Привязанность

      Меня зовут Дима. Всё своё время я провожу на работе, за своим компьютером в офисе. У меня проблемы со сном, ужасные проблемы, меня загружают как только могут. Что-то мешает мне уснуть, что-то вечно меня беспокоит, хотя самому мне непонятно, что именно. Мой организм не успевает восстанавливаться, под глазами уже около трёх недель красуются синяки, а мышц моих совсем не видно, за последний месяц я стал совсем худым. Я сплю максимум часа четыре и страдаю из-за этого. Не знаю, как я ещё жив.       Я и думать не думаю о женщинах, я не думаю об отдыхе, я не думаю о том, чем забиты умы остальных людей, с которыми я изо дня в день вижусь по пути на работу. Меня не беспокоит суета городского метро, меня не волнует происходящее на работе, я лишь хочу спать, но просто не могу уснуть.       — Доктор, послушайте же, я просто не могу уснуть, я страдаю, просто выпишите мне что-нибудь, чёрт возьми! — я выкрикнул эти слова. Бессонница действует на нервы, и в последнее время я едва не срываюсь на босса и на коллег, но, к счастью, успеваю задумываться о последствиях.       — Снотворное вряд ли хорошо скажется на вашем организме и поможет вам навсегда избавиться от бессонницы. Бывали случаи, что из-за постоянного использования таблеток у людей были проблемы с желудком. А с вашим худощавым телосложением и состоянием организма в принципе...       Доктор закончил говорить, пока я, хлопнув себя по лицу, нервно растирал уголки глаз указательным и большим пальцами.       — Скажите, Дмитрий, что мешает вам оставить работу на неделю? Взять отпуск, например? У вас маленькая зарплата?       — Не такая уж она и большая, да.. — я уставился в пол и смотрел то на плитку, то на свои туфли.       — А есть ли у вас друзья, которые бы могли вам помочь?       Здесь я задумался и стал вспоминать всех моих друзей или близких знакомых. Вдруг я вспомнил об Алине, моей однокурснице, с которой мы в студенческие годы часто зависали. Она получила работу по специальности, а потом бросила её ради бизнеса. И у неё даже получилось. Ей принадлежит производство печенья, кукурузных хлопьев и прочей сухомятки. Учитывая наши крепкие товарищеские отношения в прошлом, думаю, она согласится поддержать меня.       — Есть, — Я раскрыл прищуренные, уже не столько от усталости, сколько по привычке, глаза.       — Попытайтесь занять себя чем-то в свободное время. Сходите на выставки картин, в библиотеку, выберите что-то не слишком изнуряющее. — доктор усмехнулся и подмигнул мне.       Я попрощался с врачом и поспешил домой. Освободив свои ноги от обуви и сняв пальто, я открыл телефонную книгу (я завёл её, так как менял номера по разным причинам) и нашёл номер Алины. Тогда был выходной, и она ответила очень быстро.       — Алло, это кто? — женский голос, нисколько не изменившийся за эти пять лет, донёсся из телефонной трубки.       — Это Дима Колесников, помнишь меня? Мы учились в одном универе.       — А-а-а! Это ты тот, с которым мы комнату делили что ли? "Хватит уже везде беспорядок разводить!".       Да, в то время, как и сейчас, я очень трепетно относился к порядку и меня очень раздражал стол, заставленный всякой ерундой, и постоянные запинки о хлам на полу. Она же, в свою очередь, вечно устраивала беспорядок снова и снова.       — Да, да, это я, — я сделал глубокий вдох и рассказал ей о своей проблеме.       — Конечно, я могу тебя приютить. Я уже не такая неряха как раньше, поверь, тебе понравится.       Как я потом узнал, Алина жила одна и я был очень удивлён тем фактом, что у такой весёлой, умной, находчивой девушки нет мужа или, по крайней мере, парня. Она была не очень хозяйственной и скорее всего такой и осталась, но что же теперь, обходить такую стороной?       С её стороны было невероятной щедростью приглашение пожить у неё. Когда я жил в маленькой квартире, превратившейся в такую же захламлённую общажную (у меня попросту не было сил наводить порядок), она жила в уютном доме ближе к центру. Видимо, бизнес хорошо вырос. Дом был о двух этажах, видя его снаружи, уже готовишься увидеть стильный интерьер, разные пуфики, удобную и качественную мебель в едином стиле.       Я вошёл в дом с воодушевлением и любопытством и увидел сочетание гладкого бетона и текстурного дерева, которое радовало глаз вплоть до эстетического удовлетворения. Приятно было перебраться из своей конуры в этот дом, который своим простором вызывал у меня чувство свободы и убрал ощущение скованности и замкнутости тесной коробки. Диван в гостиной, кровать и кресла я попробовал в первую очередь, и они были до того удобные: я не проваливался в них, на спину не давят пружины, я чувствовал себя так, будто эту мебель подбирал я сам и для себя.       Алина заметила моё восхищение: я расплылся в улыбке и было слышно моё дыхание, иногда прерывавшееся.       — Ну как, — она упёрла руки себе в бока, — похоже на ту квартиру в общаге?       Я не стал отвечать на вопрос, я потерял дар речи, да и к тому же, вопрос был явно риторический, и Алина поняла меня без слов, ведь ответ мог быть всего один. Стоит ли говорить, что этот дом явно отличался от того свинарника?       Алина поторопилась куда-то, я шёл за ней. Она попросила не входить и закрыла дверь, а вышла уже с абы как собранными в кучку фотографиями. Я не успел рассмотреть, что на них было и кто на них был, но я не придал этому значения и зашёл в комнату. Это была спальня Алины. Стол был забит бумажками, однако в остальном в комнате царил порядок.       Кровати в доме было две, хотя, как сказала Алина, она живёт одна. Позже она рассказала мне, что у неё был молодой человек, который жил с ней, но со временем ей с ним быть надоело. Ей не хватало страсти, движения в верх, а к молодому человеку она не испытывала горячих чувств, которые, по её мнению, должны обязательно быть в отношениях. Я сам в этом мало что понимаю, но по-моему мнению с её стороны это достаточно наивно. Но зато мне досталась отдельная спальня с просторной двухместной кроватью.       Так вкусно я не ел очень давно! Где же Алина так научилась готовить? Хотя, наверное, готовить не так трудно при определённой сноровке.       Разговаривая с Алиной, я и не заметил, как пролетело время. Интерьер действовал успокаивающе и, хоть и довольно поздно, часа в три ночи, мне удалось уснуть. Но спал я неспокойно. Неудивительно, кто сказал, что будет легко? Я постоянно просыпался, а потом, почти сразу же, забывался неглубоким сном. И так за ночь около пяти-шести раз. В итоге, хоть я и поспал подольше, я всё равно проснулся не выспавшимся.