Амеза

Том I «Во имя Первого Бога» Глава 1 «Птичья клетка»

Шёл изгнанник и творец по безграничной пропасти и встретил Он мёртвую землю, что вскоре стала Безымянным миром, воссозданным в руках своего новоприбывшего Бога, что звал себя Царём. И возрастил Он леса и горы, и наполнил он моря и земли. И породил Он людей и создал Он зверьё, раскидав их по разным частям летучих островов. И сказал Он людям, детям своим, что будет жить и охранять их, покуда не иссякнет людская вера и покуда не падёт Он, окропив кровавым дождём Безымянную землю. И скрылся Первый Бог под Безымянной землёй, сверкая чудесной короной при свете рождённой из глаза Его, предостровной звезды... *** Раннее утро… Крики на улице были такими громкими и острыми, что привлекали всё больше и больше народу. Люди и монстры – два основных класса, толпились около мясной лавки, переговаривались и покрикивали. Хотя, даже гомон толпы не мог перекрыть своими голосами неистовый плач мясника, что так яростно размахивал пухлыми руками и трясся, будто осиновый лист на тёплом, летнем ветру. - А скотина моя? Оно мне всю курятину перебило! Снова! – Большая, крупная, солёная слезинка облизала его округлую щёку, немного покалывая раскрасневшуюся кожу – На что мы теперь жить то будем!? - Сэр, успокойтесь пожа… - Молодой стражник, неловко пытался угомонить бедолагу, но мясник уже в который раз перебил его. -Я ещё, главное, выхожу на звук, - Его глаза жутко блеснули – Выхожу, а там… А там! – Даже сквозь глупую серую шапку видно было, как встали дыбом его клочковатые чёрные волосы – Зверина! Огромная! Чёрная! Стоит в темноте и смотрит на меня своими тремя серыми глазищами! - Сэр! -А я как выхватил нож! Кричу – «Ах ты ж дрянь пернатая!» - Перевозбуждённый мясник выхватил из гигантского кармана заляпанного серого фартука крупный нож и с силой ударил по воздуху – Я на неё, а она как врежется в стену, как завоет! – Тот снова взмахнул ножом – Царь-Бог помилуй, как же мерзко она выла…! - С-сэр! – С трудом увернувшись, охранник забавно вытаращил глаза и шумно вдохнул воздух – Перестаньте размахивать ножом… Ой! - А оно меня за руку – ТЯП! – Снова чуть не пройдясь острым лезвием по бледному лицу стражника, мясник резко закатил рукав, показывая окружающим окровавленные, грубые бинты – А потом, тушей своей жирной и чёрной разбило окно и исчезло в ночи! - А… А куда оно сбежало…? В какую сторону? – Отшатнувшись от разгорячённого, охранник чуть съёжился, словно в очередной раз готовясь уворачиваться – Это правда, что оно скрылось на Ядовитой улице? - Не знаю я! – Тот гулко всхлипнул – Оно будто в темноте растворилось! - А не могло ли оно скрыться в лесу? – Подойдя ближе, второй страж осторожно положил руку на плечо мясника – Насколько мне известно, несколько лет назад, нечто подобное происходило в соседнем городе. По словам горожан, в последний раз они видели это существо в лесу. – Убрав руку и деловито подтянув перчатку, тот угрюмо фыркнул – Может быть у него там… Хм… Гнездо? - Всё возможно, но наши отряды уже давно всё прочесали. – Первый охранник лишь нервно пожал плечами, продолжая держать дистанцию с тихо скулящим в свои пухлые ладони мясником – От этой штуки ничего. Разве что, разгромленные лавки и перья… Уже шестой раз за месяц… Словно по команде, все посмотрели на мясницкую лавку… Само по себе небольшое и старое здание в один этаж выглядело жутковато. Сквозь разбитую витрину было видно разгромленную мебель, следы борьбы и багровой крови. Несколько уже дурно пахнущих ошмётков курятины, бараньей шерсти и чьих-то сухожилий валялись на грязном полу, расстраивая глаз. Третий и самый старший страж, всё продолжающий задумчиво гудеть в свои пышные золотистые усы, осторожно провёл кривой рукой в тёмно-синей кожаной перчатке по глубоким следам когтей, оставленным ночным гостем на вырванной с петель, мятой, точно картонка двери. Но не это так сильно выделялось среди спокойной улицы… Как крупные, чёрные, как жжёная кость, перья, с толстыми стержнями и пушистыми, немного рваными опахалами… Некоторые чуть сверкали на раннем свету фиолетовато-зеленоватым отблеском. Другие, прятали свой маслянистый лоск под тёмной кислой кровью. Перья лежали на пыльной земле вместе с острыми, задорно блестящими оконными осколками. Висели зацепленные на острых гранях, торчащих кусочков стекла из золотистой рамы. Покоились в больших карманах особо наглых зрителей… Словно в некотором, плавном и насмешливом танце, они раскачивались на ветру, поддуваемые слабым, игривым ветерком. Покачивались, будто летучие корабли, в небе. - Нашёл что-нибудь? – Нервно сглотнув, второй страж подошёл к третьему – Думаешь, черно-бурый лешой? Они тоже пернатые… Или, полночная кукушка? Некоторые самки имеют по три и больше глаз… - Не-а. – Усатый устало кивнул и со скрипом разогнул затёкшую спину – Если бы это был лешой, при угрозе он бы обязательно воспламенился, а тут следов пожара нет. – Он почесал затылок и сложил руки на груди – И не кукушка. Они слишком трусливые, дабы так просто врываться в большие города. - Знаешь, в период размножения, они и не такое могут! – Вторгся в их разговор первый страж – Однажды, одна из полночных кукушек похитила моего дядю, утащила к себе в гнездо, и… - Не продолжай. – Второй скривился – Мне твой дядя и его «удивительные» злоключения уже в кошмарах снятся… Бр! - А мне то что сейчас делать!? – Встрял в их разговор мясник – Как и на что я буду жить!? - Сэр, мы делаем всё возможное, чтобы… - Третий охранник чуть наморщился, как его перебили. - А что это вы интересно, такое делаете? – Нахмурил брови молодой рыжеволосый парень из толпы – Опять в бар идёте? Вокруг города снуёт неизвестное животное, а всё что вы делаете, это убираетесь за ним! - Не лезьте не в своё дело! – Ответил ему третий охранник – Мы защищаем город как можем. - Хорошо защищаете! – Отозвалось существо с рогами-ветвями – Вот только такими темпами, защищать будет уже нечего. - Да! Почему вы просто не можете пойди в лес и отыскать зверя!? – Крикнул ещё кто-то – Или устроить засаду!? Молодой человек поспешил вылезти из толпы, почувствовав, что скоро тут станет громче чем на детском утреннике. Горожане кричали на охранников, предлагали свою кандидатуру на поиски неизвестного чудовища, а кто-то и вовсе полез в драку с одним из хранителей правопорядка. Мясник стоял у разбитого окна, вытирая слёзы серым платочком, в то время как его супруга и ребёнок пяти лет, пытались его успокоить. Постепенно отдаляясь от места разборок, молодой человек обдумывал происходящие в городке события. Несмотря на в большинстве случаев спокойный и миролюбивый образ жизни города Паучий-Глаз, изредка, но и тут случались интересные истории. Появление в городе неизвестного создания яркий тому пример! Хоть молодой человек и не особо беспокоился о том, что данное нечто решит навестить их со стариком Сшенли лавку. Ну… Если оно конечно, не предпочитает помимо мяса ещё и деревянные фигурки. Выйдя на длинный проспект пред гаванью, молодой человек прошёл мимо нескольких десятков путешественников. Те весело щебетали друг с другом о своих похождениях. Их было много – любителей изучать летучие острова Амезы. Были средь искателей и люди и монстры, хотя, у последних были проблемы в некоторых регионах. Но не здесь! Не во Фриции! Несколько длинноногих пушистых монстров переступили через человека, попутно разговаривая о погоде. По радио недавно передавали, что зима будет особо суровой! Где-то вдали хихикала стайка молодых девушек-следопытов, за которыми сердито наблюдал одноглазый черепах, то и дело поправляя широкополую шляпу. Несколько охранников ходили вдоль и поперёк, то и дело оглядываясь и иногда шушукаясь между собой. Разношёрстные швартовщики бегали по выстроенным вдаль и ввысь мостам, принимая и привязывая канаты с летучих кораблей. Огромные строения гудели и скрипели, выбрасывая из стальных труб газ, производимый аэро-кристаллами. Несколько военных шумно переговаривались о каких-то там очередных конфликтах между Амезской Империей и Каолезой… «Опять нелюди на какой-то там чужой остров позарились…» Стайка громко хохочущих и чирикающих что-то про духа с воющей мельницы детей, чуть не врезалась в молодого человека, но тот успел прижаться к стенке большого, каменного дома городской библиотеки. Стайка же, будто того и не заметила, и бросилась вперёд… Наверное, в школу бегут… По трапу на сушу спускались гости. Среди них были и моряки, и пассажиры и прочие-прочие. Все они ступали аккуратно, очевидно боясь провалиться в пропасть, над которой висели судна. А после схода с корабля, они как правило искали себе какой-нибудь отель, столовую, или магазинчик с безделушками и сувенирами. К одному из последних и направлялся наш персонаж. Магазинчик Господина Сшенли находился дальше всех – за самой чертой города. Небольшое двухэтажное здание стояло на отшибе, на поросшем душистой зелёной травкой холме, прямо на лесном пороге. А к нему вела толстая, извилистая, как змея, вымощенная пыльным камнем дорога через ворота и просторные поля. Сам магазинчик выглядел старым, потрёпанным, хрупким, но продолжал держаться, прямо как его пожилой хозяин. Мистер Сшенли вкладывал это место свою душу, точно так же, как делал это и со своими работами. Ах, как прекрасны были его фигурки! Каждая деревянная фигурка, созданная старым мастером, была по-своему прекрасна и необычна! Да, может снаружи лавка выглядела и не особо привлекательно, со своими пошарпанными, старыми, деревянными стенами, но внутри всё выглядело гораздо лучше! На многочисленных полочках стояли различные статуэтки людей, монстров, духов и животных. Над потолком были подвешены деревянные птицы, летучие звери и корабли. Многие деревянные постановки показывали моменты из истории, мифов или святой книги - басмута, а некоторые из фигурок даже были подвижны, как например бальсовая бабочка. Игрушка размером с ладонь взмахивала крыльями, благодаря простому механизму. Она крепилась за тросик к рельсам на потолке и планировала по всему магазинчику, с каждым взмахом то взлетая вверх, то опускаясь вниз. Внимательно проследив за деревянным насекомым, человек не смог сдержать глуповатую улыбку и пройдя за прилавок на кухню, поставил плетёную его же хозяином корзинку на стол. Не сбивая шага, персона подошла к длинному, чуть треснутому зеркалу, стоящему в углу помещения. Оттуда, на него поднял свой уставший, но всё такой же добрый взгляд человек с забавной улыбкой. Ещё немного постояв так, ничего не делая, отражение наконец пошевелилось. Сняло с серовато-бежевой рубашки местами пошарпанный деревянный бейдж, и не отрывая взгляда от самого себя, человек нащупал на крючке старый холщовый фартук, который тут же ловко нацепил на себя. Почесав покрытый еле-заметными странными пятнами затылок, персона вздохнула и прошлась крупной рукой с широким запястьем по средним, беспорядочно разбросанным, тёмно-каштановым волосам. Округлое бронзовое лицо с немного пухлыми щеками и прямым толстым носом было на сплошь усеяно веснушками! Шутливые, ярко-янтарные глаза игриво блеснули на льющим из не до конца закрытого шторой окошка золотистым светом и чуть прищурились. И вот, наконец налюбовавшись собой, человек проворно подцепил крупными, покрытыми совсем мелкими рубцами пальцами колючий бейджик и нацепил на фартук. Ещё немного покрутившись, он со вкусом поправил свой значок, с немного размазанным: Безфамилец Север Хозяин - Сшенли Юлий Мэри Джон Адрес – Восточные поля поблиз Паучьего-глаза, дом № 893 Север быстро переложил некоторые продукты по их законным местам, а из других шустро стал варганить завтрак. Стоило поторопиться, ибо он и так потерял достаточно времени. Скоро нужно было идти будить господина Сшенли, а он ещё ничего не приготовил! Старый мастер не любит ждать. Молодой человек разболтал разбитые в миске яйца, залил молоком и поставил на плиту, в то время как сам, выжал лимонный сок в кружку и нарезал несколько ломтиков рыхлого и чёрного хлеба. Затем достал омлет из сковородки, выложил всё на тарелочки, помыл посуду и направился наверх. На втором этаже находилась хозяйская комната. Несмотря на некоторую ворчливость и самонадеянность своего хозяина, Север, кажется в самом деле любил его… Хотя, как вообще возможно не любить этого полуживого старика? Тем более, после всего, что он для него сделал. Пройдя по скрипучей лестнице, Север окинул взглядом высокую пошарпанную дверь и хотел было оплести пальцами дверную ручку, как вдруг ему ощутимо так зарядили по лбу. Север отпрыгнул от неожиданно открывшейся двери с обиженным «Ой!», и непонимающе вытаращил глаза на не менее удивлённого хозяина. Хилого вида старик, ростом Северу чуть ниже груди, с болезненно высушенной, желтоватой кожей, посмотрел на него немного угрюмыми глазами, сквозь толстенные стёкла своих местами кривых очков. На угловатом, вечно немного нахмуренном лице небольшая растительность, с длинным, острым носом, и тонкими сухими губёшками. - Ты зачем под дверью стоял, дурень? –Угрюмо спросил тот – Мозги хоть не отшиб? - И вам доброе утро, господин! – Придурковато улыбнулся Север. - Утро добрым не бывает… - Протянул Сшенли. - А что так, хозяин? – Вмиг переменившись в лице, Безфамилец посмотрел на старого мастера немного наивным, непонимающим взглядом и дёрнул губами в кривоватой улыбочке. - Бари уже принёс мне газету, а вместе с ней и последнюю новость. – Взмахнув серым свёртком бумаги в некрепкой руке, господин Сшенли вручил её молодому человеку и медленно поплёлся вниз по лестнице, периодически прихрамывая и опираясь о деревянную, местами изогнутую трость. - Вы про инцидент в мясной лавке? – Север поспешил сравняться со стариком и проконтролировать его спуск. - Угу. – Тот устало кивнул - В этом месте новости разлетаются быстро. – Оказавшись на первом этаже, старый мастер благодарно кивнул Северу, когда тот отодвинул для него стул – Буквально! – Господин резко перевёл взгляд на своего слугу и иронично хмыкнул - Бари чуть в оконную раму не врезался, пока летел ко мне. – Старик со вздохом уселся на стул и поправил очки. - По-моему «ВАронья» почта слишком нервная. – Молодой человек сел напротив старика, разглядывая свёрток – Ты и газету развернуть не успеешь, как тебе уже половину перескажут… - Перед глазами Севера, будто в живую возник силуэт маленького, уродливого нелюдя, лишь громкими каркающими воплями похожего на кого-то из птиц - Да и посылку они запросто проворонить могут… Стоит только прошлый раз, господин. - Зато недорого! – Обречённо усмехнулся Сшенли в вытянутый, будто клюв дятла нос, попутно разрезая ножиком омлет – И быстро. - М-да… - Вздохнул Север, снова бросая взгляд на бумагу – Господин, я же могу…? - М? – Не сразу поняв, что от него хотят, старик поднял тёмные глаза с тарелки на Севера - Да-да, читай если хочешь. - Благодарю, хозяин. – Вежливо кивнул ему Север и перекинул немного неспокойный взгляд на бумагу. Под тихое чавканье хозяина, молодой человек открыл газету и шёпотом прочёл самый крупный и жирный заголовок газеты «Острокрылый вестник»: «НОЧНОЙ ГОСТЬ ПАУЧЬЕГО-ГЛАЗА» Неизвестный хищник уже как месяц терроризирует лавки с мясом и морепродуктами, пугая мирных жителей Паучьего-Глаза. Кто знал, что история с нахождением в Спящем лесу странных следов и перьев, обернётся такими жуткими последствиями? Казалось-бы никто, но мистер Севилье Андре Анна Коум, как всегда предсказал подобные события. Вот его комментарии насчёт сегодняшнего инцидента на Чернолапой улице, дома номер 107, мясной лавки мистера Костборга: «Я знал, что подобное произойдёт! Чем больше времени теряют стражи порядка, тем наглее становится этот зверь. Какое бы уважение я бы не испытывал к местной полиции, честно… Я надеялся, что нашим ребяткам хватит сил, дабы разобраться с чудовищем, пока я был в отъезде... Но видя горькие слёзы очередного разорённого трудяги, я просто не могу не взяться за это дело! Помяните моё слово, как известного охотника и укротителя – не пройдёт и месяца, как башка этой твари будет висеть у меня над камином!» Слова мистера Севилье внушают надежду! Будем надеяться на скорейшую поимку твари, с чем вы вполне можете помочь испуганному городу. Желающие содействовать поискам, могут зарегистрировать себя в рядах добровольцев, в охотничьем клубе «Паутина», на Прыгучем проспекте 12. Задумчиво почесав репу, Север пробежался глазами по остальным статьям, начиная очередным объявлением о похождениях в городе браконьеров и живодёров, продолжая спорами о компенсации пострадавшим от лап пернатой твари, и заканчивая грядущим юбилеем памятника Союза победы. Не найдя более ничего интересного, молодой человек отложил газету, так и не дочитав статью об очередных сплетнях про роман эльтрасской герцогини с господином Чёрным рыцарем. Север нахмурился. Раз уж такая персона как господин Севилье взялась за это дело, то дела у твари плохи. Не первый раз Север слышал о многочисленных похождениях этого охотника… Но справится ли он с ночным гостем? Честно, что-то подсказывало, что это закончится не самой хорошей нотой… - Господин. – Обратился Север к своему хозяину, разглядывая фотографию высокого прекрасного мужчины, сидящего в кресле в обнимку со звериной черепушкой какого-то трёхрогого чудища. - Да? – Выпив лимонный сок, тот вытер бумажной салфеточкой капли с тонких потресканных губ. - Как думаете, что за создание гуляет по ночам? – Увидев, что хозяин закончил трапезу, молодой человек забрал грязную посуду и понёс к раковине – Последние новости только о нём и говорят. - М… - Старик задумчиво почесал нос – Не имею понятия, хотя, смею предположить, что это кто-то из редких зверей… Надо бы посмотреть в энциклопедиях… Не слышал, как оно выглядит? - Чёрное, пернатое… - Север чуть поморщился – С тремя серыми глазами… Прячется во тьме… - Потом гляну... Не помню, чтобы я встречал нечто подобное во время своих странствований… - Господин Сшенли самозабвенно прикрыл глаза – Хотя… Был один случай. - Какой-такой случай? – Север заинтересованно приподнял бровь. - Ну-ка! – Мастер довольно ухмыльнулся – Однажды, мы и наша команда отправились на поиски чудо-устройства, способного разделять, отбирать и дарить жизнь… Ах, вспомнить бы название… Но! Как раз во время нашего похода по заброшенному дворцу посредь леса, мы наткнулись на некое чудовище с тремя огромными… Гигантскими глазами! Они были большие, налитые кровью от голода и ненависти… - Сшенли фыркнул –Конечно… Посиди на цепи лет двести… И вот, когда мне и двоим моим союзникам предстояло пройти через покои этой твари, я взял сок из сладкой мяты, и… - Приручили его? – Предположил Север, протирая посуду мягкой губкой. - Ага! – Господин посмеялся – Плеснул в глаза, и пока морда каталась по полу и выла, мы легко прошмыгнули мимо! - Жестоко. – Заметил Север, многозначительно вскинув брови и скривив губы. - Зато честно! – Сшенли лишь пожал ветхими плечами – До этого, он сожрал ногу моего спутника. - Тоже жестоко… - Ну… Чтож поделать? – Старик откинулся на спинку стула и нахально зевнул – Этот мир жесток и непредсказуем… Но красив. – Тот мягко улыбнулся и комично прищурил тёмные глазки – Очень красив! Особенно сверху… С высоты летучего судна… - Сладко вздохнув, Сшенли опёрся локтями о стол, чуть поправляя свой болотный халат с серо-розоватыми узорами – Скажи мне, Севушка… Ты знаешь, какого это? Быть там - наверху? Стоять у самого края и смотреть вниз… Даже великий Бурмундус сверху кажется таким маленьким и невзрачным! - Я не видел Бурмундус. – Рабочий немного грустно вздохнул, не отрывая взгляда от посуды – Ни сверху, ни снизу… - Зато, ты видел Крисстоль! – Сшенли ухмыльнулся – Сорок два года назад… Когда я забрал тебя с Северных земель… - Тот устало прикрыл глаза – Кажется, будто это было только вчера, и я всё отлично помню. - А я нет… - Совсем тихо и даже угрюмо уркнул Безфамилец. - Ты вообще почти ничего не помнишь, Север... – Старик вздохнул – Ни до, ни после того, как попал… Ну, туда... Странно, но слова хозяина немного задели. Чуть прикусив нижнюю губу, Безфамилец ненароком положил руку на свою шею, чуть намочив тугие бинты… Тугие, крепкие бинты… Это немного отрезвило и Север тихо сказал. - Кое-что помню… - Водя губкой по тарелке снизу-вверх и не оборачиваясь, Север продолжил – Помню, как вы, господин, запустили меня на корабль… Я тогда испугался и чуть не свалился с трапа в пропасть. - Во! – Старик улыбнулся – А дальше? - А дальше - ветер в лицо, запах дыма и скрип досок... – Молодой человек дёрнул плечом – А потом, дом… Всё. - Всё? – Сшенли разочарованно водил пальцем по деревянным узорам на столе. - Ну… Потом, я помню, как вы учили меня, но… Думаю, это будет слишком долгий пересказ. - Прфр! - Сшенли чуть ссутулился – Ты бы хоть пофантазировал бы… Немножечко совсем... Я же знаю, какой ты у меня выдумщик! – Тот хотел снова что-то сказать, как вдруг резко вытаращил глаза и издал странный хрипящий - Кх… Ой…! Мерзкий, громкий, жутковатый скрип заставил обоих подпрыгнуть. Господин Сшенли выглядел так, будто вообще выпал в какой-то другой мир и пусто смотрел в стену, пока заметно взволнованный Север, пытался удержать выскользнувшую из мозолистых рук тарелку. Та упала в раковину, с противным громким звуком и резко повернувшись, молодой человек подошёл ближе, смеряя старого мастера недоверчивым взглядом. - Хозяин? – Север чуть нахмурил толстые брови и тихо добавил – Девятый раз за неделю… - Вообще-то десятый… - Господин Сшенли осторожно положил руки себе на грудь. - Десятый???