Мистер Чон с завязанными глазами

— Что значит "шестеро парней отпинали его"? — Чонгук был так бледен, что его сердцебиение сбилось с ритма, — Расслабьтесь, мистер Чон, я позаботился об этом вопросе, — ответил Юнги. — Он ранен? Ему нужен врач? — Мистер Чон, я думаю, ему нужно, чтобы вы были рядом с ним. Вы также можете разобраться с его синяками и выяснить серьезно ли это, — многозначительный смешок появился на губах Юнги. — Ладно, ладно, — пробормотал он, взбегая по лестнице и обходя дом другим путем, направляясь в свою спальню, его сердце все еще болело, так как ему нужно было проверить, все ли в порядке с Чимином. Когда час назад он получил сообщение от Юнги, он буквально взбесился, отменил все свои рабочие расписания, а затем попросил прислать машину, чтобы поехать домой. Юнги сказал ему, что жизнь Чимина несчастна из-за его положения дома и в школе, но Чонгук никогда не думал, что это так серьезно. Как кто-то мог даже подумать о том, чтобы причинить вред такому чистому прекрасному ангелу, как Чимин? Чонгук почувствовал, как по его щеке скатилась слеза, поэтому он ускорил шаги, наткнувшись на своего дворецкого, который должен был отвести Чимина наверх. — Он...? — Он ждет в спальне, мистер Чон, — пробормотал мужчина, Чонгук поблагодарил его, открыл дверь, вошел внутрь и увидел совершенно заплаканного Чимина, сидящего на своей кровати и шмыгающего носом. Пушистая повязка на глазах была такой милой на нем, он казался таким невинным и беспомощным, Чонгук подошел, присел перед ним на корточки, взял его дрожащие ладони, чтобы как можно нежнее сжать их в своих ладонях. — Мистер Чон, — фыркнул Чимин. — Чимини... — Чонгук прижал руки к груди, затем наклонился, чтобы поцеловать их. Чимин шмыгнул носом сильнее, и сердце Чонгука разбилось при виде этого зрелища, он погладил мокрые от слез щеки парно, нежно чмокнув его в губы. — Мистер Чон... Я так сильно ненавижу свою жизнь, — Чимин внезапно обнял его, рыдая у него на груди, и Чонгук понятия не имел, что делать. Он ненавидел это, ненавидел слова Чимина, он начал гладить его по спине и целовать в волосы. — Что я могу сделать, чтобы помочь тебе? — спросил он. — Пожалуйста, обними меня, — умолял Чимин, его крошечное тельце дрожало в объятиях. — Я держу тебя, — Чонгук усилил хватку. Чимин определенно испытывал сильную душевную боль, Чонгук чувствовал это в каждом поддергивании его тела, поэтому он пытался поглотить это своим теплом. Их руки ласкали друг друга, его губы находили пути по всему лицу Чимина, чтобы поцеловать его мягко и медленно, чувствуя, как его мальчик, наконец, расслабляется в движениях его губ и языка. — Лучше? — спросил Чонгук, присаживаясь на матрас рядом с ним. Чимин кивнул, положив голову ему на плечо, определенно уставший после этого насыщенного событиями дня и всего, что произошло прошлой ночью. Чонгук остался с ним, заключив его в свои объятия. — Ты можешь поспать, если хочешь, мы ляжем, — прошептал он. Чимин покачал головой. — Мне нужно домой, мои родители звонили и просили меня приехать, — вздохнул он, и новые слезы, выступившие из-под повязки на глазах, покатились по его щекам. — Я не хочу туда идти. Я хочу остаться здесь, с тобой. — Так оставайся, тебе ведь 18, верно? — спросил Чонгук, проклиная себя за то, что не спросил об этом до того, как они стали близки прошлой ночью. — Да, мне 18, — Чимин вытер слезы рукавом. — Так что оставайся. Наконец-то позволь себе делать то, что тебе нравится, — пробормотал Чонгук. Чимин горько улыбнулся и потянулся к его руке, чтобы сжать ее. — Что бы я ни сделал, они все равно разочаруются во мне и расстроятся, так что это не имеет значения, — пробормотал он, словно решая что-то сам с собой. — Они должны гордиться тем, что у них такой удивительный сын, как ты, и если они не могут лелеять его, они тебя не заслуживают, — Чонгук наклонился, чтобы поцеловать Чимина в щеку. — Мистер Чон, ты можешь заставить меня забыть