — ой, да иди ты! — Хёнджин в шутку выпихнул бога войны в основную комнату. Мастерскую. Всё выглядит так, как и выглядело ещё при Минхо. Поменялись только многие картины. Половина из них, портреты Феликса, конечно же. Это были портреты, в основном написанные акварелью. Очень часто, художник изображал Ликса с белыми цветами. ----------------------------------------------- Пятьсот лет с того дня, как не стало Ли Феликса. Того бедного парня, который не полюбился судьбе. Хёнджин очень хотел повернуть время вспять и спасти того, кого так сильно любит, но, к сожалению, уже поздно и ничего не вернуть. Хёнджин гулял по полю, которое находилось не так далеко от храма бога любви. Там рядом то самое озеро, где пересеклись впервые Феликс и Сынмин. В лес, где живут два бога и на поле, которое находится рядом - простым детям строго запрещено ходить. С недавнего времени, пошли слухи о том, что тут живут злые духи. Но, на самом деле, это просто от того, что родители переживают за своё чадо, которое может заблудиться. Хотя, даже взрослые сюда не приходят, так как что то здесь есть пугающее. Хёнджин прекрасно знал о том, что здесь никто не ходит, и поэтому, такое место стало чем то особенным. Почти как его балкон, где можно посидеть и подумать о грустных вещах. Какого же было его удивление, когда он увидел маленького мальчика, собирающего цветы. — это ещё кто?.. — задумался Хван. Присмотревшись, стали вырисовываться до боли знакомые черты лица. Такие мягкие, аккуратные. Мальчик посмотрел вперёд и в районе 25 метров увидел неизвестного ему парня. Заиграл интерес, и этот ребёнок пошёл к ошарашенному Хёнджину. Чем ближе подходил мальчишка, тем больше слёз скапливалось у Хвана на глазах. Последней каплей стал момент, когда человек подошёл к Джину. То же личико с веснушками, словно созвездия, та же улыбка. По щеке скатилась солёная капелька и вдруг, мальчик заговорил: «дядᥱньκᥲ, ᥰ᧐чᥱⲙу ʙы ᥰ᧘ᥲчᥱᴛᥱ?» Ступор..мальчику лет шесть - семь на вид. То есть, это перерождение произошло не так давно. Жалко, Что Хёнджин только сейчас узнал. — эй! Я не плачу! — Хван широко улыбнулся — не правда! Я же видел! — а вот и правда! И вообще, что ты здесь делаешь? — дяденька, а вы почему? Хёнджина чуть чуть начало бесить такое поведение, но, в то же время, он был просто счастлив. Счастлив, что наконец-то, тот, кого он любил вернулся. — дяденька, как вас зо.. — не успел мальчик договорить, как получил слабый щелбан — я ещё очень молод! Так что не называй меня дяденькой! — сказал Хван, которому было сейчас, около 700 с небольшим лет. Ну, в принципе, по меркам практически бессмертных и нестареющих существ, Хёнджин действительно не так уж и стар. — моё имя - Хван Хёнджин. А ты, малец? — спросил Хёнджин, осознавая, что у бога любви уже другое имя. — Ли Ёнбок — ожидаемо для Хвана ответил бывший Феликс. — чтож, Ёнбок, почему ты сейчас ходишь здесь? Разве люди не считают, что здесь бродят какие то духи? — считают, но я не верю в это! Все эти ваши духи и боги - чушь собачья! — Ли по детски надул нижнюю губу и скрестил руки — меня тоже не боишься? Вдруг я.. — Хван задумался, — маньяк — тогда, вы очень добрый и милый маньяк! — мальчик солнечно улыбнулся. Веснушки красиво переливаются на солнце. Улыбка всё та же. Наивная. Будто, всё, что изменилось в юноше, так это имя. Всё остальное, как прежде. От куда не возьмись крик. Мужской ор. Отчётливо слышно имя Ёнбока, который прямо сейчас стоит и разговаривает с Хёнджином. — ой..