Как заполнить пустоту

       Нескончаемой вереницей передо мной проносились нечёткие, аморфные образы. Такие никогда не запоминаются и вместе со сном уходят окончательно, оставляя лишь небольшой привкус на краю сознания. Оглядываясь назад, всегда сложно сказать: а были ли они вообще? Насколько реальна эта нереальность?        И как из хаотичного омута выплывает оформленный и чёткий сон, озаряющий туманный рассудок яркими образами, так и сейчас разгоняя всякую шелуху мне в глаза пробился лучик света, тут же спрятавшись за тенью нависшей надо мной громадой.        Я плавно и незаметно осознал себя и окружающий мир. И в голову на удивление сразу пришло понимание, что я во сне.        Это было одно из тех сновидений, что при всём желании не спутать с реальностью. И дело даже не в фантастичности окружающего мира, а в его красках. Мягких, расплывчатых, в чём-то тусклых и вместе с тем насыщенных, ярких, таких живых и волшебных. Что-то на подобии акварели и нечёткого расфокусированного взгляда.        Погрузившись в размышление, что довольно удивительно для сна, я не успел заметить как затекли ноги, так как сидел я подогнув их под себя на манер какого-то самурая.        С небольшой натугой я перетёк на корточки.        Мог бы и встать, но к земле меня притянула трава.        Действительно волшебный сон.        Трава как трава, на ощупь никаких различий, единственное необычно мягкая, порезаться об такую определённо сложно. Но вот внешний вид был залипательным. Она будто растекалась в пространство насыщенным зелёным пятном, такого неописуемого цвета. Как весной под солнцем, но в тени. Кричащая яркость и вместе с тем скромность. Не знаю даже в чём именно секрет такого моего восприятия.        Хм, а руки у меня всё такие же чёрные.        Я всё же нашёл силы отвлечься и посмотреть внимательно вокруг.        В траве тут и там виднелись торчащие каменные лодки. Рядом со мной сероватой нечёткой линией бежала тропинка, плавно впадая через резкий склон с заросшими ступеньками в высокую тёмную арку. Это был вход в храм, громадой нависающий надо мной, величественно высеченный солнцем, а потом уже в камне. Границу между светом и тенью казалось можно было пощупать.        Храм напоминал чем-то ангкор-ват из Камбоджи, но более монументальный. Как готическая церковь отстроенная на манер собора обычного русского городка из глубинки. И даже более, так как этот храм был кажется вытесан прямо из скалы, из самого пика в глубокой древности. Словно верхушку скалы небрежно стесали, а из сердцевины вылепили сам храм, своими семью башенками так же пронзающий небосвод.        А за моей спиной ожидаемо раскинулась небольшая пустыня с одиноко возвышающимися низкими скалами и утёсами. А за песками плескался океан, уходя в горизонт и оставляя этот остров наедине с собой. С собой и с циклопических размеров стенной из облаков, отсекающей половину мира. И лишь только храм рассекал этот белоснежный вал, открывая путь дальше в приключения по миру Неба.        - Ммм~да, весело.        Я явно в первой локации игры - на острове рассвета. В чьём храме и срывается старейшина, что отправил меня в... перерождение? Да не, вполне классическое попаданчество.        - Может он меня хотел помыть, всё же отбеливатель... - и вместо смешка я вбил ногу в каменистую землю, расшвыривая мелкие камушки и комки земли.        Хм, забавно. Я с силой шаркнул ногой, вновь раскидывая мелкий мусор. И чуть напрягшись и сфокусировавшись, я снова шаркнул, поднимая уже облачко пыли. Небольшое умственное усилие и оно словно расширилось и приблизилось, чётко выступая кружевным танцем отдельных пылинок. Ещё немного, и мир начал терять свет и форму, превращаясь только в движение этих маленьких частиц. Их вихрь начал заполнять сознание.        Я встряхнул головой, отгоняя наваждение. К счастью я ещё не полностью ушёл из этого сна, так что вернуться получилось относительно легко.        