Волшебство

      Сакура сидела в кафе уже пол часа. Свинина опять опаздывала! Как же ей надоело еë ждать! И откуда только у неë эта привычка? Медленно попивая уже вторую кружку кофе, пятую на сегодня, Харуно размышляла о работе.       В последнее время на неë навалилось слишком много. Но это даже к лучшему. Нет времени для бессмысленных размышлений о Саске. Иногда Сакура специально заваливала себя работой, набирая себе больше пациентов, участвуя во всевозможных операциях, а по вечерам сидя за бумагами и чашкой кофе. Кажется, в последнее время она начала им злоупотреблять.       Зазвенел колокольчик над входной дверью, чем привлëк внимание Сакуры и ещë пары посетителей. В заведение зашла Ино. Собственной персоной! Остановилась, ища взглядом подругу, и заметив ту за столиком у окна, решительно двинулась в еë сторону. Как только она приземлилась рядом, сразу устало выдохнула и сняла пальто. Истерический смешок тихо слетел с еë губ.       После нескольких секунд молчания Яманака всë таки заговорила.       – Извини за опоздание.       – Мне не привыкать, – беззаботно ответила подруга.       Почему-то возникло чувство дежавю. Когда-то давно они ждали Какаши по несколько часов, слушали его проезженные отговорки и злились, что пришлось вставать так рано, когда их сенсей наверняка выспался и даже успел позавтракать.       – Ты же не просто так пригласила меня на встречу? У тебя что-то случилось? – заговорила Харуно после минуты молчания.       – Нет, – на автомате ответила Ино, но тут же осеклась. – Вернее... да, случилось... Просто я не знаю как сказать. Ты будешь первая, кто об этом узнает.       Негромко хмыкнув Сакура ухмыльнулась. Они так давно не делились секретами, не сплетничали, что интерес мигом оживил еë, заставляя чуть наклонить корпус к подруге и внимательнее всматриваться в еë глаза, так торопливо оглядывая кафе на предмет лишних уш.       Наконец она вздохнула, и, не выдержав, тихо пролепетала:       – Я.. беременна.       Изумрудного цвета глаза мигом округлились, губы приоткрылись в немом удивлении, которое вскоре приобрело голос.       – Как?! Вы же с Саем!.. – не успела закончить Сакура, и тут же заткнула себе рот. Наклонившись чуть ближе, она тихо продолжила. – Вы же с Саем только недавно ходили на первое свидание.       – Поэтому я не знаю, как ему сказать.. – стыдливо отпустила глаза Ино. На щеках заиграл предательский румянец, выдавая еë стеснение.       – А какой срок?       – Точно не знаю. Но преполагаю, что уже 2 месяца.       – Как?! – снова неприлично громко завопила Харуно. – То есть, ты хочешь сказать, что вы пол года в отношениях, и треть от этого срока ты беременна?       – Я сама не ожидала, если честно.       Наступила минутная пауза. Сакура вдруг вспомнила Саске. Их первый секс, еë 2 полоски на тесте, ужасную тошноту, и, возможно лучшее решение в еë жизни.       – Ты планируешь ему рассказывать?       – Конечно! Но я не знаю как, – честно призналась та. – Вдруг он не захочет иметь детей? А если он откажется от нас? От меня и от нашего малыша?       С каждым вопросом голос становился всë тише, набирая в себя больше и больше испуга.       – Хватит, – прервала еë Харуно. – Всë будет нормально. Сай – взрослый человек. Он поймëт тебя. Только если ты не будешь ему намекать..       Шутка про намëки для слишком прямолинейного парня была не кстати, но помогла разрядить обстановку, и обе девушки немного посмеялись.       – Ты права, наверное, он будет рад, – улыбнулась наконец Яманака.       – Даже не сомневайся в этом, – убедила еë подруга.       – Но, Сакура.. Ты же медик. Не могла бы ты меня немного проконсультировать? Я совсем не знаю, как мне теперь жить. Единственное моë познание в этой теме звучит как приговор для алкоголика.       Новая шутка развеселила обеих куноичи. Кажется, они приходят в себя.       – Ну, здесь ты права, пить и курить во время беременности срого запрещено.

***

      Закончив тираду для Ино о правилах поведения беремнным, Сакура шла домой. На душе было легко и свободно. Но когда она вспомнила о Саске, настроение, впервые за долгое время поднявшиеся, вновь упало.       После того, как она написала Саске об аборте, они прервали связь. Сакуре надоело его ждать и она не хотела ему писать. Во всяком случае, так говорил ей здравый смысл. А Саске – просто Саске. Он всегда был немногословен, особенно в письмах. Молчание было вполне ожидаемо.       С того момента Сакура не видела его уже 7 лет. Примерно раз в год, на общих посиделках, Сакура спрашивала у Шестого, не было ли вестей от бывшего ученика. Но тот постоянно уходил с темы, видимо, не желая еë огорчать. Она понимала.       Пусть она даже не заикалась о Саске и их отношениях в компании кого-либо кроме Ино, все почему-то смотрели на неë с таким сожалением, будто у неë каждый день умирают родственники. И Харуно понимала – все они просто жалеют еë, бедную несчастную девочку, пережившую неразделëнную любовь.       Она всем сердцем хотела доказать им всем, что Саске больше не в еë вкусе, что она давно его разлюбила и все детские истеркии и страдания остались в детстве. Но как она может это сделать? Не выходить же на главную площать и кричать?       Тяжко вздохнув, Сакура открыла дверь в собственную квартиру, ступая в темноту, и, даже не включая свет, поплелась в ванную комнату. Не хотелось видеть собственного отражения ни в зеркале в полный рост в прихожей, ни даже в ванной.       На ощупь включив воду в душе, девушка громко вскрикнула, повернув лейку в противоположную сторону. Обожглась...       Выйдя из ванной комнаты Харуно, не думая, легла спать. Да, вот так, голышом, с мокрой головой и непочищенными зубами. Впереди выходной. Целые сутки, которые придëтся провести на едине с собой и своими угнетающими мыслями.       Иногда Сакура жалела, что она не хирург, к примеру, и еë смены составляют лишь 10-12 часов, а не 36, как хотелось бы.