меня уже ищут.. — погруснел мальчик, — вот, это вам на память! — Ён протянул Хвану перстень. Из чистого золота и с красивыми драгоценными камнями. Видно, что не дешёвая бижутерия, — это вам на память.. — Ли сделал паузу и улыбнулся, — дяденька! После этого, мальчишка побежал как можно скорее от Хёнджина. Ведь, не дай бог родители узнают, что он с кем то говорил. Хранитель Сынмина не успел и слова сказать про перстень. Но, оставить всё же решил. Лёгкая улыбка, которая очень быстро спала. Он стал выглядеть более серьёзно. Осознание того, что Со Чанбин может вернуться, не давало покоя. Теперь уже, Хёнджин точно не даст в обиду своего возлюбленного. --------------------------------------- — тебя где носит?! — строго произнёс отец. Никакой любви к сыну и близко нет. Вечно орёт из-за пустяков, не даёт спокойно жить. Стоит Ёнбоку только не так положить ложку, его сразу могли страшно наказать. Люди сейчас стали, как вы первых веках. Когда верили только в бога, а не в науку. Ли был один из немногих атеистов. Таких практически не осталось. Все были помешаны на религии. Соответственно, наказывали тоже частенько так, как написано в библии, коране и что там ещё у верующих? — прости, папа.. — извинился мальчик, — я такого парня виде.. — Ён не договорил и закрыл рот себе руками. — какого? — угрожающе взглянул отец — да нет, забудь. Лучше расскажи, как.. Звук пощёчины. Звонкий, такой больной.. Щека быстро покраснела. Да уж..остался след. — какой же ты мерзкий, полудурок! — крикнул мужчина и сильно толкнул сына в кусты. Ветки слегка поцарапали руки. Спина жутко болела от того, что именно на неё упал маленький бог. Продолжалась ругань, оскорбления. Но..Ёнбок не плачет. Он смотрит на отца пустыми глазами, но было видно, как же больно малышу. И даже не в физическом плане, а моральном. «ᥰ᧐чᥱⲙу, ᧘юдᥙ нᥱ ᧘юδяᴛ?..» Ёнбок задавался таким вопросом ежедневно. Его всегда интересовало, что не так с людьми. Почему так происходит? Ли даже не осознавал, что всё это по причине его смерти. ------------------------------------------ — ты был рядом с людьми, — начал Чонин, — у них хоть что то поменялось? — я не ходил в сам город, но видел его.. — пояснил Хёнджин — кого его? — Феликса.. — неужели? Так это значит...что скоро всё наладится? — радовался второй хранитель Сынмина — да, вполне возможно. Но..я не знаю как его вовлечь во всё это..Ёнбок сказал, что не верит в богов, магию и так далее. Наверное, именно поэтому он и пришёл на поле — Ёнбок..