Пожалуй больше так не стоит делать. Осмысленные сны довольно хрупки. Тут точно не получится снова заснуть и продолжить его. Это и с обычными очень редко работает.        Я неспешно двинулся в сторону входа в храм. Это была высокая арка в почти всю высоту нижней части храма, из которой уже вырастали ступенчатые две башенки и купол, венчаемый остальными. Арка была высотой около пятиэтажки и выполнена была также из цельного камня. Этакая прямая высокая стрела со ступенчатым закруглением внутри и острым снаружи. Наверное издалека напоминает рисунок свечки, но в близи скорее маяка.        Необычно тускло-синий камень стен вблизи казался каким-то пластилиновым. Необычно ровный и гладкий, с углами и гранями, будто небрежно вылепленными чьими-то руками.        В общем, храм производил странное впечатление. Чем-то детский и несерьёзный, а в чём-то величественный и суровый. Этакий гигантский размах и вместе с тем абсурдная миниатюрность.        Миновав циклопическую арку, я погрузился в высокий тёмный коридор. Слегка мрачную атмосферу запустения разбавляла весёлая трава, растущая вдоль стен. Отсчитав четыре широких выступа во всю высоту коридора, я вышел в большую залу. Напротив меня возвышались огромные каменные двери, в чью щель настойчиво и призывно бился свет. По бокам зала располагалось по пять ниш. По четыре с утопленными по половину в землю каменными лодками, напоминавшими так очень абстрактные фигуры молящихся. А перед пустыми средними нишами стояли небольшие постаменты с тремя свечами.        С рук сами по себе срываются огоньки и зажигают свечи. И и в нишах по стене снизу вверх медленно проступает светящийся рисунок. Витые облака и силуэты храмов, по три с каждой стороны.        - Очень имформативно, - цокаю языком. И по залу разносится множественное эхо, сразу же сливаясь в неразборчивый гул.        Я против воли втягиваю голову в плечи и пригибаюсь, слегка пришибленный своим же голосом. Бррр, акустика вроде бы не должна так работать.        Решая не терять времени, я подхожу к дверям. Ух, и сколько тут моих ростов? Десять? Двадцать? Сложно сказать, у подножия всё примерно одинаково: что девятиэтажка, что небоскрёб.        Снизу двери прямо в проходе лежит каменная фигура лодки мне по пояс, с намёком загораживая путь. И понятно, с боков на каменном эм... наличнике расположились стилизованные фигурки людей в мой рост с мутными ромбическими кристаллами на протянутых руках.        Стоило только перевести взгляд на них, как в мутной глубине загораются искорки, сливаясь в расширяющийся круговорот, и кристаллы начинают мягко светится. Фигурки людей с щелчком и тихим грохотом двигаются с места и по тонкой выемке по створкам двери двигаются к лодке, вкладывая свой яркий груз в оба носа лодки... судя по всему двухголовой. Ещё щелчок, фигурки отстают чуть назад, и лодка взмывает вверх, напоминая собачку на молнии. В вышине что-то снова грохочет, ударяется и в конце озаряется светом.        И огромные каменные створки величественно открываются. На несколько мгновений меня ослепляет свет, но я игнорируя это иду вперёд.        Этот зал, в пику высокой мрачности и таинственности, будто летит в небе. Стены изрезаны широченными арками, затянутыми крупной узорчатой сеткой. На уровне пола они разделяются полосой, видимо продолжением фундамента вынесенного в пропасть, из-за чего кажется что внизу идёт просто отражение, будто мы посреди озера. Но иллюзию быстро рушат яростно клубящиеся снизу облака, безустанно омывающие подножие храма.        Я иду по неширокому мосту к круглой площадке с лестницей до новых ворот. Сильный порыв ветра, беспрепятственно проникающий через дырявую архитектуру, захлёстывает облачной пеленой площадку. Облако растекается по камню, но вместо того, чтобы в центре ударить в центре об каменную фигуру, символизирующую старейшину, оно закручивается в лёгком вихре воркуг тёмного подола.        