Одинокий силуэт на причале

***

Девушка с розовыми волосами, голубыми на кончиках, мягкими чертами лица и ясными глазами огибала узкие дорожки на велосипеде. Каждый раз она неуклюже выворачивала непослушный руль, дабы не въехать в случайно попавшуюся кочку или лужу. Кокоми скорее городская девушка, но если незнакомый человек взглянет на неё, то с уверенностью скажет, что такой хрупкой девушке больше подходят цветочные поля и деревянные домишки, нежели грозные высотки и серые улицы. В этот раз Сангономия приехала в деревню, чтобы навестить свою старую школьную подругу. Та после выпуска предпочла остаться в спокойной обстановке, не заморачиваться и не ехать в мегаполис; пошла в военное училище поблизости. Девушки не виделись уже больше двух лет, а общались только по переписке. Помимо этого, сегодня у дорогой одноклассницы Кокоми день рождения. Спустя какое-то время Коко подъезжает к низкому зелёному заборчику, ограждающему участок средних размеров, и шумно тормозит, поднимая после себя клубы пыли. Ржавая защёлка быстро поддаётся нежным рукам студентки, и она без проблем заходит во двор перед деревянным двухэтажным домом. Сангономия вынула телефон из бежевой сумки и проверила сообщения в Телеграме. Вверху экрана красовалась ненавистная буква Е — теперь никому не напишешь. Несмотря на это, одно сообщение успело дойти.

Ключи лежат под ковром на крыльце. Приеду к четырём. 15:21

— Эх, Сара, Сара… Даже на нашу долгожданную встречу не можешь свои занятия оставить. Кудзё Сара — старательная ученица военного училища Инадзумы. Складная женщина с широкими плечами и высоким ростом. Практически полная противоположность Кокоми — даже не любит укладывать волосы, поэтому самостоятельно сделала короткую стрижу, что-то похожее на каре. Коми прошла вглубь возвышающихся берёз, к потемневшему от времени крыльцу. Столько воспоминаний — как они с Сарой в начальной школе пытались стащить конфеты, но рассыпали их по пути на ступеньках, из-за чего бабушка Кудзё была в ярости; купались в надувном бассейне и случайно проткнули его об отколовшуюся штукатурку; играли в салки, скатываясь по перилам; вместе решали домашние задания. Да, были времена. Девушка заглянула под зелёный резиновый ковёр, отыскала там заветный ключ. Дома никого нет, ведь кроме Сары и её бабушки там никто не живет — последняя давно умерла — поэтому у Сангономии будет время переодеться и выдохнуть после дороги. Деревянный дом — настоящий термос в любое время года. Зимой сохраняет тепло, а летом не даёт помереть от зноя. Кокоми вдохнула свежий воздух с привкусом смолы и невольно ухмыльнулась — городу, в котором она учится, присуще только спертый воздух, запах автомобильных отходов, курева нервных офисных работников. А здесь — настоящее райское наслаждение. Розововолосая взбегает по винтовой лестнице на второй этаж — там комната Сары. Упав на мягкую пуховую постель, девушка открывает рюкзак с вещами. «Нужно найти что-то подходящее, что-то восполняющее деревенскую атмосферу». Коко отыскала нечто подходящее — белое полупрозрачное платье до колена со свободными рукавами и поясом на талии. Идеально. Быстренько переодевшись и поправив подол ситцевого платья, она обувает всё те же белоснежные сандалии и спускается обратно на кухню. «Надо приготовить что-нибудь вкусное для Сары — она не признаёт свою любовь к сладкому, но я-то знаю, что это не так. После четырнадцати лет дружбы». Из чего было, студентка быстро заварила чай с бергамотом и поставила дымящиеся чашки в центр стола. Где-то в кладовке нарыла те самые карамельки детства, а также шоколадное печенье разных видов. «Ну мог бы человек, не любящий конфеты, иметь у себя столько сладостей. Чушь. Сара, я слишком хорошо тебя знаю». Кокоми присела у печки, взяла из книжного шкафа запылившийся журнал моды 2010-х годов и принялась ждать подругу. Проходит час. Два. Три. Время течёт медленно, ожидание тяготит разум. Сангономия уже расстраивается, что Сара… её не ждёт. Ей настолько наскучила дружба с такой простой, такой светлой девочкой, что она бросила её. Постаралась забыть. Вырвала из памяти. — Не может такого быть! Истерически прерывающимся голосом сказала Коми, резко поднялась с места и поспешила к выходу. Рванула к велосипеду и поехала прочь. Зря потратила время. Зря надеялась на такую долгожданную встречу — на минуту ей это показалось даже глупым. Потерять интерес друг к другу легко, особенно, если вы не виделись столько лет. «К чёрту!» Сангономия проезжала мимо живописных пейзажей деревни, гнездящихся соловьев, поющих прекрасные песни по вечерам. Но она это не слышала и не видела. Вся суматоха в университете, все долги, всё давление было основой для такого срыва, а неудавшаяся встреча — последняя капля. Проехав дорогу, окружённую лиственными деревьями, девушка выехала на открытую поляну. Рядом журчала река. Быстрая, мимолётная. Прохладная. И только тут Кокоми остановилась. Уже закат. Сгущаются небесные краски, оставляя красные, точно кровавые пятна то тут, то там. Розовеет горизонт, струится солнечный свет меж облаков, отражается на водной глади сияющими зайчиками. Бросив велосипед, Сангономия бросилась к воде, а точнее, к причалу. Да и причалом его словно назвать. Пара десятков досок, прибитые к столбикам в воде. Там она сбросила сандалии и окунула ноги в воду. Платье тоже слегка намокло, и влага распространилась по всей ткани. Взъерошенные волосы развевались на ветру. Фигура девушки напоминала призрак в свете слабых лучей. Сангономия Кокоми хныкала и обнимала себя за плечи. Старалась перестать рыдать, как полная дура, но не получалось — слёзы ручьём лились сами собой. «А ведь многие студенты моего возраста не выдерживают и совершают самоубийство. Значит, я сильная, правда? Правда?» Вздох. Сердце пропустило удар. Ласковые руки обнимают бледную фигурку сзади. Крупный силуэт с обрубленным каре обнимает потерянную девушку, прижимается щекой к заплаканному лицу, стирает слёзы неуклюжим движением ладони. Кокоми оборачивается, и её прижимают сильнее. Та ласка, которой обоим так не хватало. Далёкая поддержка сейчас здесь, совсем рядом.

Два женских силуэта забыли о приличиях долой,

Сплетая пальцы друг у друга,

Шепча речи меж собой.