Трудно быть гаммой

            Выходить куда-то этим вечером Чонхо не планировал. Сегодня его любимая команда играла в футбол, и он собирался провести время у телевизора. С пивом и чипсами. Поэтому звонок в дверь застал его врасплох, а стоящий на пороге Ёсан просто вызвал крайнюю степень удивления.       — Ты без меня жить не можешь или собрался осуществлять свою угрозу? — пропуская визитера в дом, Чхве лишь обреченно вздохнул. Футбол, похоже, отменяется.       — Точной формулировкой будет, без тебя я сегодня не выживу, — гамма заметался по комнате, с любопытством рассматривая интерьер.       Ну, еще бы, это же не твоя золотая клетка, Кан Ёсан.       — И для чего такого жизненно важного я тебе понадобился? Если ты решил кому-то физиономию набить, то я пасс. Я, знаешь ли, омега, а приличные омеги кулаками не машут, — Чонхо, сделав невинное выражение лица, уселся на диван, жестом приглашая гостя сделать то же самое, дабы предотвратить исследование его территории.       Не то, чтобы Чхве был против, но видеть Ёсана в своем доме не особо хотелось. Пусть он и был гаммой, но не стоило все же забывать, что они по разные стороны баррикад.       — Мне нужно, чтобы ты пошел со мной в клуб, — Кан устроился в кресле напротив. — Этот придурок… Юнхо… Он договорился встретиться с бывшим и позвал меня с собой. Я уже чувствую себя идиотом, не хочу им оказаться. Мне просто некого позвать, кроме тебя. Кроме вас с Сонхва последние два года я общался лишь с Уёном. Но я не хочу доставлять ему проблемы.       — А мне, значит, проблемы доставлять можно? — Чонхо нахмурился. Больше общения с тупыми альфами он ненавидел только одно — ходить по дорогим клубам, где каждый второй считал, что раз ты омега, значит, пришел подцепить кого-то.       — Чонхо, можешь просить взамен, что хочешь. Кто твой любимый футболист? Могу достать автограф. Или билеты на матч, в вип ложу, — Ёсан сейчас смотрел прямо в глаза, и радужки его зрачков немного расширились. Кажется, кто-то вспомнил, что обладает силой убеждения, как настоящий альфа…       — Мне ничего не нужно, — Чхве лишь фыркнул. Их в отделе учили, как избегать гипноза альф. Не на того напал…       — Эй, неужели ты бросишь меня одного в такой ситуации? — когда альфийские уловки не прокатили, Ёсан решил зайти с другой стороны. — Мы же друзья…       — Ладно, я пойду с тобой, — неожиданная идея заставила Чонхо пересмотреть свой ответ. — Пойду, если ты согласишься поговорить с Сонхва.       — Хорошо, — Кан ответил не сразу, словно сначала взвесил все за и против, — я поговорю с ним, но после того, как все выясню с Юнхо. Идет?       — Договорились.       Чонхо пожалел о своем решении еще до того, как они приехали в клуб.       Как выяснилось, перед поездкой Ёсан решил основательно подготовиться. Поэтому Чхве пришлось перемерить кучу нарядов в каком-то бутике с дизайнерскими шмотками, цена каждой из которых варьировалась где-то в районе его месячной зарплаты, пока Кан не подобрал ему, на взгляд Чонхо, самые неподходящие. На этом мучения не закончились — целый час над его непослушными волосами издевался стилист в самом дорогом салоне города, мимо которого Чхве даже и не ходил.       В результате в зеркало на него смотрел чужой человек со стильной прической и в дорогой одежде, словно он являлся представителем золотой молодежи. Этот человек казался омеге весьма странным, хотя, следовало признать, в то же время и довольно красивым. Чонхо даже не ожидал, что из него можно сделать такое.       