их, забыть моих одноклассников и весь мир? — спросил Чимин. — Чимин, я не хочу, чтобы у тебя сложилось обо мне неправильное впечатление, чтобы ты думал, что я здесь из-за секса. Я чувствую к тебе что-то такое, чего никогда раньше не испытывал, и я хочу узнать тебя получше, быть рядом с тобой, — Чонгуку было так плохо от того, что Чимин был определенно уверен, что он просто хочет его физически. — Все в порядке, мистер Чон, в любом случае это чудо, что кому-то нужно мое тело, — прошептал Чимин, сжимая кулаки. — Чимин, перестань так низко отзываться о себе, ты совершенство, — Чонгуку хотелось кричать, найти всех тех придурков, которые причинили боль Чимину, и жестоко наказать их. — Спасибо тебе за то, что ты всегда говоришь мне все эти прекрасные вещи. Даже если это неправда, услышать это хотя бы раз в жизни так приятно, — улыбнулся Чимин. — Они правдивы, позволь мне показать тебе, насколько они правдивы. — Чонгук наклонился, чтобы поцеловать Чимина в шею и пососать его кожу, освежая засосы. Эти придурки должны знать, что Чимин желанен и любим, к нему относятся со всей возможной нежностью. — Пойдем в ванную и примем теплую ванну, это расслабит твое тело, ты так напряжен от стресса, — Чонгук взял его за руки, ведя через комнату в просторную ванную, и Чимин позволял ему делать все это, не говоря ни слова. Вина и страстное желание смешивались внутри Чонгука, но сказать Чимину, что он не хочет этого делать, означало бы полностью сломать его. Конечно, он хотел, чтобы Чимин был так близко, но не таким образом. Все же, что-то оставалось, чтобы не уступить просьбе Чимина, поэтому он задрал его жилет, развязал рубашку и снял ее, чтобы увидеть синяки на руках и боках Чимина. — Чимини... — выдохнул Чонгук, чувствуя, как дрожит его подбородок от этого зрелища. — Пожалуйста, не обращай внимания, — пробормотал Чимин. — Я не могу. Позволь мне принести немного мази для твоих синяков. — Позже, прямо сейчас мне больше нужны твои поцелуи, — прошептал Чимин, и Чонгук вздохнул, прижимаясь губами к его шее и особенно нежно лаская спину. Маленькие ручки Чимина вцепились в подол его рубашки, стягивая ее через голову. Чонгук позволил ему медленно раздеть его полностью, когда тот снял остальную одежду Чимина, обнаружив ужасные синяки на его бедрах и ягодицах. — Ой, — поморщился Чимин, когда Чонгук провел по ним пальцами. — Пойдем со мной, — Чонгук потянул Чимина в ванну, открывая кран, чтобы налить внутрь приятную теплую воду. Он направлял его, пока Чимин не сел между его ног, положив голову ему на плечо. Чонгук знал, что ему больно, но притворился, что все в порядке, поэтому он взял гель для душа, чтобы аккуратно втереть его в бока. — И часто это происходит, когда твои одноклассники издеваются над тобой? — спросил Чонгук почувствовав, как у него снова задрожала челюсть. — Они ежедневно обзывают меня, толкают в коридорах, время от времени Джуно и другие парни становятся более жестокими и избивают меня. Хотя к настоящему времени я уже привык к этому. Может быть, я этого заслуживаю, я не знаю. Может быть, со мной что-то не так, — Чимин сжал кулаки. — Никогда так не думай, это с ними что-то не так, — Чонгук поцеловал его в плечо, еще крепче прижимая к себе. Чимин молчал, его дрожащие ладони начали ласкать ноги Чонгука, и повернул голову, чтобы поцеловать его под подбородком. — Мне действительно нравятся твои прикосновения и запах, у меня никогда не было ничего подобного, — прошептал Чимин, сильнее прижимаясь к Чонгуку, и начал покусывать его ухо. В этих нежных поцелуях он чувствовал, как Чимин расслабляется, оставаясь в его объятиях, определенно отпуская этот безумный страх и напряжение, и Чонгук был счастлив, что, по крайней мере, таким извращенным образом он мог стать для Чимина безопасным местом. Их теплые объятия продолжались очень долго, пока Чимин не пошевелился, садясь. — Что? — спросил Чонгук, потянувшись к нему, поскольку его руки казались