Бесконечная лестница

Я опустила голову на подушку и закрываю глаза. Сон ко мне сразу не приходит. Он в принципе в последнее время ко мне мало, когда и приходит. Как только сон ко мне приходит, я сразу хочу проснуться. Проснуться, чтобы не находиться в этом бесконечном кошмаре, не имеющего ни конца не края. Этот кошмар как болото засасывает тебя в свою пучину и не отпускает до самого конца. Однако игнорировать потребности организма бесполезно: ты всё равно рано или поздно уснёшь или умрёшь от переутомления. Такая себе судьба неправда ли? «Глупо бояться того, что не является правдой»: повторяли мне мама с бабушкой перед сном, пока я дрожа всем телом от страха смотрела в одну точку, где собралась вся тьма дома. Я открываю глаза и в последний момент перед дрёмой смотрю на шкаф. Он приоткрыт, а из этой дверцы словно осьминог выползает тьма. Она тянет свои щупальца ко мне, но я накрываюсь одеялом с головой. Странный рефлекс, выработанный природой, накрываться с головой одеялом, пытаясь избежать опасности. Смешно. Я слышала тихий скрип половиц, хотя в квартире никого нет. Дверь со скрипом открылась, и я уже слышу, знакомый цокот коготков. Я убираю одеяло с лица и смотрю на свою кошку Нику, которая запрыгнула мне на грудь и смотрит своими светящимися глазами на меня. Она укладывается. Интересно снятся ли кошкам сны? Не знаю. Но если нет, то эту жизнь и правда, можно назвать царской. Смотрю на тьму, которая стоит совсем близко к моей кровати, и как хищный зверёк смотрит на меня, склонив голову. Я закрываю глаза и засыпаю. Хотя это состояние можно назвать обмороком. Вижу перед собой парковку абсолютно пустую, рядом привычный придорожный магазинчик. Выглядит он расплывчато в общих чертах. Мозг не может точно воссоздать образ, который основан на том, что я видела, но при этом не похожий ни на один другой. Поднимаю голову к небу, в глаза ярко светит солнце. От шоссе идёт рябь, мозг так пытается воссоздать жар, идущий от дороги. Почему-то захожу в этот магазин и осматриваю товар. Он мне знаком, но я его ни разу не видела. Странное чувство ностальгии и дежавю в который раз накатывает на меня. Вокруг никого нет как обычно. Смотрю на кассу и вижу её тьму. Она как сгусток слизи перекатывается из стороны в сторону и смотрит на меня своими белёсыми глазами. Мне уже не страшно. Страшно было только в первый раз, а сейчас её визиты в мои сны стали обыденностью. Однако ноги меня несут прочь оттуда. Резко оказываюсь на знакомой улице, как будто кто-то резко сменил декорации на сцене, а я как одна из актрис забыла слова и молча стою. Нереальность окружающего мира ужасает и захватывает дух одновременно. Ноги выбивают ритмичный стук по серому асфальту с белыми цифрами, обозначающими метры. Впереди вижу остановку. Она непривычно пустует, листы металла, еле колышутся, трава и листва пестрят неестественной зеленью. На эту остановку ничего не приедет кроме единственного автобуса. Автобуса в никуда, которым управляет ничто, в котором никто не сидит. Чувствую резкий холод. Непривычно. Сердце начинает громко стучать, а спиной чувствую прожигающий взгляд. Страшно. Не оборачиваюсь: не вижу в этом смысла. Я знаю ОНО рядом. Оно всегда настигает меня в конце, и затаскивает в пучину боли и страданий. Оно не является частью этого мира, оно ни на что не похоже. Эта тьма ползучая тьма, которая всегда следит за тобой, всегда находится рядом, всегда готова напасть, но никогда не нападает. Она всегда следит за тобой: ей это нравится. Вижу знакомую обшарпанную железную дверь бабушкиного дома. Набираю цифры на автомате. Не помню её номер квартиры уже давно. Я завалила эти воспоминания толщей других ненужных. Так легче смириться со смертью. Так легче забыть про холодный труп, лежащий на полу в крови. Так просто ЛЕГЧЕ не думать. Вижу лестницу и начинаю по ней бежать. Шаги отражаются гулким эхом от стен. Куски штукатурки подпрыгивают. Мимо проносятся этажи много этажей и дверей. Не помню, кто там живёт. Да и это не важно. Сейчас это дом тьмы, дом страхов, дом боли и страданий. Она там живёт это её царство, это её личный уголок в моей голове. Безумно страшно подниматься. Можно упасть как тот старик, который разбил себе голову об бетон, поднимаясь или как та старушка, которая сломала себе ногу. Тогда кость порвала ей кожу, это вроде называется открытый перелом, да? Хоть где-то школьные знания пригодились. Слышу шарканье сзади, но не оборачиваюсь. Я знаю, оно вышло из тьмы, оно пришло за мной. В лестнице появляются дыры, неприятный ком в горле встаёт от их вида. Не хватало туда провалиться и разбиться. Перепрыгиваю дыры. Смотрю на пролёт. Какой это этаж? Неважно. Лечу дальше. Главное не смотреть на лестницу, не смотреть на ступеньки и перила. Главное смотреть на пролёты и двери. Ненавижу лестницы — они дорога в никуда, они дорога ни к чему, они дорога к страху. Последние ступеньки и огромный провал. Похоже на провалы в моей памяти. Забавно. Я лечу вниз в пустоту. Лечу навстречу реальному миру и утро, которое возможно успело наступить. Открываю глаза. Тяжело. Тяжело дышать. Жадно хватаю ртом воздух, сердце стучит в ушах, на тело накатывает холод. Еле выпиваю воду с таблеткой пароксетимина. Горькая. Плевать. Становится легче. Кидаю взгляд на шкаф. Тьма вновь в него заползает. Но мы обе знаем, что это не конец, это никогда не закончиться и мы снова увидимся. Увидимся на проклятой лестнице, проклятого дома, среди моих проклятых воспоминаний.