Зови

— Мы можем быть вместе, — срывающийся шепот. Отчаянная мольба. — Вместе. Понимаешь? Переступить через гордость. Отбросить страх. Шире, до боли распахнуть глаза, чтобы не заплакать. — Вместе? — тусклое, растерянное уточнение вместо ответа. Вместо горячо желанного «Да». Вместо «Вместе» из отчаянных и горьких мечт. Осознание в чужом взгляде бьёт под дых, даёт надежду. — Как «Вместе»? — искреннее непонимание. — Мы же и так вместе. — В другом смысле вместе. — О, — понимание в чужом взгляде даёт под дых. Тушит безумную надежду и веру так же быстро, как зажгло. — Я, — голова легко, едва-едва сколняется в сторону. Всё ясно без слов. — Я не думаю, что то «Вместе»… — не находит слов. Глядит в глаза виновато, нежно и тоскливо. Рвет сердце и душу на маленькие кусочки и дальше своей добротой. — Да, — ровно и пусто. Глухо. Хочется кричать. Надо говорить. Молчать унизительнее. — Да, — немного резкий, чуть дерганый кивок. — Конечно. Это же я. Это чувство с самого начала было горьким до тошноты. С самого начала. И останется таким до конца. До самого конца. До того конца, когда небо падает на землю и давит смешных маленьких человечков в неразборчивую красную кашу. — Прости, — они говорят это одновременно. — Прости. Я не должен был говорить тебе это. Не должен был чувствовать это. Я понимаю. Круто развернуться на пятках. Наконец-то зажмурить глаза, которые жжёт от горя. Горя беспощадного и всепоглощающего, как пламя ада. — Зови, если буду нужен. «И даже если не нужен — тоже зови. Ты-то мне нужен как воздух всему живому, как небо птицам, как вода рыбам, как леса зверям. Нужен мне. Ты. И этого хватит. Не надо мне ни неба, ни воздуха, ни воды, ничего не надо, пусть всё это катится к дьяволу! Лишь ты». Оборачивается. Последняя маленькая слабость. Смотрит в голубые-голубые глаза пару мгновений, которые без разрешения растягиваются в вечность. «Но я всего лишь я. Грязный, порочный, жестокий демон. И пусть я твой до самых костей, но я не достоин даже капли тебя. Но ты зови меня. Я буду твоим до конца. Я уже и не помню какого жить без любви к тебе. И не хочу вспоминать». Расправить плечи. Поднять голову. Улыбнуться так, будто ничего не произошло. Всё нормально. Этого и следовало ожидать. — Пока, ангел. — Прощай, Кроули. Этого тоже следовало ожидать. Конечно. Это же Азирафаэль. Он больше никогда не позовёт, чтобы не сделать больно. — Я, всё же, говорю «до встречи», — ухмыльнутся. И выйти, зная, что это была последняя встреча.