***

      Размышления о Саске и своих отношениях никогда не давало Сакуре покоя. И ни разу не доводило до добра. И в этот раз, дабы отвлечь себя, девушка решила заняться уборкой.       Пропадая где угодно, только не дома, Харуно совсем позабыла про гору грязной посуды, немытый со времëн войны(по крайней мере ей так казалось) пол, одежду в корзине для белья, уже начинающую вонять, и кучу-кучу других проблем, которые никогда не выйдут за пределы еë однокомнатной квартирки.       Начала Сакура с кружки кофе и постельного белья. Сразу заложила стиральную машинку и принялась за посуду.       Еë Харуно ненавидела, кажется, больше, чем жалость в глазах прохожих, устремлëнных на неë. Но, как бы то ни было, это надо делать. Со сморщенным до невозможности лицом, отражая на нëм все оттенки своей брезгливости, Сакура принялась за дело. Постепенно она увлеклась процессом. Шум воды и мыльная губка, как бы то ни было, расслабляли еë, и она даже прикрыла глаза, напевая под нос какую-то песенку.       На удивление, Сакура закончила уборку уже к обеду. Казалось, это заняло бы у неë сутки и не одни, а на самом деле, всего несколько часов. Глядя на вылизанную до блеска квартиру, Харуно вдруг почувствовала, как живот скрутило. Тот издал неприятный звук и определëнно сделал сальто, а то и не одно. Решив перекусить, девушка накинула пальто и вышла на улицу.       Холодный осенний ветер заставил съëжиться и засунуть руки поглубже в карманы. На дворе октябрь. Слякоть, дожди, липкие опавшие листья, так некстати липнущие к обуви. Она любила осень, но не за это, а за яркие цвета и красивый вид на деревню с монумента. Тот являлся еë любимым местом, в котором она давно не была.       Решив, что чувство голода еë больше не поедает, она отправилась туда. Кто знал, что это обернëтся для неë катастрофой?       Глядя на лица Хокаге, Сакура думала. Думала, что было, если бы Саске удалось уничтожить всех биджу и он стал бы Хокаге? Тогда на скале не появилось бы лицо еë бывшего сенсея, а вместо него была бы вечно недовольная мордашка Учихи. Хотя, учитывая его недовольство конкуренцией, он скорее снëс бы все остальные лица, оставив только свою физиономию.       Харуно улыбнулась этой мысли.       "Да, Какаши-сенсей был бы рад, освободи его кто-нибудь от этого несчастья. Надо будет заглянуть к нему сегодня."       Быстро забравшись наверх, Сакура поудобнее устроилась, глядя на Коноху. От сюда она казалась такой крохотной, будто можно было положить еë на ладонь и унести с собой. Но на самом деле деревня сильно увеличилась после войны. Оставшаяся половина неупавших листьев как нельзя кстати дополняли еë.       Размышления прервал шорох сзади. Сакура напряглась, рука потянулась к кунаю.       – Добрый день, леди. Никак грустите? – предположил парень незнакомым голосом, неторопливо приближаясь к Харуно.       – Это не ваше дело, – буркнула она, стараясь делать вид что не заинтересована в беседе.       – Позвольте мне угадать, не складываются отношения с мужчиной?       – Ну, даже если и так, то что? – вдруг разозлилась она. Незнакомец был неимоверно самоуверен.       – Этому легко помочь. И я могу это сделать. За бесплатно.       С неподдельным интересом Сакура обернулась, заинтересованная в сделке. Парень стоял в тени дерева, лицо прикрывал глубокий чëрный капюшон, но на лице была отвëтлива видна слабая улыбка.       – У Вас не получится. Всë слишком запутанно, – вздохнула она. Всë таки, сказок не бывает.       – Да. Но получится у Вас. В Вас влюблены многие, Вам всего лишь стоит найти того самого.       – Легко сказать...       – А сделать ещë легче, когда есть стимул.       Незнакомец щëлкнул пальцами, улыбка на его лице стала шире, уже напоминая оскал. Сакура хотела спросить, что он сделал, да только не смогла. Открыла рот в немом удивлении и не смогла выдавить из себя ни звука.       – Не переживай, милая. Голос вернëтся как только тебя поцелует тот, кто любит. У тебя время до завтра, иначе можешь попрощаться со своим прекрасным голосом. Мне жаль его забирать, поэтому я надеюсь, у тебя получится.       Хмыкнув напоследок, парнишка ещë раз щëлкнул пальцами и растворился в белой дымке.