- Север возмущённо вдохнул воздух в лёгкие, диковато сверкая золотистыми глазкми. - Ну… Скрипнул протез! С кем не бывает…? – Угрюмо пропыхтел Сшенли, продолжая водить руками по груди, словно норовя нащупать что-то – Мы меняли кровезаменитель два года назад! Не мог же он так быстро скиснуть? - А если он бракованный??? – Редко, когда Севера можно сбыло увидеть таким сердитым, особенно на своего же хозяина – Не примите мои слова за грубость, хозяин, но я считаю, что вам просто необходимо осмотреться... – Молодой человек вмиг переменился в лице, в одно мгновение сменив гнев на грусть – Вы снова шутите со своим здоровьем! - Север, Царь-Бога ради! – Почти умоляюще прошамкал старик. - Хозяин, позвольте мне осмотреть ваш протез… - Снова строго сказал Север и настойчиво протянул немного мокрую руку к воротнику зелёного халата. - Не-ет, подожди, парень! – Старик недовольно скуксился и отмахнулся - Быть такого не может! – Скрестив тонкие, как сухие ветки полуживой ивы, руки на скрытой за халатом груди, мастер упёрся ногой в ножку стола и со скрипом отодвинулся вместе со стулом – Я всю жизнь покупал кровезаменитель у проверенных людей! - Сэр… - Север прижал руку к своей груди, крепко сжав пальцы – Но скрипы… - Ты не веришь моим людям, Север? – Мастер сердито сжал губы, точно обиженный ребёнок. - Нет-нет! Верю! – Безфамилец диковато нахохлился, нервно улыбаясь – И им верю, и вам верю, господин… - Вот и хорошо… - На какой-то миг, в комнате повисла тишины, когда старик задумчиво произнёс – М… Доверие – это очень хорошо… Не будь бы в мире доверия, не было бы и самого мира. – Тот расслабил своё сухое, как серый, местами желтоватый песок лицо и еле-заметно улыбнулся – А что насчёт скрипов, - Тот с охом встал с места, сам того не замечая, отмахиваясь от подошедшего помочь Севера – Издержки возраста механизма… - Он повернулся к молодому человеку и таинственно подмигнул, сутуля хрупкие плечи – И я сейчас не про протез говорю… Ф! Ой… Север хотел было возразить, недовольно уперев руки в плотные бока и недоверчиво закусить пухлую нижнюю губу… Но осознав, что с упёртым хозяином лучше зря не ругаться, решил просто держаться к тому поближе… Хотя, куда ещё…? Ну а пока господин Сшенли думал, на какой бок лучше натянуть свою болотную бархатную шапочку, Север вышел из кухни и направился к витрине. Раздвинув тяжёлые красные шторы, Безфамилец по кошачьи зажмурился, чувствуя поцелуи утреннего, яркого солнца на своём веснушчатом лице. Вдали, сверкали на том же солнечном свету высокие стены города, что расползался по летучему острову, подобно одному огромному, толстому пауку, чьи жадные лапы загребали под себя поросшие вокруг леса и луга. Начался вполне себе обычный рабочий день. Люди и монстры заглядывали в магазинчик старого Сшенли, поражаясь его мастерству и таланту в работе с деревом. Север показывал клиентам различные игрушки, давал советы какой лучше подарить на день рождения, а какой взять в качестве сувенира. Он же потом и заворачивал статуэтки в серую бумагу, не забыв обвернуть свёрток красивой красной ленточкой. Сам же хозяин лавки в это время сидел за прилавком, громко рассказывая о своих захватывающих приключениях, или просто нахваливая на право и на лево свои работы. Несколько посетителей с замиранием сердца слушали его рассказы о том, как старик оседлал пушечное ядро, дабы ворваться в город неприятеля, при этом, будучи вооружённым лишь одной кривой кочергой. Как он этого самого неприятеля победил, обыграв их главаря в карты на всю его одежду, переодевшись в которую и пристукнув бедолагу кочергой, Сшенли от его лица приказал «своим» людям сдаваться. Или как ещё совсем юный и борзый, мастер посватался к Каолезской княжне, Октавии рыбьеголовой, с которой мог бы прожить счастливую, полную мерзкого рыбного запаха и червей на завтрак, обед и ужин жизнь, если бы не гигантская стрекоза, что не вовремя ворвалась на тайную церемонию и съела Сшенли… В прочем, когда эта же стрекоза улетела в соседнюю страну и уснула, Сшенли удалось разрезать её с помощью своего острого юмора… Ну, и серебряного ножика для масла, конечно же… Было ещё очень много историй, которые господин Сшенли хранил в своём немолодом сердце и рассказывал всем, кто решил навестить хилую деревянную лавочку. Некоторые его рассказы были смешными. Другие – грустными. Какие-то, совсем обычные и простые, а какие-то, вызывали у гостей шок и восхищение… Ну, или тихий смех, как в случае с историей о том, как Сшенли сварил суп из тени, на который, старик лишь добродушно улыбался и повторял – «Это Амеза, друг мой… Здесь возможно всё…». Но, была у него и любимая история, которую, он рассказывал буквально каждые два часа… Север это сказание знал получше, чем молитву, и в какой-то степени, даже был его участником… - Помню… - Говорил господин, медленно взмахнув рукой и оскалив хрупкие зубки в кривой, но нежной улыбке – Пятьдесят лет назад, уже тогда, когда война была на самом пике, я и ещё семеро моих друзей были заточены с неприятелем под завалами! Я тогда нёс флаг и мысль о том, что знамя нового мира, что теперь зовётся знаменем Фриции, покоится со мной где-то в развалинах былого здания мэрии приводила в ужас! И хоть друзья мои почти сдались и готовились к гибели от лап проклятых эльтрассцев, я продолжал искать выход из полуразрушенных катакомб… - С каждым новым словом, темп мастера всё ускорялся и ускорялся, а в глазах горел непокорный огонёк - И вот! Я увидел свет вдали! Друзья кричали, чтобы я остановился, но я не желал и слушать их! Флаг… В моих руках был флаг! Я должен был держать его выше флага противника! Ах, как же я был зол и безумен в тот момент… Любовь и жажда справедливости твердили моей с детства буйной и упрямой душе – «Давай! Вперёд!» Стоя неподалёку и заворачивая фигурку небольшого, остроносого кораблика, Север по привычке наморщился, зная продолжение этой истории. Тихо шурша приятно пахнущей, шершавой бумагой, крупные и покрытые мозолями руки ловко спрятали судно в серую обёртку. - И вот! – Как-то слишком громко гаркнул Сшенли, ненароком напугав маленькую девочку-монстра с тремя рыжими хвостами – Стоило мне приблизиться к источнику света, как я почувствовал острейшую боль в районе живота и груди… Вражеское копьё пронзило моё тело, разрывая органы, плоть…! Ах…! Как же это было больно, Царь-Боже…! - Кхе-кхем… - Неловко откашлялась пожилая женщина, закрывая уши своему внуку. - Впрочем… - Громогласный и сильный голос резко потух и нервно съёжился – Я не умер, как видите… А всё потому, что вовремя подоспели мои товарищи и отбившись от караулившего выход врага, доставили меня до ближайшего медицинского пункта… - Многозначительно хмыкнув, Сшенли поправил бархатную шапочку – И хоть я до сих пор корю себя за свою безумность, я всё ещё горжусь тем, что даже будучи на грани, не выронил флаг из своих ослабевших рук… - И как же вы выжили, сэр? – Поинтересовался один из гостей – С копьём то в брюхе… - Видите ли… На тот момент, когда происходило восстание, начали активно применяться всякого рода технологии, работающие за счёт кровезаменителя… Протезы, что хоть на немного, но задерживали тебя на этой стороне Купола… - Оскалившись в довольной ухмылке, мистер Сшенли чуть оттянул ворот своего халата и постучал слабой рукой по железной груди – На тот момент, это была новейшая технология… Впрочем, сейчас она уже давно зовётся устаревшей… Именно по этой причине, я вынужден был обзавестись своим личным работником, что мог бы позаботиться обо мне при необходимости. Вот он! Стоит и заворачивает фигурку в порванную ей же бумагу… Можете смотреть, но не трогайте! Он смущается. – Со смехом, старый мастер кивнул в сторону встревоженно улыбнувшегося Севера, нервно и быстро раздирающего порванную острым носом кораблика бумагу, и заменяя её на новую. Не то чтобы Север любил, когда кто-то обращал на него внимание… Впрочем, кто он такой, чтобы перечить хозяину? - Со временем, технологии шагнули далеко вперёд, и я правда пытался заменить свой давным-давно устаревший и не самый безопасный протез, но из-за риска умереть во время операции, я отказался от этой идеи. К тому моменту, когда война закончилась, и Фриция с Эльтрассом поделились на два равных государства, я находился в северной пустыне, где и взял себе в помощники самого тихого мальчонку. И знаете? – Он снова фыркнул – Уже сорок два года прошло, и мы оба живы здоровы! Ха-ха! Кстати насчёт здоровья… Была у меня тут ещё одна поучительная история… И хоть Север знал все эти истории наизусть, но продолжал внимательно вслушиваться в лукавый скрипучий голос, словно в первый раз. Особенно, когда монолог заходил о его происхождении. Каждый раз, он замирал, крепко сжимая в местами покрытых рубцами пальцах обёртку, в надежде услышать что-то новое. Но каждый раз, разочарованно опускал глаза, когда Сшенли вновь и вновь говорил уже заевшееся – «Самого тихого мальчонку»… Сам Север мало чего помнил о своём детстве. А точнее - вообще ничего! Казалось, что в какой-то момент, его жизнь обрезали острыми ножницами, навсегда забрав у него один из кусочков. Молодой человек не помнил ни своих родителей, ни свой дом, ничего… Только Северную пустыню, тёплый приют, жуткую мигрень и рванный кусочек грязной, серой, будто мышиная шерсть, ткани… «Чаёвничать с прошлым – всё равно что выгнать на мороз настоящее…» - Так говорил хозяин. Каждый раз, когда молодой человек заводил эту тему, старик устало вздыхал и хлопал Севера по плечу, расстраивающее слабой хваткой… Да, а всё же хороший он человек… Самоуверенный, хвастливый, но хороший. *** Вечерело… Небо расплывалось в розовых, жёлтых, оранжевых пятнах, когда Север провожал последнего гостя до двери, вежливо попрощавшись с которым, закрыл тяжёлую дверь, с шумным копошением ковыряя замок. Перевернув табличку на «Зарыто» молодой человек испустил расслабленный вздох, почёсывая шею, в районе тугих бинтов. Сшенли продолжал кудахтать сам с собой у прилавка, пересчитывая честно заработанные эрисы и ревни. С приходом новых кораблей в гавань, приросло и количество гостей. Несмотря на преграду, в виде расположения лавки в не города, этот день был по настоящему продуктивным и даже весёлым… Ну, не считая того случая, как какие-то дети случайно сломали бальсовую бабочку, что так особо нравилась Безфамильцу… Благо, Сшенли сказал, что скоро починит её. - Сегодня был отличный день! Ух… – С трудом нагибаясь, господин на удивление ловко отковырял кривыми пальцами-спичками несколько досок, пряча в тайник все полученные за этот день богатства – За один день, сорок ревней и двадцать… Кхе-кхе… Три… Ой… - Сэр? – Оторвавшись от вмиг зашторенных занавесок, Север бросил на Сшенли диковатый взгляд, когда его брови недоверчиво и обеспокоенно нахмурились. - Ох… - Крепко сжимая в немного дрожащих руках кривую трость, старый мастер подозрительно сухо откашлялся, предпринимая дёрганную попытку подняться – Хэй… Всё хорошо не волну… Кхе-кхе…! Когда Сшенли попытался встать, что-то громко лязгнуло и хозяин опасно покачнулся. Если бы не вовремя подлетевший Север, мастер бы рухнул на пол. Всё что смог сделать старик, это бесновато вытаращить тёмные глаза и судорожно втянуть воздух в искусственные лёгкие. Трость выпала из его сухощавых рук, громко ударившись об пол, заставляя и без того до скрипа зубов встревоженного и напуганного Севера резко подпрыгнуть. - С-сэр??? Вы в порядке??? – Крепко держа хозяина за плечи, крепостной нервозно дёрнул губами, с ужасом оглядывая периодически подрагивающего Сшенли – Скажите что-нибудь! - Г-гх….! – Был ему болезненный ответ, перед тем, как господин зашёлся в хриплом, дребезжащем, как битое стекло, кашле. Мир дрогнул, и вот, ловко усадив господина Сшенли в скрипучее кресло, Безфамилец проворно распахивает шёлковый болотный халат, шустро разглядывая представленную ему картину: Скрытый за многочисленными железными щитками и кожаными, чёрными мешками, стальной эндоскелет жутко гудел и скрипел, с каждым малейшим движением своего несчастливого обладателя, жалобно лязгая и порыкивая. Несколько прозрачных трубок с ярко аквамариновой жидкостью неудобно свисали по бокам уродливой конструкции. В них медленно и лениво перетекал кровезаменитель, редко пузырясь и бурлыча. Даже сквозь защитные пластины было слышно, как дрожали разболтанные болты, как отчаянно скулили шестерёнки и постукивали молоточки искусственного сердца. Казалось, будто бы внутри стариковского брюха происходила самая настоящая война, наполняя некогда тихую и спокойную комнату своими плаксивыми, полными мерзкого скрипа и боя металлических деталей возгласами. Не говоря и слова, Безфамилец распахнул железные затворки, проскальзывая тревожным взглядом по искусственным, опасно сжавшимся лёгким, по сотням мелким деталям, напичканных маленькими голубыми лампочками, что сейчас так яростно мигали, сбивая внимание… По сердцу, представляющему собой сгусток из нескольких серых кожаных мешочков, крепко сшитых тугими, красными нитями... Подобно сотням игл, мешочки пронзали прочие детали, алюминиевые трубки, пластины, скреплённые многочисленными, истерично дрожащими болтами. Десятки эластичных, наполненных вязким кровезаменителем труб, будто змеи обвивали каркас, прятались в деталях, разветвлялись на множества других, меньших трубочек, проходящих через сердце, скрепляющих живое тело с мёртвым… Медленно, но верно, волосы Севера начали вставать дыбом, будто шерсть у дикого, напуганного зверька, когда он разглядел многочисленные аквамариновые пятна на деталях и коже… Когда понял, что кровезаменитель просачивается через щели протеза, капая на кресло и оставляя вонючие пятна. Мерзкий запах кислятины ударил в веснушчатый нос и Север с трудом сдержал желание громогласно чихнуть… - Ох, Царь-Боже…! – Просипел Север, цепляясь взглядом за образовавшуюся в протезе лужу кровезаменителя и резко подорвавшись с места, бросился в сторону кладовки. С грохотом ворвавшись в последнюю, предварительно чуть не споткнувшись и не влетев в стену, Безфамилец проворно сгрёб в широкие руки ящик с инструментами. Не взирая на падающие по пути оттуда гвозди и мелкие инструменты для резки по дереву, Север уже мчался обратно, с грохотом бросая несчастный ящик рядом с креслом. Не смедляя широкого шага, молодой человек ворвался и на кухню, с яростью сдирая с крючка серое вафельное полотенце, и доставая из комода перчатки для духовки. Уже с этим набором, Север торопливо вернулся обратно. - Всё будет хорошо, хозяин… Всё будет хорошо…! Время истекало. Откопав среди инструментов нужный гаечный ключ дрожащими, вооружёнными глупыми, розовыми в цветочек перчатками руками, Безфамилец встал на колени и вновь заглянул в искусственное брюхо. Кажется, всё стало только хуже! Кровезаменитель бессовестно капал с труб, облизывая стальные кости, прячась в щелях и скапливаясь внизу. Сшенли же продолжал слабо дёргаться и болезненно стонать, сжимая ветхие руки в маленькие кулачки. Север знал наизусть все последующие действия, хоть и не чувствовал себя по настоящему готовым… Впрочем, никому это и не было важно… Ему просто нужно делать своё дело. Это смысл его жизни. Вот, Север просовывает руки в дребезжащее чрево и начинает быстро закручивать гайки в зонах скрепления труб с прочими деталями, попутно жмурясь от кислого запаха и слабой боли. Несколько капель аквамариновой жидкости таки попали ему на руки, лениво растекаясь по бронзовой коже, оставляя на ней уродливые, красноватые пятна. Да и Сшенли, в состоянии паники и бреда неистово кашлял и кряхтел, дёргано взмахивая руками у рабочего прямо под носом… Ну, и пару раз по этому самому носу стукнув, конечно же… С трубами разобрались… Теперь, надо скорее найти причину их расшатанности. Попутно успокаивая господина мягким, дрожащим голосом и вытирая тряпкой вонючие пятна, Север начал ощупывать подозрительно горячие аквамариновые трубы, в поисках засоров… Когда наткнулся на совсем маленькую трубочку, с затвердевшим кровезаменителем – эдакую белую, чуть прозрачную «паутинку», преградившую путь ещё относительно свежей жидкости. Её и ещё несколько других найденных в прочих трубках еле заметных преград и начал осторожно ломать Север, крепко сдавливая трубки уже оголёнными пальцами. Какие-то паутинки щёлкались легко. Другие – требовали времени и большей силы. Но с помощью Северского острого глаза, все они были перемяты и уничтожены, под сиплые вздохи старика. - Господин, позвольте… - Убедившись в том, что все болты надёжно прикручены, паутинки раздроблены, а пятна вытерты, Безфамилец осторожно стянул со своего хозяина халат, и аккуратно повесив Его на спинку кресла, встал сбоку – Мне нужно осмотреть панель. Мягко наклонив всё ещё хрипло шипящего что-то несуразное старика, Безфамилец осмотрел его немного скрытую прицепленным золотистыми кольцами к кривым ключицам, чёрным кожаным обрубком спину, выглядящую как толстый, сегментированный стальной стержень, с торчащими, немного погнутыми, некогда острыми позвонками, с маленькими, аквамариновыми лампочками. Там же, прямо в районе пластмассовых лопаток, на крупных толстых болтах и крепких, подранных ремнях, была прикреплена и сама панель. Представляла она из Себя угловатую, немного мятую золотистую коробёшку, с облезлыми серыми углами. Помимо нескольких особо толстых труб, там были и несколько замызганных кнопок, с почти стёртыми надписями, нервно мигающие лампочки, парочка опущенных переключателей и большой, тяжёлый рычаг сбоку… Именно к нему и потянулся Север, попутно щёлкая несколькими переключателями. - Хозяин, кровезаменитель слишком г-горячий. Он буквально может свариться… Мне нужно перезапустить циркуляцию. – Зная, на какой риск он идёт, уже знатно вспотевший Безфамилец тяжело сглотнул, взволнованно дёрнув кадыком – Задержите дыхание… - Одной рукой крепко схватившись за рычаг, а другой, проворно вцепившись в хрупкое, желтовато-бледное как у поганки плечо, молодой человек отчаянно зажмурился, не желая смотреть на происходящее – Три… Два… «Один!» - Ударило в голову резко опустившего рычаг Севера, когда болезненный хрип господина резко прервался, а все аквамариновые лампочки разом потухли… В тот миг, когда работа аппарата резко остановилась, Север не мог не почувствовать болезненный укол в груди. Кровезаменитель ещё продолжал движение, так что, у Безфамильца была одна минута на перенастройку панели. Благо, не считая судорожно дрожащих пальцев, с трудом попадающим по кнопкам и яростный гул и стук собственного, живого сердца в ушах, Северу не составило труда сделать это. А стоило Ему только вновь поднять рычаг, как аквамариновые лампочки вновь восторженно мигнули, механизмы мирно загудели, а сам их владелец резко вздрогнул, рвано вдыхая воздух во вновь хорошо работающие лёгкие и последний раз откашливаясь… - Фух… Царь-Боже, с-спасибо… - У Севера будто камень с плеч упал, когда он с лязгом захлопнул стальные щитки и с тяжёлым вздохом грохнулся на колени, около кресла, буквально обливаясь потом. - Крх… Кхе-кхе..! Твою ж… - Поморщившись, глухо дышащий старик угрюмо промычал, медленно, словно боясь вновь сломаться, откидываясь на спинку пропахшего кислятиной кресла - Север… - Я-я здесь… Хозяин… - Раздалось откуда-то с полу, когда полуживой Север высунул одну обожжённую руку через подлокотник и крепко, но нежно сжал подвластную тремору стариковскую ладонь – Я здесь… И я вызываю медиков… *** Уж у кого-кого, а у Севера было что сказать… Жалко, что только возможности не было… Ну… И права, конечно же… Кхм… И смелости тоже… Сидя на ступеньках, под хозяйской дверью, будто огромный, тёмный и очень встревоженный кот, Север жмурил ярко-янтарные, почти жёлтые глаза, массируя всё ещё до крови расчёсанными пальцами виски и хмурил пышные брови. Сейчас, когда сварливая госпожа лекарь – она же достопочтенная миссис Мида и главный независимый врач в округе, заперлась вместе со стариком Сшенли, всё что оставалось делать бедолаге Северу, это угрюмо бегать взглядом по узору на деревянных ступеньках и гадать, что сейчас делают с его несчастным, пожилым хозяином… Сквозь хилую стенку человек слышал, как усталый прокуренный голос сетует на всё и вся - что надо было раньше к доктору обращаться, аксилен (Он же заменитель крови) покачественнее брать, и вообще, записываться надо было! А то, теперь, в ночную смену работать… Так бы Север и вслушивался этот сухой и басистый голос, как вдруг, неожиданно… - Ай! – С приличной силой получив по затылку, Безфамилец обиженно зашипел и отскочив от резко распахнувшейся двери, смерил высокую темнокудрую женщину, с длинным и толстым, торчащим из густой шевелюры носом неспокойным, даже немного раздражённым взглядом. - Чего под дверью сидишь??? – С ходу гаркнула мадам, уперев руки в боки – Лучше бы делом занялся. - А… Я? - Не сразу поняв её претензию, Безфамилец глупо похлопал тёмными ресницами. - А здесь есть кто-то ещё, у кого хозяин в полуживом состоянии??? – Спросила лекарь, возмущённо фыркнув – Безфамильцы! Тупоголовые идиоты. - Ох… - Север даже оторопел, от такого наезда – Извините… - Прощаю! – Бросила ему женщина, закрывая за собой дверь шустро спускаясь вниз, громко цокая острыми каблучками – Почему так поздно обратились? Были первые симптомы? Головокружение, скрипы, мигрени, затруднения с дыханием??? - Да, были. – Встряхнувшись и неловко поёжившись, Север поспешно пошлёпал следом – Господин часто кашлял и скрипел, но идти на медосмотр напрочь отказывался… Я правда пытался уговорить его, но у меня ничего не вышло. - Плохо. – Ответом ему было лишь недовольное фырканье, когда по крысиному поведя носом, будто желая учуять что-то, миссис Мида армейской походкой прошла на кухню, продолжая принюхиваться – Нужно было идти. Ты в курсе, что при высоких температурах, аксилен можешь свариться вместе со своим носителем? М??? Этот день мог стать для мистера Юлия Сшенли последним. - Да, госпожа Мида, мне о том известно… - А о том, что панель надо периодически проверять, тебе известно? Чистый аксилен легко нагревается и быстро портится, что уж говорить о подделках! – Продолжая ворчать, лекарь с подозрением осмотрела все столешницы, в которых тут же, без зазрения совести начала рыться – Это тебе не дорогущий лжелавовый аксилен! - Ох, госпожа лекарь… - Заметив странные действия женщины, брови Севера медленно поползли вверх, но миссис Мида этого, кажется, даже не услышала. - Впрочем, лишь один человек живёт на лжелаве… Грязный злодей и поганец! Ургх… - Как ни в чём не бывало сгребая всякого рода банки и коробочки в кучу, доктор начала по очереди открывать их, не забывая засовывать внутрь нос, дабы ТОЧНО найти то, что нужно – Ты знал, что выродка Вартабаса видели поблиз границы??? Теперь знаешь… Хотя, что тебе! Безфамильцу… Тьфу! - Хэй, п-подождите-ка! – В тот момент, когда женщина успела перенюхать содержимое всех банок и потянулась к мешкам с запасами, Север наконец нашёл в себе силы преградить ей дорогу – Что это вы, позвольте спросить, такое делаете, госпожа доктор? – Насуплено прищурившись, молодой человек скрестил руки на груди и чуть наклонил голову вбок. - Ты меня ещё о чём то спрашиваешь??? – Она, кажется, даже обиделась – Твой хозяин не научил тебя, как правильно разговаривать с теми, кто выше тебя по статусу, а? – Она нахально гаркнула и попыталась пройти, но недоверчиво настроенный Безфамилец вновь преград ей путь. - Нет никого, кто милее моего хозяина. Он научил меня всему, что только нужно Безфамильцу вроде меня, госпожа Мида. – Вежливо ответил Север, продолжая хмуриться – Например, он научил меня не шариться по чужим кухням. – Обычно милый и вечно приветливый Север повидал за этот вечер достаточно, чтобы почерстветь и набраться смелости. И хоть доктор была права в том, что у неё больше прав и возможностей, встревоженный состоянием своего хозяина, Север честно сдерживал желание выгнать единственного доступного врача на улицу. Эта дамочка не внушает и капли доверия! Вдруг она навредит старому мастеру? - Молодой человек… - Даже сквозь скрывающую глаза лакричную шевелюру, Безфамилец почувствовал на Себе убийственный взгляд целителя – Ваш хозяин нуждается в обработке химических ожогов! А нет ничего лучше, что может справиться с этим, как отвар клеорозы. - К… Клео… Ох, святой Купол… - Безфамилец расстроенно скривился – У нас её нет. - КАК это нет!? – Острый нос вздёрнулся, а лекарша недовольно свистнула – Быть не может! Не бывает такого, чтобы у кого-то не было, несчастной клеорозы! – Подойдя к дрогнувшему Северу на опасно близкое состояние, она словно хотела выколоть ему глаз своим носищем, когда так криво и близко наклонилась к нему – Это всё равно, что жить без руки! - Ох… Прямо без руки…? – Попятившись назад, чуть не запнувшийся об один из мешков, Безфамилец нервно улыбнулся, словно желая скрасить далеко не радужную ситуацию – Но если так, то почему вы сами не взяли с собой отвар, господа лекарь? – Волей-неволей, но точно так резко появившаяся, взволнованная улыбочка Севера, вмиг скривилась в раздражённый, почти звериный оскал – Вы здесь доктор, а не я, мэм… - А по твоему, я должна тратить на всех пациентов собственную настойку??? – С возмущением хлопнув ладонью по груди, женщина сердито фыркнула – У меня нет доступа к больничным ресурсам, ибо работаю я сама на себя! А вот почему ТЫ, как крепостной прошпигованного аксиленовыми трубками инвалида, не додумался набрать в лесу хотя бы парочку бутонов, я и понятия не имею! - За всё то время, кое я служу моему достопочтенному мастеру, я ни разу не допускал подобного! Сегодняшний случай был первым. – Поджав губы, молодой человек даже немного нахохлился – И последним… - Да. Если он с тобой вообще выживет. – Отрезала Мида, ловким, явно привычным движением выуживая из нагрудного кармана пачку с наидешевейшими сигаретами – Аксиленовый ожог, это тебе не плюнуть и растереть. У самого вон! Руки пятнистые, точно у леопардового мотылька… - Безжалостно сдавив свёрток зубами, дама стала шлёпать по бокам, в поисках зажигалки – Тупого, толстого… - Прощу прощения… - Решив, что спорить с медиком бесполезно, Север лишь обречённо вздохнул и заговорил более спокойным и вежливым голосом – Но разве нельзя чем-то заменить этот отвар? Например, холодной водой? Или лёд приложить? - Не-а! Не поможет… Нужна именно клеороза. - Ну-с, хорошо… И где нам найти её, госпожа лекарь? Магазины закрыты… Неужели