такими пустыми. — Мне нужно, чтобы ты прикоснулся ко мне, как прошлой ночью, — пробормотал Чимин, поворачиваясь в ванне и протягивая руки, пока они не коснулись его лица. Он придвинулся ближе, ища его губы, чтобы наполнить их этим удивительным вкусом Чимина, и тело Чонгука немедленно напряглось. Их лица были мокрыми от долгих поцелуев, наполненных языком, нижняя часть их тел терлась друг о друга в воде, руки Чонгука нетерпеливо искали путь внутрь Чимина. Его член достиг этого узкого пространства между ягодицами, и Чимин закричал, выгибая спину. — Мне так жаль, — сердцебиение Чонгука участилось. — Нет, не уходи, пожалуйста, — Чимин схватил его за плечи, удерживая на месте, когда начал двигать своим телом вверх и вниз, глубоко насаживаясь на него. Чонгук открыл рот от удивления, так как он никогда не представлял, что этот красивый маленький человечек перед ним может быть таким чертовски возбужденным, нуждающимся и отчаянно жаждущим удовольствия, но он догадался, что Чимин всегда чувствовал себя нелюбимым и брошенным, он стремился к привязанности и самореализации всем своим существом, поэтому Чонгук начал двигать бедрами в том же ритме, слушая громкие стоны Чимина. Эти маленькие ручки, так мило прижимающиеся к его груди, и Чонгук усмехнулся, Чимин действительно понятия не имел, насколько мило он так старался, хмурясь в пушистую повязку на глазах. — Ты такой красивый, — хихикнул Чонгук, лаская его лицо и грудь. Чимин сильно покраснел, но продолжал раскачиваться вверх-вниз на его члене, оба поднялись так высоко, что хватали ртом воздух, выкрикивая имена друг друга, вода плескалась вокруг них, пока Чимин не кончил с громким криком, его звуки были такими удивительными. Тело Чонгука расплылось в звездочки, и он глубоко заполнил Чимина, выгибая его спину к ванне. Оба безумно дрожали, ноги Чонгука были неустойчивы, но он пытался не дать Чимину соскользнуть в воду, их секс был настолько хорош, что ему потребовалось много времени, чтобы прийти в себя. — Вау, — прошептал Чонгук, чувствуя, как Чимин приподнимает его задницу, чтобы он выскользнул, его руки инстинктивно потянулись к гелю, который он втирал в парня пальцами, чтобы избавить его от быстрого оргазма, заставив вздрогнуть. — Тише, все в порядке, ты был великолепен, — Чонгук начал целовать шею Чимина, чтобы отвлечь его от движений пальцев. Это сработало, поскольку он почувствовал, как тело Чимина снимает напряжение, их губы встретились в долгом, наполненном страстью поцелуе, когда Чонгук убрал свои пальцы. — Гораздо лучше по-настоящему чувствовать тебя без презерватива, мистер Чон, — сказал Чимин, багровея лицом. Чонгук смотрел на него, не в силах понять этого парня, который так хотел быть с ним физически, который был какой-то сумасшедшей смесью абсолютно невинного и полностью движимого желанием. — Я согласен, чувствовать тебя без каких-либо барьеров действительно по-другому, — Чонгук погладил его по лицу, когда Чимин повернулся в ванне, возвращаясь в то удобное положение между его ног. — Это плохо, мистер Чон, что мне так нравится заниматься с тобой сексом? — спросил Чимин, хихикая. — Это ты мне скажи. Это плохо? — рассмеялся Чонгук. — Я думаю, все в порядке, — пробормотал Чимин через некоторое время. — Ты хочешь одеться во что-нибудь удобное? — Чонгук поцеловал его в макушку. — У меня есть только моя школьная форма. — Я могу одолжить тебе кое-какую одежду, — сердцебиение Чонгука участилось от такой перспективы. — Хорошо, — радостно захлопал в ладоши Чимин, проводя рукой по краю ванны, — Давай быстро умоемся, а потом обнимемся. — Чимин знал, что мистер Чон пристально смотрит на него, поскольку даже с завязанными глазами он мог выдержать этот пронзительный взгляд. *** Он только что покинул просторный гардероб мистера Чона, где нашел несколько свежих боксеров и симпатичную черную толстовку с капюшоном, которая источала запах его тайного возлюбленного и была настолько велика, что