Сам Ёсан, к слову, выглядел великолепно с уложенными волосами и в неброском костюме, состоящем из брюк и кроп топа, открывающего живот при каждом движении. Пожалуй, перед таким Ёсаном не смог бы устоять даже сам Чонхо, не будь гамма парнем Сонхва, пусть теперь и бывшим…       Впрочем, нужно отдать Кану должное. Когда их автомобиль притормозил, наконец, возле так называемого клуба, то Чонхо едва не расцеловал гамму за то, что тот не дал ему опозориться. Как оказалось, им предстояло провести вечер в самом популярном месте в городе, в клубе «Déjà Vie». Чтобы попасть сюда, следовало родиться с голубой кровью, или же иметь корочку полицейского. Однажды, в ходе расследования, Чхве довелось здесь побывать со старшим следователем. Тогда на них смотрели не иначе, как с жалостью…       Сейчас же охранники на входе даже не остановили Чонхо, низко поклонившись и пожелав приятного вечера. Уже только ради этого стоило соглашаться.       В клубе было шумно, играла громкая музыка, а на танцполе зажигало с десяток самых смелых посетителей. Или же самых пьяных. Ёсан даже не глянул на них, взяв Чхве за руку и шепнув что-то официанту, который тут же поклонился и пригласил следовать за ним. В вип зону, как выяснилось.       Чон Юнхо был Чхве знаком. Нет, они никогда не встречались лично, но омега видел фотографии альфы (в них Сонхва бросал дротики, когда пребывал в плохом настроении) и не раз слышал на Ёсане его хвойно-цитрусовый запах, поэтому сразу узнал супруга гаммы. Второго же парня, сидящего рядом, он видел впервые.       Сон Минги, кажется, так его назвал Ёсан. Минги был довольно худым и, скорее всего, высоким. Волосы его были выкрашены в пепельный цвет, по последней моде, а узкие глаза словно улыбались. Чему? Или кому? А еще был запах. Странный, незнакомый и в то же время будто давно забытый. Запах сухого песчаного ветра и сладкого эхинопсиса, цветами которого Чонхо любил любоваться в детстве, когда еще не перебрался в этот проклятый город. Этот запах неожиданно вызвал ощущение покоя и умиротворения, словно Чхве сидел не в клубе с двумя альфами и гаммой, а находился дома, окруженный заботой близких.       — Не представишь нам своего друга? — Юнхо заставил Чхве вынырнуть из воспоминаний и сфокусироваться на присутствующих, в то время как Ёсан ненавязчиво подтолкнул его к дивану, приглашая сесть. Сесть как раз напротив Минги…       — Это Чхве Чонхо, — Кан, похоже нервничал, поэтому машинально сжал руку Чхве под столом. — Хо-я, познакомься. Альфа напротив меня — это мой муж, Чон Юнхо. А рядом — его бывший, Сон Минги.       — Мы просто друзья, я же говорил тебе, — Юнхо чуть улыбнулся, прожигая Ёсана взглядом. Впрочем, он просто не мог отвести глаз от гаммы с момента, как тот вошел в комнату. Еще бы…       — Между нами уже ничего нет, — низкий голос Минги оказался приятным для слуха, но в то же время в нем слышались властные нотки, присущие чистокровным альфам. — Да и не было. Единственный раз закончился провалом, поскольку я предпочитаю омег.       На последних словах он неожиданно подмигнул Чонхо. Что это вообще такое?       — Эй, ты на чьей стороне? — Юнхо, наконец, оторвал взгляд от мужа, стукнув своего «друга» по плечу. — Мы же договорились не обсуждать подобное.       — Господин Сон, — Ёсан, вновь впившись пальцами в руку Чонхо под столом, тихо выдохнул, а затем, словно собравшись с мыслями, одарил собеседника самой очаровательной улыбкой, заставившей Чон Юнхо замереть на месте, а его друга слегка покраснеть, — будьте любезны, налейте нам выпить, а то мой супруг, кажется, так переволновался, что забыл о хороших манерах.       — С удовольствием, и я просто Минги, — альфа взял в руки бутылку с виски, стоящую перед ним, и наполнил два пустых бокала, при этом его рука немного дрожала, что не ускользнуло от внимательного взгляда Чхве. Кто-то очень нервничал… Еще больше, чем Ёсан.       Последний, получив порцию алкоголя и парой глотков влив ее в себя, моментально расслабился, улыбаясь уже искренне. Чонхо не рискнул повторить его подвиг, едва пригубив напиток. Два альфы, а считай, и три — не та компания, в которой стоит напиваться.       — Итак, — гамма, наконец, почувствовав комфорт, откинулся на спинку дивана, изучая обоих альф пытливым взглядом, — чем занимается в жизни Минги помимо того, что дружит с моим супругом?       Чхве мог поклясться, что под этим «дружит» подразумевалось совсем другое слово, и, наверняка, остальные тоже это поняли.       — Я музыкант, — Минги, кажется, еще больше покраснел и залпом осушил свой бокал. — Кроме того я пишу музыку для популярных исполнителей.       — Вот как? — Ёсан сделал удивленное лицо, будто бы впервые об этом слышал, хотя Чонхо точно помнил, что гамма был прекрасно осведомлен о каждом, с кем общался Юнхо. — Возможно, тогда ты можешь нам что-то спеть? Юно, ты выбрал неправильное место, нужно было идти в караоке.       — Ну, можем потом и в караоке. Для тебя, что угодно, милый, — тон Чона был далеким от радостного. Кажется, кто-то злился. Или нервничал… Похоже, к концу вечера Юнхо пожалеет о том, что решил познакомить Минги с Ёсаном.       — Нет уж, — Кан тем временем продолжил, перебивая Чона, — раз мы уже здесь, будем веселиться здесь. Кстати, Минги, как насчет пойти вниз и потанцевать?       — Потанцевать? — Сон, похоже, немного опешил от подобного предложения, но быстро взял себя в руки. — Я всегда за.       — Тогда идем! Чонхо, ты с нами? — Ёсан тут же встал, демонстративно поправляя волосы, отчего край кроп топа поднялся, открывая кубики пресса на животе, что, несомненно, не укрылось от глаз Юнхо.       — Нет, не люблю танцевать, я лучше здесь посижу, — Чхве поспешил отказаться, не желая быть участником этого шоу. Смотреть в зрительном зале было куда интереснее.       — Я тоже с вами, — Юнхо начал было подниматься со своего места, но был вновь прижат к дивану сильной рукой.       — Нет, ты остаешься развлекать моего друга, — Кан, кажется, был в ударе, — ты нас пригласил, значит, не должен дать ему скучать. Идем, Минги, хочу повеселиться.       — Он ведь это специально, да? — с уходом Ёсана, Юнхо растерял свою крутость, и сейчас на него было жалко смотреть. — Издевается.       — А чего ты, собственно, хотел? — Чонхо наполнил бокал Чона, чувствуя, что сейчас тому не помешает выпить. — Знакомить любовника и мужа — это плохая идея, какие бы ни были у вас отношения.       — Кажется, я виноват перед ним во многих вещах, — Юнхо усмехнулся, подвигая к себе спиртное. — Даже не знаю, примет ли он меня когда-либо.       — Похоже, ты не только глуп, но еще и слеп, Чон Юнхо, — Чонхо вздохнул, разглядывая сверху танцующих на танцполе, любуясь тем, как Ёсан что-то шептал на ухо Минги. — Твой супруг всегда испытывал к тебе чувства, я точно знаю, так как Сонхва из-за этого дико злился. Вот только ты эти чувства не заслужил и ни разу не пытался заслужить.       — Чувства? Ёсан? — Чон смотрел недоверчиво, крепко сжав бокал в руке. — Этого не может быть…       — Еще как может, — Чонхо потянулся вперед и освободил из пальцев альфы рискующий треснуть бокал. — Я не знаю, что между вами случилось, но что-то однозначно заставило Ёсана отгородиться от тебя стеной, только это не значит, что он там, в своем коконе, ничего не чувствует. И если ты хочешь что-то исправить, то должен не сидеть сейчас здесь, а идти вниз и забрать мужа из рук своего «друга». Потому как, кто знает, как далеко они там зайдут. Даже не так. На месте Минги должен сейчас быть ты, и тебе стоит поторопиться занять свое место.       — Скажи-ка мне, — Юнхо проговорил, уже поднимаясь, — зачем Ёсан взял тебя с собой, если вот так просто рассказываешь мне о его чувствах и читаешь лекции?       — Он привез меня, чтобы я был голосом его разума, — Чонхо лишь хмыкнул. — Топай уже к своему супругу, а мне верни назад своего бывшего. Не хочу сидеть здесь в одиночестве.       