придётся идти в лес? - Какой ты догадливый… - Так и не найдя зажигалку, лекарь обречённо вздохнула, когда вдруг, заприметила около печи небольшую огненную саламандру, которая тут же была ловко схвачена и поднята за хвост – Буду надеяться, тебе хватит мозгов не заблудиться там и не угодить в охотничий капкан… – Сказала Мида, напрочь позабыв о технике безопасности и поднесла ящерку к своему лицу. Крепче сжав в желтоватых зубах побагровевшую от помады сигарету, женщина пощекотала зверюшке круглое пузико, от чего та тихо захихикала и фыркнула на конец свёртка золотистыми искорками. - Вы ведь не собираетесь курить при хозяине…? - Безфамилец наблюдает за тем, как лекарь опускает рептилию обратно на печку, и та, шустро исчезает, перебирая маленькими, раскалёнными и будто бы расплавленными лапками по тёмному чугуну. - Я не настолько сумасшедшая. Просто жду, когда на мистера Сшенли подействует препарат и я смогу разобрать некоторые детали. Мне некуда торопиться…. - Разве в это время можно оставлять его одного??? – Север обеспокоенно поднял взгляд по лестнице, будто бы желая самому подняться к хозяйской комнате – И безопасен ли препарат??? У него не будет на него аллергии??? – Его глаза почти вспыхивают – А если запах сигарет от вас, госпожа, плохо повлияют на него??? Вы знаете, что курить в здании не безопасно??? А если… - МНЕ некуда торопиться…. – Прервала отчаянный поток вопросов миссис Мида, показательно втягивая в и без того изнутри покрытые грязью и сажей лёгкие крепкую порцию яда – А вот тебе, Безфамилец… - Она выдыхает мерзкий увесистый дым в веснушчатое лицо – Надо бы позаботиться о клеорозе, раз тебе не хватило мозгов сделать это раньше. - Брхр! Кхе-кхе… Понял… - Откашлявшись, Север беспомощно размахивает руками у носа и отходит подальше – Я позабочусь об этом… Только прошу, не дышите так на моего господина… - Слава тебе Царь-Боже. – Она свысока наблюдает за тем, как продолжающий морщиться от табачной вони, Безфамилец торопливо вооружается плетёной им же корзинкой и старым, тусклым фонарём, со спящими на его дне толстыми, каолезскими светлячками – Знаешь хоть, как цветок выглядит то? - Как роза, но чёрная, со стреловидными листьями и с подвижными жгутиками в бутоне… - Скомкано отвечает Безфамилец, шустро бредя к выходу – Любят тёмные и сырые места… Заметны только ночью. - Молодец. Ставлю пятёрку. – В её словах нет и капли поощрения, когда она с рычащим кашлем провожает работягу к выходу – Время ещё есть, но всё равно поторопись. А теперь, исчезни… - П-подождите! – Уже выходя из дверей, Север резко оборачивается, просовывая ногу в дверную щель и не позволяя нахальной врачевательнице окончательно избавиться он него. - Ну что ещё? - Мой милый хозяин… Он точно будет в порядке…? – Игнорируя нарастающую боль в крепко прижатой дверью стопе, Безфамилец бросил на даму по щенячьи грустный, встревоженный взгляд – Прошу, пообещайте что позаботитесь о нём в моё отсутствие, госпожа лекарь... - Это моя работа, Безфамилец. – Пуская дым сквозь толстые губы, она смотрит на него мгновение через щель и нетерпеливо закрывает дверь, стоит только Северу убрать ногу. - Ух-ух… Это успокаивает... – Отойдя и подняв нечитаемый взгляд на хозяйское, плотно зашторенное окно, рабочий дёргается с места и исчезает в густом, смешанном лесу… *** Подобно одному огромному, мирно дремлющему зверю, лес издаёт тихие звуки, полные грустного завывания прохладного ветра в кронах высоких деревьев. Или периодических скрипов веток, шелеста листьев, трелей сверчков… Где-то вдали слышно музыку со стороны гавани… Наверное, празднуют прибытие впервые выпущенного в полёт молодого судна… Впрочем, с каждым новым шагом вглубь леса, празднество становилось всё тише и тише… И всё же, Мистер Сшенли был прав… Этот невероятно честный и милый старик всегда прав! И когда сегодня утром, он назвал Безфамильца выдумщиком, он не солгал. Северу и впрямь нравилось думать о приключениях. Не то чтобы с детства скромный и наивный крепостной разбрасывался своими мыслями на право и налево… Господину Сшенли этого не было нужно, чтобы читать настроение и раздумья своего подмастерье как открытую книгу… Толстую, мягкую книгу, с немного подранными уголками и до смешного скомканным и глупым содержанием, так и говорящим – «Я Безфамилец, но тоже хочу приключений… Наверное…». Сшенли об этом конечно же знал, а каждая его новая невероятная история только усиливала этот интерес! Даже чтение, что являлось для Безфамильцев ничем иным, как удивительным чудом, было сплошь основано на каких-то приключенческих историях. Как сейчас, Безфамилец помнит, как он подолгу сидел на полу, около хозяйского кресла, а старый мастер диктовал ему правила амезского языка... Помнит, как Сшенли нередко приплетал в эти уроки странные сказки, вроде: Ехала повозка с мясом по угрюмой улице, как вдруг споткнулась она о кочку и дрогнула. А из дырявого мешка, выпал на пыльную землю жирный кусок. Не заметил этого хозяин и повёл повозку дальше, оставив сочное мясо греться на раскалённой, пыльной дороге, источая сладкий запах... Бежала собака. Учуяла она кусок и с восторгом виляя лохматым хвостом, кинулась к угощению... А там, над куском уже ворон кружит, ударяясь о небо могучими крыльями. Стали собака и ворон ругаться и биться. Со злым рокотом кинулись друг на друга два зверя, разбрасываясь мятыми перьями, да клочками грязной шерсти. Истошно кричали их глотки, озлобленно встали холки их дыбом. И дрожала земля и плакало небо, когда собака с вороном, каждый на своём языке пытались поделить вкусный кусок мяса. - Моя добыча! Моя! - Рычит и скалит зубы собака, бешено лая и скуля от обиды - Всю жизнь свою я охраняла стада, защищала табуны да отары! Честно выполняла я свой долг, порой не видя и куска сухого хлебца! Так уступи же мне за труд мою награду! А ворон её рёв да вой не понимает. Всё рвёт и мечет, желая выцарапать ей глаза своими острыми, блестящими когтями. - Сгинь, несчастная! - В ответ собаке ворон клюнул её в мягкий нос - Самим Царь-Богом право мне дано брать всё, что только захочу, ибо я священный зверь! Я несу святое слово! Я веду народ к пути величия! Я посланник удачи и Божьей воли! Но не понимает та сердитого карканья да шипения. Всё с новой силой рвёт огромными клыками вражью тушу, вдавливает птицу в землю. И Вот дрались они так день... Второй... Третий... Ругались и сорились ворон с собакой. Рычали и Чирикали. И дрались они так до тех пор, пока не стали понимать друг друга.... Вот только к тому времени, кусок мяса уже давно сгнил и покрылся блеклой, мерзкой плесенью. Так, и был придуман амезский язык. Рычащий и каркающий. Острый и грубый, как чья-то великая ссора... - КААААААААААР! - Ой! – Резко дёрнувшись, Север опасно покачнулся, когда фонарь с грохотом упал на землю, потух и скатился вниз по склону. Будто бы вырвавшись из странной сказки, толстый, гордый ворон восседал на ветке ближайшей сосны, прожигая Безфамильца нахальным взглядом и насмешливо крича что-то подозрительное похожее на – «Каррррр! Дур-р-р-рак! ДУР-Р-Р-Р-РАК!» Взметнувшись ввысь, птица с хохотом скрылась в горах, оставив испуганно застывшего на месте Севера одного, в полной темноте… - Ах… Да что ж такое то… - Угрюмо простонав, цепляясь за ветки и низко сутулясь, молодой человек на ощупь стал спускаться вниз, высматривая янтарными глазами несчастный фонарик. С каждым шагом казалось, точно склон становится всё круче и круче, а фонарь лежал в пыли, зацепившись покрытой скотчем ручкой за какую-то ветку. Вот, Безфамилец осторожно подбирается ближе и протягивает к фонарю руку, как снова… Громкий птичий вопль рассекает уши, с грохотом проносясь меж многолетними стволами… Но что-то с ним не так… Не слишком ли это подозрительный крик? Что-то словно отличало его от обычного карканья. Что-то яростное, болезненное… Человечное… В этот раз, Северу удалось удержать фонарь вместе со своей, воистину широкой душой на месте, и даже когда дикий вопль повторился, Безфамилец только сел на землю, глядя вдаль… И вниз… Туда, где с крутого склона видно было, как бесшумно стояла на грязи и пепле заброшенная деревня. Серая, угрюмая… Мёртвая… Точно останки былого времени, смешанные с золой и изгарью. Когда-то, из этой деревни возрос Паучий-Глаз, но сама она так и не сохранилась, после произошедшей здесь катастрофы…. И сейчас, когда повторный, скрипящий и болезненный стон вдали с раскатом прокатился по деревне, Безфамильца как лопатой по затылку стукнуло… - Проклятье воющей м-мельницы… - Скривившись от пробежавшего по спине холодка, Север издал тихий, писклявый звук и было пополз вверх по склону обратно, как вдруг, остановился… Должно быть, среди развалин должны найтись побеги клеорозы… Даже трусливому Северу ясна их необходимость! И даже несмотря на быстро нарастающее чувство тревоги, молодой человек знал, что должен идти туда… Во имя хозяина… - Э-хэээй… Вы там в порядке, малыши…? – Покрутив в руках фонарь, Север внимательно впился ослеплённым ночной тьмой взглядом в несколько жирных светлячков, грудой скопившихся в самом уголке своего домика – Мне правда не хочется вас беспокоить, но мы должны помочь хозяину… - Открыв стеклянную заслонку и осторожно просунув палец в лампу, Север виновато улыбнулся, когда необычайно большой светлячок лениво заполз на него, обиженно жужжа – Обещаю, Я больше вас не уроню. Тихо застрекотав, светлячок задорно пискнул и перебравшись на стенку, неторопливо засветился ярким, зелёным светом. Точно по сигналу, остальные последовали его примеру. И вот! Север уже осторожно обходит склон, спускаясь к деревне с тихо жужжащим фонарём, тихо подбадривая самого себя под нос… Это ведь просто развалины… Разве здесь может быть что-то страшное…? Мёртвое поселение встретило его безразличием и холодом. Тени будто извивались, сторонясь от света, завывал в чудом не обвалившихся крышах ветер… И вой… С каждым новым шагом вглубь деревни, он будто усиливался, пробирая до костей и топорща волосы дыбом. Но даже спустя приличное время ходьбы по бездыханной земле, Безфамилец так и не обнаружил не одного чёрного цветочка со стреловидными листиками… Когда вой повторился, Безфамилец застыл, пробегаясь по большой дороге, ведущей в сторону полу высохшей речки, за которой, будто в агонии скривилась она – воющая мельница… Честно, единственное, что пришло в голову Безфамильцу в тот момент, это мысль о побеге… Но что это ему даст? Очередное разочарование в собственном «Я»? Мерзкий стыд и самобичевание из-за своей же трусости? Да, он Безфамилец и ему положено быть самым слабым… Но разве это позволяет ему так просто бросать своего Господина в беде? Однозначно нет. И сейчас, с решимостью и каплей ужаса во взгляде, молодой человек идёт широким шагом вдаль, по дороге, к отрезанной от деревни лесом, рекой и пыльным путём мельнице, нервно кусая губы... Гнилые доски некогда прекрасного моста ворчали под тяжёлой стопой, опасно прогибаясь. Шелестела высокая трава, путая сапоги, словно желая остановить безумца от неминуемой судьбы… А он, дурак, шёл дальше, с открытым ртом взирая на высокое, искривлённое, будто от страшной боли строение, чья острая верхушка лениво и угрожающе покачивалась из стороны в сторону, оглушительно скрипя. Огромное и тощее, будто бы ободранная крыса, здание угрюмо смотрело на гостя страдальческим взглядом из нескольких маленьких, круглых окошек. Старые, порванные и местами даже лысые крылья лениво покачивались туда-сюда, издавая мерзкое лязганье и щёлканье. Мельница скрипела, словно проходясь бритвой по венам, выла как раненный зверь, плакала и скулила, вызывая дикий, острый как комок игл в горле, страх у мимо проходящих путешественников. И сейчас, с её стороны слышался страдальческий стон вперемешку с нарастающим гулом, заставивший пару сотен мурашек дружно промаршировать по спине молодого человека. Не раз Север слышал от молодёжи про обитающего на мельнице призрака мельничьего сына... Мол, ночью, подравшись по пьяни с собственным сыном, мельник ненароком убил его, а чтобы никто из народу о том не прознал, спрятал его тело в ларе с мукой. Утром, горюющий отец похоронил тело в лесу, а после поспешил домой, чтобы избавиться от проклятого ларя с окровавленной мукой К его величайшему ужасу, пока его не было, двое других мельничьих сыновей уже собрали все лари с мешками и повезли на производство, где кровавая мука смешалась с чистой и из неё изготовили хлеб. Отведавшие свежей выпечки, немногочисленные жители стоящей неподалёку от мельницы деревни, стали видеть во снах младшего мельника и массово гибнуть мучительной смертью. Со временем, мельница перестала исправно работать, а последние жители деревни сожгли свои дома и бежали, боясь оставаться в умирающем населённом пункте. Убивец-мельник пропал, дети его разошлись своими путями… И лишь болезненный крик его младшего сына, остался гулять по окрестностям безвольным эхом. А каждый любитель приключений, рискнувший забраться в скулящую мельницу, грозится умереть страшной гибелью, если заслышав вблизи себя рыдание, не успеет вовремя крикнуть – «Злого хлеба я не ел!», и не уйдёт, рассыпаясь молитвами… И вот, Север медленно подходит ближе, кусая себя за язык, лишь бы не ляпнуть фразу из глупой байки. Это всего лишь мельница, Север! Гнилые доски, кривые лопасти, старые трубы и механизмы... Хотя, Безфамилец не удивится, если последние уже давным-давно разобрали и продали подороже… Покружив вокруг мельницы, молодой человек закусил губу. Чертополоха да сорняков хоть ухом жуй, а вот клеорозы не густо… Хотя, днём на этом месте довольно светло, что мало понравится тенелюбивой клеорозе. Но ни под кустами, ни под корнями деревьев, не было ни единого розаподобного цветочка, со светящимися жгутиками... И единственное что мог сделать Север — это обречённо вздохнуть и потопать прямиком к мельнице… Внутрь… Вблизи, та выглядела ещё угрюмее и огромнее. Север Царь-Богом был готов поклясться, что отчётливо увидел, как крошатся наполовину трухлявые доски! Повеяло холодом. Молодой человек до смерти не желал входить внутрь, но обстоятельства буквально втолкнули его в оголодавшую тьму… Но увы, они не рассчитали, что с жалким, мнимо воинственным писком, влетевший в помещение, Север пройдёт немного по сырым доскам, запнётся о какую-то балку и с испуганным взвизгом, по инерции впорхнёт в подвал... А там, наш дурачок неудачно попытается удержать равновесие, после чего грациозно бухнется на живот… Ну, хотя бы обещание сдержал, и смог сдержать зелёный фонарик в высоко поднятых над землёй руках… Зашипев, Север приподнялся и положил руку на помятое чело, как вдруг резко замер, уставившись на жирный чёрный бутон, как баран на новые ворота… Словно насмехаясь над неуклюжим гостем, цветок склонил головку влево, расправив парочку стреловидных листиков в разные стороны, словно желая ласково обнять недотёпу. Три забавно вьющихся тычинки еле-заметно светились серебряным светом, а из жёсткого на ощупь серого стебля, подобно воротничку сидела стрельчатая чашечка. Сорвав клеорозу, Север аккуратно спрятал её в корзинку и огляделся. К его радости, весь подвал был усеян чёрными цветами… - Ну-с, хоть что-то в этой дыре радует… - Улыбнулся Безфамилец вставая, отряхиваясь от пыли, ставя фонарик на влажную землю и тут же принимаясь за сбор. Север густо наполнил корзину цветами, стараясь выбирать самые большие и свежие на вид растения. Желание как можно быстрее набрать трав и вернуться к любимому хозяину ослепило… Нет… Оглушило, молодого прислугу... И лишь тогда, когда трудолюбивые руки нащупали между горстью растений что-то большое и растрёпанное, запоздалый страх проехался ледяным катком по затылку… Широкое, обляпанное чем-то уже давным-давно засохшим, перо выпало из пальцев, пластично приземлившись наземь... Лишь сейчас молодой человек осознал, что мир вокруг словно… Затих? Мельница продолжала трещать и плакать, но те звуки что здание издавало до того, как Север вошёл в него, кардинально отличались от нынешних стонов, что с грохотом просочились сверху, сквозь чёрные доски. «Я здесь не один» Словно в подтверждение этому, с верхних этажей вновь раздалось чьё-то рыдание, уже ни капли не напоминавшее скрипы какой-то там мельницы... Казалось бы, беги скорей отсюда и не оглядывайся! Но что-то внутри яро подсказывало, что кто-то нуждается в помощи. Кто-то беспомощный и слабый, чья и так хлипкая жизнь держится буквально на волосинке… Нет… На пёрышке. Большом, растрёпанном, и заметно обгоревшим сбоку пёрышке, печально лежавшим в грязи… Снова подобрав которое, молодой человек задумался… Выбрался из подвала… И вот, опасливо поднимаясь по шатким, а где-то даже отсутствующим ступеням, Север старался издавать как можно меньше звуков, лишь бы не выдать себя. Завывание кажется становилось всё громче и громче, всё больше напоминая чей-то рычаще-скулящий плач. Несмотря на взволнованное жужжание жителей фонаря, Север продолжал идти на звук. Что-то словно тянуло его... Любопытство? Безрассудство? Всё сразу..? Бесшумно подкравшись к помятой двери, Безфамилец нахмурился, когда по ту сторону раздался жуткий звук… Будто ворон пытается пародировать собачье поскуливание… Или наоборот...? Достав из кармана плотную, серую салфетку и накрыв фонарь, Безфамилец медленно приник к двери… Что-то массивное и тяжёлое, тёрлось громадной тушей о полугнилое дерево, и будто бы било хвостом по стенам, на звериный манер. Гремели увесистые цепи, ползя вслед за жителем воющей мельницы, точно змеи, по грязному полу… Север напрягся и даже не сразу заметил, как скрытая тугими бинтами шея подозрительно загорелась тонкой, будто медленно расползающейся по загорелой, коже болью… - Что…? – Тихо, почти беззвучно, Север нервно дёрнул губами, прикасаясь к толстой шее слабо дрожащими пальцами – Снова…? Ой...! Немного поддавшись вперёд, Безфамилец не заметил, как дверь со скрипом сдвинулась, оставляя мелкую щель… Впрочем, Северу и этого хватило, дабы увидеть ловкое движение чего-то длинного и крупного во тьме, перед тем, как нечто резко затихло, не издав более и слабого всхлипа… Вглядываясь во тьму, Безфамилец чувствовал на себе прожигающий взгляд, но открыть шире дверь и найти его источник, сил ему так и не хватило… - З-з-з… - С ужасом распахивая глаза и крепче сжимая одной рукой тугие бинты грубой хваткой, Север медленно попятился назад – З-з-злого… Ик! – Второй рукой подхватив фонарь, Безфамилец даже не оборачиваясь и словно не боясь споткнуться, стал шустро спускаться по лестнице, всё громче и громче повторяя – Злого хлеба я не ел! Злого хлеба я не ел! ЗЛОГО ХЛЕБА Я НЕ ЕЛ!!! С несуразными ни то ворчаниями, ни то воплями, пару раз чуть не споткнувшийся Север бежал, шумно топая по жалобно скрипящим доскам. И даже когда Север покинул мельницу, мост, деревню… Даже когда он нёсся сломя голову сквозь густые лесные заросли, он всё яростно вопил – «ЕЛЬНОГО ЗЛА Я НЕ ХЛЕБАЛ! ЕЛЬНОГО ЗЛА Я НЕ ХЛЕБАЛ!!!» Зажатая под мышкой корзинка, полная чёрных цветов опасно потряхивала и скрипела, роняя по пути некоторые бутоны. Кто бы знал, может… Не наступил бы Север в ловушку, он бы так и растряс все цветы…? Наступив на прикрытую листьями сеть, Безфамилец с нелепым возгласом поднялся ввысь, крепко сжимая в руках снова потухнувший фонарь с корзинкой и нервно барахтаясь в крепких верёвках. Запутавшись будто бы бабочка в сачке, Безфамилец в страхе озирался и беспомощно качался из стороны в сторону, пытаясь выбраться. - Ух… Ох… Царь-Бог помилуй! – Неловко попытавшись сменить позу, Север с дрожащим вздохом попытался вытащить застрявшую ногу, жмурясь и обеспокоенно ёрзая. - Так-с… Что тут у нас? – Раздавшийся со стороны чащи нахальный голос заставил бедолагу снова испуганно взвизгнуть – Кабан? Гигантская кукушка? А может… - Высокая, статная и грациозная, фигура ловко вынырнула из кустов, сопровождаемая нескольколькими угрюмо ссутуленными по сравнению с ней товарищами – Ночной гость, покусившийся на мирный городишко!? Теперь, когда в нескольких руках сопровождающих охотников вспыхнули фонари, Север смог лучше может рассмотреть господина Севилье, осматривающего Его снизу вверх оценивающим взглядом… - Ну-с… - Тонкие длинные усишки насмешливо дёрнулись, а глаза прекрасного мужчины комично прищурились – Или это просто какой-то недотёпа, гуляющий в лесу по среди ночи-с, м…? – Его проворный язык деловито щёлкнул и зашипел, выдавая будто бы витиеватый и изворотливый эльтрасский диалект. - Ик…! – Безфамилец боязливо сжался, до скрипа прижимая к Себе корзинку с лампой. - Сэр, это уже ни в какие рамки… Уже какая ловушка, а всё в пустую! – Подойдя к Андре Севилье сбоку, тучного вида охотник сердито сверкнул карими глазами, будто бы мысленно ломая Северу кости – Может, нет никакого загадочного ночного гостя? - Чушь! – Севилье резко дёрнулся, театрально взмахивая и закутываясь в длинное, небесно-голубое пальто, с расписанными на дорогой ткани золотыми узорами и длинными, широкими рукавами – Зверь ходит где-то поблизости! Я собственными глазами видел, как другая-с группа охотников гналась за пернатой шкурой от той несчастной лавки! – По детски надув щёки, Севилье вальяжно прошёлся под висящим в сети Севером, деловито заложив руки за спину – Я знаю-с… Мы и впрямь потратили много ресурсов на это чудовище… Но разве это повод сдаваться? Ах, милые мои друзья, просто представьте, какой куш вы сорвёте, когда загоните этого-с зверя в угол! Чует сердце моё, это не абы какое чудовище… - Голосистый и звонкий голос мужчины охрип и понизился – А самое, что ни на есть, сокровище-с… Хи-хи! Он вновь жизнерадостно улыбнулся, поправляя полы своей широкой бархатной шляпы с тремя витиеватыми, голубыми пёрышками. - Сокровища, это хорошо… Но как мы это самое сокровище найдём? – Издав угрюмый рык, существо с двумя собачьими головами, одна перебивая другую с отвращением сморщилось – Мы ценим ваш позитив… Правда… - Одна из голов сердито ухмыльнулась – Но это начинает раздражать… - Ты-с сомневаешься в моих методах, нелюдь!? – Точно по переключателю, Севилье внезапно рассерженно оскалился и подлетел к испуганно взвизгнувшему монстру с яростью в глазах – Скажи-с мне это в лицо! - А… Босс… - Поджав раздвоенный хвост, охотник попятился назад, неловко тряся лапами, будто бы пытаясь успокоить неожиданно разозлившегося начальника – Я… Я не это имел в виду. - А что!? – Схватив того под грудки и притянув к Себе, Андре с силой потряс наглеца – Думаешь, можешь что-то тявкать мне, а!? Я сорок лет потратил на искусство охоты! А сколько мерзких тварей я посадил в клетки-с!? Сколько из них я перегрыз собственными зубами-с!? Ни одна зверина от меня ещё не уходила! Ни одна! Думаешь, ты, смеешь за что-то мне предъявлять, двуморда-с!? Ответом ему было лишь жалобное поскуливание. А стоило разгорячившемуся только отпустить своего помощника, как он быстро скрылся среди безразлично наблюдавших за картиной товарищей. Вот Севилье поворачивается к Северу, и сперва, Безфамильцу кажется, будто охотник начнёт кричать на него, но… - Хэй, молодой! – Вновь лучезарно улыбнувшись, господин Севилье мягко стрельнул ярко-голубыми глазками и подошёл ближе - Удобно Тебе там-с? Какое-то время, оторопевший Север неловко молчал, боясь сказать и слово. Быстрая перемена настроения охотника показалась ему жуткой и неправильной. - Да, сэр…? – Тяжело сглотнув, Север, нервно отвёл взгляд. - Ха-ха-ха! Что за глупость? Тебе правда удобно-с в сетях? – Громко расхохотавшись, Севилье шлёпнул Себя по щеке с угловатым шрамом – Что за идиот!? Царь-Бог помилуй! Ха-ха-ха! - Извините… - Север даже покраснел от стыда, тихо бухтя себе под нос, терпеливо ожидая, когда охотник прекратит безудержно смеяться. - «Извините»??? – Севилье восторженно ахнул – Друзья, вы слышали-с? Он ещё и извиняется! Хо-хо, что за нелепица!? – Под тихий, в какой-то степени даже сухой и угрюмый смех толпы, красный, как рак, охотник буквально задыхался и трясся – Царь-Боже! Как это