это его новое имя? — да, но для меня значение не имеет. Скорее всего, я буду часто путаться — Хван неловко почесал затылок и ушёл к себе в мастерскую. В честь такой встречи, грех не написать ещё один портрет... ----------------------------------------------- — не надо, папа.. — упрашивал Феликс отца не бить его — я тебе что говорил? — удар по руке ремнём, — что говорил, а? Мразь! По комнате раздавались слышные удары по коже. Из каких то мест уже сочились капли крови, но Ёнбок по прежнему не плакал. Он по прежнему сидел и смотрел на это всё пустыми, кукольными глазками. Такие судьбы сейчас у миллионов детей. Да, любви, можно сказать нет, но всего 1% населения остался с чувствами. Феликс, к сожалению тоже. Грустно осознавать, что ты один из малого количества, кто может испытать такое чувство. Приятное...тёплое... Хочется верить, что совсем скоро, всё будет как несколько столетий назад. Мама часто читала Ликсу историю прошлого. Ведь она была похожа на что то волшебное и интересное. Словно сказка, а не настоящая жизнь. Ёнбок надеется, что такая же жизнь будет и в будущем. Хотя, наверное, не один он.. Все шесть лет, что живёт Ли, он не понимал. Почему его так часто бьют и ругают? Да, может родители и не любят своё чадо, но это же не повод бить его за малейшие грехи и ошибки.. -------------------------------------------- Проходили час за часом. Хёнджин всё ещё рисует портреты Феликса. Да, он всё же решил сделать что то карандашом и неподробное. Таких картинок было уже около пяти. Вдруг, Хван вспоминает, что ему уже никуда и не надо. Поэтому решает переодеться. Сняв брюки, из кармана что то падает. Так ещё и с таким шумом. Джин смотрит на пол и видит тот самый перстень, который ему подарил мальчик в поле. Хёнджин слегка улыбнулся и поджал губы. Есть ли шанс того, что Ёнбок ответит ему взаимностью в этой жизни? А что, если нет? А что..если Феликс опять погибнет. Пока он ребёнок, он очень уязвим. Чанбин наверняка воспользуется этим.. Не хотелось верить. Проблема в том, что Хван не знает, сколько попыток дали Феликсу. Сколько раз он сможет переродиться? Какова вероятность, что Ликсу дали все жизни, а не три, как некоторым? ----------------------------------------- Все жизни... У любого существа их должно быть как минимум 9. После смерти, есть возможность переродиться, но только если есть ещё жизни. Если же они заканчиваются, то человек или божество исчезают навсегда. Они больше никогда не смогут посмотреть на весь этот чудесный мир, который полон лжи и опасности. — Феликс..я не дам тебя в обиду.. — сказал Хёнджин и отложил все свои художества. ------------------------------------------------------------------- — Хёнджин-а~ — протянул Минхо, — ты там ещё долго? — да сейчас! Зайди просто и не стой! Ли Минхо закатил глаза и вошёл в комнату к Хвану и Чонину. В отличие от Хёна, Чонин был уже готов. Старший всё никак не мог придумать, что же ему надеть на тренировку. — ого, Хёнджин.. — удивился Ли, когда прошёл чуть дальше. На полках стояли красивые картины, которые Хёнджин рисовал, когда у него было лишнее время. Минхо не знал о таком таланте Джина. И ведь действительно таланта, так как Хван никогда не учился в художественных школах и с детства хорошо умел рисовать. Именно по этому, Хёнджин не обижался на то, как его называют талантливым подростком. По сути, он действительно не вкладывал в это много сил и времени. — хера ты Ван Гог.. — не сдержался Ли — Ван Гог? — усмехнулся Джин, — я ещё не дорос до его уровня — да какая разница? Я в шоке.. ничего не сказать..