Стратилат

      Маленький домик одиноко стоял в лесной глуши. Изгородь, обвитая плющом, качалась от порывов ветра. Чуть покосившаяся крыша грелась на солнце. Лучи пробирались в комнату, сквозь лёгкий тюль на окнах, и играли на полу, стенах и кровати солнечными зайчиками. Тишину утра и нежный сон прервал лай собаки. Девушка мигом открыла глаза и вскочила с кровати. Переодевшись и прибрав комнату за несколько секунд, она выглянула в окно. – Доброе утро, Баб Нюр, – сказала она улыбаясь. – Доброе, доброе. Опять дрыхла до обеда. Никакого толку от тебя, – ворчала старая. На самом деле она только и делала, что ворчала – такая уж старческая натура у Бабы Нюры. – Ну что вы, Баб Нюр. Я давно уже встала, – конечно девушка врала. Обычно она и правда вставала рано, как просила Баба Нюра, но вчера был такой красивый звездопад, что она не могла пропустить его и лечь спать. – Я сегодня в лагерь пойду, уберусь немного. Глядишь, мы его с вами поднимем, – лагерь был её любимым местом. Когда в нём не стало детей девушке загрустилось, и она, поругавшись с родителями, бросила всё и перебралась ближе к нему. Она очень любит мечтать, и главная её мечта – дети в детском лагере. – Брось, не поднимешь ты одна лагерь, а я уже старовата для этого. Давай лучше займись огородом, жрать что-то надо, а то и собак заморим и сами от голода сдохнем. – Как скажите, Баб Нюр, – тяжёлый вздох сорвался с губ девушки. Она уже три года живёт рядом с Бабой Нюрой и не видит никого. «Вот бы сейчас в город, пройтись по магазинам, кафе, заглянуть домой», – мечтания прервал голос старухи: – Ну, чего уставилась? Выходи давай, да делами занимайся. Воды мне сегодня натаскай, нечего баклуши бить. Тьфу, лентяйка. – Уже иду, Баб Нюр.       Нюрка ушла, а девушка, вооружившись инструментами отправилась на грядки. Овощи сами себя не польют, на то они и овощи. По пятам за ней ходил пёс. Умный зверь, она только крикнет: – Крис, принеси перчатки, – и дворняга уже бежит с ними в руках.       Благодаря им ветхий домик в лесу превратился в уютный коттедж. Вокруг колосился огород и распускались разные цветы. Из распахнутых окон, порой вылетали воздушные шторы. А сам домик сиял чистотой и уютом. За ним были колодец, украшенный разнообразными камушками, и погреб, закрытый деревянными дверцами. Внутри было всего две комнатки, одна из которых была кухней. Там была сложена небольшая печка, которую девушка топила зимой, круглый столик с табуретами и пару шкафчиков. В гостевой же стояла большая кровать, шкаф и тумба. На самом деле жилось девушке хорошо, Баба Нюра в помощи по хозяйству не отказывала, да приносила мясо на неделю. Работу облегчал Кристофер, да и вообще он был весёлый пёс. Девушка часто прогуливалась с ним по лесу, ходила купаться на речку и убираться в лагерь. Вот и сегодня, она позвала Криса, взяла коромысло, вёдра, и они отправились на речку. Натаскав Бабе Нюре воды, они вернулись домой. – Как думаешь, Крис, если бы мы с тобой сейчас уехали в город, всё бы стало лучше? – спросила девушка немого собеседника. В ответ пёс издал жалобный стон. Видимо ему нравилась лесная свобода. – Ну хорошо, ты не хочешь, а обо мне подумал? Я ведь так давно ни с кем не общалась. Баба Нюра не считается. Кристофер ответил всё что думал на этот счёт: – Гав! – Ха, да неужели ты и правда думаешь, что мне этого хватает? Тебе легче, у тебя здесь есть друзья. А мне остаётся надеяться, что я смогу привести лагерь в порядок и здесь снова станет шумно, весело – так, как я люблю.       После этого они с псом взяли всё необходимое и пошли в лагерь. Войдя туда, девушка отправилась на то место, где закончила уборку в прошлый раз. Футбольное поле стало выглядеть чуть лучше после её трудов. – Крис! Иди-ка сюда, – девушка вручила псу лейку. – Сбегай к речке и принеси воды. Я полью газон поля.       Собака убежала, а она направилась к трибунам. Скамейки были расшатаны, где-то сломаны. В руках у девушки мигом оказался молоток. В некоторых местах она прибивала ветхие балки, в других новые доски в качестве сидений. Спустя пятнадцать минут вернулся Крис с полной лейкой, поставил её посередине поля и привлёк внимание хозяйки: – Гав! – Молодец, хороший мальчик, – произнесла она подходя к псу.       Полив поле, заделав последние дыры на трибунах, и, расчистив падающую листву, девушка отправилась в домик.       Наступала глубокая осень, урожай заканчивался, погреб пополнялся закрутками. Свежие овощи плавали в курином супе, который кипел у девушки на печке. Она читала роман иногда поглядывая на суп. Вдруг в окно постучали...