комично-с!!! Ха-ха! - Хе-хе….? Да, это комично… - Тихо проворчал Север, смущённо утыкаясь носом в колено. - Фух…! Ха-ха-ха… Я, кажется, так целых полчаса не хохотал… Я должен отдать Тебе должное-с… М… Как Тебя там зовут? – Поправив упавшие на лицо роскошные, платиновые волосы по плечи, охотник хитро и важно упёр руки в стройные боки. - Север… Безфамилец Север… - Ах-хах! Безфамилец! – Сладко протянув, господин Севилье издевательски оскалил блестящие, точно жемчужины зубы и вскинул тонкие брови – Я как знал! Хе-хе! Вновь взмахнув подолами небесного пальто и положив одну жилистую руку на оголённую из-за глубокого декольте багряной рубашки грудь, охотник с важным видом стал кружить вокруг Севера, точно акула вокруг плота. - Ну-с… Безфамилец… Скажи-с мне, что ты делаешь в лесу в столь поздний час? – Хоть его голос и оставался всё таким же колючим и задорным, стало ясно что вопрос этот был как никогда серьёзен – Один ходишь? - Да, я один, с-сэр… - Север дёргано кивнул, глупо вертя головой и наблюдая за похождениями мужчины – Я п-просто шёл за клеорозой, для моего хозяина… - Вновь нервно сглотнув и встряхнувшись, Безфамилец силой заставил Себя хоть немного успокоиться – Ему нездоровится... - М… Как печально-с… - Накручивая на пальцы короткую козлиную бородку, Севилье обратил внимание на несколько упавших на землю чёрных бутонов – Тогда, не имею права тебя задерживать… - Шустро отдалившись широкой, важной походкой, Севилье звонко свистнул – Серый, обруби-с верёвку! Тучный и угрюмый на вид, Серый устало вздохнул и подойдя к высокому дереву, с размаху ударил весело сверкнувшей саблей по толстой верёвке, привязанной к угловатой ветке. Со скрипом ветка расслабленно шелестнула, вздрогнула, а верёвка, мгновенно взлетела вверх и… С обиженным возгласом бухнувшийся на землю, Север крепче обнял фонарь с корзиной, отчаянно выпутываясь из подлой ловушки. Посмеявшись, Андре достал небольшой кинжал и помог ему выбраться, то и дело показушно ловко подкидывая и играя с оружием. А когда Север оказался на свободе и стал шустро собирать рассыпанные в траве бутоны, тихо извиняясь и бурча, просто стоял рядом и с колючей ухмылкой наблюдал за этой картиной, будто бы нашёл в нервном и взволнованном Безфамильце отличного шута. Но вот, что-то привлекло его внимание… Нахмурившись, господин Андре подошёл ближе и наклонившись, поднял с земли что-то лёгкое, чёрное… Совсем чуть-чуть обожжённое. - Мх… Безфамилец. – Его голос похолодел, а ненароком подобранное Безфамильцем на мельнице перо было крепко сжато в охотничьих тонких, жилистых пальцах. - Да, сэр…? – Всё ещё стоя на коленях, Безфамилец поднял на прекрасного мужчину неуверенный взгляд и застыл. - Откуда-с это у тебя? И от чего следы огня-с? – Не отрывая взгляд от пера, Севилье осторожно мял его в руках, счищая грязь кончиками ногтей с мятого, местами облысевшего опахала – Ты встречал где-то в лесу ночного гостя-с? - Нет, сэр…! - Мягко встряхивая медленно загорающийся зелёным светом фонарик, Безфамилец встревоженно дёрнул плечами и ссутулился – Я просто нашёл его… - Где!? – Неожиданно повысив голос, охотник так же внезапно повернул голову в его сторону, широко распахивая голубые, точно озёрная гладь глаза. Безфамилец даже смутился… Хотя… Господин Севилье всего лишь хотел выполнить свою работу… Существо, живущее в воющей мельнице могло быть тем самым ночным гостем, что так сильно запугало город… Если бы Безфамилец рассказал господину охотнику о странных звуках, что слышал, там, зверя бы нашли, поймали, и… «Убили…» Странное покалывание под бинтами вернулось… Что-то или кто-то будто ворчал, хныкал и нашёптывал… Рычал прямо на ухо правильный ответ… Ответ, что вылетел из уст Безфамильца так быстро и не заметно, что рабочий даже не сразу заметил, как охотник грубо подхватил его и поднял с земли, гневно пряча и брызгая слюнями в лицо. - Что значит «Не скажу-с!?» - Глаза охотника точно пылали огнём от безудержной ненависти, заставляющей его голос дрожать от возмущения – Ты смеешь перечить мне, Безфамилец!? Да ты хоть знаешь, кому-с только что перешёл дорогу, грязь!? - Прошу прощения, сэр… - Максимально выгнув спину и откинувшись назад, дабы как можно сильнее отдалиться от побагровевшего лица, Север с пугающим для него самого спокойствием в голосе объяснил – Я Безфамилец и принадлежу исключительно своему милому хозяину. Ради него и за его приказ, я добровольно убью себя и буду счастлив исполнить свой долг… Но вы не мой хозяин, достопочтенный господин Севилье… И как закреплённый за единственным человеком Безфамилец, Я имею возможность отказать вам… - Крепче сжимая слабо дрожащими пальцами корзинку с фонарём, Север к собственному великому удивлению, даже мягко улыбнулся – Я не хочу разговаривать с вами, господин Севилье… Да и нет у меня на это времени тогда, когда мой хозяин так нуждается во мне… - Под конец, его голос Севера слабо дрогнул, но тот продолжал виновато улыбаться – Извините… - Т-ты… Ты…! – Издав убийственное шипение, охотник взвыл и грубо оттолкнув неловко ойкнувшего Безфамильца, быстрой походкой направился обратно в чащу – Хорошо-с! Твоя правда, Безфамилец! – На миг, он остановился и резко повернувшись, бросил на Севера последний, прожигающий взгляд – Но попомни мои слова… - И снова на тонких, сладких губах развернулась ужасно приторная ухмылка, и со скрытым ядом в голосе, охотник мягко хихикнул – Я всегда беру то, что хочу… И тебе, Безфамилец, следует подумать перед тем, как прятать что-то от меня… Уходим-с, друзья. Роскошное пальто взметнулась и покачивая голубыми перьями на шляпе, господин Севилье важной но шустрой походкой исчез в лесу, ведя за собой уставших, угрюмо ворчащих что-то грубое под нос товарищей… На охоту... В прочем, Север тоже не стал задерживаться на месте и почёсывая неприятно покалывающую область на шее, торопливо двинулся в сторону дома. *** В прямом смысле этого слова ворвавшись в собственный дом, Безфамилец с грацией хромой дворняги прошёл вверх по лестнице и остановился перед дверью хозяина. Морщась от едкого запаха, Север шустро постучался и не сразу, но вновь встретился нос к носу с чуть снова не ударившей работягу дверью Мидой - Принёс? Отлично! – Одетая в уродливый, напрочь пропитанный аксиленом фартук с криво пришитыми карманами, лекарь грубо схватила корзинку – М… Какая свежая… - Кажется, она даже улыбнулась, когда наконец соизволила высунуть свой царский носище из чёрных бутонов. Уже через несколько минут, оба ставили кастрюлю на огонь, а ещё через несколько минут, чёрные лепесточки клеорозы весело бурлили в кипящей, сладко пахнущей воде, вместе с ещё какими-то другими важными ингредиентами. - Вот. – Налив белёсую водянистую жидкость в небольшую миску, женщина крепко взялась за ручки кастрюли и охом потащила её с кухни – Протри свои ожоги. - Давайте я… - Нет, я сама. Хмыкнув и утащив отвар, своенравный лекарь, оставила неловко почёсывающего затылок Севера одного. Тот же, в свою очередь, угрюмо вздохнул и промочив марлю в отваре, приложил к ожогам… - Пш…! – Север вздрогнул, но не столько от боли, как скорее от неожиданности. Несмотря на то, что отвар буквально только что был снят с огня, он был невероятно холодным.. По крайне мере, такое ощущение было, будто бы Безфамилец нанёс на кожу какой-то крем от жучиных укусов, или приложил кубик льда. В ответ, ожоги пылко зашипели и запенились. Кажется, Север отчётливо видел в пене маленькие ошмётки обгоревшей от кровезаменителя кожи…. Фу… «Бедный хозяин… Как он там с этими ожогами…? Почему он просто не мог проглотить свою гордость и сходить на осмотр…?» - Безфамилец! - А? Слушаю??? – Чуть не опрокинув миску, Север с взволнованными глазами переместил взгляд на вновь пришедшего доктора – Да, госпожа Мида? Вы забыли что-то? - Тряпка ещё нужна… - Поведя носом, женщина шустро поцокала по кухне и сорвала с крючка небольшое полотенце – А тебе, Безфамилец, следует вызвать кого-нибудь из большой больницы… - Что-то произошло!? – Молодой человек даже чуть стул не опрокинул, резко слетев с места и подскочив к испуганно вздрогнувшей миссис Миде – Что с моим хозяином!? - Царь-Боже, помилуй! – Дав Безфамильцу тряпкой по морде, миссис Мида оскорблённо зашипела – Ещё чуть-чуть, и докторов надо будет вызывать мне! С мистером Сшенли всё нормально. - Нормально…? – Отпрыгнув и положив ладонь на щёку, Север обеспокоенно нахмурился – Н-но… Зачем докторов тогда…? - На контроль. – Её голос сухой и недовольный – Сейчас, за ним нужно много ухода. Будет лучше, если твой хозяин полежит в больнице. - Н-н-но… - Толстые брови медленно поползли вверх, и то и дело запинаясь, Север прижал дрожащие руки к широкой груди – Но я и с-сам.. Могу позаботиться о господине…! Я всегда был и б-буду с ним! Всегда! - И даже в гроб с ним ляжешь? Холодок пробежался по спине и Безфамилец застыл на месте, глядя на сердитую врачевательницу со смесью растерянности, ужаса и обиды. В прочем… Миссис Миде, кажется, было всё равно. - Ты не можешь вечно кружить вокруг него, как жирный шмель у жухлого цветочка. – Она с отвращением оскалила жёлтые зубы – Сегодняшний инцидент тому подтверждение… - Резко развернувшись, гордо хмыкнув и запрокинув полотенце на плечо, миссис Мида снова поднялась наверх, громко цокая каблуками. Север был ошарашен… Потом смущён… Потом зол… Зашипев и зажмурившись, Безфамилец крепко сжал руки в кулаки, пряча красное лицо в крупные запястья. Хотелось рвать и кричать, бить и ломать… Хотелось догнать наглую врачевательницу и высказать ей всё в остроносое лицо… Хотелось вырвать волосы… Но чьи? Её, или собственные…? Только сейчас Север смог найти в себе силы распахнуть мокрые глаза и обнаружить в своих мозолистых руках собственные, тёмно-каштановые пряди… - Х-хозяин… *** Высокие, белые, точно ледяные, шпили вытянутого здания возвышались посредь ледяной пустыни, с гордостью и непоколебимостью терпя яростные завывания морозного ветра. Крупные, сочные, снежные хлопья били в лицо, сдирая кожу, точно наждачкой. Даже неба не было видно, сквозь эту прохладную мглу. Лишь серая рябь перед глазами и пронзительный тёплый, точно манящий свет из вытянутых окон… Свет был размыт и непонятен. Казалось, будто он пульсировал, мигал, рябился… Но манил… Манил и подзывал к Себе, чарующим маяком средь промёрзшей земли. Туда, где тепло… Туда, где хорошо… Укутанный в серый, оборванный плащ, мальчонка не сразу понял, что уже давно сидит на звериной шкуре, пред камином. Весело танцуя и резвясь, пламя радостно сыплет искрами и точно смеётся, периодически щёлкая уже давно почерневшими дровами. В это же время, несколько хозяек приюта, носятся вокруг него, периодически кудахча и покрикивая друг на друга. - У него микоз, Хлоя! У этого бедного мальчика царский микоз! – Полоская в синем тазике тряпку с горячей водой, женщина-нелюдь нервно жмёт заячьи уши к голове, обеспокоенно дёргая носом – Неужели ты не видишь? Нам нужно немедля отправить кого-то за доктором Фегреном! У него должна быть вакцина. - В такой-то буран!? Да в нём ни то что ребёнок, взрослый мужчина в сугробе утонет! – Сердито рыча и таща за собой сменную одежду, вторая хозяйка с волчьей мордой грубо фыркает – Утром отправим. А пока, на карантин. - Карантин? Хлоя, ты с ума сошла? А если он за это время умрёт!? – Зайчиха даже ахнула. - А что, хочешь, чтобы мы тут все от микоза попередохли…? Эй, а вы чего не спите? Марш наверх! Несколько стоящих в проходе воспитанников с интересом наблюдали за новоприбывшим. Разодетые в серые ночнушки с вышитыми на груди номерами, дети малых возрастов жались к тем, что постарше и возбуждённо перешёптывались… Но мальчик не реагировал на них. Игнорируя любые просьбы хозяек снять одежду, поесть, или принять лекарство, он просто сидел… И молчал… Казалось, он и вовсе никого не слышал… Не говоря и слова, ребёнок сжался в маленький, дрожащий комочек, крепко обхватив колени и глубже прячась в серый плащ. А на мягкой, веснушчатой коже, в районе шеи, плеч и спины, медленно извиваясь, точно змеи, росли белые, уродливые грибы. Где-то, это были просто маленькие бугорочки. Где-то – полноценные тельца с широкополыми, полупрозрачными шляпками, изливающими слабый, фиолетовый свет, что будто переливался из одного конца шляпки в другую при каждом движении. Маленькие и полупрозрачные «зубчики» короновали каждую шляпку, под которой росли, извилистые и бледные ножки, скрывались призрачно белой и лёгкой вуалью, впиваясь чёрными концами в кожу, больше напоминающими щупальца медузы, ложноножками. Зловонная, чёрная и вязкая, жижа стекала вниз по округлой щеке, оставляя за собой мерзкий, липкий след, в то время, как несколько особо крупных грибов путались и вились в пушистых тёмных волосах, угрюмо сияя. В этой же чёрной дряни были запачканы и руки, и плечи, и даже шкура, на которой расположился тихий мальчишка. И хоть внешне, картина эта была столь неприятна и безумна, кажется, мальчик не придавал этому особого значения… Даже больше. Ему было всё равно. Он уже неделю как не чувствует боли. Грибы вьются по одеждой, мягко щекочут, ласкают больную кожу, но и этого мальчик уже давно не чувствует. Соседство его всё виляет и корчится… Особенно во тьме. Сейчас, когда ребёнок медленно, будто очнувшись ото сна, осторожно протягивает руку с несколькими маленькими соседями к огню, он с непристрастным лицом наблюдает, как те в ужасе замирают. Чувствуя свет и тепло, микоз сжимается, тускнеет и морщится… Но стоит ребёнку только вновь спрятать руки в тени своего плаща, как грибы шустро расцветают, радостно вьются и мерцают, изливаясь чёрной жижей. Наблюдая за данной картиной, мальчик и не замечает, как к нему подходит главная, третья хозяйка. - Как тебя зовут? – Голос пожилой, человеческой дамы суров и холоден, точно метель – Откуда ты пришёл и с кем? Мальчик молчит… Вновь обняв колени и устремив пустой взгляд на огонь, он лишь сдавленно вздохнул. - Как давно ты заболел микозом? – Присев, дама вытянула толстую шею, внимательно осматривая ребёнка – Помнишь хоть что-то? Мальчик молчит… Хотя, судя по всё такому же пустому и жуткому взгляду, что он медленно поднял на третью хозяйку, было видно, что он обдумывает ответ… И осторожно вытаскивает чёрную ручку из под плаща, показывая два пальца. - Два дня? Нет… Мальчик покачал головой… - Две недели? Теперь, тот спрятал руку обратно в плащ и угрюмо кивнул. - Ясно… А добрался ты то как сюда? Помнишь? Тот качает головой. - А как ты заразился помнишь ? Тот снова покачал головой. - Ага… - Старшая хозяйка деловито хмыкнула, и её взгляд пробежался по серому плащу – А кто привёл Тебя сюда? Я не верю, что ты мог в одиночку дойти сюда за помощью. Тот даже качать головой не стал… Лишь молча прищурил золотые глаза, медленно моргая, точно не в себе… В принципе, так и было на самом деле… А что насчёт плаща… Он был слишком большой для этого ребёнка. Старый и рваный, со следами огня и многочисленными заплатками. Видно было, что его владелец прошёл огонь и воду… И где же он теперь…? - Это принадлежало твоему родителю…? Другу?– Её жилистая рука, облачённая в резиновую перчатку требовательно тянется к вещице – Чей это плащ? - Гм…! – Глаза мальчика неожиданно распахиваются и тот резко отстраняется, крепче вжимаясь в серую ткань. - Дитя… - Медленно вставая с места, третья хозяйка смеряет его серьёзным взглядом – Отдай это мне. - Н-н… - Мальчик испуганно заборогозил что-то невнятное, будто бы забыл, как говорить – Н-нет…! Не… Нет..! – Поднявшись и неловко пятясь назад, хромая на правую ножку, ребёнок ненароком спотыкается и чуть не падает на пол, если бы хозяйка вовремя не схватила того за плечо, крепко сжимая и выдавливая из грибов чёрную дрянь. - Дитя… Ты на грани… - Её слова острые и холодные, точно лезвие – Вот-вот, микоз окончательно изуродует твои воспоминания и убьёт… Позволь нам помочь тебе… - Её руки стали требовательно снимать с мальчика плащ – А что насчёт этой половой тряпки… - О… Ох… н-н-нет-нет-нет….! Нет-т..! Кхе-кхе…! – С ужасом в дрожащем, хриплом, ослабшем голосе, мальчик пытается удержать ткань в хилых, скользких ручках – П-пусти…! Пусти! - Теперь… - Её хватка только сильнее и грубее. - Нет! - Ты воспитанник приюта Северной пустыни, номер тринадцатый… - Уперевшись второй рукой в хрупкое плечо, хозяйка с силой вырывает плащ и держит высоко над полом, гордо выпрямившись – Мы выдадим тебе новую одежду и вылечим… - НЕТ!!! – Задыхаясь от обиды и ужаса, мальчик безрезультатно пытается дотянуться до заветной ткани, отчаянно хрипя. - Марта… Это перебор… - Подойдя сзади в тех же перчатках и осторожно сжав плечи судорожно брыкающегося ребёнка, первая хозяйка обеспокоенно хмурится. - По твоему, будет лучше, если он продолжит насаться с этой отвратительной тряпкой? – Косо поглядывая на маслянистые, густые капли, падающие на пол с плаща, женщина хмыкнула - Кири, милая! Она насквозь пропитана микозным зловонием! – Третья угрюмо фыркает, какое-то время молча разглядывая образовавшуюся на полу лужу – К тому же, так будет лучше в первую очередь для него самого… Старая жизнь закончилась, тринадцатый. – Продолжая держать плащ на расстоянии, Марта неторопливо подходит к камину – Время начинать новую. - НЕТ! – Хрипя и кашляя, мальчик сверкает мокрыми, полными боли и ужаса золотыми глазами, ярко сияющими во тьме. Но вот, бесцветная тряпица уже с треском полыхает в огне, морщась и чернея. С невиданной страстью облизывают яркие языки пламени новый дар, восторженно искрясь и ворча. С силой рванув вперёд и вырвавшись из крепкой хватки Кири, мальчик с отчаянным воем, прерываемым громким кашлем, отплёвываясь от чёрной жидкости, тянет руки в огонь. Скуля, точно раненый щенок, он отчаянно хватается слабыми ручками за обгорелую ткань, сжимая зубы, точно пытаясь сдержать болезненный вопль. Исчезли хозяйки и дети. Гостиная будто бы стала расти ввысь, со скрипом растягивая стены, быстро исчез наверху потолок. Мир поблек и посерел, заплясали тени… И лишь ярко-золотой огонь продолжал танцевать и резвиться… Но вот, ребёнок испуганно хнычет и отскакивает от огня, со словно чудом не обгоревшими руками… Но что-то привлекло его внимание… И золотые слёзы побежали по веснушчатым щекам, смывая чёрные пятна и ярко сияя, будто на пару с огнём… Сейчас, когда былой старый плащ превратился в прах, мальчик точно увидел в огне нечто другое… Нечто огромное, яркое, золотое… Гигантская, будто бы собачья морда или череп медленно вылезла из огня, с трудом проталкивая широченные бараньи рога, со скрежетом царапая ими кирпичные каминные стены. Шкура его сверкала, точно состоя из того же огня, а в четырёх глубоких, бездонных отверстиях для глаз, с хлопком вспыхнули золотые огоньки… Нагнувшись и протолкнув вперёд вытянутую корону, зверь глухо зарычал, широко разинув огненную пасть и ступая пылающими лапами за пределы камина. Вот, вспыхнула шкура, жалобно зашипели чёрные пятна. Царский микоз испуганно сжался, морща коронованные шляпки и замирая… Лишь мальчик боязливо хлопая глазами, пятился назад. Протяжный рёв, и вот, существо резко подаётся вперёд. Искрится и взметается огонь на холке, точно вставшая дыбом звериная шерсть. Мальчик пытается сбежать, но спотыкается, падает и…. *** - Нгх…! – Резко распахнув глаза и с трудом выпутавшись из колючего одеяла, Север с грохотом поднялся на ноги и с грацией самого себя, бросился к ночнику. Щёлкнув переключателем, Безфамилец грубо повернул голову старой скрипучей лампы на пиро-кристалле так, чтобы она освещала помещение мансарды тусклым жёлтым светом, а сам подлетел к зеркалу и… Точно раскалённое золото, увесистые слёзы лениво сползали вниз по пухлым щекам, освещая полуслепые, испуганно вытаращенные глаза… - Опять…? – Издав угрюмый стон, Север поморщился и гулко всхлипнув, принялся вытирать золотую жидкость руками, угрюмо ворча – Сколько лет прошло? Почему оно вернулось? Нгрх… Да чтоб подо мной Купол провалился! И боль… Вязкая, тяжёлая боль в шее, с правой стороны… Сейчас, когда Безфамилец хоть немного прозрел и вытер быстро потускневшие, уже обычные человеческие слёзы, он может увидеть уже хорошо знакомое ему слабое свечение из под плотных, тугих бинтов… - Должно быть… Пш! – Осторожно оттянув бинты и прикоснувшись к золотистой зоне, молодой человек точно обжёгся – Я просто перенервничал. С кем не бывает, а…? Ну, чего ты смотришь на меня, дурак? Соберись! - Глядя в потухшие глаза собственному отражению, Безфамилец глухо вздохнул и прижался лбом к холодному стеклу – Пожалуйста… В ответ ему была тишина… Конечно! Было бы странно, если бы отражение неожиданно ответило ему, или бы просто нахмурилось и показало язык…. Хотя… - Ме… - Именно это Безфамилец и сделал, когда бросил на себя угрюмый взгляд и посмотрел на часы… Раннее утро… Пока хозяина нет, магазин не работает и соответственно, у Безфамильца меньше хлопот… Почему бы не навестить своего господина? Проворно влезая в одежду и на ходу барабая волосы руками, Безфамилец уже через несколько минут бредёт по пыльной дороге в сторону города, через поля. В руках мятая корзинка с сушёной огне-ягодой, небольшой бутыль лимонного сока и пакетик с сушёной мятой… В общем, любимый набор господина Сшенли. Пиная камушки и вглядываясь в быстро растущие перед глазами городские стены из серо-голубого кирпича, Север шустро приближался ко вторым воротам, прислушиваясь к характерному гомону ближайшего рынка, по ту сторону ворот. Вытянутая узорчатая арка встретила маленького человечка взглядом пары десятков вырезанных на белом камне глаз, с пышными ресницами. Несколько стоящих у ворот рыцарей угрюмо смерили Безфамильца скучающим взглядом и продолжили имитировать статуи, иногда лениво перешёптываясь между собой. А тем временем, несколько сотен, а то и тысяч торговых лавочек уже давно выстроились вряд, сверкая на ярком солнышке лаковыми шатрами, узорчатыми вывесками и выставленными на показ всевозможными товарами. Здесь, в ярком и насыщенном Паучьем-Глазе, издавна популярным среди торговцев городе не было задачи труднее, чем прорваться сквозь карауливших прямо у порога продавцов с блестящими глазками. И сейчас, когда Безфамилец бодрым шагом гулял около торговых лавочек, каждый второй торгаш так и норовил всунуть ему какую-нибудь диковинную зверюшку с не менее диковинными блохами, или уговорить приобрести очередной чудо-прибор, для выкручивания пальцев. Дамы бродили из стороны в сторону, держа в чуть обгорелых руках подносы с традиционными фрицийскими пирожками со шпинатом и брынзой, в то время, как молодые, босоногие детишки бегали неподалёку и показывали всем подряд фокусы, за несмешные деньги. Парочка музыкантов – трёхметровый, здоровенный скрипач с жуткой клыкастой мордой, и гитарист со смешной двухгрифовой гитарой и четырьмя руками, расположились у фонтана, с трудом перебивая своей музыкой и без того шумную улицу. - Земля полна загадок тайн, смотри куда идёшь! – Пел рукастый, с силой ударяя по тугим струнам и запрокидывая голову – Амезы край, великий край, назад путь не найдёшь! - Гремят колокола и вой сирен оглушит град… - Забавно сжимая малюсенькую скрипку и тоненький смычок в здоровенных руках, басом рычал скрипач - И в небе корабельный гул, кричит, ревёт парад! - Разрежут крылья небосвод, Царь-Бога грянет мягкий вздох! - Смотри отец, смотри родной, ведь прошло уж пять эпох… - И ветер мчит по парусам, и песнь свою поёт! - Амезский край, великий край так счастливо живё… ЩЁЛК…. - Танечка… - Резко остановившись, гитарист с отчаянной улыбкой смотрит на удивлённо вскинувшего пышные брови скрипача с переломанным смычком – Это уже пятый за месяц… - Прости… - Трёхметровая Танечка стыдливо спрятала клыкастую морду в густую шерстяную манишку – Я нервничаю… И точно подстроившись под песню, в небе раздался гордый рёв. С восторгом крича и запрокидывая голову, горожане, все в самых разных, чаще, цветастых и ярких одеждах радостно хлопали и указывали кто пальцем… Ну, а кто щупальцем или когтём в небо. А