Ты прятал от меня такие шедевры! — возмущался Минхо — ну, теперь не буду — а Хёнджинка частенько этого стесняется. Никогда не признает, что действительно художник с огромным талантом! — вмешался Чонин, но в него мигом прилетела подушка. — я не стесняюсь! Ребята все втроём вышли из комнаты и ушли на изнурительную тренировку. ------------------------------------------------ — а ты.. всё так и рисуешь, как я погляжу — скрестил руки, вошедший в комнату Ли Ноу — напугал! — очнись, Хёнджин! Ты уже хранитель, и не какого то там слабенького бога! — Минхо..но.. — да чего но? Только картинками своими и занимаешься! Такие ссоры стали происходить очень часто. Если раньше Минхо радовался за каждую кляксу на холсте Хван Хёнджина, то теперь отчитывает за шедевры. В Ли Хо есть тот самый старший брат, который и заботится и ругается одновременно. — Минхо, тебе всегда нравилось моё творчество — нравилось, пока это было до того, как ты стал хранителем. Твои художества должны быть на втором плане! И говорю тебе об этом я, так как Сынмин ссыкло! — но хозяин моё божество..он не может бояться мне что то сказать..всегда прямолинейный — видишь, как он любит тебя! Что аж попросил меня закончить твоё бездельничество! Ты ничего совсем не умеешь. Вот до чего довели твои вечные прогулы! — уже на повышенных тонах стал говорить Ли — Минхо, ты всё равно меня не оста.. Хо стиснул зубы. Чуть чуть морщась от злости, парень взял мольберт и кинул его на пол. Глаза Хвана стали разбегаться. Неужели..это правда сейчас делает Минхо? Ли Минхо, который всегда всех поддерживает в любых начинаниях..да даже не в начинаниях! Во всём... — ты чего?... — да ничего! Ван Гог ты херов, займись уже работой! Заебал! Старший вышел из комнаты, даже не посмотрев на то, что рисовал Хёнджин. Хван подошёл к мольберту, который валялся на полу и рассмотрел портрет друга, над которым он старался усерднее всего.. — Минхо..тебя так знатно потрепала эта работа?.. — пронеслось в голове Ван Гога, который только тяжело вздохнул и поднял картину. Ли Минхо из прошлого.. Фиолетовые волосы, которые чуть чуть вьются, тот самый озорной кошачий взгляд. Чёрная джинсовка.. Тот самый Ли, за неделю до того, как стал хранителем господина Бан Чана. Минхо вышел из комнаты, даже не осознавая того, что он сделал. По факту, его не просили ничего делать, но эта безответственность Хёнджина раздражала, когда Чонин во всю старается, а Хван картинки рисует. — Минхо хён? Я слышал, как вы с Хёнджином ругаетесь. Что случилось? — спросил Ян — да ничего! Этот придурок вообще обленился! — О чём ты? — ты стараешься, впахиваешь, а он сидит и рисует — да, ты прав, но..он очень старался над одной работой — Чонин по грустному улыбнулся, — Хёнджин рисовал портрет того, кто помог ему освоиться. Портрет того, кто всегда прикрывал его зад от неприятностей. — после этих слов, Чонин приобнял одной рукой Минхо, и повёл его на кухню. Снова чай. Похоже, вся эта троица, а в добавок и Сынмин, очень любят этот напиток. И часа без него не проживут. Хёнджин вышел из комнаты. На нём не было лица, и он просто ждал, пока вскипит чайник. Ли Ноу взглянул на эту страдающую мину. — да, погорячился я, и что?! — вдруг заговорил он, — я не тот, из-за кого нужно нюни разводить! Минхо скрестил руки и закатил глаза. Конечно же он понял свою ошибку. Ли грустно от того, что он так задел своего близкого друга. — Минхо~ — печально протянул Хёнджин, стараясь не заплакать — эй! Хорош уже из себя хуй пойми кого корчить и тащи то, что намалякал там! А Хван, словно ребёнок.. Ему сказали - он делает. Джин действительно побежал к себе в мастерскую. Картина, можно сказать, почти закончена, так что показать не стыдно. Чонин ярко улыбнулся старшему другу. Он был рад, что Минхо осознал, что сделал что то ужасное и сразу извинился. Ли Ноу не плохой, и не злой. Нет, ни в коем случае. Просто, у него есть свой характер. Да и к тому же, кто из нас не устаёт? Слишком уж много проблем на хранителя бога любви посыпалось, что он даже свои эмоции уже не контролирует. Минхо никогда не было сложно выразить свою точку зрения. Наоборот, он очень любил это делать. Ему нравилось считать себя кем то, кто может спокойно высказаться, наблюдая за трусами, которые и слово не вякнут. Эта прямолинейность часто раздражала всех в Ли Хо. Да только каждый понимал, что если не скажет этот парень, то не скажет никто. К сожалению, думаю, пора подвести конец. Конец чему, вы спросите? История Минхо окончена. Не понятно, где он сейчас, от кого прячется. В целом, больше ничего не известно о том, как он живёт. Когда нибудь, мы конечно послушаем его рассказ о том, как было сложно найти укрытие, как было сложно скрыться от тех, кто ищет. От всех помощников, которые выполняли свою работу неохотно, ведь...это же сам Ли Минхо! Трудно поверить, что такой замечательный хранитель, когда то сдастся. К большому разочарованию, его найдут когда то. И возможно, даже казнят.. Да только, когда это будет? Неизвестно даже нам.. Ночь. Такая тёмная и пугающая. Всё небо покрыто облаками, и, кажется вот вот, польёт сильный ливень. Такая атмосфера выглядит очень нагнетающей. Будто, выйдешь на улицу и тебя сожрёт какой то монстр. Но, вообще, там никого вроде и нет. Тихо, местами, конечно завывает ветер. Прям, пугающе так. Таким свистом завораживающим, но при этом ещё и устрашающим. Настроения особо нет. Почему же? Да вот просто уже 25 октября. Вам ничего не говорит эта дата? Тогда..