Чимин в ней тонул. Оказавшись в этой гардеробной, он обнаружил, что у мистера Чона необычный стиль одежды - от модных ботинок на толстой подошве до шляп и кожаных курток. Часть его гардероба состояла из элегантных костюмов, определенно предназначенных для деловых встреч и модных вечеринок. Его любимым цветом одежды наверняка был черный, и он был человеком, который любил дорогие аксессуары, особенно серьги. Каждая мельчайшая деталь складывалась в личность, которую он пытался расшифровать. Как же ему хотелось сорвать эту дурацкую повязку с глаз и увидеть мистера Чона, но он верил, что если он это сделает, то они больше никогда не встретятся. Мистер Чон из-за этого определённо разозлится на него. — Тебе следует почаще надевать мою одежду, — говорит Чон со смехом в голосе. — Почему? — Чимин ужасно покраснел. — Ты выглядишь так мило, — хихикнул мужчина, подходя к нему, чтобы поцеловать. Чимин был ошеломлен, его сердце было в беспорядке, когда он безудержно влюблялся в этого безликого мужчину с сексуальным низким голосом, теплыми руками, запахом дорогих духов, восхитительными губами, широкими плечами, каменной грудью, тугим прессом и чертовски большим членом, который мог вытворять крышесносные вещи. Чимин покраснел еще больше при воспоминании об этом. — Давай ляжем в кровать и обнимемся, — мистер Чон взял его за ладони, ведя через комнату по пушистому ковру. Они добрались до кровати и упали на матрас, Чимин тут же прижался к телу мистера Чона. Мужчина все еще был без рубашки, насколько он мог чувствовать, просто в одних боксерах и сердце Чимина бешено колотилось в груди от этого прикосновения. Громкий звук его мелодии нарушил волшебство их момента, заставив все волосы на его теле встать дыбом, так что Чимин сел, дезориентированный тем, чтобы найти свой телефон. — Вот. Там написано "мама", — пробормотал мистер Чон, сжимая телефон в дрожащих руках. Чимин сглотнул, прежде чем взять трубку. — Недостойный сын, где ты? Уже почти 11 вечера! — он услышал, как она начала кричать. — Я... Я остаюсь на ночь у друга, — прошептал он. На той стороне воцарилась тишина. — Что ты имеешь в виду? У тебя нет друзей! — повысила она голос. — У меня есть друг. Я останусь у него на ночь, — Чимин почувствовал, как все его тело задрожало, когда пара сильных рук крепко обняла его. — Эм... — его маме внезапно не хватило слов. — Обязательно сделай всю свою домашнюю работу на завтра! Я не хочу видеть из-за этого никаких плохих оценок! — снова закричала она. — Да, я всё сделаю... — прошептал Чимин, когда по его щекам потекли слезы. Звук завершившегося звонка разбил ему сердце, поэтому он бросил телефон на кровать, вытирая лицо рукавами толстовки мистера Чона. — Сейчас мне нужно идти домой. Нужно закончить домашнее задание, — пробормотал он. — Не ходи к этим людям, Чимин. Как насчет того, чтобы я позвал Тэ, чтобы он помог тебе сделать домашнее задание? Вы, можете поужинать и посмотреть фильм, когда будешь готов, просто возвращайтесь сюда, я буду ждать тебя. Чимин был ошеломлен этим предложением. «Почему ты не можешь открыть свое лицо, поужинать со мной, посидеть рядом, пока я делаю домашнее задание, и держать меня за руку» - кричал его разум. - «Он не твой парень, Чимин, ты здесь только ради секса» - напомнил он себе, поэтому кивнул. — Хорошо, мы можем сделать это и так. — Чимин, что-то не так? — мистер Чон, должно быть, заметил его внутренний протест. — Нет, это просто... моя мама, — быстро солгал он, снова прижимаясь к мистеру Чону и слушая, как тот звонит Тэхену, шутит по телефону, его ладони очерчивают линию подбородка и губ мистера Чона. Чимин пытался прочувствовать его черты, чтобы хотя бы немного представить его себе. У него довольно большой нос, губы меньше, чем у меня, брови густые, волосы длиной почти до подбородка, которые немного вьются, Чимин думал обо всех этих деталях, когда полчаса спустя спускался вниз, чтобы встретиться с Тэхёном, и