там, торжественно шипя и поскрипывая, летела дюжина небольших летучих кораблей, с острыми носами и декоративными флагами, изображающих точно цепляющихся за судно зверей. И точно по приказу гудящей толпы, Север тоже запрокинул голову вверх, глупо разинув рот, точно в первый раз, когда несколько вытянутых, грациозных теней кораблей бесшумно проскользили по земле… И тут же со вскриком подпрыгнул, когда уткнулся поясницей в какую-то преграду. - Осторожно! – Стоящий рядом с нагромождённым всякими жуткими, болезненно искривлёнными железяками столом, человек со смешно вставшими дыбом серыми, точно немного обгоревшими волосами взмахнул руками – А то… ШАРАХ! - Ох-ох… извините! – Север даже побледнел, когда снова вскрикнул и отпрыгнул на безопасное расстояние, когда одна из конструкций грозно загудела и защёлкала. - Отлично… М… КХЕ-КХЕ! ВНИМАНИЕ! – Дико ухмыльнувшись и оскалив кривые зубы, человек одним крысиным прыжком спрятался за загромождённым столом – Узрите, люди и нелюди! Новая магия! Новое искусство! Новая возможность! Вы, наверное уже слышали об этом? Нет? Тогда познакомьтесь с электричеством! Раздался протяжный скрип, и вот, конструкция ворчаще вздохнула и сотни лампочек с трепетом засияли, развлекая зрителей самыми разными цветами и гудением. А в самой большой и вытянутой прозрачной коробёшке, точно молнии в ночи, засияли серебристые паутинки света, точно в безумном танце. - Хватит по пусту тратить пиро кристаллы, эксплуатировать каолезских светлячков или, упаси Царь-Бог, разводить костры в холодные ночи! Используйте магию… Магию ЭЛЕКТРИЧЕСТВА! С интересом разглядывая представление, жители с трепетом и лёгким страхом во взгляде рассматривали искры и молнии, цеплялись взглядами за красные, жёлтые и голубые лампочки… Даже Север немного завис, вглядываясь в Царь знает для кого и зачем сделанный, истошно пищащий красный датчик «Вероятность взрыва» в целые 101 процент, и нервно сглотнув, поспешил удалиться… У него, между прочим, дело есть… Прочий путь сквозь последние ларьки, парочку оживлённых улиц и порт прошёл на удивление быстро… И вот, молодой человек уже у порога больницы. Пройдя сквозь недоверчивый взгляд охранника и узнав номер палаты господина, молодой человек шустро поднялся на третий этаж контрастно серого по сравнению с пышной улицей помещения. Коридор, ещё коридор, лестница, снова коридор, вытянутая синяя дверь, и… - А потом, я, сидя на железном мотыльке, доставил футляр с очками прямо к дирижаблю, и… Ох-ты… Севушка! – Оторвавшись от бурной беседы с очевидно спящим соседом по палате, Сшенли глупо заулыбался, ёрзая в кровати. - Мой господин! – Сам того не замечая, Безфамилец мягко заулыбался и крепче обняв корзинку, вмиг оказался рядом – Как вы себя чувствуете, дорогой хозяин? Вас здесь не обижают? – Безфамилец немного обеспокоенно прищурился. - Обижают? Ха-ха-ха! Я сам кого хочешь обижу! Но не буду… Мне, честно, лень. - Плечи старика затряслись от хриплого смеха – Благо, сейчас я чувствую себя хорошо, по сравнению с тем, что было раньше… Мне заменили пару деталей и заправили новый кровезаменитель… - Он нахмурился и причмокнул губами – Думаю… Мне стоит признать, что я пренебрёг своим здоровьем… Кхм… Снова… - Ох, хозяин… - Ответом ему была измученная, по всё ещё по Безфамильски покорная и нежная улыбка – Вы так напугали меня в тот вечер… Я так беспокоился и беспокоюсь сейчас… - Север… Присядь, не стой над душой, как каолезский гвардеец. – Высунув слабо дрожащую ручонку из под мягкого одеяла, господин Сшенли осторожно похлопал по трёхногой табуретке, стоящей у изголовья кровати – Полагаю… Без душевного разговора, ты меня в покое не оставишь. - Вы правы, хозяин… Всегда правы. – Будто верный пёс, ожидавший команды, Север робко опустился на табуретку, крепко сжав ноги и ссутулив спину. - И даже когда плюю на собственное здоровье? – Изогнув бровь, господин смерил Севера ехидным, испытывающим взглядом. Вместо ответа, Безфамилец лишь поджал губы и сильнее съежился. Веснушчатые щёки стыдливо покраснели, а пухлые пальцы нервно затеребили прутья корзинки. - Я ваш Безфамилец, хозяин. Ваше слово – закон для меня… - Подняв взгляд на Сшенли, Безфамилец угрюмо улыбнулся – Даже если вы ошибаетесь, я не смею перечить вам… У меня нет права голоса. Только обязанность – защищать и заботиться о вас, с которой, я не справился. – С каждым словом, Север всё сильнее и сильнее сжимал в руках корзинку, игнорируя её отчаянный треск. - Что значит «не справился»? – Чуть прищурившись, старый мастер наклонил голову вбок – Мальчик мой, ты буквально вытащил меня с той стороны Купола! Не будь бы ты тогда рядом, я бы умер в считанные минуты. - Но ведь я мог бы предотвратить всё это заранее! – Рвано вздохнув, Север нервно вскинул брови и тут же вновь нахмурился – Я так боялся выйти за рамки дозволенного, что просто молча наблюдал за тем, как вы приближаетесь к возможной гибели, господин! Я так боялся что не буду примерным и послушным Безфамильцем, что не заметил, как проигнорировал свою главную цель… - Поддавшись ближе, Север протянул руку, будто хотел прикоснуться к мистеру Сшенли, но тут же опомнился и резко одёрнул себя – Я должен был заботиться о вас… А что если бы я не успел? Или неправильно выполнил перезагрузку? – Будто бы от мысли о том, что могло произойди, тёмные волосы медленно стали вставать дыбом. - Хэй-хэй, потише, мальчик… - Резко прервав тираду Безфамильца, Сшенли мягко и громко вздохнул - Теперь, послушай меня. Испещрённые морщинами и рубцами, руки Сшенли крепко но нежно взяли крупную, мозолистую ладонь Севера, заставив того, слабо вздрогнуть. Хозяин смотрел на молодого человека спокойным, совсем немного грустным взглядом. - Я вижу и признаю твою преданность, Север… Ты всегда был рядом со мной, даже когда я вёл себя откровенно глупо… Всегда поддерживал меня в моих, нередко эгоистичных и диких стремлениях, даже если был не согласен со мной… - Хозяин… - Цыц! Всё потом… - Вздох – Ты заменил мне покинувшую меня семью, Сева. Ты стал моей главной опорой и верным другом… Поэтому, я должен извиниться перед тобой. По спине Безфамильца пробежал холодок, а глаза диковато расширились. Север открыл рот, будто желая что-то сказать, но очередная тирада о собственной некомпетентности застряла в горле, точно гигантская острая спица. - Я давно думаю об этом… - Отведя взгляд, Сшенли крепче сжал руку Севера – О том, каким же самовлюблённым идиотом я был всю свою жизнь. - Не говорите так о себе, хозяин… - Сева, Царь-Бога ради… - Старик слабо улыбнулся и хмыкнул – Хоть сейчас, хотя бы на две минутки, забудь о своих правах и обязанностях… Хоть сейчас, послушай мои раскаяния. – Голос старого мастера поник и угрюмо притих – Всю свою жизнь я провёл в полной уверенности своего величия… С самого детства, когда мои дорогие родители выпнули меня из холодного гнёздышка, я был поглощён мечтой доказать им… Нет… Всему миру, что я мог быть тем, кем никогда не являлся. Все мои грандиозные приключения, все мои восходы и падения… Все они несли лишь одну великую для меня цель – доказать окружающим свою ценность. – Тоскливо фыркнув, старик чуть ослабил хватку – И представь моё удивление, когда спустя долгих, мучительных восемьдесят лет, буквально находясь на грани между жизнью и смертью, беспомощно сидя там не в силах выдавить и слова, я осознал, что единственный, кому я пытался доказать свою значимость – это я сам! - Я не понимаю вас, господин… - Обеспокоенно разглядывая каждую морщинку на бледном лице, Север чуть наклонился вперёд. - А что тут понимать, глупый…? Просто я оказался не тем, кем считал себя всё это время. – Улыбка Сшенли была тусклой, тоскливой – Я самоуверенный эгоист, Север. И всю жизнь потратил впустую… Даже война, которая так безвозвратно повлияла на мою дальнейшую жизнь, я воспринимал скорее как извращённую игру на выбывание… Ох, Сева-Сева… Как же я виню и ненавижу себя за то, сколько крови пролил… Сколько жизней погубил… Правда, я даже рад, что карма не заставила себя так долго ждать, ведь теперь, я больше никогда не наврежу кому-то… Я правда рад носить в себе искусственное сердце, Север. – Стариковские веки медленно опустились и закрыв глаза, Сшенли на какое-то время затих, прислушиваясь к тиканью настенных часов, когда вновь заговорил – Прости, что я подвёл тебя, Севушка… - Господин! – Безфамилец с резким вдохом дёргано закачал головой - Не нужно! - Нужно. – Слова Сшенли были твёрдыми, точно горный камень – Ты единственный, кто по настоящему ценит меня и я не могу больше пользоваться этим. Хоть по бумаге ты Безфамилец, я должен взять с тебя пример, ибо ты моя семья. И даже когда я умру, ты останешься моей семьёй. - Господин…! - Голос Севера испуганно дрожал – Молю, не говорите об этом! - О чём, Север? О том что я умру? – Открыв тёмные глаза, Сшенли смерил Севера пугающе спокойным, даже добрым взглядом – Мы ведь оба знаем, что рано или поздно это произойдёт… Так почему мы должны молчать? - Господин! Прошу! – Резко сорвавшись с места и уронив корзинку на пол, Север болезненно всхлипнул – Я-я-я… Я не хочу, чтобы вы у… Умирали… П-пожалуйста, хозяин…! – Каждый дюйм его тела был напряжён до предела и казалось, будто по веснушчатым щекам вот-вот побегут слёзы – Ч-что… Что я буду делать б-без вас!? - Жить дальше. – Голос Сшенли был мягок и спокоен, а руки продолжали осторожно держать ладонь Безфамильца - Когда придёт мой конец, ты получишь свободу, фамилию, а вместе с тем и нашу лавку. - Ногами выкарабкавшись из под одеяла, старик повернулся к Северу, смотря на него долгим, внимательным взглядом. - П-прошу…! - Тебе предстоит долгий путь Север… Но станешь ты одиноким, разочарованным в себе затворником, или проживёшь насыщенную, полную интересных событий, людей и нелюдей жизнь, зависит от тебя… - Мастер вновь улыбнулся – Просто… Просто пообещай мне, что станешь лучшим человеком, нежели старый ворчливый Сшенли. - Хозяин…! – Упав перед стариком на колени, Безфамилец с трудом пытался скрыть свои боль и отчаяние, но любая его попытка собраться, оканчивалась очередным всхлипом и несвязным бормотанием. - Пообещай, что будешь делать то, что считаешь правильным сам. - Север смотрел в заплаканные глаза с теплотой и спокойствием – Пообещай. - Я… - Безфамилец лихорадочно трясся, и скулил, точно брошенный пёс – Гм… - Каждый оглушительный бой сердца с раскатом наполнял уши, когда Безфамилец болезненно зажмурился и выпалил – Обещаю! Обещаю, мой хозяин, обещаю…! Тогда-то, Сшенли наклонился и обнял его, мягко похлопывая слабой рукой по широкой спине. Север продолжал дрожать от одной мысли, что ждёт его в будущем и отчаянно жался к ветхому на вид старичку, пряча заплаканное лицо и прижимаясь макушкой к железной, скрытой за белым мятым халатом груди. Он не верил в слова господина Сшенли. Не верил, что однажды, он останется совершенно один, в хозяйской лавке… Что он получит фамилию и больше никогда не сможет позаботиться о ком-либо… В палате было тесно и темно. Сосед продолжал настойчиво дрыхнуть, часы тикать… Серые стены смотрели на представленную картину с холодным безразличием, тихо переговаривались люди в соседних палатах… Казалось, будто мир поставили на паузу, оставляя хозяина и его верного ручного пса совершенно одних, во всей Амезе. Даже когда Безфамилец немного успокоился, Сшенли продолжал по отцовски обнимать его, путая тонкие, крючковатые пальцы в пушистых, тёмно-каштановых волосах… Впрочем, Север тоже не спешил уходить. - Мне жаль, хозяин… - Голос молодого человека был тихим, робким – Я не хотел так выглядеть в ваших глазах… - Брось, мальчик! Всё хорошо. – Дружелюбно фыркнув, Сшенли отпустил Севера, позволяя тому нехотя отстраниться и подняться на ноги – Но я считаю, нам нужно было поговорить об этом. - Может быть… - Угрюмо почесав затылок и в последний раз шмыгнув носом, Север заметил лежащие на пыльном полу гостинцы – Ох, Царь-Боже! Сшенли посмеялся, с мягкой, немного хитрой улыбкой наблюдая за тем, как тот судорожно собирает всё обратно в корзинку, озабоченно ворча. - Что это? Огне-ягода? – Подцепив пальцами тряпичный мешочек с маленькими, тёмно-бордовыми сушёными бусинками, старик не церемонясь берёт горсть и засыпает себе в рот, довольно ухмыляясь – М… Обожаю! - Я рад, что смог угодить вам, мой господин. – Протерев бутыль с лимонным соком краем рубашки, Безфамилец поставил её на стол, вместе с мешочком мяты – Он попытался слабо улыбнуться, но выглядело это крайне натянуто. - Выше нос! Когда выйду с больничного, соберём ещё! В этот раз, Я к тебе присоединюсь. – Издав глухое хихиканье, старик вновь забрался под одеяло, позволяя Северу осторожно укрыть себя – Не волнуйся, если я и умру, то ой как не скоро! Так что, времени у нас полно. Хе-хе! - Ох… Ваши слова не могут не радовать, хозяин… Но вы уверены, что хотите собирать огне-ягоды вместе со мной? Что если вы обожжётесь? - Ты меня недооцениваешь, Сева! Я работал с древесиной огненного дерева. Думаешь, я не справлюсь с его ягодками? - Хозяин… - Ладно-ладно… Тогда, Я просто посижу в сторонке и буду рассказывать, как однажды, я сделал гигантскую статую мифического существа из огненного дерева, а она ожила, и… - Съела вашего товарища? - Двух… День тянулся медленно. Сейчас, сидя рядом со своим хозяином, Безфамилец чувствовал себя так, будто был дома. Нет, не просто находился в деревянной коробочке, где можно спать, есть и работать… Всё это казалось бессмысленным без господина Сшенли. Именно с со своим пожилым другом, он чувствовал себя по настоящему важны и ценным… Он чувствовал себя настоящим. Север так и не рассказал ему ни о мельнице, ни о господине Севилье, ни о золотых слезах… Да и что он с этого получит? Пустое беспокойство господина Сшенли, на итак забитую проблемами голову. Ну… и очередное - «Это точно твоя метка на шее! Я знал, что она проклята… Я надеюсь, ты ему никому не, показывал, м???» Север всегда будет заботиться об этом милом, гордом, точно хвастливая птица, старичке. И даже когда вошедшая семикрылая медсестра попросит Безфамильца покинуть палату, он ещё долго будет с мягким беспокойством и очарованной тоской вспоминать о детстве. О том, как Сшенли растил и учил его… Всегда. *** Чик… Чик… Скряб… Щёлк! - Пш…! – Когда ножик соскользнул с деревянного бруска и ударил по пальцу, Север дёрнулся и прижался к маленькой ране пухлыми губами, раздражённо хмуря толстые брови. Облизнув палец и придя к выводу, что от столь маленького пореза он вряд ли умрёт, Безфамилец нервно потряс рукой и вновь зацепился янтарным взглядом за брусок… Вдыхая сладкий липовый аромат, молодой человек сдул с уродливой четырёхногой, похожей на смесь свиньи и шакала фигурки остатки пыли и стружки. Медленно, но верно, белое, душистое дерево приобретали всё более и более острые формы, менялось… Вот, вместо кривой звериной морды с глупыми рожками уже вырисовывается тупой клюв, вес фигурки исчезает и становится неестественно худощавым, а толстые, неестественно расставленные лапы превращаются в тонкие спички, с кривыми когтями… Только хвоста не хватает… «Огромного, мощного хвоста, с яростью бьющего по ветхим стенкам проклятой мельницы, прерываемые острыми воплями и оглушительным звоном тяжёлых, тугих цепей…» Бах! Испуганно вскрикнув, Север с ужасом переметнул взгляд на окно, в коем лишь на миг показался чей-то маленький, уродливый силуэт, вмиг полетевший вниз… Это… Что, простите…? Подбежав к окну и открыв его, Север выглянул вниз, с немым удивлением глядя на чуть подрагивающую на земле чёрную фигурку… - Что за… - Север поморщился – Бари!? Ахнув и сорвавшись с места, Север бросился вниз по лестнице, почти запинаясь об каждую ступеньку, а вылетев на улицу, тут же кинулся к маленькому нелюдю, уткнувшемуся большим, и без того кривым клювом в пыльную землю… - Ох, Царь-Боже… Бари! Бари, ты в порядке? – Подняв маленькое, странное создание на руки, Север обеспокоенно покрутил его в руках. Невысокое, плотное, создание было поразительно похоже на живой и объёмный детский рисунок вороны, с будто бы глиняными, неестественно прилизанными, тёмно-синими перьями и гигантскими, вытаращенными глазами, с жуткими, большенными зрачками. Он был одет в нелепого вида комбинезон, покрытый разноцветными заплатками, с рюкзаком с почтой за спиной. У него были тонкие ноги-спички, и живая жутковатая мимика, позволяющая делать глупые рожицы и натянуто ухмыляться. - Бари! БАРИ! – Север попытался поставить качающегося из стороны в сторону монстра на кривые лапки, но тот депрессивно упал на заднее место – Да что ж такое…? - Прижав варону (Не путать с вороной!) к груди, точно нерадивого ребёнка и подобрав пару блестящих перьев с земли, Безфамилец понёс Бари домой. Уже там, Север посадил всё ещё качающегося Бари на стол, а сам направился к раковине. Сцепив с крючка тряпку и намочив её холодной водой, мысленно негодующий, мол – «Ещё одного больного не хватало для счастья»… Север обернулся и с высоким взвизгом поддался назад, когда безумно вращающая глазами, фигурка запрыгнула ему на плечо, цепляясь когтями-палочками за немного мятую ткань Безфамильского рукава, и возбуждённо хлопая «крыльями». - Громкие слухи! ОГЛУШИТЕЛЬНЫЕ новости! – Голос Бари был высоким, визгливым, и как на зло, изливался прямо Северу в ухо – Только в «Острокрылом вестнике» читайте! Приспешники господина Зория Вартабаса в городе Паучий-Глаз! ПРИСПЕШНИКИ господина ЗОРИЯ ВАРТАБАСА… А! - Б-брысь! – Перепуганный и возмущённый Север даёт монстру мокрой тряпкой по морде, и тот с невозмутимым видом спрыгивает на пол, громко цокая лапками и убегая под стол нелепой походкой. - Бари! Принёс! Газету! – Обняв ножку стола самодовольно ухмыльнулся Бари, странно скривив клюв – Только из печати! И отлично пахнет! Ты любишь нюхать странички? - Бари! – Издав громкий, угрюмый вздох, Север помассировал пальцами глабель, сморщив нос – Ты напугал меня. - Я? Напугал? – Выпучив и без того огромные глаза, молодой нелюдь сильнее прижался к ножке, встревоженно распушившись – Бари не хотел пугать Безфамильца Севера! Безфамилец Север друг! – В мгновение ока выбежав на середину комнаты и взмахнув кривыми крылышками, нелюдь запорхнул на высоченную деревянную фигурку дворца, стоящего на самой дальней полке – Бари хотел быть полезным! - Хорошо, я понял… Осторожно повесив тряпку на кран раковины, Север спокойно сложил руки на груди - Не сильно ударился хоть? - Бывало и хуже! – Бари самодовольно гаркнул и наклонился вперёд, задирая выше хвост – Тринадцать процентов монстров не видят стекло! Я думал, что окно открыто! - Тебе следует быть аккуратнее, Бари… Я не хочу, чтобы ты пострадал. - Плюнь! – Ударив крыльями по воздуху, нелюдь ловко перепрыгнул на деревянный шпиль с угловатыми узорами на еловом боку – Не это важно, Безфамилец Север! Лучше скажи, где Сшенли Юлий? Почему лавка не открыта? Господин Сшенли болен??? – Его глаза диковато распахнулись, а шпиль опасно накренился, когда Бари поддался вперёд и с трудом смог удержать равновесие. - Можно и так сказать… - Мрачно пробубнил Север, косо глядя на восседающего на шпиле нелюдя, точно готовясь ловить летящую к земле фигурку – Достопочтенный господин в больнице… Только прошу, не ищи его окно! – Север сурово сверкнул янтарными глазами - Ему нужен отдых и покой. - Ох-ох! Я могу понять! – Ответом Безфамильцу была глупая улыбка – Я не стану беспокоить господина Юлия Сшенли! Я хочу ему здоровья и удачи! - Вот и хорошо… - Уперевшись рукой о стол, Север расслабленно вздохнул – Слушай, Бари. Ты говорил что принёс… - НОВОСТИ! – Перебил нелюдь, пролетая прямо над головой у Севера и с цоканьем приземляясь на стол – КАК Я МОГ ЗАБЫТЬ!? Север укусил Себя за язык, наблюдая за тем, как монстр вылезает из лямок тяжеленой на вид сумки и небрежно вытряхивает из неё самые разные предметы: газеты, свёртки, письма, мелкие посылки, вместе с кусочками засохшего хлеба и крошками… Все письма с шелестом падают на пол, слетая со стола и лениво кружась в воздухе. Впрочем, Бари выглядит как всегда невозмутимо… И нетерпеливо. - Надо менять доставку… - Тихо, задумчиво сказал Север, поднимая с пола несколько чужих, пропахших хлебом писем. - Что-то??? – Высунул Бари огромный клюв из сумки. - Я говорю… Кхм… - Север откашлялся, стряхивая с бумаги крошки и складывая всё в аккуратную стопку, мысленно вымаливая прощение у их хозяев – Разве ты не приносил газету вчера? Я думал, следующая газета будет только на следующей неделе. - Нет времени ждать! – Вытаскивая нужный свёрток, нелюдь громко щёлкнул клювом, обнимая газету крыльями – ТАКИЕ новости надо печатать сразу!!! – Протягивая Безфамильцу газету, Бари почти задыхался от восторга – ПЕРЧАТКА! ПЕРЧАТКА СБЕЖАЛ С КАЗНИ И… - Ц-ц-ц-ц! – Забрав у монстра газету, Север наклонился и прикоснулся пальцем к губам – Я сам всё узнаю… - Кр-к-к-к! – Бари вновь грохнулся назад, нетерпеливо стуча по столу лапками. Север же задумчиво осмотрел газету… Не расстроится ли хозяин, если Север прочитает её без его ведома? Не-еет, господин же не зверь… Стянув резинку, Безфамилец развернул серый свёрток и распластав его по столу, внимательно впился взглядом в текст. Амезский язык звучал остро, грубо… И на глаз, он был ветвистый, остроугольный, точно высеченный на земле животными когтями. - Розыск… - Голос Севера был тихим и задумчивым – Известный под псевдонимом «Перчатка», бунтарь и разбойник Вартабас Зорий Агна Лотар, приговорённый к повешению в Крисстоли, седьмого числа Азаля месяца, бежал, сея хаос на своём пути… - Остановившись, Безфамилец почесал репу и повернулся к Бари – Ну… Конечно, я слышал о произошедшем, но не думаю что это особенно громкая новость, чтобы… - ЧИТАЙ ДАЛЬШЕ!!! - Ладно-ладно… - Молодой человек вновь склонился над газетой – После двухнедельной тишины, когда Перчатка на какое-то время исчез из зоны видимости, участились случаи поимок Вартабасских последователей, с характерными для них ожогами по всему телу, и Безфамильскими метками. Сразу после очередного побоища с последними, неподалёку от Фрицийской границы показался и сам Зорий Вартабас. Каковы его цели? Захочет он скрыться, или попытается вернуться на «Чугунный панцирь»? По словам немногочисленных жителей Северной части Фриции, летучую боевую арену видели над Плачущей пропастью… - Север нахмурился – Однако, это до сих пор остаётся лишь слухами… Выглядит Зорий Вартабас как высокий и плотный мужчина средних лет, с чёрными волосами и загорелой, покрытой шрамами кожей. Правый глаз синий, в то время, как левый горит ярко оранжевым цветом из-за действия редкого, запретного вида аксилена, именуемого лжелавой. Характерными чертами Перчатки так же являются наполненные лжелавой трубки, неестественно огромные перчатки из бронзированного чугуна, шрам на левой части лица, переходящая на шею и татуировка на спине, в виде пиро-элемента. – Под конец, Север совсем притих и поморщился – В случае, если Вы заприметите данного человека или его помощников, немедленно обращайтесь к сотрудникам охраны. Помните об опасности и… - И НЕПРЕДСКАЗУЕМОСТИ ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА! – Не в силах более терпеть, закончил за Севера Бари, вскакивая с места и цокая когтями по столу, начал бегать по нему кругами – Кошмар! КОШМАР! Монстроненавистник и безбожник хочет вернуться на арену! О-хооо, я так волнуюсь, так волнуюсь! Неужели вновь прольётся чья-то кровь? УЖАС! - Бари, прошу Тебя… - Поймав опасно приблизившегося к самому краю стола монстра, Север нервно сморщил веснушчатый нос – Почему ты так волнуешься из-за этого человека? Я знаю, что мистер Вартабас преступник, но это не значит, что нужно так паниковать. - ПОЧЕМУ??? – Бари обиженно похлопал гигантскими глазами и недовольно заболтал ножками – БЕЗФАМИЛЕЦ СЕВЕР, ТЫ МОЖЕШЬ НЕ ПОНИМАТЬ БАРИ! БАРИ СТРАШНО!!! СЕВЕР ЧЕЛОВЕК! А БАРИ МОНСТР!!! МОНСТР!!! - Ага… И что…? – Отпустив отчаянно брыкающегося нелюдя, Север опустил на него глупый, озадаченный взгляд. - А то, что Зорий Вартабас НЕНАВИДИТ зверей и монстров!!! ЛЮТО ненавидит! – Он почти задыхался. - По моему, человек вроде него ненавидит всех, включая людей… - Переместив взгляд с Бари, на прикреплённую к статье фотографию грозного вида мужчины с клыкастой ухмылкой, Безфамилец ненароком поёжился. - На людей ему в большей степени плевать! Либо, он убивает их ЧУТЬ менее мучительно, чем монстров! – Густые, маслянистые перья жутко нахохлились, а Бари зарычал непривычным, тихим и злобным для его персоны голосом – Я был там… На Чугунном Панцире…! Меня подстрелили у Восточной пропасти!!! – Жутко скривив подвижный клюв, монстр обиженно всхлипнул – Хотели, чтобы я стал «перекусом» для монстров побольше! - Да ну… - Удивлённо расширив глаза, Север скрестил руки на груди – И… И как… Ну… ТАМ…? - Кр-р-р-ровь в жилах стынет… - Варона сердито стала небрежно скидывать вещи обратно в сумку, сминая и нередко рвя бумагу – Звери и монстры сидят в чугунных клетках, в то время, как охранники с яркими, горячими и острыми вилками снуют туда сюда… О! О! И АРЕНА! – Нелюдь взмахнул крыльями так, точно хотел показать полноценный масштаб поля битвы – Духота и жарища! Темно и тошно! ФУ!!! - Звучит ужасно, Бари… - Безфамилец побледнел и расстроенно нахмурил густые брови – И… Как Ты выбрался оттуда? - Я смог выбраться, когда арена столкнулась с эльтрасским военным судном! В тот день, когда эльтрассцы словили Вартабаса, арена бросила своего начальника и исчезла… ЗАТО!!! – Накинув на плечи рюкзак, монстр улыбнулся Безфамильцу наиглупейшей улыбкой, какую только мог выдать его кривой клюв – Бари воспользовался суетой и скрылся, и уже долгое время свободен и служит любимому делу! ПОЧТЕ! ПОЧТЕ! ПОЧТЕ! БАРИ ТАК ЛЮБИТ ПОЧТУ!!! Знаешь!? У меня есть коллега! И знаешь, кто он? Ты не поверишь… Он тоже ВАРОНА! И знаешь что? Он…! ОН сказал, что не любит ПОЧТУ!!! – Нелюдь возмущённо затряс хвостом – КАК ОН МОЖЕТ НЕ ЛЮБИТЬ ПОЧТУ И МЕЧТАТЬ ПРОМЕНЯТЬ ЕЁ НА КОЛЛЕДЖ!? - Да… Почта, это хорошо… - Север вздохнул и вновь посмотрел на изображение Вартабаса, точно желающего прожечь Безфамильца пылающим, застывшим на шероховатой бумаге взглядом – И что же он задумал…? - КТО??? МОЙ КОЛЛЕГА??? - Да нет же… Я про мистера Вартабаса… - КР-Р! – Оглушительно каркнув, молодой не человек раздражённо почесал клюв - Должно быть, набирает запасы… Сейчас ВСЕ его приспешники охотятся на БЕДНЫХ… - Он обиженно всхлипнул – НЕСЧАСТНЫХ нелюдей для бойни… Ох-ох, чует сердце, Перчатка планирует нечто ГРАНДИОЗНОЕ, в честь своего возвращения! - Значит… - Север застыл на месте, глядя на маленькое существо нечитаемым взглядом – Как думаешь, если мистер Вартабас ищет диковинных бойцов, - Его голос стал чуть тише, точно он боялся, будто их подслушивают – Может ли он попытаться позариться на нашего ночного гостя…? - Кр-ра! ОПРЕДЕЛЁННО! – Монстр бодро закивал головёшкой – ОПАСНОЕ и ТАИНСТВЕННОЕ зверьё, что прячется в темноте и уже не первый год мучает один город за другим… Жадина Вартабас не упустит возможности получить эту тёмную лошадку в свой табун… М… Если ночной гость вообще похож на лошадку… Мне кажется, он будет больше похож на птицу, или львиного мотылька! Или на кошку с четырьмя глазами… У него ведь четыре глаза??? Или три??? Но Север не слушал его. Неожиданно пробудившийся интерес заставил Безфамильца быстро пробежаться взглядам по всей газете, перепрыгивая целые абзацы и цепляясь за серые иллюстрации… Но то, чего ему сейчас так было нужно, Безфамилец так и не нашёл… - Эй, Бари… А что насчёт ночного гостя? – Перебив беседующего о многолетней вражде между птицеголовыми монстрами и четырёхглазыми кошками из-за политических разногласий, Север нервно попытался улыбнуться – Не мог бы по старой дружбе сказать, там в печати в будущем не планируется какая-нибудь громкоголосая статейка про гостя? Не люблю лезть не в своё дело, ты знаешь… Но есть ли то, что читатели не знают об этом? - М-М-М-М? Тебя так интересует этот разоритель??? – Нелюдь ухмыльнулся и забавно наклонил тяжёлую голову вбок – Зачем тебе? - Я просто интересуюсь… - Смутившись, Север принял решение отвернуться – Что будет, если его поймают? Не важно, будь то мистер Севилье, или мистер Вартабас. - Ну… Полагаю, наш город освободится от напасти в виде разгромлённых лавок! – Бари пожал маленькими, почти незаметными плечами – А что ещё? - Я говорю именно о самом госте… - Безфамилец поёжился – Не важно, какая сторона заберёт его, ведь он в любом случае умрёт, верно? - Ну…. ДА. – Нелюдь кивнул – Если ночному гостю не хватит мозгов убраться отсюда, его убьют либо на главной площади, либо на Чугунном панцире. - А… Депрессивненько… - Издав угрюмое хмыканье, Север потупил взгляд в пол… «Цепи гремят и бьют по ушам. Стены дрожат ни то от пропитавшего это место ужаса, ни то он истошного воя. С тяжёлым хрипением, зверь бьётся в истерике, потаённый на проклятой мельнице… Он в ловушке, его поймали… Но почему прячут? Неужели об этом никто не должен знать? Какой стороне это нужно…?» - НУ-С! Бари задержался! Подбоченившись, нелюдь со скрипом потянулся – Бари был рад видеть Безфамильца Севера! - О-хоу… - Вспомнив о молодом нелюде, человек виновато улыбнулся – Я тоже был рад говорить с тобой… Давай, помогу. Позволив Бари запорхнуть Себе на плечо, Север подошёл окну и отперев его, наблюдал за тем, как монстр быстро выныривает из окна, криво качаясь из стороны в сторону и размахивая маленькими смешными крылышками. - Пусть Юлий Сшенли выздоравливает! Удачи ему! - Передам. Удачного полёта, Бари… И он улетел… Вернуться конечно не обещал, хотя, Север и без того точно знал, что Бари ещё заявится… Впрочем, надо продолжать работу. - Хм… - Закрыв окно и обернувшись, Север заприметил парочку оставленных нелюдем перьев. Толстые, жёсткие стержни с чересчур блестящими, точно глиняными опахалами. Они были неестественно ровными, гладкими и неприятно липли в руках. «У ночного гостя перья тоже были липкие… Только уже от крови…» Интересно, как он выглядел? Говорят, у него было три глаза и гиганская чёрная туша… Он похож на птицу? «Может, решился бы я войти внутрь той мельницы, я бы мог увидеть его сам… Но нужно ли это мне, трусливому Безфамильцу?» Вернувшись наверх, Север взял в руки деревянного зверька и недолго думая, смазал его спину клеем… Вряд ли творческое решение в виде уродливой деревяшки с присобаченными к ней перьями можно назвать удачным… Но Севера и так нельзя было назвать творческим человеком. «И что бы я там увидел…? Разъярённое чудовище обмотанное окровавленными цепями…?» Безфамильца точно током ударило, стоило ему представить эту ужасающую картину… Если бы зверя поймали горожане, стали бы они держать его взаперти? Или сразу бы убили? «Хочу ли я знать ответы на свои вопросы…?» Разглядывая липовый обрубок с обляпанными в клею перьями вместо хвоста, молодой человек ссутулил плечи и задумчиво заворчал. Нехотя оторвав угрюмый взгляд от фигурки, Север медленно перевёл взгляд на окно, в сторону леса. Игнорируя зуд под бинтами, Безфамилец не мог сделать ничего, кроме того, чтобы просто прожечь золотистыми глазами лес, точно намереваясь спалить его до последней веточки… *** Тихо… Подозрительно тихо… Точно рассыпанный на тёмной скатерти сахар, дальние звёздочки сонно сияли на небе, озирая летающие острова Амезы тоскливым взглядом. Даже со всем этим шуршанием листвы дремучих деревьев, скрипом сверчков и слабым гулом ветра меж многолетними стволами, лес казался мёртвым и тихим, без этих жутких завываний… Чего? Мельницы? Или её невезучего жителя? В любом случае, что с воем, что без, здесь было жутко и холодно, в темноте дремлющего леса. Крепко сжимая в руке маленький ножик для резьбы по дереву, Безфамилец осторожно бредёт по высокой, влажной от мягкой росы траве, освещая себе путь зелёной лампой. Каждый шорох, каждый малейший звук заставлял его с испуганным охом срываться с места, или наоборот, жаться к земле, дрожа сплошным нервным комком… Сколько раз он уже пожалел о своём решении? Выйдя на высокий склон, Север с прищуром осмотрелся, и опустив взгляд вниз, пробежался глазами по обгоревшим, обваленным крышам мёртвой деревни. Нервно сглотнув, молодой человек шустро спустился вниз и не задерживаясь на месте, бросился к мельнице, рысцой перебегая меж развалами. Деревня, дорога, река, мост… Вот, жуткая мельница вновь встречает его скрипучим гулом лениво качающихся лысых крыльев. Мельница скрипит, скулит, воет… Но вой этот был таким слабым, таким невзрачным… Потупив на месте, Безфамилец двинулся дальше. Ноги будто сами несли его широкую душу туда, куда он идти не хотел, но вот, он уже поднимается вверх по скрипучей лестнице, перешагивая через отсутствующие ступеньки, шугаясь каждого скрипа… Прислушиваясь к редким поскуливающим звукам сверху… - ААА! – С разъярённым треском, особо тощая ступенька провалилась под весом Севера, и тот с криком подался вперёд, больно ударившись животом о следующие ступеньки. Нет, молодой, напуганный и неуклюжий человек не свалился вниз, и не сломал шею. Выбравшись, он быстро влетел на второй этаж и горестно дрожа, прижался к полу. Вся осторожность насмарку… А сверху, послышался странный звук, словно что-то большое и тяжёлое потёрлось массивным боком о деревянную стену, громыхнуло и замерло. Вот ещё один намёк на то, что пора бы уже ноги делать! Но увидев на полу следы из перьев и крови, нерадивого Безфамильца наоборот потянуло узнать, что скрывается на третьем этаже... Поэтому, он встал, и упёрто продолжил свой путь, приглушив свет фонаря тряпкой, дабы не напугать местного жителя. Войдя на третий этаж, Север медленно подошёл к уже знакомой, чуть приоткрытой двери… Сердце замерло, руки дрогнули. Шаг… Ещё шаг… Вот, мозолистая рука осторожно, с тихим, протяжным скрипом толкает дверь… Честно, Север ожидал увидеть всё. Огромную пернатую тварь, что громоздилась в самом углу комнаты, отряд бандитов, издевающихся над жертвой, или даже обычное, забравшееся на мельницу животное или птицу… Но не просто приличных размеров помещение, с разбросанными в разные стороны перьями, разломленными жерновами и кучей мелких, рыбьих, птичьих и крысиных косточек на полу... Резкий запах крови и гнили заставил зажмуриться, но тем не менее Север остался, внимательно вглядываясь в каждый самый тёмный угол, возможно ожидая увидеть там тройку злых, голодных глаз… Молодой человек обошёл подставку для жернов, ощупал стены, осмотрел многочисленные мешки со сгнившей крупой и остатки животных на полу. Из нескольких маленьких круглых окошек лился шёлковый лунный свет, освещая поднятую ввысь пыль... Однако, самого жителя этих мест здесь не было, хотя что-то подсказывало, что человек здесь не один… В какой-то момент, одумавшийся Север решился уже идти обратно, как вдруг… Крупная, тёмно-багряная капля со стуком упала на вспотевший лоб, растекаясь по веснушчатому лицу резко пахнущими дорожками… И ещё и ещё...! Полный животного ужаса, Север застыл на месте, чувствуя, как встают дыбом его пушистые волосы. Стоит Безфамильцу резко метнуть взгляд наверх, как он встретится взглядами с сидящим на основании, около маховика, существом, следящим за каждым движением заблудшего человека… В темноте было практически ничего не видно, однако, огромный, блестящий серый клюв навсегда врезался в память молодого человека. Огромное тело со смоляными, потрёпанными перьями сидело под крышей, зацепившись за каркас из толстых брёвен огромными, точно стальными когтищами. Взметнув хвостищем и грозно ударив им по брёвнам, рассекреченный зверь с рёвом нырнул вниз, на Севера, выставив вперёд когти. С криком дёрнувшись в сторону, Север перекатился по скрипучим доскам и бросился в противоположную сторону от гигантской твари, но запнулся и упал. Резко развернувшись и отползя назад, молодой человек прижался к стене, не в состоянии подняться и добежать до выхода, от окутавшего ноги, леденящего душу страха. Отряхнувшись от пыли, существо сердито каркнуло и гигантский крепкий клюв оказался всего-то в нескольких дюймах от загорелого лица. Но несмотря на громкие крики, злое битьё хвостом из стороны в сторону и четные попытки напасть на испуганно дрожащего человека, толстая стальная цепь не позволила гигантским когтям разорвать тело своего посетителя. Безумно рыча, хозяин мельницы бился и ревел, а неразборчиво скулящий что-то, Север жался к стене, обнимая чудом не выпавший из дрожащих толстых пальцев фонарь. В какой-то момент, существо перестало рваться и зашлось то-ли в кашле, то-ли в карканье… Встав на дыбы, оно с яростью попыталось содрать с себя тугой ошейник, но не получив желанного результата, болезненно взвыло и опустошённо опустилось. Тяжёлая туша с грохотом упала пред Севером и высунув язык наружу, стало рвано дышать и слизывать с себя капельки крови, закатывая чуть прищуренные серые, блестящие глаза… Сперва, ничего толком не понимающий Безфамилец лишь тяжело дыша вглядывался в эти самые дикие, пугающе холодные глаза… Когда вдруг заметил, что третий, самый большой глаз, что располагался на лбу чудовища, вовсе и не был глазом… Скорее, это был странный, серый нарост, выглядящий как вытянутый ромб со скруглёнными углами, будто бы состоящий из блестящего серого кварца, расколотого наперекос. Нарост тускло, еле-заметно мигал и кровоточил. Багряная жидкость скоплялась в трещинах, стекала вниз, по морде, капала на пол, оставляя грязные кляксы. - Ч-что ты Второй меня дери т-такое…!? – Прохрипел Север, медленно вставая с места, не отрывая взгляда от болезненно скулящего зверя. - Кр-к-к-к-к-к-кррр… - Словно отвечая Безфамильцу, ночной гость протяжно заплакал, беспомощно хватаясь лапами за кровоточащий лоб и тщась стереть попавшую в глаза кровь. Безфамилец с немым ужасом наблюдал за тем, как блестящие, точно железные кости дерут с головы грязные перья, царапают нарост, истошно воют. Зверь извивается в безумной истерике, не понимая, почему стало только больнее… Яростно крутя хвостом и стуча им по полу, вздымая пыль и грязь, гроза города и страх местных мясных лавочек, в прямом смысле этого слова умирал в грязи, путаясь в тяжёлых цепях, точно прокажённый ждущий казни. Продолжая жаться к стене, Безфамилец отдалился от чудовища, беззвучно шевеля губами, смешивая в одну солянку все молитвы и фразы из байки про мельницу, шустро приближаясь к выходу. Странное чувство собственной подлости кололо сердце… Точно ли он готов сейчас сбежать? Безфамилец не думал об этом. Захлестнувшая разум паника было заставила его поспешно уйти, но… - Нгрх! Ещё немного и я её на куриный шашлык пущу! – Раздавшийся со стороны выхода недовольный, хрипящий голос заставил Севера резко перестроить маршрут и кинуться к ближайшим мешкам… Спрятавшись в которых, Север лишь краем глаза увидел, как массивная, чёрная туша мгновенно вскочила наверх, слабо ударившись задней лапой об основание. Взметнув хвостом, чудовище прижалось к низкому потолку и сжавшись в сплошной комок, скрылось в темноте, боязливо сверкая почти слепыми от попавшей крови глазами. И тут же, стоило обоим притаить дыхание, как в комнату ворвалось два человека, в схожих, местами рваных и обгоревших одеждах – в бурых звериных шкурах на плечах, тугих кожаных перчатках и в одинаковых ремнях, с бляшками в виде пиро-элементов, напоминающих угловатые огоньки. В их руках – чугунные трезубцы с острыми, местами кривыми зубцами. Первый, и самый старший человек со злобой в голосе зарычал. - Тебя с того конца леса слышно, дура! Раньше времени сдохнуть хочешь? – Фыркнув в замаранные пылью и пеплом усы, тот угрюмо поднял взгляд наверх – Расшумелась! - Ты сейчас не тише её. – Подойдя сзади к первому, второй человек раздражённо упёр одну руку в бок. Во второй же, у него была зажата мешковатая сумка, источающая не самый приятный аромат, учуяв который, обладатель, а точнее, обладательница серых глаз тихо, протяжно заурчала, нетерпеливо переминаясь с лапы на лапу. - Пшёл ты! Она мне уже надоела. – Первый крепче сжимал в руках трезубец, скрипя перчатками – Только поймали, а я от неё уже поскорее избавиться хочу! Ты знаешь, что будет, если кто-то услышит её вопли? Да нам хозяин башни снесёт! - Вот поэтому, ей и нужно было клюв замотать. – Второй отстранённо вздохнул - Может, выла бы поменьше… - Пф! А как ты его потом развязывать будешь, гений? – Обладатель трезубца угрюмо наморщил горбатый нос. - Зачем? – Тот, что с мешком, кажется, искренне не понял суть вопроса. - А кормить ты её как будешь? Хотя, я, честно, был бы рад, если бы эта дрянь поскорее откинулась… Надоела, хуже той несчастной кукушки! – Отвернувшись, человек издал отвратный звук и густо плюнул, чуть замарав собственную бороду и неуклюже вытиравшись рукавом – Тьфу! Дрянь пернатая… - Терпи, Шон. – Человек осторожно поставил на пол мешок и начал ловко развязывать тугие узлы – Господин писал, что хочет увидеть её первым и скоро прибудет сюда. - На кой дух ему это нужно? – Шон не отрывал взгляда от притаившейся наверху твари, нервно кусая язык – Как по мне, обычная беспородица, да и к тому же, бракованная. - Ну, побит у неё костевой нарост, что? Не мы же его испортили. – Второй человек недовольно нахмурился, когда запах гнилого мяса ударил ему в нос из мешка и поспешил скорее встать на ноги – К тому же, Вартабас знает, что делает, даже если идиоты вроде тебя, не видят в этом смысла. – Вновь взяв руки в мешок, пока-что безымянный человек поднял на товарища многозначительный знак и заметно напрягся. - А ты его сам хоть видишь? – Оскалив местами отсутствующие зубы и злобно хохотнув, Шон понимающе кивнул и… Щёлк! Стоило человеку крутануть какой-то фрагмент на трезубце, как чёрный чугун вмиг побагровел, потом побелел… Даже сидя затаившись в мешках с зерном и мукой, зажавший рот ладонью, Север мог почувствовать исходящий от трезубца жар, разнёсшийся по всей комнате тяжёлым духом. Фыркнув, Тварь тряхнулась на собачий манер, разбрызгивая капельки крови и тихо заурчала. Пока старший охранник сердито пыхтя, стирал попавшие на тучное лицо капли, младший был уже тут как тут. Почуяв запах исходящий от мешка, тварь немного оживилась, но с места не дёрнулась. С фразой - «Упаси Царь-Боже, от расправы страшной» - человек осторожно вступил в «опасную» зону, волоча по полу мешок. Зверь угрожающе привстал, но нападать не решился и ясно почему! Стоило заложнице только легонько звякнуть цепью, как Шон вмиг направил на неё трезубец. Повеяло жаром, а испуганно взвизгнувшее чудовище переползло по брёвнам подальше к стене, утробно урча. В широко распахнутых, полных ужаса глазах мелькнул блеск раскалённого железа, и сердито зарычав, ночной гость попытался перебраться уже в другой угол, поджимая хвост, точно не зная в какую сторону поддаться. - Пш! Сиди смирно! – Замахнувшись трезубцем так, точно тот собирался швырнуть его в зверя, Шон разгорячённо оскалился, когда ночной гость испуганно зашипел, прижимая голову на толстой шее к бревну и топорща смесь перьев с шерстью. Неотрывно наблюдая за источником столь горячего, угрожающего света, тварь беззвучно разинула слегка дрожащий клюв. Тяжёлые острые когти с треском врезались в деревянную балку, под точно болезненные стоны мельницы. Кровь продолжала течь по морде, затекать в глаза и в пасть, но кажется, зверя не волновало ничего, кроме готовому к бою орудия в крепких ручонках с короткими, тупыми пальцами. В это же время, воспользовавшийся данным случаем, человек с мешком торопливо и небрежно вытряхивал из мешка крупные, вонючие куски мяса, местами покрытые мерзкой бледной слизью. Действовал он быстро, нервно, то и дело поглядывая на оцепеневшего жителя мельницы. - Том, быстрее! Сейчас кинется! - Медленно водя ярко пылающим наконечником из стороны в сторону, точно желая загипнотизировать чудовище, Шон тихо прошипел – Первого ради… - Не торопи меня! – Огрызнувшись, Том, всё так же быстро смял вонючий мешок и бросив на более-менее полную миску с водой беглый взгляд, галопом поскакал в безопасную зону… Что Север, что зверь – оба неотрывно смотрели на раскалённый трезубец, широко распахнутыми глазами. Но стоило последнему только чуть опуститься и потемнеть, как заложница воющей мельницы с грацией подбитой лани, с гулким грохотом приземлилась на пол и стала жадно расправляться с жирными кусками гнилой говядины. С одичавшей яростью она разрывала плотные мышцы клювом и быстро заглатывала каждый с жадностью оторванный кусман. В это же время, заключённая с недоверием и злостью поглядывала на охранников, очевидно желая, чтобы те оказались на месте этой зловонной, покрытой белёсым слоем говядины. - Когда за ней прибудут? – Поинтересовался Шон, с прищуром наблюдая за тошнотворной картиной. - Осталось времени примерно чуть меньше недели. Нам главное, продержать её тут до приезда господина. – С отвращением вытирая руки о мешковатые штаны ответил Том – Если её вояки поймают, вся наша работа словит пулю в лоб… - Буквально… - Диковато оскалил зубы Шон, в мрачной ухмылке. - Зато не мы… - Ага, нам уготована иная участь… - Вытерев нос рукавом, Шон угрюмо швыркнул – Гореть со своей семьёй… - У Тебя есть семья??? – Недоверчиво прищурился Том. - Была. – Шон лишь сухо вздохнул - Предпочитаю думать, что с ними сейчас всё порядке. Том ничего не ответил. Только угрюмо насупился и кивнул, осторожно хлопая товарища по спине, под чавканье доедающей свой запоздалый ужин твари. Ушли Том и Шон так же тихо и безмолвно, и лишь депрессивные поскрипывания старых ступенек под их ногами отзывались угрюмым гулом по воющей мельнице… Прошла минута… Две… И вот, всё это время имитирующий мешок с мукой, Север неловко пошевелился, болезненно хмурясь и почти беззвучно щёлкая затёкшими позвонками… Единственная мысль в голове его была одна – «Куда я только что ввязался…?» Прямо напротив него, стоя к Безфамильцу полубоком, невольная хозяйка воющей мельницы по птичьи запрокинула голову и с жадным клокотанием проглотив последний кусок, внезапно повернула остроклювую голову, глядя на Севера холодным, злым взглядом… Огромный толстый хвост размеренно ползал из стороны в сторону, а тёмные перья и шерсть медленно то вздымались, то опускались с каждым новым, рваным вдохом. Одним лишь своим видом, зверь точно пытался сказать Безфамильцу прямое, острое – «Поди прочь!» Это Север и сделал… Продолжая жаться к стенке, Север всё смотрел на чуть сутулое создание со смесью, страха, непонимания… Сочувствия… И даже когда он ушёл, ловко перепрыгивая через ступеньки и шустро исчезая в темноте спящего леса, он продолжал думать о ней… О ней – гигантской, злой и напуганной твари, живущей на воющей мельнице. Мост, деревня, лес, тропа… Затем, несколько поворотов, дом и гордо стоящие вдали стены Паучьего глаза. Спустя несколько мгновений неловких копошений в замке толстым, местами изогнутым ключом, Безфамилец вваливается дом, с грохотом захлопывает дверь… Уткнув ширококрылый нос в тёмное, давно потерявшее любой запах дерево, Север точно бы болезненно зажмурился. Оскалив зубы, молодой человек шипяще вдохнул и сполз вниз по двери, бессильно опускаясь на колени. Всю дорогу обратно, он точно находился в другом мире. Не было ни страха, ни беспокойства… Только давящая на черепную коробку тишина и пустота. Даже сейчас, беспомощно завалившись набок, Север до сих пор не мог понять произошедшего. Разве что, только прятал мордочку в крепко обвитые плотными руками колени и смотрел в никуда стеклянными глазами. *** Обычно, в это время Север спит… Обычно… Треща и расплёвываясь искрами, чёрные брёвна медленно обращаются в угли, морщась и разламываясь. Сколько времени прошло с тех пор, как молодой человек с трудом заставил перетащить свою полуживую тушу к камину и разжечь огонь? Безфамилец не знал и честно, даже не хотел. Сейчас, у него были дела посерьёзнее… - И с чего Я взял, что у Тебя должны быть рога…? – Тихие, хрипящие слова, адресованные уродливой деревянной фигурке в руках вырвались их уст молодого человека, впервые за всё эту долгую, странную игру в молчанку – Ты выглядишь не