Мой взгляд фокусируется на фигуре в центре. Высокая, широкоплечая, слегка сутулая, бородатая фигура с посохом в руках. Первый старейшина собственной персоной. Я осторожно подхожу ближе.        Щёлочки глаз старейшины так и лучатся ожиданием через маску с лодкой на лбу. Его взгляд прямо выбивает из колеи. И не давая мне прийти в себя, он меня приветствует, легонько разводя руками, будто приоткрывает объятья.        - Я рад тебя видеть, дитя, - он улыбается в бороду, а светящиеся огоньки в маске счастливо сощуриваются.        - Эм, здравствуйте, - на автомате отвечаю, слегка заворожённый нависшей надо мной фигурой старейшины. Он чем-то напоминает нависшую над мышью кобру. Ширина плеч - раскрытый капюшон, длинная борода - трепещущий язык, огоньки глаз - два клыка.        Он резко разворачивается и начинает мерять шагами площадку. Посох высекает искры из камня и несмотря на ажурность стен порождает множественное эхо ударов.        - Нас притянуло в ваш мир что-то странное. Какое-то сопряжение высших сфер, нематериальных планов. И через возмущения в них мы и вытянули тебя. И других, кто видел в тот момент свет. И свет указал ваш дальнейший путь, - мудрая кобра... старейшина затих, с ожиданием и интересом уставившись на меня.        - То есть, вы ме... вы нас похитили? Чтобы мы спасали ваш мир? - я многозначительно посмотрел на двери, как будто видел сквозь них далекий силуэт замка, венчавшего Эдем. Места, где такие же дети света как я отдавали себя на возрождение погибшего мира, или вернее сказать цивилизации. Големы, автоматоны, марионетки - как нас правильней называть в свете этого не берусь решать.        - Нет, - поспешил опровергнуть старейшина. - Одно дитя, дитя, - не удержался он от улыбки, - не сыграет большой роли в нашей борьбе.        - Но нас же должно быть много. Далеко не один.        - Да, вас много. И вы так прекрасно разлетелись по океану фантазий человечества. Оседая капельками света в воплощённые миры. И даже такая капелька может кардинально изменить баланс, гармонию, сам мир наконец. Что ярко иллюстрирует твой случай, дитя. Так что это было совершенно рациональным решением. Мы бы отправили и своих детей света, но боюсь они не смогли бы найти дорогу. И не то что обратно, но и туда.        - А что будет когда я выполню свою миссию? - помниться, я в своё время не подумал спросить это у Эу-э.        - Мне нравится, что ты говоришь когда, а не если. Это правильно, - старейшина благодушно кивнул и довольно огладил свою шикарную бороду. - А что хочешь. Мы не вправе заставлять тебя посвящать свою жизнь служению другим, так что тебе будет дана свобода выбирать. Идти дальше, а куда уже зависит от тебя, либо вернуться обратно.        - И вы так легко об этом говорите, будто есть подвох, будто этого не случиться, - протараторил я и хмуро посмотрел на старейшину.        - Легко? Ммм, да, действительно. Но это вполне разумная награда. Да и свет-то никуда не исчезнет, - он наклонился и легонько тыкнул пальцем сначала мне в лоб, а пот в сердце. - Правда я не уверен, что в твоём мире он будет иметь такую же силу, но тем не менее что-то уже не изменить.        Я приложил руку к сердцу, чувствуя то, как оно размеренно качает кровь. И свет.        - Не изменить?        - Как ты думаешь, дитя, почему ты только сейчас смог попасть сюда? - старейшина торжественно раскинул руки, стараясь обхватить весь мир. - Пускай и в таком виде.        Он притронулся к моему плечу, и меня обожгло холодом, яркой белой вспышкой, но не успел я среагировать как холод сменился теплом. Приятным, нежным. И каким-то оранжево-жёлтым. Я поймал себя на мысли, что я воспринимаю тактильные ощущения больше как зрительные и смысловые образы. Ну да, я ведь во сне.        - Вижу ты не знаешь ответ, - по-своему растолковал моё молчание старейшина. - Всё просто, всё это время твоя сущность от самых глубин до мыслей и действий сливалась со светом. И он вымывал, вымарывал, безжалостно уничтожал всю тьму в твоём сердце, в самых тёмных уголках души, о которых даже самому себе стыдно признаться....        - То есть вы меня изменили... загипнотизировали, перепрограммировали?        Старейшина лукаво улыбнулся и слегка виновато погладил бороду, словно прикрываясь.        - Х-хм, не больше чем любые день или ночь. Ну, правда, полные на события. На яркие события. И не стоит забывать, что мир не делиться на чёрное и белое, так что и ты был в большинстве своём серый. Серость и при свете серость. Тем более, дитя, наверно уж, не стоит скорбеть о тёмной стороне своей души.        Старейшина немного отвернулся и продолжил:        - Правда, стоит сказать, что на протяжении самого слияния влияния света на тебя было откровенно велико. Условно говоря, ты ходил по кромке прибоя... и по воде. По поверхности целого океана своей сущности. С другой стороны, это помогло тебе легко принять и адаптироваться к новому миру, к новым реалиям. И...        Старейшина задумчиво почесал за маской.        - Возможно тебе предстоит только сейчас один на один выйти с главным своим врагом, от которого защитил тебя свет во время слияния. Я думаю ты понимаешь о какой части твоей жизни я говорю.        Тут сложно не понять. Есть два самых ярких и очевидных варианта. И так как зов природы никаким образом пока ко мне не приходил, оставался только один.        - Скука, - само выскочило на язык, но я решил немного поправиться: - точнее дефицит информации,, - старейшина только утвердительно кивнул на мои слова.        И ведь действительно, я вполне обычный представитель своего времени, своей эпохи - информационной. И вечный прямой и свободный доступ к досугу, к постоянной информационной нагрузке, довольно сильно сказывается на жизненных привычках. Что тут говорить, мне и в игры без разговора на фоне иногда не очень весело играть. Хотя, может дело то и не в этом... Впрочем, ситуация выглядит скверно.        А тут... Даже книг нет. Ну как нет, есть, но совсем не то. Да и читать надо уметь, ведь не факт что переводчик будет работать и с текстами. Хотя я не проверял.        Правда, зато есть реальная возможность прикоснуться к изустному жанру напрямую. Это, откровенно говоря, звучит очень заманчиво, правда всё равно не решит проблему. Самому чтоли становиться профессиональным балаболом, тем более первые шаги уже даже и сделаны.        Одно радует, человек существо гибкое, в какой-то мере универсальное. Может приспособиться, приноровиться и привыкнуть к чему угодно. Ну или сдохнет.        Так что, прорвёмся.        Когда я вынырнул из своих раздумий, то обнаружил, что парю чуть позади самого себя. Моё тело само искривилось в какой-то нелепой позе, после чего длинными прыжками допрыгало до края платформы и сигануло в клубящиеся облака.        Старейшина спокойно проводил взглядом моё тело, после чего посмотрел прямо мне в глаза.        - Заглядывай ещё, дитя, - и помахал рукой.        А я почувствовал как мир трескается и будто раскрашивается широкими мазками. Всё резко выцветает и почти теряет очертания.        Короткая вспышка.        И тьма отступает, забирая с собой покров, которым она укрывала все мои чувства.        Во рту суховато, но немного слюней легко решают эту проблему.        Чуть-чуть пахнет озоном.        Легкий ветерок задувает и приятно шебуршит в волосах.        Издалека слышны перекликивания птиц.        На улице во всю палит южное солнце, отчего даже в глубине пещеры слегка слепит глаза.        Наслюнявив кулачки, я протираю заспанные глаза, не совсем понятно отчего так качественно слипшиеся за ночь. И, проморгавшись, взглядом упираюсь в полные любопытства глаза Ло.