они хорошо провели время в тот вечер, вкусный ужин, умный собеседник, который помог ему быстро закончить домашнее задание, но он не мог сосредоточиться ни на чем, его мысли все еще были заняты мистером Чоном. *** — Есть танцевальный конкурс, на который я подал заявку, но участвовать в нем нет смысла, мои родители все равно хотят, чтобы я бросил танцевать, — прошептал Чимин, переворачиваясь на бок. Вот уже третью неделю он встречается с мистером Чоном почти каждую ночь. С тех пор он редко бывал дома. Его тело было настолько удовлетворено, что он удивлялся, как он все еще готов к сексу, но каждая ночь казалась все прекраснее, поскольку они медленно изучали тела друг друга, находя любовные места и крошечные детали, которые нравились обоим. Было приятно иметь такую глубокую связь с кем-то, их беседы становились длиннее, и Чимин обнаружил, что наконец-то может поговорить с кем-то о своем прошлом, своем детстве, своих мечтах и проблемах. Мистер Чон был отличным слушателем, его врожденная доброта позволяла Чимину чувствовать себя рядом с ним абсолютно комфортно, несмотря ни на какие безумства, которые они пытались сделать. Тело Чимина возвращалось в спокойствие после кульминации, так что он был в том уязвимом состоянии, когда раскрывал секреты. — Я думаю, ты подал заявление не просто так, — мистер Чон ласкал его поясницу, обводя линию бедер. — Я хотел показать кому-нибудь программу, которую я сам поставил и над которой очень усердно работал. Я не верю, что у меня есть какие-либо шансы на участие в соревнованиях, но было бы неплохо хотя бы принять в них участие. — Так прими участие. — Ты всегда говоришь о вещах так, как будто это легко. — Это проще, чем ты думаешь, Чимин. В нашем воображении все обстоит наихудшим образом, — мистер Чон чмокнул его в кончик носа. — Может быть, ты и прав, — вздохнул Чимин, положив голову на плечо мистера Чона. — Я всегда думал, что секс - это действительно сложно, но это потрясающе. Он услышал, как мистер Чон разразился смехом. — Я рад, что мне наконец удалось убедить тебя в этом. — Значит, ты считаешь, что я должен принять участие в конкурсе? — Да, я буду держать за тебя, кулачки, — мистер Чон поцеловал его в шею, начиная покусывать кожу. — Могу я обратиться к тебе с небольшой просьбой? — спросил Чимин, чувствуя, как учащается его сердцебиение. — Я не могу прийти на твой конкурс, ты бы не сосредоточился на танцах, ты бы просто попытался выяснить, кто я такой. Чимин вздохнул, мистер Чон знал его так хорошо, что это было даже страшно. — На самом деле я хотел спросить, могу ли я пригласить Тэхена прийти и поддержать меня морально, — прошептал Чимин. Поцелуи на его шее прекратились. — Конечно, ты можешь, я пришлю тебе номер Тэ в смс. Он будет рад сопроводить тебя. У него и Юнги есть слабость к тебе, и я не могу их винить. — мистер Чон лег на него, прижимая к матрасу, скользя языком по его губам, оставляя влажный след. — Я так сильно хочу тебя. Черт возьми, Чимин, что ты со мной сделал, я какой-то сексуальный наркоман, желающий уложить тебя в постель 24 часа в сутки 7 дней в неделю. Чимин засмеялся, запустив пальцы во влажные от пота волосы мистера Чона, часть его была в равной степени зависима от их удовольствия, другая часть медленно осознавала, что он был не более, чем постельной игрушкой миллиардера и что из этого никогда ничего не выйдет, что так быстро, как он приземлился здесь, он мог бы быть вышвырнутым из этой мечты с таким разбитым сердцем, что он никогда не смог бы собрать его по кусочкам. *** «Я нужен Чимину», эта мысль не выходила у Чонгука из головы весь день, поэтому он не смог сосредоточиться на работе, сказав своему главному руководителю, чтобы тот сменил его в середине совещания по поводу запуска на полную мощность нового телескопа, который вскоре должен стать частью его станции наблюдения за Марсом. Вселенная стала еще дальше от него в эти дни, когда он сел в машину и поехал через