Love never die

Куникида, лишившись рук, кричал, срывая голос. Он не мог поверить, то что все разрушилось в одночасье. Метался в агонии, в слабых попытках перевернуть страницы блокнота или держать ручку. Естественно, у него нечего выходило, он просто тыкал в предметы культяпками, при этом находясь в жутчайшей истерике. Спустя некоторое время вырубился. Дазай, которому не очень-то и свойственно думать и переживать о чувствах других пребывал в переживаниях. Ему было больно видеть Доппо таким, хотя брюнет старался этого не показывать и дурачился в своей манере. Но крышу снёс крик, который он услышал, когда хотел постучать в дверь квартиры. Поняв, что мужчина не в состоянии открыть, попытался залезть в окно. Что тоже не вышло удачно. В итоге, когда крик затих, он вскрыл замок и тихо вошёл в квартиру. Осаму понимал что тому просто нужно было проораться, а он будет только мешать. Куникида лежал на полу, укрывшись головой в блокнот. Брюнет его аккуратно поднял и положил на диван. В процессе хоть Дазай и думал что все делает аккуратно, Доппо вскрикнул и открыл глаза: — Ты что здесь делаешь? — испуганно вытаращив глаза спросил он. — Тащил на диван! Ты на полу валялся! — невинно отвечает Осаму, будто и не взламывал замок. — Зачем так внезапно? Уходи отсюда! — пытался отбиться Доппо. — Ну уж нет! — Осаму заломил ему руки. В свою очередь, любитель идеалов пытался отбиться, но у него плохо выходило, так, как руки были заломлены. Неожиданно для себя, он почувствовал прилив возбуждения и очень резко повернулся у брюнету. Тем самым освободил руки, и стал отбиваться стояком. Его гигантский член с багровой головкой, бил Дазая по щекам с такой силой, что оставались красные следы. Осаму, такой исход событий совсем не подходил и он решил действовать «наверняка». В моменте, когда Доппо на самую малость перестанет трясти своим агрегатом, он поглотил орган до самого основания. Резко, он посмотрел в глаза своему напарнику и увидел там, целый спектр эмоций, от ужаса до самой страшной похоти. Сжав горлом хуй, он вызвал у блондина самый громкий стон который когда-либо вообще слышал. Обхватив рукой свободную часть члена, суицидник начал надрачивать математику, одновременно делая хлесткие движения головой вперёд-назад, посасывая и полизывая жезл радости. Куникиде надоело сидеть без дела и он, положив свои культяпки на голову брюнета, начал управлять его движениями.Осаму заглатывая до конца, выпускал с самым пошлым звуком «чпок». Щеки горели не только от избиения, но также от жара. Доппо выглядел ещё развратнее: покусанные до крови губы, закатывающиеся в экстазе глаза и громкие стоны от которых ехала крыша. В глазах начало темнеть, а узел который был внизу живота развязался. Он кончил брюнету в глотку. Прошло пару минут, член выпустили изо рта. Осаму начал задыхаться и кашлять. У него аллергия на белок, причём смертельная. Слишком много излили ему в рот. -Дазай, Дазай что с тобой? — математик начал трясти своего напарника своими обрубками, но второй лишь в последний раз взглянул на очкарика с блаженной улыбкой на глазах и задохнулся. Эта та смерть, которую он хотел. Эта та смерть, которую он был достоин.