Пупсик-2

Как вы уже знаете, вчера находился в Питере. Но не для того, чтобы пить, а по работе. Сменил обстановку на один день, в общем. Настроение до вечера было просто великолепным. Дневной досуг я провел с пользой, успев посетить свои некоторые любимые места. Вечер, в принципе, тоже выдался неплохим, если бы не один «приятный» сюрприз: троих фанаток впустили в мою гримерную, среди которых оказалась героиня моего недавнего сна. Я, конечно, вставил Борисову, почему их ко мне пустили, но потом извинился, осознав, что кто-то из сотрудников отеля слил им информацию о моем приезде. И как они, черт возьми, умудряются узнавать, что буду находится в том или ином месте в такое-то время? Рассказываю, как прошел вчерашний вечер. Словом, когда визажист занималась моим лицом, а я залип в переписке с Максом в «телеге», услышал громкие женские голоса. — Пустите нас к нему! — У нас подарки! — Я написала ему книгу! Он меня знает! Админ уверял их, что нужно подождать некоторое время, так как артист, т.е. я, готовится к выступлению. — Нет, это срочно! Пропустите нас! — Стойте, девушки! Вы куда? — крикнул высокий мужчина, на голос которого я обернулся все-таки. Передо мной помимо человека в классическом костюме, стояли трое девиц: высокая и худая крашеная брюнетка с распущенными волосами до плеч, весьма милая и немного полноватая девушка с рыжими кудряшками и, разумеется, героиня моего сна, но не с фиолетовыми волосами, а какими-то пепельными с желтым оттенком. Фанатки замерли, увидев меня, сидевшего на кресле в бело-золотистом костюме от McQueen. — Филипп, это вам! — брюнетка в красном платье подошла ко мне и вручила букет из белых роз, слегка улыбнувшись. — Спасибо! — поблагодарил я, положив цветы на гримерный столик. — Вот еще. Держите! — молодая девушка протянула мне синий пакет. — Там летние подарочки для вас. — О, класс! Все посмотрю позже. — А я вот написала книгу про пупса! — наглым тоном воскликнула… эм-м, Мармеладка. — Прикольно! — я не знал, что сказать. Может быть, когда перестану выступать, открою ее книгу, чтобы вспомнить о том, что когда-то продавалась игрушка, очень похожая на меня. Взяв книжечку, отдал рядом стоявшей со мной Карине, которая тут же принялась ее листать. — А разве вы не хотите посмотреть ее сейчас? — поинтересовалась короткостриженая блондинка. — Нет, я тороплюсь. — Очень жаль, — обиженно произнесла она, направившись к выходу. Третья тоже обменялась парой фраз со мной, подарив по-настоящему летний букет. — Не будем вам мешать, — сказала она. — Хорошего выступления. — Спасибо. Когда закрылась дверь, внутри меня возникло плохое предчувствие. Что-то должно случиться, но в те минуты не понимал что. Отбросив все сомнения, продолжил готовиться к выступлению, так как предстояло петь перед важными в городе людьми. Мне хотелось верить, что все пройдет как по маслу и по окончанию часового концерта, сяду в машину и помчусь по ночному Питеру в аэропорт. Очень хотелось верить… — Филипп, подождите! — поджидавшая у гримерной Мармеладка, обратилась ко мне, когда я буквально подлетел к своей гримерной, поскольку выступление завершилось позже из-за парочки песен, которые попросили исполнить гости в ресторане. — Что такое? — преградил ей путь мой охранник. — Уйти тупоголовый! У меня для него очень важная информация! — Какая информация? — Сергей выглядел абсолютно спокойным. — Не твое дело! Пусти меня, идиот! — визгнула она, освободившись из его цепких рук, успев забежать вслед за мной в просторную комнату. — Деточка, мне некогда разговаривать! Меня ждет машина! — Пока мы не поговорим, я тебя не выпущу! — В смысле? Обернувшись, я увидел в ее пальцах серебристый ключ. Как она успела зайти? В дверь принялись барабанить. — Отрой дверь! Открой дверь, дура! — орал мой охранник. — Я открою, когда мы поговорим! — противным голосом воскликнула она, принявшись снимать с плеч зеленую, весьма дешевую на вид косуху. — Что ты хочешь? — спросил я, выключив свою вежливость, наполняя бокал холодной водой. — Я