город к школе Чимина с мыслью просто припарковаться перед ней и подождать, пока Чимин выйдет. Только для того, чтобы увидеть его издалека. Те два месяца, когда они виделись, казались сном и кошмаром одновременно, сном, в котором было так хорошо с Чимином в его жизни, и кошмаром, поскольку он создал этот дурацкий барьер из повязки на глазах между ними и был слишком увлечен происходящим, чтобы остановить это сейчас. Ему вспомнились некоторые лекции по философии со времен универа, посвященные общению. Да, он попал в ловушку, созданную им самим, из-за чего у них с Чимином не было возможности строить настоящие отношения, ходить на милые свидания, оставаться вместе в разных ситуациях, возможно, даже жить вместе. Он хотел, чтобы Чимин принадлежал ему полностью, а не просто как мальчик, приходящий проводить с ним ночи в физических удовольствиях. До школы был долгий путь через весь город, и Чонгук очень нервничал, когда остановил машину на пустом парковочном месте. Согласно расписанию Чимина, он должен закончить свое последнее занятие на сегодня примерно через пятнадцать минут. Тело Чонгука находилось в каком-то странном состоянии, когда он постукивал по рулю, наблюдая за каждым учеником, выходящим из школы, время шло, пока на главной лестнице не появился парень с ярко-светлыми волосами. Он остановился там, присев на корточки, чтобы завязать шнурок на ботинке, когда к нему подбежал высокий грузный парень и столкнул его с лестницы. Кровь Чонгука вскипела, он выскочил из машины, накинув на голову капюшон застегнутой на молнию толстовки, которую он носил, и побежал через лужайку к лежащему Чимину, но он уже поднялся с земли, отряхивая форменные штаны от грязи. Он посмотрел прямо на него, и сердце Чонгука пропустило удар, так как это был первый раз, когда он посмотрел в глаза Чимина, так что он стоял там совершенно пораженный, не в силах пошевелить ногами. Чимин сильно покраснел, опустив голову, проходя мимо него, но обернувшись всего через несколько шагов, их взгляды встретились, словно по волшебству, и Чонгуку потребовалось все его самообладание, чтобы не подойти к Чимину, не заключить его в объятия и не поцеловать каждый из его синяков. Когда они были близки в его спальне, для Чимина он был совершенно незнакомым человеком, поэтому он заставил свои ноги двигаться в сторону школы, все еще ловя на себе любопытный взгляд Чимина. В тот момент, когда он вошел в здание, некоторые девушки начали перешептываться, поэтому Чонгук еще глубже натянул капюшон на лицо, он точно знал, как его внешность влияет на людей, поэтому иногда он проклинал природу, которая наградила его таким слишком красивым лицом. Понравилось ли Чимину то, что он увидел, задавался вопросом он, надеясь, что он, наконец, немного в его вкусе. Путь по школе показался ему чересчур долгим, пока он наконец не нашел кабинет директора и громко не постучал. — Заходите! — прозвучал мужской голос. Чонгук вздохнул, толкнул дверь и вошел внутрь, чтобы занять место в подержанном зеленом кресле. — Чем я могу вам помочь? — директор посмотрел на него сквозь очки с острыми стеклами. — Меня зовут Чон Чонгук... — начал он, когда мужчина вскочил со стула, кланяясь. — Мистер Чон, владелец Jeon Enterprise? — перепроверил он. — Да, — Чонгук ужасно покраснел. — Какая честь для нас. Что такому человеку, как вы, нужно в нашей школе? Нужны ли вам студенты для прохождения стажировок? Я могу подобрать самых лучших. — Мистер... — Намджун, меня зовут Ким Намджун. — Мистер Ким, у меня необычная просьба к вам, — пробормотал Чонгук, чувствуя, как его руки становятся потными. Видеть, как этот парень сталкивает Чимина с лестницы, было так ужасно, что он решил позаботиться об этом лично, и никогда больше не позволять никому из них причинять вред Чимину. — Конечно, пожалуйста, говорите, — мистер Ким откинулся на спинку стула. — Я бы хотел стать учеником вашей школы на некоторое время, — пробормотал Чонгук.