так, как я думал… Погладив пальцем по сладко пахнущей липой шейке, Безфамилец нахмурился… «Что теперь…? Должен ли я…? Нет… Ох-ох-хоу, не-а… Безумец! Я определённо безумец! Что бы сказал мой дорогой хозяин…?» Ссутулившись и крепче впившись одной рукой в распластавшуюся звериную шкуру, Север со скрипом сцарапнул полупрозрачно-белый клей с деревянной спинки фигурку. Губы поджаты, угрюмые глаза слепо смотрят на липовую ни то морду, ни то клюв. «Пообещай, что будешь делать то, что считаешь правильным сам» Не сыграют ли эти слова с ним злую шутку? Смутно, но Безфамилец понимал, что не хочет ничьей смерти... Даже ночной гость не заслуживает этого! Но что же это тогда означает? Если Север забудет о произошедшем – зверя отправят на Чугунную арену, где он умрёт либо от чужих когтей, либо от голода с жаждой и болезнями… А если Безфамилец доложит о своей чернобокой находке горожанам, они заберут его на городскую площадь, где ночной гость будет забит на потеху публике… Ну, или придёт господин Севилье и заберёт у зверя голову. Ночной гость давно носит клеймо мертвеца! Так неужели, он – трусливый Безфамилец сможет предпринять хоть что-то!? «Я дал обещание…» Глаза Безфамильца скрылись за веками, чёрные ресницы нервно дрогнули. Интересно, что бы на его месте сделал хозяин…? Наверняка почувствовал бы очередной прилив отваги и… - Но я не вы, господин! – Вместе со слабой вспышкой внезапной боли в районе шеи, Север выронил фигурку на пол – Я всего лишь маленький Безфамилец… «Однажды, я получу фамилию…» - Тело, без капли ума и свободы… «Однажды, Я стану свободным… » - Раб без права на личное мнение… «Я не хочу, чтобы ночной гость умирал… Я должен помочь ему сбежать…» Север затих, и запустив пальцы под бинты, стал осторожно массировать шею. Лицо внезапно размякло и а янтарно-золотистые глаза угрюмо взглянули на лежащую в чьей-то шерсти деревянную фигурку, точно та притаилась средь бурой, высокой травы, охотясь на его широкую стопу. - И я сделаю это… *** Он снова здесь… В сумке – свежая свинина в чёрном пакете, нож, медикаменты. В руке – фонарь с его испуганно пищащими жителями… В прочем, тихого – «Тс! Мне тоже страшно…» хватило, дабы немного угомонить их. Охранников поблизости не было, так что Север без труда смог пробраться на скулящую мельницу, попутно накрывая фонарь серым платком и прислушиваясь к звукам. Зверь молчал… Хорошо это, или плохо – неясно, но тихие шорохи сверху всё ещё выдавали ночного гостя… Хорошо это, или плохо…? Тоже неясно… Впрочем, стоило Безфамильцу открыть дверь, как крупная туша вмиг запрыгнула наверх, сердито сверкая серыми глазами. «Снова ты…?» - Читалось во взгляде чудовища, слабо бьющего толстым хвостом по хрупким стенам. - Э-хэээй…! Привет… Эм… - Застряв в проходе, Безфамилец нервно сглотнул – Извини за беспокойство, но я хочу… - Фр! – Тряхнув головой, зверь с недовольным видом перебрался на соседнюю балку, гремя цепями. - Я хочу помочь тебе сбежать... Следя полуслепыми глазами за еле заметным во тьме силуэтом, Безфамилец крепче сжал в руке ремешок сумки. Странно, но ему отчётливо показалось, что на миг, обладатель кандалов застыл, точно удивляясь такому предложению. Хотя, судя по ужесточившемуся битью по стенам и балкам массивным хвостом, зверь не горел желанием доверять этому странному человеку. Медленно привыкая к темноте, янтарные глаза Безфамильца смоги выделить, как крупное пернатое тело с клокотанием повело клювом и выгнуло взъерошенную спину. - Ты не веришь мне? Хотя… Было бы странно, если бы ты мне сразу поверил. Но я надеюсь, у нас есть время, хоть и не особо много… Я могу войти? – Нервно улыбнувшись, Безфамилец переступил одной ногой через дверной проём, выжидающе замирая. В ответ ему было злое шипение. - Это было «Да»? В ответ ему было ещё более злое шипение. - Надеюсь, это было «Да»… - Вздохнув, Безфамилец вошёл в помещение, прикрывая за собой дверь – Я не понимаю, как тебя поймали… Ты же только недавно лавку разорила! Что я, кстати говоря осуждаю… - Опустив фонарь на пол, говорил Север, не отрывая взгляда от существа – Это необдуманно… Врываться в мясные лавки в таком большом городе.. Думаю, поэтому тебя и поймали… Но хэй! Я могу… Аэ… Точнее попробую помочь тебе, если ты хочешь… - Север диковато поправил бейдж на груди нервно дрогнувшими пальцами – Ты ведь хочешь, чтобы я помог? Тишина… В серых глазах возмущение и злоба. Низкое и гулкое рычание раскатывается по почти дрожащим стенам. - Пожалуйста… Я не хочу оставлять это так просто! – Крепче сжимая в руках сумку, Север сделал шаг к опасной зоне – Если ты останешься здесь, тебя заставят биться на арене! И в городе тебя тоже ждут проблемы. Ты могла бы скрыться в лесу… Но твои раны… Царь-Боже! – Ещё шаг – Мне жутко думать о том, что с тобой тут делали… А знаешь? У меня нет образования, но я кое-что знаю в медицине! Я могу вылечить тебя, в том случае, если ты не меня съешь. – Вот, Север перешагивает через чью-то надломанную кость, ступая по тихо чавкающим крысиным ошмёткам – Хочешь, я расскажу тебе о том, откуда я этому научился? Хе-хе, мой господин обучил меня. Он многому меня научил… - ФР-ЧХ! – Зверь даже чихал возмущённо и точно скучающе, смеряя пришедшего надменным, сердитым взглядом… - Не интересно? Ну… Я могу ещё что-нибудь рассказать о себе. – Север даже немного опешил и остановился – Меня, кстати, зовут Север! Безфамилец Север! Я служу своему хозяину мистеру Сшенли и живу в его лавке. Знаешь, я так рад тому, что знаком со столь мудрым и важным человеком, как он! Господин подобрал меня в приюте в Северной пустыне. Я тогда был совсем мал и слаб, но он воспитал меня… - Голос Безфамильца немного притих, а взгляд точно помутнел – Я и представить себе не могу, как бы я без него жил… - Окончательно встав на месте, Безфамилец слепо посмотрел во тьму, нечитаемым взглядом – И как буду жить… Со скрипом брёвен и звяканьем цепей, создание приняло полулежащее положение, склонив морду вниз и прожигая молодого человека угрюмым взглядом. Не сказать, что оно было заинтересованно в человеческих переживаниях. - Кхм… Извини, я отвлёкся. А как зовут Тебя…? Ой! – Его точно по лбу щёлкнули – Ха-ха, какой я глупый… Ты же не умеешь разговаривать… - На миг, Север замолчал, поднимая на создание серьёзный, испытывающий взгляд – Не умеешь же??? Тишина… Всё понятно. - Значит, это я дурак. – Натянуто улыбнувшись, Север нервно ссутулился и тихо, почти беззвучно добавил – Царь-Бог, помилуй, я разговариваю с безумным животным! Внезапно, глаза ночного гостя точно вспыхнули и нырнув вниз, зверь с яростью ударил толстой лапой по воздуху, прямо в том месте, где миг назад была немного тупенькая Безфамильская голова. До предела натягивая цепь, монстр с оглушительным клокотанием рвался вперёд, топорща загривок и грохоча хвостом по жалобно скрипящему полу. - Прости! Прости! Прости меня! Пожалуйста, прости! – Белый, точно снежное поле, вовремя отскочивший Север, отчаянно скалил и скулил сквозь зубы, неспокойно тряся руками – Я обидел тебя? Тебе не нравится сравнение с животным!? - КР-К-К-К-К! - Понял! Больше не буду! Только прошу, не натягивай цепь! – Испуганно срываясь на хрип, молодой человек глухо откашлялся – Кх…! Поранишься же… Но монстр, чьи крики были уже больше похожи на обиженный детский лепет с собачьим рычанием, всё рвался и рвался к нему, размахивая лапами, а странный отросток на лбу тускло мигнул. - Да что ж такое-то… - Не зная, что ещё делать, молодой человек шустро запустил руки в сумку, шурша лежащим внутри, местами мокрым пакетом и… С тихим шлепком, сочная розоватая свинина прилетела в звериную морду, заставив пернатую удивлённо гаркнуть и замереть… Вот, тот же несчастный мясной кусок падает на пыльный пол, не отводя взгляда с которого, зверь медленно отходит… И так же медленно поворачивает голову в сторону замеревшего с вытянутой для броска рукой Севера, в чьих глазах читается немая паника… - Извини… - Виновато пробубнил Безфамилец - Я хотел тебя отвлечь… Ой! Внезапно прилетевшая обратно, немного продырявленная мощным клювом свинина ударила Севера в лицо, заставив того забавно сморщиться. Обиженно отплевавшись и взяв одной рукой мясной кусок, Север быстро вытерся мятым рукавом второй и угрюмо хмыкнул. - Ладно… Заслужил… Победно вытянув шею, зверь издал громкий, ни то ворчащий, не то насмехающийся звук и с силой громыхнув хвостом по хилому стержню мельницы, немного криво запрыгнул наверх, чуть потеревшись боком о балку. - Ты случаем не хочешь есть? Эй…? – Слабо помахав свининой, Безфамилец осторожно отступил от стены. Но зверь лишь оскорблённо отвернулся, прижимаясь чёрным телом к балке и прикрывая глаза хвостом. По одному напряжённому сопению было ясно, как раздражён ночной гость… М… Другим ночным гостем… - Но ведь тебе правда нужно поесть! На объедках и гнилье долго не проживёшь. – Голос молодого человека оставался всё таким же неспокойным, хотя, тот искренне пытался быть строгим. Зверь ничего не ответил, продолжая держать напряжённую тишину и не двигался с места. Хотя, даже во тьме Безфамилец мог видеть, как ночной гость напрягает сплетения тугих и крепких мышц под скрытой за тёмной шерстью и перьями кожей. - Пожалуйста… Ты… - Север вздохнул и опустившись на ближайший мешок с зерном, угрюмо прижал холодный мясной кусок ко лбу, морщась от медленно подступающей мигрени – Царь-Боже, какой же ты упрямый… Точнее упрямая! – Подняв взгляд из под свинины, Север осторожно посмотрел на скрытую в тёмном углу фигуру – Ты же девочка, да…? И вновь тишина… Воздух вокруг был пустым и колючим, без капли малейшего звука. Разве что, на улице тихо стрекотали сверчки, да мельница тоскливо плакала, под завывания прохладного ветра в кривых трубах. - А хочешь… - Север убрал кусок мяса и забавно похлопал ресницами – Я дам тебе имя…? Зверь неуклюже поёрзал, удобнее устраиваясь на балке. - Знаю, не мне, безвольному Безфамильцу раздавать имена… Но может, так мы быстрее подружимся? – пухлые губы расползлись в мягкой, наивной улыбке – Эм… Пэнни…? - Кр-р… - Хвост зверя опустился, повисая вниз и раздражённо, но с любопытством покачиваясь из стороны в сторону. - Как тебе? Милое имя! У знакомого моего хозяина – капитана Серо-буро-малиновая борода, так семикрылого попугая зовут… Заложница мельницы даже зашипела от такого сравнения и подняла голову. - Ладно. А что насчёт Мелисы? Может, Макрина? Рогнеда? Инна? Танечка? Астра? Да ну! Неужели и Астра не подходит? Ладно… - Север даже поморщился, старательно вспоминая все женские имена, которые только знал, под недовольное ворчание безымянного зверя – Грейс? Тарка? Элизабет? Амилиса...? – Тут, молодого человека будто бы осенило. Глупо улыбаясь, Север встал места и взмахнул руками. Тёмные волосы забавно встали дыбом, а золотистые глаза самодовольно блеснули. - Равенна! Я буду звать тебя Равенной! – Он посмеялся – А? Что думаешь, Равенна? Мне кажется, тебе идёт… Эм… Равенна…? Равенна кажется уже дремала… Спрятав морду под лапой, пернатая тихо сопела, спустив вниз длинный, толстый хвост. Звериные шерсть и перья слабо вздымались с каждым сонным вдохом… Но спит ли она на самом деле…? Настороженно помрачнев, Безфамилец смерил Равенну долгим, внимательным взглядом. Неизвестное чувство силы ударило в грудь и точно позабыв о любой угрозе, Север медленно побрёл к Равенне. Каждый шаг, каждый скрип… Безфамилец старался быть как можно тише, когда приблизился и с чарующим чувством неизвестности, уставился на звериный хвост. Он был длинным и толстым. Чёрная, местами лысая шерсть сочеталась с неухоженными, где-то жжёнными перьями. Следы ран и ожогов покрывали хвост, точно боевая раскраска и были почти везде. Даже самые большие и длинные перья в самом конце хвоста были уродливо мяты и оборваны. От шкуры мерзко пахло кровью и гарью… С ужасом оглядев сия картину, молодой человек точно под гипнозом хотел протянуть руку и прикоснуться к уродливому голому ожогу… Но вовремя отпрянул… Качнувшись, хвост со змеиной грацией скользнул наверх, а полный ледяной ненависти взгляд вонзился прямиком в душу Севера, холодным, серым кинжалом… Когти со скрипом царапнули дерево и вот, Безфамилец поспешно удаляется, осторожно пятясь назад. - Извини… Я… - Голос Севера слабо дёрнулся – Я оставлю это здесь… И я вернусь… Обязательно вернусь и спасу тебя, Равенна. – Сверкнув золотыми глазами и положив свинину на пол, молодой человек с силой стиснул зубы – Обещаю… И знаете? Даже будучи трусливым Безфамильцем, он сдержал своё слово… *** Сейчас, когда дорогой господин временно живёт в больнице, у Безфамильца есть время наладить отношения с Равенной, дабы она наконец-то позволила помочь ей. День… Другой… Зверь осторожен и недоверчив. Сидит себе на верхушке и смеряет Безфамильца надменным взглядом, точно мысленно ломая идиоту кости… Но Север и не собирается сдаваться. Его голос мягкий, добрый, точно у старшего брата, навещающего капризную сестрицу и уговаривающего её съесть несчастную куриную грудку, вытащенную из кастрюли и приволочённую на уже не такую уж и страшную воющую мельницу. Вот, он сидит на рваном мешке воодушевлённо беседует сам с собой о важности дружбы и доверия, или подробно объясняет, как нужно обрабатывать раны и ожоги. - А потом… - Продолжал он, разворачивая сероватые бинты на левой руке – Берёшь и заворачиваешь повреждение… Только сильно туго не надо! А то будет только хуже. – И с этими словами, он заново завернул аксиленовый ожог, ловко перевязывая запястье правой рукой – Возможно, будет немного неприятно, но это можно вытерпеть… Поверь, это необходимо. И конечно, были и трудности, в виде двух охранников – Шона и Тома, что периодически маячили около, то сторожа у входа в мельницу, то бродя по лесу, то переругиваясь из-за ненароком сделанной Томом дырой в аэростате… Один раз, во время очередных разборок между парочкой, Северу и вовсе пришлось прятаться за дверью (Которой его разок прилично долбанули) в позе истукана. Да и снующие на каждом шагу охотники не особо радовали… В прочем, пока что, всё шло относительно гладко! Даже Равенна, хоть и продолжала созерцать на Безфамильца сверху вниз с видом превосходства и недовольства, хотя бы перестала каждый раз шипеть и беситься… *** - Что это значит…? По спине молодого человека пробежал холодок… Царь-Боже, он ведь и подумать не мог о том, что может бояться войти в собственный дом… Такой уютный, тёплый, любимый дом…! Поздняя ночь.. Даже нет! Уже утро! И пускай небо всё ещё довольно тёмное, а пришедший с мельницы Север уставший и сонный, ему точно не мерещится – дверь открыта… - Эй, извините, здесь к-кто-то есть…? – Попытки сделать голос грознее четны и Север обеспокоенно закусывает губы, осторожно идя в сторону света из гостиной – Знаете, вламываться в чужие дома грубо… Кхм… Извините… - Ах, прощаю-с…! Испуганно взвизгнув, Безфамилец с ужасом отшатывается в сторону, схватившись за сердце и болезненно скрипнув зубами. Ладно бездомные! Ночью в этой местности прохладно. Ладно путешественники! Бывает, заходят… Да даже с ворами всё ясно… Но какого духа здесь делает по хозяйски развалившийся в кресле господин Севилье!? - Да простит-с меня твой добросердечный хозяин, дай Царь-Бог ему здоровья! - Накручивая сверкающий золотистым блеском при свете камина ус на тонкий, изящный палец, Андре Севилье виновато причмокнул губами – Я решил зайти по делу… А дома никого-с не было, представляешь? Даже интересно, куда уходил здешний Безфамилец поздней ночью... – Посмеявшись и подперев кулаком щёку, мужчина сахарно улыбнулся. - Что вы здесь делаете? Как вы проникли в дом…? – Ссутулившись и сделав шаг назад, Безфамилец четно попытался состроить грозное лицо – Я всегда закрываю двери и окна перед уходом! - А-а! – Погрозя пальцем, охотник с мнимым спокойствием прикрыл глаза, продолжая склабить зубы - Закрой рот и навостри уши, Безфамилец! Уже не важно-с, как я оказался здесь… Важнее, зачем-с… - Проворные пальцы мужчины утюжили длинные, небесно-голубые перья на кораллового цвета шляпе, лежащей на острых коленях – Как я уже говорил, у меня есть дело-с. Поёжившись, Север нервно вдохнул воздух в грудь. Ему определённо не нравилось происходящее и сама мысль о том, что в их с господином дом так легко проникнуть, приводила в отчаяние. - К сожалению, сэр… - Натянуто скалясь, Север мрачно хмурился и скрипел зубами – Мой достопочтенный хозяин в больнице и не может обсуждать с вами никакие дела. – Осмелившись и подойдя ближе, Север настолько сурово, на сколько он только мог, ворчливо добавил, скрестив руки на груди - К тому же, прошу, сэр, взгляните в окно! В такую темень разговоры не ведутся. - Ха-ха! Ты так мил и наивен, Безфамилец Юг! Жаль, что мозгов не хватает-с! – Раскатившийся по комнате яркий и бархатный смех отскакивал от стен и точно искрился от восторга и умиления. - Юг…? Но я не… Кхм! – Недоумевающе похлопал глазами Север, таращась на хихикающего охотника с обиженным видом – Извините, но что вы имеете в виду? Я не понимаю вас, сэр. - Оно, хо-хо, и видно! – Улыбка мужчины немного померкла, хотя тот продолжал улыбаться, перезакидывая ногу на ногу – И если это так-с, скажу проще… Я пришёл поговорить конкретно-с с тобой, Безфамилец. - Со… Мной…!? – Кожа побледнела, взгляд дрогнул а тёмно-каштановые волосы будто бы зашевелились – Но… Кхм! Разве вам, сэр, есть о чём говорить со мной? – Губы молодого человека дрогнули, точно он до конца не верил, что с ним хочет поговорить кто-то вроде Севилье – С Безфамильцем? - Есть. – Загадочно улыбнувшись, явно довольный чужим смущением, Андре неопределённо махнул рукой – Я хотел бы поговорить об этом в другое время-с, но днём были дела-с… Ах, знаешь! Я так устаю от ноши известного охотника-с… Даже в таком скучном и глупом городе-с как этот, нет человека или нелюдя, что не знал бы меня и не просил автограф… - Он потряс пальцами, натянув театрально измученную гримасу – Ну-с, а каждый раз, когда я приходил поздним вечером, ты уже куда-то-с уходил… Хи-хи, вот и пришлось ждать! - Ох-оу, я честно, не знаю, что могу ответить, сэр… - Безфамилец виновато перебирал пальцы – Простите…? - ХА-ХА! Довольно извинений, мой закомплексованный друг! Думаю-с, ты сможешь искупиться за моё потраченное время, если просто ответишь мне… - Слова вмиг охрипли, точно рассыпаясь подобно раскалённому песку, а в ехидном прищуре прекрасного мужчины появились злые искорки – Где ты прячешь ретвея-с…? - Кого…? – Север недоумевающе замер, а его крупные руки сжались в кулаки - Я говорю-с о ночном госте… - Охотник деловито хмыкнул – Ты знаешь… Этот зверь нужен мне и я не потерплю-с подлости от тебя, Безфамилец. Я знаю, что тебе известно, где гнездится эта тварь. - Но господин Севилье! – Север испуганно сморщился и сильнее ссутулился – Это вовсе не т-так! Я не знаю где прячется гость! - Да-с…? – Смерив Безфамильца колючим взглядом, господин Севилье ощерился только сильнее, пряча руку в карман… И доставая оттуда уродливую липовую фигурку, с косо приклеенным хвостом из мятых перьев… Показательно ставя фигурку на ладонь и гладя кривую деревянную спинку пальцем, охотник продолжал: - Тогда, куда-с ты ходишь по ночам в последнее время, м…? И только не мурлычь про «Полезную прогулку-с перед сном»… - Я-я-я искал клеорозу… - С диким ужасом глядя на фигурку в руках мужчины, молодой человек с трудом пытался связать и пару слов – И откуда вы взяли… - Комод… - Охотник сердито ухмыльнулся, слабо дёргая деревяшку за импровизированный хвост – Она стояла на комоде… Внезапно встав с места, Севилье сделал шаг к немедленно отступившему Северу. Теперь, во взгляде охотника читалось открытое раздражение. - Ну и? Собрал? – Он недоверчиво хмыкнул - И на кой проклятый дух тебе нужно-с столько клеорозы, а? Когда мы встретились, у тебя была целая корзина-с! - П-п-прозапас…! – Сердце ёкнуло и нервно скалящий зубы, Север отчётливо услышал, как жалобно скрипит древесина в чужой мёртвой хватке – Мой хозяин скоро выйдет и я хочу быть подготовленным к новым трудностям, сэр! - В самом деле? Ха-ха, какой ты заботливый! Даже-с тошнит… - Шаг за шагом, господин Севилье приближался к Безфамильцу – А теперь, лживая грязь, давай по серьезному-с… - Резко поддавшись вперёд, Севилье проворно выхватил из-за спины подозрительный, блестящий золотом предмет, походящий на цилиндр. - С-сэр!? Щелчок! скрежет! свист! Вот, с силой врезавшийся в стену Безфамилец, с отвисшей челюстью и полными звериного ужаса глазами вслушивается в гул небесно голубого камешка, парящего в декоративном отверстии элегантного вида золотого копья, чудом не пригвоздившего несчастного рабочего к жалобно скрипнувшей стене. Это была определённо дорогая и искусно выполненная работа, точь в точь подходящая своему придирчивому владельцу. Выстрелившие из цилиндра резные, железные прутья материализовались буквально из резко вспыхнувшего света и делились на узорчатые, парящие на некотором расстоянии прямые отрезки. Голубой камушек угрожающе сиял и тихо, почти незаметно вибрировал, под гулкий и громкий стук Безфамильского сердца. - Молчи-с, несчастный! Молчи-с и слушай МЕНЯ! – Каждое его слово было наполнено гневом и диким клокотанием, а изрезанное хмурыми морщинками лицо медленно краснело от бурлящей ярости – Я – Андре Севилье! Потомственный охотник и укротитель буйных зверей и чудовищ! Да я с шести лет убивал тварей, коих опытные своры-с не сразу уложат! – Чудно сверкающие при тёплом свете огня длинные пряди точно встопорщились и встали дыбом, падая на безумно рычащее, точно в припадке лицо – И сейчас, когда до цели длинную во всю свою жизнь… До сбытия обещания, что я дал ещё будучи-с наивным юнцом, осталось всего пару маааааааленьких шажочков… - Его пылающее лицо опасно приблизилось, и Север душой был готов поклясться, что ещё чуть-чуть и у охотника пошла бы пена изо рта – Дорогу-с мне преграждает толстопузый урод без ума-с и фамилии-с!? Его прекрасные, некогда лучезарно-радостные глаза угрожающе поблёскивали при голубоватом свете камня, а жилистые руки еле-заметно дрожали, цепляясь за прибитое к стене копьё. - Я знаю-с… ОХ-ХО-ХО-ХО, знаю-с! Ты прячешь его-с от меня… Прячешь! – Тонкие розовые губы дрогнули и изобразив уродливое подобие улыбки, господин Севилье дико показал белые зубы – Ретвеи-с обожают играть прятки-с! Особенно во тьме… Для ретвея-с нет друга лучше, чем вечный мрак… Ха… Я собственными-с глазами узрел это, пару десятков лет назад… На миг, его пылающий взгляд помутнел и точно погас, догорая последние ярые искорки. Теперь, господин Севилье смотрел на Севера тучно и сурово, будто грозовое облако на летучее судно. - Я не собираюсь ходить вокруг до около-с, Безфамилец… Просто… Нгрх-аргх! Просто будь послушным невольником и признайся… - Тонкие усы нервно дёрнулись – Не заставляй меня переступать черту-с… Точно в предупреждение, голубой камушек вновь замерцал, точно в такт сердцебиению вспыльчивого охотника… - Я… Гм… Сэр, прошу… - Север с трудом ворочил языком, продолжая пугливо жаться к стене и отчаянно строить хоть немного спокойный голос – Я понимаю и ценю ваши старания… Правда, сэр! Очень ценю… Но я правда не знаю, где прячется ваш зверь! – Нервно сглотнув, Безфамилец поёжился – Да и если бы знал, сам бы рассказал об этом… А сейчас, вы и вправду, только зря тратите на меня время… Я хоть и Безфамилец, но даже я могу понять, насколько вы занятой и расчётливый человек, сэр… - Ты… - Глаза вновь охотника вспыхнули – Т-ТЫ…. - Я должен сказать, что восхищаюсь вами… Сэр…!!! - Продолжая периодически косо поглядывать на лезвие, находящиеся в нескольких дюймах от своего перебинтованного горла, Север говорил настолько чётко и внятно, на сколько ему только позволяла собственная слабость – Я читал ваши книги… И статьи про вас читал… То сражение на границе Амезской Империи и Щнефьской Федерации со взбесившейся роголапой ящерицей так и вовсе запало мне в душу! Вы… Кхм… Вы умный и давний охотник, господин Севилье… Т-так неужели кто-то вроде вас, станет терять