Пытка

      Понурый вид, опущенные плечи. И едкие слова в адрес Арефьева. Конечно, кто был бы доволен? Оля на взводе, уже почти кипит. Ну что за кретин этот её бывший? Что за осел? Где были его глаза, когда он женился на этой своей Ксю? Хотя подождите, известно, где были глаза, там же где вся кровь с успехом сбежавшая из итак глупого мозга. -Вот же черт этот Кулыгин. Сколько я ему помогала? Ну и, где он, когда так нужен? - Паша громко вздыхает, закатывая глаза -Да Кулыгин тебе тоже самое скажет, что я сказал, что врач сказал, у него простое отравление, - Оля отрицательно мотает головой -Я его, конечно, ненавижу, презираю и все такое, но, Паш, я с ним пол жизни прожила, никогда его таким не видела, он же белый, как мел, - мужчина аккуратно касается предплечья, останавливая ее, разворачивает к себе -Милая, ты просто устала, поехали домой? - до сих пор ее руки нервно перебирали телефон, в глаза бросается его красная бабочка, которую она заставила утром надеть, а ему ведь очень шло...Они ведь должны были жениться сегодня, почему у них все время что-то происходит? Это так несправедливо. Он, словно хочет подбодрить её, улыбается, слегка наклоняет голову. И в этот момент Паша всего сильнее похож на кота в ожидании ласки. Которую тут же и получает, ее рука уже на его груди,  поправляет лацканы пиджака. -Паш, спасибо тебе, что ты со мной, - немного необычно, но она и сама заметила, как в  последнее время стала более открытой и нежной с ним. Паша улыбается шире, кладет руки ей на плечи, а большие пальцы вырисовывают успокаивающие круги, запуская по коже табуны мурашек. -Ну я же твой муж, как никак...почти...- ох, что верно то верно, пожениться же они не успели, как вообще можно было променять собственную свадьбу сначала на Кулыгиных, а потом и на Арефьева!? Оля закусывает губу, но улыбается, чувствуя за собой вину, хотя, кажется, будто Паша  вовсе не обижается на неё. Ну конечно, он же любит... -Да, второй, - а на лице напротив разрастается весёлое недоумение -Второй? - удивленно тянет он, - А, что ещё кто-то был? А ты мне расскажешь? - ну точно ребёнок, придумал игру и играет, зато, как мило, как озорно горят его глаза. -Ну ещё чего, - Оля решает включиться в игру, демонстративно отворачивается, вся такая загадочная и уходит, без возможности скрыть широкую улыбку -Да? Ну ничего, дома под пытками расскажешь...       Пытками? Да эта сладкая истома, самая жестокая пытка на свете.  Весь вечер Паша многозначительно улыбался, будто невзначай касаясь ее обнаженной кожи и на все её попытки продолжить дело отшучивался. Дошло до того, что уйдя в спальню и вовсе там заснул, будто специально перед этим её возбудив. Да что это такое вообще...Оля зашла в темноту спальни, скрипнула недовольно зубами. -Паш? Паша, ты спишь? - в ответ только тишина, едва слышное сопение действительно спящего человека. Ну может она и правда заслужила, ну самую малость, да нет, не может быть. Подошла ближе, присела на колени, вглядываясь в его лицо, глаза постепенно привыкали к темноте и...он и правда спал. Так это что же получается, угроза о пытках была не шуткой? Но Оля надеялась на другие пытки...Провела рукой по собственной промежности...чувствительность достигла уже апогея, настолько, что даже мимолетное касание пустило волну дрожи по телу. Ну это слишком жестоко -Паш? - потрясла за плечо, но ответа все ещё не было. Ну и что теперь делать? Идти в душ? Или сделать все самой? Это при живом и довольно горячем муже рядом? Ну ладно не совсем муже...Оля поднялась с пола, обошла кровать, занимая свое место. Было бы идеально сейчас просто заснуть, но закрывая глаза воображение подставляло все более соблазнительные образы. Рука сама потянулась, забираясь под резинку трусиков. Короткое касание, все тело пробирает дрожью. Паша точно заслуживает мести за это. Глянув в его сторону, Оля вытаскивает руку, закусывает губу чтобы не заскулить, тянет его на себя за плечо. Он довольно легко поддаётся, падает на спину, разводит руки в стороны. Плевать уже на месть, сама пробирается сначала под резинку боксёров, слегка поглаживая. А затем и вовсе стягивает их. Жалко, что рядом нет резинки для волос, или крабика. Заправляет прядку волос за ухо, слегка касается языком головки мягкого члена. Он реагирует довольно быстро, на глазах наливаясь кровью, Оля удовлетворенно облизывает губы и принимается за дело, несколько минут и терпеть уже невозможно. Паша каким-то образом все ещё спит, правда дышит более прерывисто, чем обычно. Брюнетка привстает, перелезает через него, даже не потрудившись снять трусиков, просто оттягивает их и осторожно насаживается. И тут Паша не выдерживает, открывает глаза, кладет свои руки на ее ягодицы -Ох, не думал я, что ты дойдёшь до такого, Оля, - он тихо посмеивается, пока она извиваясь, словно ужик, продолжает насаживаться глубже, одним движением он делает это за неё. Секундная боль проходит и Оля падает на его грудь предоставляя все делать самому. Паша энергично двигает бёдрами, то ускоряясь, то замедляясь. От избытка чувств она все время кусает его, оставляя на коже красные пятна, сосредоточеные в одном месте. И вот его бьёт дрожь, Паша быстро выходит, просовывает руку к ее промежности продолжая орудовать уже ей, пока и Оля не начинает дрожать. -Если это было той пыткой, о которой ты говорил, то это жестоко, - недовольно бурчит она, стягивая с себя трусики и бросая их в корзину для белья. Паша хищно улыбается оглядывая её стройное, соблазнительное тело -Да что ты говоришь, а не жестоко отказывать выходить за меня прямо в ЗАГСе? - на нем уже тоже ничего нет, член подрагивает, вновь вставая от прекрасного вида и предвкушения совместного душа -Но я не отказала, просто...мы потом...- а ведь и правда, что это вообще значит " потом" с её графиком это легко может оказаться "никогда", а Паша ведь так хотел, так ждал этого дня...стало обидно вдвойне, именно за него, а не за себя. Да она заслужила неделю без секса, а то и больше, только вот Паша не заслужил и потому она легко поддалась в его руки, когда он притянул её к себе, завладел губами -Буду доставать тебя, пока не поженимся, так что в твоих интересах сделать это как можно быстрее, - Оля согласно мычит, пытаясь собрать в кучу мысли, когда бы им сходить в ЗАГС чтобы снова подать заявление. Но ничего не получается, вместо мозга сейчас думает другая часть тела, которая совершенно недвусмысленно сейчас трется об него, вызывая тихий приятный смех. -А пошли завтра в ЗАГС -А пошли, - хитрая улыбка сменяется недоумением -Вот черт, надо было с этого начинать, - они смеются в унисон, её рука зарывается в короткие волосы на затылке. И нет лучше пытки, чем отсутствие кислорода от его поцелуев, чем сладкая дрожь от касаний.