Юнхо быстро умчался вниз, а Чхве шумно выдохнул. Все таки этот вечер должен оказаться интересным, особенно после того, как он избавился от проблемных влюбленных и теперь получил возможность сосредоточиться на главном. На Сон Минги и его запахе…       Альфа не заставил себя ждать, наполнив помещение вместе со своим возвращением ощущением уюта и ароматом пустыни.       — Спасибо, — он уселся рядом, комфортно раскинувшись на диване, — ты спас меня от смерти.       — Ты собирался умереть там внизу? — Чонхо усмехнулся, невольно представив, как этот парень, трагически прижимая руку к груди, медленно оседает на пол у ног поразившего его ножом в сердце в порыве ревности Чона.       — Ну, на танцполе, может, и не умер бы, но Юнхо бы меня точно убил за Ёсана, — Минги потянулся за выпивкой, невольно озвучив мысли омеги.       — Вступайте в наш клуб жертв очарования чертового Кана, — Чхве проговорил на одном дыхании, чокнувшись своим бокалом о бокал Сона.       — Точно, — тот согласно кивнул, а затем, сделав глоток, сфокусировал взгляд на Чонхо, отчего тому стало немного неуютно.       Удивительно, но ненависти или раздражения, в отличие от других альф, Минги не вызывал. Возможно, потому что он казался с виду каким-то эфемерным, несмотря на рост. Словно сказочный фейри. Еще и это странное чувство спокойствия, исходящее от него.       Как бы там ни было, но взгляд узких, направленные на Чонхо и исследующих его внешность глаз заставлял волноваться, немного нервничать, но не ненавидеть.       — Ты почему не пьешь? — альфа заговорил спустя минуту, когда, наконец, рассмотрел омегу внимательно и, видать, остался доволен увиденным.       — Я не пью алкоголь в компании альф, — Чхве чуть нахмурился, почувствовав себя экспонатом на выставке.       — Вот как? — Минги выгнул бровь. — Тогда, может, тебе что-то другое заказать? Что ты любишь?       — Я бы сейчас съел мороженое, — неизвестно зачем ляпнул Чонхо, а затем мысленно отвесил себе подзатыльник. Надо же было такое сморозить. Что на него нашло-то? Совсем расслабился?       — Мороженное? — Сон заулыбался. — Боюсь, здесь мы его не найдем. Но я знаю одно кафе, может, оно еще работает?       — Предлагаешь сбежать и бросить этих двоих? — Чхве укоризненно покачал головой. — А вдруг они через минуту поругаются? У них же отношения колеблются от любви до ненависти. Я не могу оставить Ёсана в такой ситуации, я ему обещал.       — О какой ненависти ты говоришь, — Минги вновь пригубил алкоголь. — Юнхо влюблен в своего мужа с детства. Просто он идиот, который все запутал. Но… сейчас, похоже, у них все отлично.       Он кивнул вниз, на танцпол, где можно было наблюдать, как Ёсан под ритм музыки плавно покачивал бедрами, находясь практически в объятиях Юнхо.       — Забавно, — Чонхо проговорил задумчивым тоном, — если они давно любят друг друга, какого черта они творили все это время?       «Эй, Хо, ты где сейчас?» — сообщение прервало размышления Чхве. Сонхва, видать, вернулся из тренировочного лагеря.       «Я в клубе с Ёсаном», — Чонхо не стал лгать. Рано или поздно все равно придется сказать.       «Где именно? Я приеду».       — Не вздумай сказать ему, — Минги впервые за вечер продемонстрировал твердость в голосе, который вдруг стал грубее и более хриплым, заставив Чонхо невольно поежиться, так как этот голос вызывал озноб по коже и… желание беспрекословно подчиниться.       — Некрасиво читать чужую переписку, — Чхве тут же спрятал экран смартфона от чужих глаз, пытаясь прогнать наваждение. — Да и не собирался я говорить. Мне и одной трагедии хватит на сегодня.       — Хороший мальчик, — Сон заулыбался, словно ни в чем не бывало, — с меня мороженное.       Чонхо лишь кивнул в ответ, неожиданно поймав себя на мысли, что это мороженное он желает получить, как и еще раз услышать тот голос. И вновь насладиться этим запахом, который все больше его дурманил…       «Лучше не нужно, Хва», — медленно набрал он сообщение. — «Сейчас ты сделаешь только хуже».