хочу, чтобы ты посвятил снова мне песню! — Что-о? — я едва не поперхнулся. — Когда я тебе посвятил песню? — Ну, тогда… На одном из корпоративов в Москве. Ты смотрел на меня таким взглядом. — Ты что, охренела? Ты вообще не в моем вкусе! Пошла прочь! Пока внутри меня эмоции начинали бурлить, дверь по-прежнему пытались открыть. — Слушай меня, пупсик! — холодным тоном приказала она, став приближаться ко мне. — Либо ты посвящаешь мне песню, либо я, украшу твое новое тело следами от этого ножа. — В ее правой ладони сверкнуло лезвие. — Да пошла ты нахуй, жирная корова. — Что ты сказал? — Что слышала! Ты не тронешь меня, так как любишь. Ее безумный взгляд потеплел. Она опустила руку вниз. — От-куда… Откуда ты знаешь? — едва проговорила она. — Я все знаю про таких, как ты. Дрочите на меня и мечтаете, чтобы я на вас женился. Да только вас миллионы, а я один! — Я не… — слова застряли в ее маленьком горле. — Я не делаю того, что ты сказал. — Ага, как же! Если сюда сейчас ворвутся менты, у тебя будут серьезные проблемы. Уйди по-хорошему. — Не могу! Я хочу услышать новую песню! — завопила она. — Ты давно не выпускал сольные новинки! — Ну, ты ее услышишь скоро… Мне оставалось только подыграть ей. Голова кружилась от всего этого. Комната пропиталась запахами цветов, различных духов и … потом. От нее несло… Заметив серые пятна на ее желтой майке с моим лицом, я умолял Бога, Вселенную, чтобы эта мадам съебалась отсюда. — Что? Правда? — она рухнула передо мной на коленки, схватив своими липкими ладонями мои. — Спасибо тебе, Филипп! — поблагодарила она, начав покрывать мои руки поцелуями. — Спасибо! Спасибо! Ты прекрасен, как Иисус в произведениях искусств! Где-то я уже это слышал… Ах да, песня «Ленинграда». — Все-все! Отпускай! — я не мог больше это выдерживать. Мармеладка так вцепилась, что не мог освободить руки. — Отпусти, говорю! — Нет-нет! Я хочу подержаться за тебя, потому что не знаю, когда снова увижу. — Блять, за себя подержись! — рявкнул я, что есть сил, толкнув ее назад. — Ты че, вообще офигел? — покраснела она от злости. — Пошла прочь, дура! — внутри меня все взорвалось. В эту самую секунду взломали дверь, которая с грохотом рухнула на ламинат. Какие-то сантиметры и эта овца приняла бы на себя нормальный такой удар. — Уберите ее от меня! Серега, выведи эту психичку из отеля вообще! — Ты еще пожалеешь, что так поступил со мной! Я снова узнаю все твои тайны. — Закрой свой грязный рот! — выпалил я и заметив ее книжку, пульнул ею же в ее перекошенный от эмоций, фейс. Конечно, книжка не виновата, что ее автор ненормальная. — Сама читай свою тупую писанину! — Мы не закончили, дорогой мой! — напоследок сказала она, когда двое здоровых мужиков ее выводили силой к выходу. — Сука какая! — схватил я пачку влажных салфеток. — Как она успела забежать? — спрашивал самого себя, вытянув сразу несколько штук из пачки. — Фу, Господи, выкинь ее из моей головы, пожалуйста! — Блин, нет, нужно тщательно помыть с мылом руки, а антисептиком протереть любимые перстни и новое колечко, — проговорил я, швырнув салфетки в черную урну. — Простите, что так получилось! — виноватым тоном, произнес старший админ, когда вышел из отеля. — Все нормально, — ответил я, придя в себя. — Фанатки есть фанатки. — Это верно! Счастливого пути вам! — Спасибо. Уставший, но почему-то довольный прошедшим днем, сел в кожаный салон «Мерседеса». «Мы еще не закончили, дорогой мой», — эхом пронеслись слова той женщины в моей голове. Требовалось отвлечься. — Включите музыку, пожалуйста, — попросил я молодого парня, сидевшего за рулем. — Не против молодежной? — Нет, конечно! Из динамиков вырвался знакомый ритм. Я слышал этот трек несколько раз. В памяти всплыли картинки из воспоминания, как мы катались с Давидом на черной «бэхе» по вечерней Москве. То была просто веселая поездка, в ходе которой мы, пожалуй, переслушали все — от хип-хопа до панк-рока. И, конечно же, вкусно поели, хотя мне сейчас нужно следить за своим питанием. Но. Живем один раз!