Спокойной ночи, Кокоми

***

Кокоми откинулась на спинку кресла и устало хрустнула шеей: несколько часов беспрерывного задротства в очередную визуальную новеллу давали о себе знать. Глаза приходилось промаргивать почти каждые полсекунды, иначе они станут суше пустыни Сахары. Волосы, собранные в низкий хвост, неряшливо спадали по плечам и спине, некоторые прядки нагло выскакивали у самых глаз на самом интересном моменте игры. Девушка взглянула в сторону телефона, который лежал у клавиатуры. Час ночи. Чат с Кудзё Сарой открыт в ожидании хоть какого-то осмысленно-душевного сообщения. Она находится через стенку от Коми, но никогда не заходила к ней в комнату. То ли от личной неприязни, то ли от чего либо ещё. А Кокоми — тактильный человек, так что внимания ей явно не хватало. Всегда, во всех своих сообщениях, Сара будто отчитывается перед начальником — никаких чувств, личных дел и прочего. А ведь они с Сангономией уже как два месяца делят квартиру на двоих. Обеих не устраивало их университетское общежитие, фасад которого держался на добром слове и слезах студентов. Любой понимает, что кошелёк среднестатистического двадцатилетнего человека не располагает огромными деньжищами, но и с тараканами ютиться не хочется: пришлось делить квартиру на двоих. Апартаменты представляли собой уютное помещение площадью около пятидесяти квадратов, с двумя комнатами, общей ванной и небольшой барной стойкой. По сути, сожительство двух девушек заключалось только в совместной уплате коммуналки, они не были подругами, не заходили друг к другу в комнаты, не смотрели вместе сериалы на ночь и не готовили бурду на кухне, забавно пачкая друг друга в муке. Иногда Коко могла заглянуть к Кудзё, чтобы выкрасть тёплое одеяло, и то ночью, чтобы та не заметила. В общем, жили порознь, и порой забывали о существовании друг друга.  Кокоми сжала кулачки на штанинах пижамы и поморщила нос. Сара — человек нелюдимый, но тотальный игнор — тоже не дело. Это нужно как-то решать. Сангономия шумно выдохнула, падая головой на столешницу с неожиданным для себя громким ударом и треском у ножки стола.  «На лбу останется синяк». Девушка ещё некоторое время просидела в такой неудобной позе, пока не услышала тихие шаги и скрип двери. Из-за дверного проёма выглянула лохматая тёмная макушка, и яркие золотые глаза блеснули в ночи. — Эй, — полушёпотом окликнула Сара. — Ты в порядке? — А? — Кокоми в недоумении взглянула на соседку, которую видела первый раз в таком неофициальном виде. Пары Кудзё Сары начинались гораздо раньше и заканчивались позже, поэтому они не пересекались ни утром, ни вечером.  — В порядке? — повторила Сара. — Не уверена. — Честно ответила светловолосая, поправляя бретель майки на плече. Она отвернулась и неопределённо улыбнулась либо куда-то в пустоту, либо компьютерной мышке. Тем временем соседка бесцеремонно подошла к Кокоми сзади и прихватила за плечо. Та сделала жадный короткий вдох. Обнимать, что-ли, собралась? Сара крепче обхватила плечи хрупкой девушки и слегка завела назад. Громкий хруст. Не больно, но неожиданно. Затем она сделала несколько круговых движений и надавила на лопатки. А потом выше, тонкими, но сильными пальцами провела по позвоночнику вплоть до шеи, а там остановилась, массируя место легкими нажатиями. Сначала Сангономия сидела как на иголках, но затем приняла свою участь, расслабила плечи и отдалась золотым ручкам Кудзё. Она старательно растирала все зоны у плечей, что были постоянно напряжены: словно угадывала каждое слабое место на теле Кокоми. Светловолосая, тем временем, выгибала спину от удовольствия, иногда шепча «Да, вот здесь» или «Хорошо…» Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Сара отняла руки, сцепила из в замок и размяла: делать массаж — нелёгкое дело, даже если это жалкие пять минут. Напоследок тёмноволосая обхватила шею Коми, но тут же отпрянула. Это ведь был просто массаж, да? Такими же неслышными шагами Кудзё Сара вернулась к себе. Сангономия привстала с кресла и увидела загоревшийся экран телефона. 

Спокойной ночи, Кокоми.

01:21