вспомним же замечательного хранителя бога любви - Ли Минхо. Его день рождения, который вся троица друзей праздновала всегда вместе. Они старались делать этот день по истине волшебным. На зло добавляли кучу красок, которые так не любил Минхо, всячески подкалывали его. Это, можно сказать, определённая месть. Чонин и Хёнджин часто договаривались о всяких шутках. Они решили, что весь год терпят забавы Ли Хо, а на его день рождения мстят. Минхо самому нравилась эта идея. И главное, всегда было что то новое, что очень его веселило. Он не обижался на друзей. Только лишь в шутку закатывал глаза, и называл их детьми. Ведь только дети могут так поступать. Хёнджин опять сидит в своей мастерской. Ощущение, что он вообще от туда не выходит. Рисует кого то, и похоже, что это Ли Ноу. Опять его картина. В этот раз, уже портрет написанный карандашом. Сразу выскачили воспоминания о том, чьим хранителем был Минхо. Поэтому, на рисунке было сердечко, которое парень держит палочками для суши. Ребята придумали интересную вещь. Складывать всё связанное с Минхо к одному месту. Так сказать, могила, но не совсем. С печальным видом, Хёнджин пошёл к этому месту. Оформлением, кстати, тоже занимался он. Но, в добавок и Чонин чуть чуть помог. 500 дней рождений, что прошли, парни праздновали одинаково. Сидели так с вечера до утра, оставляя какие то подарки. Этим местом стала единственная свободная комната в особняке. Хван разукрасил стены в мятные и чёрные цвета. Всё это очень красиво сочеталось. На стене было белыми буквами написано какое то стихотворение: "𐌑ы δы᧘ᥙ ρᥲды ʙᥴᴛρᥱᴛᥙᴛь ᴛᥱδя. Тʙ᧐ё д᧐δρ᧐ нᥱ᧘ьᤋя ᧐ᴛᥰуᥴᴛᥙᴛь. Д᧐ρ᧐ᴦ᧐ᥔ 𐌡ᥙ 𐌑ᥙн᥊᧐, 𐌿ρ᧐ᥴᥙⲙ, ʙᥱρнᥙᥴь! 𐋏ᥲⲙ ᴛᥲκ ужᥲᥴн᧐ δᥱᤋ ᴛёᥰ᧘ы᥊ ᥙ нᥱжны᥊ ρуκ ᴛʙ᧐ᥙ᥊, Бᥱᤋ ᴛʙ᧐ᥙ᥊ нρᥲʙ᧐учᥱнᥙᥔ, κᥲκ ᥰρᥲʙᥙ᧘ьн᧐ ᥙ нужн᧐ жᥙᴛь. 𐋏ᥲɯ ᧘юδᥙⲙыᥔ 𐌡ᥙ 𐌑ᥙн᥊᧐, 𐌿ρ᧐ɯу, ʙᥱρнᥙᥴь! В нᥲɯᥱᥔ ᥰᥲⲙяᴛᥙ ᧐ᥴᴛᥲнᥱᴛᥴя, 𐌺ᥲκ ᴛы ᤋᥲщᥙщᥲ᧘ нᥲᥴ. 𐌺ᥲκ ᧐ᴛ δᥱд ужᥲᥴны᥊ ᥴᥰᥲᥴᥲ᧘. 𐋏ᥙκ᧐ᴦдᥲ ужᥱ нᥱ ᤋᥲδыᴛь, 𐌺ᥲκ ᥴ ᴛρуд᧐ⲙ, ᥴ᧐δρᥲʙɯᥙᥴь.. Уɯё᧘ нᥲʙᥴᥱᴦдᥲ. Ты ᥴ᧘᧐ʙᥲ нᥲⲙ ᧐ᥴᴛᥲʙᥙ᧘: «Ян Կ᧐нᥙн, 𐌗ʙᥲн 𐌗ёнджᥙн! 𐌿ρ᧐ᥴᴛᥙᴛᥱ ⲙнᥱ ⲙ᧐ᥔ ϶ᴦ᧐ᥙᤋⲙ, Я ᤋᥲᥱδᥲ᧘ᥴя дуⲙᥲᴛь ᧐ ʙᥴᥱ᥊, И ᤋᥲᥱδᥲ᧘ᥴя ᤋᥲδыʙᥲᴛь ᧐ ᥴᥱδᥱ» Дᥲ, ᥰ᧐ρᥲ ᧐ᴛᥰуᥴᴛᥙᴛь ᴛᥱδя, 𐌑ᥙ᧘ыᥔ дρуᴦ нᥲɯ. 𐌿яᴛьᥴ᧐ᴛ ᧘ᥱᴛ, κᥲκ ρяд᧐ⲙ нᥱᴛ ᴛᥱδя, И ϶ᴛᥙ ⲙыᥴ᧘ᥙ нᥱ ᥰ᧐κᥙдᥲюᴛ ⲙᥱня! 𐌑ы ʙᥴᥱᴦдᥲ ρᥲʙня᧘ᥙᥴь, ᥴⲙ᧐ᴛρᥱ᧘ᥙ, 𐌺ᥲκ ᴛы - нᥲɯ ᥴᴛᥲρɯᥙᥔ δρᥲᴛ, В᧐ ʙᥴёⲙ уᥴᥰᥱ᥊ᥙ ᥴʙ᧐ᥙ ᥴ᧐ʙᥱρɯᥲ᧘. 𐌑ы δудᥱⲙ ᥰ᧐ⲙнᥙᴛь, 𐌿ρ᧐ʙᥱдённыᥱ ʙⲙᥱᥴᴛᥱ днᥙ. Тᥱ днᥙ, κ᧐ᴦдᥲ ʙᥴё ᥰρ᧐д᧐᧘жᥲ᧘ ᴛы ᥴʙᥱᴛᥙᴛь, У᧘ыδκ᧐ᥔ яρκ᧐ᥔ, И ʙ ᥴнᥱᴦᥲ ᥴ ⲙᥱᴛᥱ᧘ью, И ʙ д᧐ждᥙ.. И ᥰρ᧐ɯу я, ʙᥱρнᥙᥴь! Дᥲ ᴛ᧐᧘ьκ᧐, ʙᥰуᥴᴛую.. Вᥱдь ᴛы нᥲʙᥴᥱᴦдᥲ д᧐᧘жᥱн уᥔᴛᥙ. Уᥔᴛᥙ ᥙ ᤋᥲδыᴛь нᥲᥴ, 𐌺ᥲκ ᥴᥲⲙыᥔ ᥴчᥲᥴᴛ᧘ᥙʙыᥔ ᥴ᧐н.." Оно только сохло. Похоже, написали его не так давно. Помимо стихотворения, стены были так же разукрашенны какими то бабочками. В комнате уже сидел Чонин на коленях. Он перечитывал написанный им текст, наверное, раз десятый. По щеке катилась слеза от того, как же хочется вновь пошутить вместе с Хёнджином над Минхо. К сожалению, это уже нереально. — Чонин..мне жаль — заговорил художник, как только дочитал всё стихотворение. Ян быстро стёр слёзы, Хёнджин поставил картину куда то на красивое место и парни стали любоваться ночной красотой. Вдруг, Хван решил отойти от грустной темы. — Чонин, знаешь..у меня есть идейка, как поддерживать связь с Феликсом. К сожалению, мне придётся отучиться на эту специальность. Но, к его 16-летию я должен успеть — ты чего задумал? — я стану учителем для него!