Где же спокойная мирная жизнь Кейла Хенитьюза?

      Когда Кейл впервые подумал об этом, он был удивлен, как такая бредовая мысль вообще попала в его голову. Обдумав ее в течение тридцати секунд и даже не потрудившись– в конце концов, зачем ему заниматься такими нехорошими вещами, как труд?– запомнить ее с помощью Записи, он решительно выкинул ее из головы. Выражение его лица при обдумывании этой мысли было несколько странным, поэтому маленький дракон немного взволнованно поинтересовался, все ли с Кейлом в порядке, предлагая яблочный пирог на случай критической ситуации.       Тогда Кейл мягко отмахнулся, но позже пожалел, что не взял его, так как правда оказалась слишком травмирующей для его души бездельника.       В следующий раз, когда эта странная мысль посетила его снова, он не мог просто взять и выкинуть ее из головы– всё-таки он подумал ее дважды. На этот раз обдумывание этой раздражающей вещи заняло пять минут, но он все ещё не был убежден даже на треть. Однако подобная гипотеза приобрела несколько больше смысла, чем было в начале. Он услышал, как золотой дракон Эрухабен назвал его "несчастным ублюдком", и был немного удивлен. Слишком уж внезапно прозвучало это высказывание в тишине библиотеки Наследного принца, где они отдыхали, попивая чай (не лимонный, конечно, упаси б... упаси его все, кроме этих чертовых ублюдков, которые даже свою работу нормально выполнять не в состоянии, да и вообще...), в то время как Раон проводил время со своей мамой Шеритт в Черном замке. Кейл решил не беспокоиться о ненужных и странных вещах и немедленно избавил свою голову и душу от обременительной мысли.       Третий раз насторожил Кейла, и он обдумывал эту чертовски ему не нравившуюся мысль целых двадцать минут. В итоге он пришел к выводу, что это все невероятно бесит. Но эта мысль стала весьма достойным оправданием причины, по которой прямо сейчас он не живёт где-нибудь в Лесу тьмы с Раоном, котятами и небольшой фермой, гипотетическое существование которой прямо сейчас встало под некоторый вопрос. Кейл был весьма встревожен, но сделать с этим ничего не мог, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как оставить этот вопрос до лучших времён, которые обязательно наступят, он верил в это. Однако некое странное нехорошее чувство в груди у него осталось. Он думал, раз существует Бог Равновесия, значит ли это?...       Последний раз эта мысль появилась перед тем событием, которое подкрепило все его сомнения и опасения, что до того дня оставались лишь предположениями без доказательств. Она появилась тогда, когда его психологическое состояние находилось в немного расшатанном виде– Альберу, этот сладкоречивый шантажирующий Кейла тем, что установит статую "Героя Серебряного Щита, сияющего как отраженный свет самого Бога Солнца, восхительного, как..."– дальнейшие слова Альберу были благополучно забыты во имя спокойной жизни Кейла, которая, как и гипотетическая ферма в Лесу Тьмы, находилась под угрозой исчезновения,– заманил его на бал, празднующий возвращение Кейла после очередного спасения очередного молодого мира. Кейл прислонился к стене с бокалом вина в руке, устало вздохнул, ненавидя богов. Мысль появилась внезапно и напугала Кейла почти до смерти. Он вздрогнул и застыл с бокалом у рта, пялясь в дальнюю стену бального зала пустым взглядом. Хорошо, что он не успел выпить вина,– будь это так, он бы захлебнулся с большой вероятностью. Он не обдумывал ее долго, но количество информации, пронесшейся сквозь разум Кейла, было слишком велико. Дело было в том, что в мире, который он спас, был бог, покровительствующий Жизни, Полной Горестей. Это был достаточно плохой атрибут для бога, поэтому он был слаб и даже не имел кого-то, кто был бы его посланником в мире. Кейл наконец вспомнил, что собирался выпить, и залпом влил в себя бокал вина, а затем налил ещё. Его ум пребывал в состоянии слабого шока. Отрицать возможность было невозможно, так что Кейл решил просто забыть об этом до поры до времени. Вернее, постарался. Мысль не хотела покидать его, поэтому он насильно вытолкнул ее из своего разума, для верности хлопнув воображаемой ментальной дверью. Он на его плече тяжело вздохнула. Она всегда понимала его лучше других детей.       В тот роковой день ничего не предвещало беды. Абсолютно. Небо было без единого облачка, солнце сверкало, как будто ему было весело– оно будет также ярко светить даже тогда, когда разум Кейла будет слегка рушиться. Кейл с детьми был на прогулке по военной базе Роана на территории, которую собиралась наследовать Амиру Убарр. Раон летел под магией невидимости, поедая какую-то сладость с местного рынка, Хон рассказывал ему о новом яде, который он недавно съел– кажется, это был яд, вызывающий рези в желудке,– а Он внимательно следила за ними. Кейл был расслаблен и спокоен. Внезапно зеркало, дарованное Богом Смерти, начало вибрировать. Кейл игнорировал эти звуки минуту, пока дети не посмотрели на него с сочувствием. Он открыл чат с Богом Смерти, который, скорее всего опять нес какую-то чушь. Прочитав последнее сообщение, Кейл открыл рот, собираясь проклясть Бога Смерти–к сожалению, делать это умела только Кейдж и занималась этим самозабвенно, Кейл готов был хлопать стоя,– но тут пространство в ста метрах от них начало необычно искривляться. Кейл смотрел туда странным взглядом, в котором также было немного шока.       Бог Спокойной Жизни просто хотел вернуться в свой мир. Что в этом такого плохого? Он считал, что это потрясающая идея, и очень хотел воплотить ее в жизнь. Дело было в том, что он тщательно избегал всех миров, в которые чисто гипотетически мог отправиться Кейл Хенитьюз. Он очень хотел никогда в жизни, хотя можно ли назвать жизнь бога жизнью, не встречаться с ним. Он мечтал об этом. Причину он никогда и никому не расскажет, никогда не упомянет даже в мыслях, так что, пожалуйста, отстаньте от меня, думал он, когда почувствовал странное ощущение от перемещения. Обычно такого не происходило.       Впоследствии он думал: "Я должен был, должен был, тысячу раз должен был насторожиться на этом и подождать хотя бы минуту!...". Но эти мысли не могли изменить того, что уже произошло.       Кейл Хенитьюз находился в замешательстве. Тот, кто перенёсся, также, очевидно, находился в замешательстве. Это была крайне неловкая ситуация. Тишину разорвала вибрация зеркала, которое чем-то напоминало планшет из мира Ким Рок Су. Кейл медленно, не делая резких движений, достал его и опустил глаза на сообщение, пришелец пытался в этот момент прийти в себя и успокоить свои мысли. Кейл поднял глаза, смотря прямо в лицо неизвестного, взгляд его был пугающим.       –Раон,– маленький дракон посмотрел на Кейла,– лиши этого ублюдка способности двигаться на столько времени, на сколько сможешь.       –Хорошо, человек. Я великий и могучий дракон, а значит смогу сделать это.       Он и Хон смотрели на все происходящее без удивления, но с настороженностью. Младший довольно силен, так что все будет в порядке, думала Он.       Незнакомое существо подняло то, что должно быть головой, и заговорило:       –Не трогайте меня, пожалуйста, я очень мирный Бо...       Внезапно в его взгляде появилось узнавание. В этот момент он смотрел на Кейла с выражением чего-то, странно напоминавшего ужас. Он бормотал себе под нос:       –О, черт. Я точно должен был стать Богом Неудач... Где-то точно произошла ошибка, этого не происходит на самом деле, да?...       –Ты задолжал мне некоторое количество обьяснений и, если понадобится, извинений.       Кейл говорил мрачно, а Аура Доминирования распространилась вокруг него. Он хотел знать. Это единственное, что он хотел прямо сейчас. Хотя, возможно, он также немного хотел чего-нибудь выпить. Он начинает говорить тихим голосом, который пугает некого Бога перед ним гораздо больше криков:       –Почему?...       Он делает паузу, чтобы собраться с мыслями. А затем продолжает говорить почти шепотом:       –Разве я не заслужил этого, ты, ублюдочный Бог?... Я тяжело работал все это время просто для того, чтобы ты, сволочь, разрушил все мои мечты?... Отвечай или я убью тебя прямо здесь, не обращая внимания на то, что ты бог.       Бог Спокойной Жизни правда не хотел в это влезать. Однако прямо сейчас он смотрел в глаза Кейла Хенитьюза, которого страстно желал избегать, чувствовал крайнюю степень вины, понимая, что ответить не сможет. Не то чтобы он хотел, но он не сможет. Никто не сможет. Даже если очень хотеть, даже если постараться изо всех сил. Ему было очень жаль, но что жалость даст человеку перед ним?... Бог Спокойной Жизни прямо сейчас начал планировать свой побег. До сих пор он оставался на месте лишь из-за невероятно сильных головных болей, которые мучили его по совершенно неведомым причинам. Дракон Раон был силен, однако даже древнейший из всех драконов не смог бы остановить бога, который желал исчезнуть. Бог не хотел оставлять Кейла без ответов, однако выбирать ему не приходилось. Он отчаянно хотел сбежать и забыть о том, что сегодня произошло. Возможно, дома у него найдется успокоительное. Может быть, там есть настойка пустырника или валерьянка. Он хранил их дома на всякий случай. Эти всякие случаи случались очень часто. Даже слишком. Может быть, от этого у меня и болит голова, думал он. Вариант побега был один– срочно переместиться в свой мир. Так он, в общем, и планировал поступить. Координаты он помнил также хорошо, как полочку, на которой хранился пустырник, то есть, очень хорошо. Дома тоже очень хорошо... В последнее время его ментальное состояние ухудшалось все стремительнее. С этим надо было что-то делать. Интересно, есть ли окошко у Бога Психологии?... Хотя в его случае требуется уже Бог Психиатрии. Формула перемещения была почти готова. Он в последний раз посмотрел в лицо Кейла Хенитьюза сожалеющим взглядом, молча извинился перед ним и своей совестью, которая, видимо, все ещё существовала где-то в нем, и исчез.