время на трусливого рабочего так… Извините… Бездарно…? Честно… Северу верещать хотелось от осознания, насколько же жирная и заметная его нелепая попытка в лесть… Но ничего другого, с юношества уступчивому и прогибистому Безфамильцу в голову, увы, не пришло. - Ты…? Умеешь ЧИТАТЬ? – На миг, Севилье недоверчиво осмотрел Севера с ног до головы. - Кхм… Хозяин научил…. – Виновато и криво улыбнувшись, Север нервно сглотнул – В хозяйской комнате есть несколько сборников с вашими приключениями… - Его кадык нервозно дёрнулся – Я только на днях закончил читать ваш последний роман… Я расстроился, когда услышал о том, что его так бесчестно раскритиковали…! Вы не только хороший охотник, но и отличных писатель, господин Севилье… - Ты так считаешь…? – Мужчина непростительно близко приблизился и с подозрением навострил тонкие усы – И как тебе мой роман…? - Очень… - Будто бы глупый болванчик, Север парочку раз дёргано кивнул, встревоженно стреляя янтарными глазками. Какое-то время, господин Севилье молчал, мрачно морщась… Честно, молодому человеку на миг даже показалось, что его «хитрость» с треском провалилась, но вот… Самодовольно ухмыльнувшийся охотник, с лязгающим звуком вынимает копьё из стены и показушно повертев его в руках, с важным видом и громким стуком упирает его тупым концом в пол. - Какова-с шутка… Меня читают несчатные Безфамильцы…! - С задумчивым видом сказал охотник и как ни в чём не бывало рассмеялся, наполняя комнату ярким, щебечущим смехом – Но я рад, что даже-с болван вроде тебя, не согласен с мнением общественности, ха-ха-ха! Глупый Безфамилец, ты так мил и забавен!!! Хи-хи! - Ха-ха… Да, сэр… Это смешно… - Неуверенно промямлил Безфамилец, осторожненько подаваясь в бок, точно хромой краб и отходя на безопасное расстояние – Глупые, глупые Безфамильцы… - Молодой человек поник и опустил нос – Глупый, глупый я… - Прочь самобичевание… Хе-хе… - Перебросив копьё из ладони в ладонь, охотник в последний раз повертел его в руке и орудие с громким щёлканьем и гулом вернулось в первоначальное цилиндрическое состояние – Не думай, что это всё, Безфамилец… Тебе ещё несладко-с придётся, поверь! Хи-хи! - Повернув голову, мужчина посмотрел на Безфамильца через плечо и хмыкнул – Может быть, я немного самолюбивый… Но уж точно не тупой… Вот, охотник с вальяжной походкой подплывает к камину… В его руках липовая фигурка. - Я не стану бить беззащитного-с Безфамильца… Даже такого слабоумного… Но если тебе хватает наглости сомневаться в моих силах… Миг и деревяшка летит в жаркие объятия пламени, треща и сверкая искрами из моментально вспыхнувшего хвоста. Медленно но верно, деревянный зверь начинает чернеть, а клей бурлить и плавиться у него на кривой спине… - Вспомни, что я и мои-с друзья следим за тобой… Безфамилец Юг… - Развернувшись и бросив на безмолвно стоящего неподалёку молодого человека превосходящий взгляд, охотник широким шагом прошёл мимо, слабо задев того развивающимся небесно-голубым плащом с золотыми узорами – За такой трофей, как этот зверь, я и убить могу-с… И с этими словами, прекрасный мужчина сахарно посмеялся и покинул дом, скрывшись в тёмном, Спящем лесу и оставляя Безфамильца одиноко стоять посредь гостиной, с мрачным, уставшим видом. - Меня зовут Север… Сэр… - Почти Беззвучно прохрипел молодой человек, медленно переводя взгляд в сторону камина... Туда, где так скоропостижно и жестоко погиб маленький деревянный зверёк, с тупым клювом, кривыми лапками и уродливым хвостом из мятых перьев… Ещё долго молодой человек видел перед глазами широкую, огненную пасть камина, с острыми, железными зубами-решёткой и с десятком, а то и сотней огненных языков, обвивающими свою тихо пощёлкивающую добычу... Уже через семь часов, когда молодой человек приведёт хозяина из больницы… Когда будет наводить уборку, под яркие стариковские рассказы, о сражении в больничной койке со внезапно ожившей манной кашей… Когда будет укладывать спать того же, по детски капризничающего старика, попутно недоверчиво вчитываясь в «способ применения» выданного в больнице для хозяина снотворного… И сам устроиться спать в своей родной мансарде… Он будет думать о том, в какое липкое приключение вляпался, когда случайно набрёл на ту несчастную, воющую мельницу… *** «Я должен закончить это как можно скорее… Охотники не дураки и путаницей следов их не обманешь. Надеюсь, мне хватит времени…» Сегодня особенная ночь… Север чувствовал это и искренне беспокоился… Из-за чего? Или из-за кого…? Сейчас, когда на границе маячат Севилье с Вартабасом стоило поторопиться и не терять ни минуты! «А вдруг я не успею…? Или у меня ничего не получится….?» Попытка – пытка, а выбора нет… В сумке – медикаменты со снотворным и инструменты. В душе – ядерная каша из самых контрастных эмоций уверенности и страха, а в доме – согласившийся (За скромную сумму в пять эрисов и два золотистых батона) проследить за хозяином Бари… Восседающая на основании, точно непризнанная царица на троне, Рави скучающе болтала хвостом, уже не столько раздражаясь обществом пришедшего, а скорее, просто пытаясь игнорировать его, и сверлила взглядом луг, виднеющийся из маленького окошка… Сейчас была поздняя ночь и если бы не бледноликая луна, густая и зловещая тьма давно бы накрыла лес сплошным, неуютным, колючим одеялом. «Надеюсь, Бари не разбудит господина… Ох, мой милый хозяин, знали бы вы, на какой отчаянный шаг я иду…» От мыслей молчаливо сидящего на том же мешке Безфамильца отвлёк писклявый зевок сидящей на балке Равенны… Грациозно выгнув спину и щёлкнув мощным клювом, хозяйка башни ловко спустилась вниз и с шорохом ползучих по полу цепей подошла к миске с водой… Заметив это, Безфамилец заметно напрягся, сжимая в пухлых руках лежащую на коленях сумку, и нащупывая уже задействованную банку стариковского снотворного… Лишь бы прокатило…! Тем временем, склонившись над миской, Равенна беззвучно высунула длинный острый язык и принялась лакать воду, иногда набирая её побольше в пасть и по птичьи «полоская» горло комичными движениями головы… Странно… Вкус у воды какой-то горький. Подняв голову, чудовище деловито облизнулось и странно посмотрело на человека. А тот стоял в самом далеке, грустно улыбаясь, и словно взглядом говоря скомканное, мятое – «Извини…». - Я скоро вернусь… Не теряй меня, Рави. – Обратился Север к зверю и исчез на лестнице. Никак не отреагировав на его слова, Равенна вновь запрыгнула наверх и отвернулась к окну, вглядываясь в самую даль и лениво болтая хвостом из стороны в сторону. А Север осторожно спускался вниз, чувствуя, как нарастает волнение, постепенно всё выше и выше пробираясь вверх по глотке. Он не знал, когда именно сработает снотворное, подкинутое в воду. На господина Сшенли хватало одной таблетки, чтобы уже через двадцать минут он крепко спал, как младенец… Но что насчёт гигантского чудовища? На всякий случай он закинул всю горстку, но всё равно дико волновался. А что если таблетки не подействуют? Север чувствовал, как с каждым днём поджимало время, но он не мог просто взять, и сразу подойти к зверю. Она ему не доверяет и Безфамилец отлично это чувствует. Или наоборот! Что если он переборщил со снотворным? Вдруг Равенне станет только хуже, и это будет полностью вина Севера? - «Ладно! Что сделано – то сделано» - Мысленно сказал себе молодой человек., перепрыгивая особо подозрительную ступеньку. К тому времени, он уже был на улице и внимательно вглядывался во тьму, боясь увидеть там два знакомых силуэта с раскалёнными трезубцами, так и норовящими пронзить незадачливого искателя приключений. Окружив мельницу, Север почти на ощупь искал ранее мимолётом увиденную лестницу, но поиски увы, были безрезультатны. Пока молодой человек искал нужный предмет, ненароком услышал чьи-то голоса. Шугнувшись, Север застыл на месте… Благо, голоса были далеко… Придя в себя, Север решился подойти ближе к источнику, и прижавшись к стенке, медленно побрёл в нужную ему сторону. Голоса звучали громко и рассерженно. Уже знакомый Северу Шон бурно ругал Тома, грозясь скормить его чудовищу. Всё также продолжая прятаться в тени, Север наблюдал за тем, как два охранника чуть-ли не дерутся, стоя около небольшого воздушного корабля, с шаром как у дирижабля вместо паруса, размером чуть меньше лавочки Сшенли. - А надо было тебе туда было ходить, а!? – Даже во тьме и издали было видно, как у Шона встали волосы дыбом – Я не удивлюсь, если они уже снарядили поход сюда! - А что мне ещё надо было делать? Хозяин прибудет на днях, а у нас дырища в шаре и с рулём беды! Мне нужно было найти мастера, который мог бы подлатать хотя бы что-то! – Оправдывался другой охранник. - Да чёрт с ними! Я бы сам заделать и починить всё собирался! – Шон потряс перед молодым охранником крупным лоскутом ткани – А теперь, если эти выйдут на наш след… - Они убьют нас? – Скептически спросил Том, сложив руки на груди. - Хуже! – Крикнул Шон, резко взмахивая руками – ОН – убьёт нас! - Ты про хозяина? – Уточнил молодой человек, хмуря брови. - Ну не про Чёрного рыцаря же, идиот! – Рассерженно прорычал Шон, отбрасывая от себя кусок ткани – Ты сам видел какая сейчас ситуация в городе. Если тот мастер заприметил следы от когтей, укусы и ожоги на твоей коже и одежды– нам кранты! Нельзя нам в город выходить! Нельзя! Ты хоть представляешь, что сделает с нами Вартабас, если с этой пернатой дрянью что-то случится!? - Нгрх! Угомонись Царь-Бога ради! – Отмахнулся Том – Тот парень ничего и не заметил! Зато смотри, как он мастерски всё подлатал! – Нервно улыбнувшись, тот показал на шар с еле заметной заплаткой на боку. - Ты серьёзно сейчас…? – Пугающе спокойным голосом процедил Шон. - Да…? - Да я тебя сейчас убью, Том! – Взвыл Шон резко хватая напарника и со всей силы вдавливая в бок судна – Убью! - Эй-эй-эй, успокойся, кретин! – Том как мог извивался и пытался выбраться из крепкой хватки. - Успокоиться!? – Шон продолжал грубо трясти Тома, то и дело прикладывая того головой к корпусу – Ты своей пустой головёшкой и представить себе не можешь, что с нами сделает хозяин! Ты знаешь что будет, если мы промахнёмся! Вспомни старину Рона, идиот! – Громкий истошный крик Шона с каждым словом всё больше хрипел и спотыкался – Я собственными глазами видел его в гневе! Собственными ушами я слышал вопли тех бравых ребят, коим не повезло выполнить свою работу! Ты не представляешь, как же я благодарен Царь-Богу, за то, что не попался Вартабасу под горячую руку! - Но… - Ни каких «Но», приятель! – Рыкнул старший – Возможно я открою тебе величайшую тайну, но даже такой примерный слуга как я, искренне ненавижу его… - Голос Шона звучал пугающе тихо и ядовито – Его все ненавидят… И ты тоже, - Охранник угрожающе приблизил щетинистое лицо к напуганному охраннику – И не зря… Грубо протащив онемевшего Тома вбок, Шон толкнул его, и тот полетел в траву, предварительно зацепившись за приложенную к кораблю лестницу. Мало того, что младший глухо бухнулся на землю, так на него сверху ещё и лестница упала… Громко ойкнув, охранник вылез их под лестницы и отряхнулся от пыли. - Сволочь… Толкать то зачем было??? – Обиженно спросил Том, на всякий случай сохраняя дистанцию со своим буйным напарником, и поправляя перчатку. - Это самое малое, что я мог сделать… – Хмыкнул Шон – А теперь, бери ведро и дуй к роднику. - А почему я то опять? – Нахохлился Том. - Таково пророчество! – Бросил ему Шон, неторопливо поднимаясь на судно по небольшому, некрепкому на вид трапу – К тому же, курице надо воду заменить… О, и лестницу на место поставить не забудь! Забравшись наверх, мужчина скрылся в каюте, громко громыхнув дверью... Оставшийся один на один, Том стал тихо ругаться и ворчать. Да что себе позволяет этот кретин!? - «Это самое малое, что я мог сделать!» - Искусно пародируя сиплый нудный голос своего напарника, бухтел Том - «Такого пророчество!» - Продолжая ворчать как старый дед, молодой человек поднял лестницу и понёс в сторону мельницы. Не заметив вовремя юркнувшего в кусты с крапивой Севера, Том подошёл к мельнице, поставил лестницу и угрюмо побрёл к кораблю, продолжая тихо поясничать. Там он забрал помятого вида ведро и лениво побрёл в самую чащу леса… - АЙ! АЙ! – Убедившись в том, что охранник ушёл, всё это время тихо сидевший на карачках, Север вывалился из кустов, хватая себя за ожоги. Несколько красных пятен медленно расползались по бронзовой коже. Дикая боль адски жгла руки и левую щёку Безфамильца. И всё же, тем не менее, продолжая тихо шипеть и роптать, Север быстро схватил любезно предоставленную деревянную лестницу и торопливо понёс её ко входу в мельницу, игнорируя боль. Уже там, с горем пополам затащив лестницу наверх, Север замер в дверном проёме, не в силах отвести взгляда от мирно посапывающего чудовища... Сжавшись в один большой пернатый комок, Рави еле заметно покачивала спущенным вниз хвостом, подобно рыбаку, что закинул удочку в ожидании улова и тихо сопела… Аккуратно поставив лестницу у стенки, молодой человек болезненно прикусил язык. Подтянув лямку на плече, Север крепко прижал одной рукой сумку к боку и стал красться к зверю. Неужели снотворное подействовало так быстро? Быть не может! В любой момент Безфамилец был готов броситься бежать, но пока не было повода, молодой человек тихо ступал по обшарпанным доскам, боясь издать лишний звук. Подойдя к толстому хвосту, Север остановился и неуверенно рассмотрел его… Раны, залысины, ожоги и мятые, маслянистые перья с шерстью… Ну, ничего не поменялось, разве что, какие-то зоны заметно загноились… И ожидая худшего, Север аккуратно прикоснулся пальцами к блестящим пёрышкам… Существо не дрогнуло. Судя по нарастающему каркающему храпу, сон его был крепок и правдив. Всё смелее и смелее, молодой человек кружил около хвоста и внимательно разглядывал раны и ожоги. Последние были заметны лишь вблизи. Крупные волдыри выступали на серой коже вместе с красноватыми пятнами... На ум молодому человеку вмиг пришёл раскалённый трезубец, бьющий пылким жаром… И глядя на всё это, Север впервые за столь долгое время почувствовал неспешно нарастающий гнев… Ни грубые клиенты, которых Северу приходилось пачками за одну неделю выгонять из лавки, ни безрассудность чересчур бойкого господина Сшенли, ни даже нахальность местных медиков, не вызывали подобного чувства у Безфамильца… В душе пробудилось странное желание сделать что-то столь смелое и безрассудное, что у молодого человека закружилась голова… Убедившись в том, что Равенна спит, Север прокрался назад за лестницей, осторожно поставил её так, чтобы верхушка её опиралась о балки основания и нерешительно залез наверх. Боясь упасть и наделать много шуму, Север неуклюже вцепился в основание и подполз к зверю… В близи, крупная морда выглядела ещё страшнее. Клюв побит и местами даже помят, глаза с красивыми длинными ресницами томно закрыты, а из-под костевого нароста, по лбу, пробираясь грязными дорожками по клюву и щекам видны следы засохшей крови… Камень хоть и был потрескан и местами покрыт бурой корочкой, всё равно продолжал привлекательно поблёскивать при столь малом количестве света... - Ну-с… Начнём… - Обняв ногами деревянную балку и подняв тело в более-менее сидячее положение, Север достал из сумки крупную ножовку для резки по металлу. Одной рукой нащупав на мускулистой шее металлический ошейник, Север на ощупь отыскал под липкими перьями крепление к цепи и нащупав саму цепь, подтащил её к себе. Та хоть и была прилично толстой и крепкой, очевидно была довольно старой. Выбрав самое ржавое и некрепкое место, Север как мог придавил цепь таким образом, чтобы можно было удобнее резать. Наметив взглядом одно из колец, Север принялся ожесточённо пилить. Выходило туго… Дурацкая цепь то и дело норовила выскользнуть из вмиг вспотевших рук, разрез на кольце съехать, а напильник задеть часть тела своего пользователя… С каждым глубоким вздохом, громким всхрапом, сонным ворчанием и шумным сопением Равенны, молодой человек вздрагивал и застывал, несколько раз почти чуть не роняя напильник из дрожащих пальцев. И всё же… Последний медленно, но верно делал своё дело… С противным звуком, на кольце неторопливо проявлялся след, всё больше и больше углубляясь вглубь. Честно, Север понятия не имел, что будет делать дальше… Всё что он мог сделать - это освободить Равенну от заточения, а куда он потом её денет, он, честно, не знал. Может, ему будет достаточно распилить цепь и уйти? А дальше, когда зверь проснётся, то сам сможет сбежать! Ну, если охранники не вмешаются… - ЭЙ, КАКОГО ВТОРОГО ТЫ ДЕЛАЕШЬ, ПАРЕНЬ!? – Злого духа помяни, он и явится… Когда цепь была уже почти распилена, Север услышал грохот упавшего ведра с водой вместе с криком Тома. Выронив напильник и чуть не улетев за ним, Север неудачно дёрнул ногой и с грохотом уронил деревянную лестницу… Это конец… - А…. Ой… Зд-дравствуйте…??? – Север нервно заулыбался и крепче вцепился в брёвна, готовясь получать по шапке… - Слазь оттуда! Сейчас же! – Прорычал охранник, чей взгляд боязливо прыгал с Севера на Равенну – Я к тебе сам не подойду! - Ох-ох… Извините… - Безфамилец точно чувствовал, как шевелятся волосы на затылке, от клокочущего в горле страха и волнения – Я… Я не могу… - Что значит «Не могу»!? – Возмущённо рычал Том, сверкая зелёными глазами. - Лестница… - Молодой человек тяжело сглотнул и на секунду отвёл взгляд – Она упала… - Мне плевать! – Взмахнув трезубцем, охранник шумно заскрипел зубами – Прыгай вниз и поднимай руки вверх! – Слова дрожащего от злости и волнения Тома сочились ядом и страхом. - Извините сэр… - Искренне печальным голосом пробухтел Север – Но тут высоко… Я… Я боюсь… - А ничего другого ты больше не боишься, пузырь!? – Сорвался охранник. - Я вас боюсь… Сэр… Том, явно хотел вновь сказать что-то. Даже в полумраке Безфамилец видел, как яростно кривится его лицо… Но уже не от гнева… А от ужаса… Ведь резко распахнувшая глаза, Равенна стремительно рванула вниз, со звоном разрывая ослабшую цепь. С грозным рыком она бросилась на бессвязно орущего что-то охранника, выпустив острые когти. Тем не менее, то увернулся и даже смог задеть чудовище трезубцем. Оглушительно каркнув, Равенна отскочила от стены и повторно напрыгнула на врага. Пока Том с громкими воплями пытался отбиться от чудовища, Север сидел на самой верхушке, глядя на происходящее внизу с замешательством в испуганных янтарных глазах… Он просто не мог поверить в то, что сейчас происходило! «Всё это время, она лишь притворялась спящей… Она могла порвать меня в любой момент…» - Эй! П-простите…! Мне правда жаль, что я подверг вас опасности, сэр…! – Громко тараторил перепуганный молодой человек крепче вцепившись в древесину сплошным дрожащим комком – Я не хотел, чтобы кто-то пострадал… Мне жаль… Мне очень-очень… - Завались, муйло! – Получив когтями по брюху и отлетев к стенке рявкнул Том, ненароком роняя сияющий во тьме трезубец. - Хорошо… Оружие с громким звоном ударилось об пол и откатилось в сторону от своего хозяина. Обезоруженный, в порванной одежде, охранник вжался в стенку, со звериным ужасом глядя на медленно приближающуюся тварь... Сгорбив гибкую как у кошки спину и распушив по истине царскую холку, Равенна медленно подкрадывалась к врагу, очевидно наслаждаясь беспомощностью своего мучителя… - Надо слезть… А как? Я не могу сидеть здесь вечно… Надо срочно что-то сделать… - Неуверенно бурчал север, прикидывая, как бы поудачнее спрыгнуть вниз – Но что…? - ТОМ, КАКОГО (Это слово, Север не расслышал) ЗДЕСЬ ТВОРИТСЯ!? – Ворвавшийся в помещение Шон с дикой яростью осмотрел окружающих. - Здравствуйте… - Том! – Проигнорировав Севера, охранник с диким воплем бросился на чудовище с воинственным рыком. С гулким ударом хлопнув Шона хвостом, чудовище сменило курс на нового врага. Воспользовавшийся замешательством Равенны, Том подполз к отлетевшему трезубцу, поднял… Прицелился… - Рави, сзади!!! С грохотом взмыв верх и задев боком одну из балок, Равенна увернулась от пролетевшего мимо трезубца, буквально перепрыгивая через прижавшегося к балке Севера. Молодой человек буквально почувствовал, как по его спине прошёлся ветерок с грязными перьями… Вновь спрыгнув вниз, чудовище почувствовало, как кто-то больно вцепился ей в хвост! С дикими криками и рычанием, Равенна пыталась избавиться от прицепившегося к ней старшего охранника и била хвостом об стены и пол. А Шон продолжал терпеливо взбираться по длинному чёрному телу со складным ножиком в жёлтых зубах. - Убей её Шон! К чёрту Вартабаса! – Хрипел Том с трудом хромая на помощь к другу – Ко Второму их обоих!!! Так и не добравшись до головы, Шон со всей силы воткнул нож в липкую спину бушующего зверя. Даже сидя наверху, в темноте, Север мог увидеть выступившие на серебряных глазах слёзы, и почувствовать жгучую боль в чужой спине… Отчаянно взревев, Равенна накренилась вбок и споткнувшись, придавила бессвязно орущего что-то Тома, рьяно стуча хвостом. Быстро вынув нож и подобравшись ближе к голове чудовища, Шон с ненавистью в глазах замахнулся для последнего удара… Но не рассчитал, что получит ботинком по голове… Продолжающий сидеть наверху, наполовину босой, Север нервно сглотнул и попытался состроить суровую гримасу. Пока охранник прибывал в замешательстве, Равенна резко поднялась и со злостью клюнула того в руку с ножом. Выронив лезвие, Шон с шипением прижал ладонь к груди, когда массивная пернатая туша резко пошла на таран. Решительно боднув врага головой в живот, чудовище со всей силы врезалось вместе с ним в механизм по средь помещения… Казалось, что хлипкая мельница зарыдала от боли! Стержень угрожающе загудел, зашатался, основание со стенами грубо вздрогнули. - О НЕТ-НЕТ-НЕТ!!! – С боязливыми воплями, с трудом цепляющийся за балку ,Север болтал в воздухе ногами, чувствуя боль от кольнувшего в грудь и тут же расстегнувшегося бейджика, что мгновенно и беззвучно полетел вниз, а не удержавшийся Север последовал его примеру, приземляясь прямо на шею разъярённому чудовищу. Разгневанная и напуганная, тварь пыталась избавиться от Безфамильца, но тот держался слишком крепко. В попытке удачно извернуться и яро ударить человека клювом, Равенна не заметила, как добралась до лестницы и кубарем полетела вниз, ломая хрупкие доски... Тем не менее где-то на последних ступенях, чудовище встало на ноги и задев боком дверной проём, наконец-то вырвалось на свободу, с продолжающим крепко цепляться к нему Севером. - Кхе-кхе…. Кх… Т-Том! – С трудом придя в себя, охранник смог встать и подойти к товарищу – Ты живой? - Ну… Относительно… - Откашлявшись кровью, молодой человек продолжал лежать в углу безвольной тряпочкой. - Вставай, нам нужно… - Алё, я кровью истекаю… - Так теки обратно, болван! – Грубо подняв товарища на ноги, старший охранник помог тому удержать равновесие – Господин Вартабас… - Да пошёл ты со своим Вартабасом! – Отпихнувшись от союзника, Том вновь упал на скрипучий пол – Я не могу… Мне б-больно… Мне… - Ладно, уже… Лежи. – Разочарованно сказал Шон – Я попробую что-нибудь сделать… И с этими словами, старший охранник решительно и быстро похромал вниз, стараясь не провалиться меж сломанными досками. Том слишком молод и слаб для своей работёнки... Он слишком глуп, чтобы понять, на что способен разозлённый господин Зорий Вартабас. *** Ветер гудел и выл в ушах. Буйный зверь рассекал по лугам, нырял в кусты, прыгал по деревьям и просто нёсся напролом сквозь заросший, жуткий, тёмный лес. Ветки хлестали по морде, царапали тело своими острыми древесными когтями, словно норовясь задержать. Но ни ветки по пути, ни камни на дороге – ничего не могло сдержать вольное создание, чья надежда страстно горела в пернатой груди и заставляла тело стремглав бежать дальше. Туда – на свободу… А вот Север никакой свободы не чувствовал… Да, он выполнил свою миссию – освободил чудовище из страшного заточения! Теперь, если птичка будет вести себя осторожнее и аккуратнее, она вполне может скрыться в лесу и больше никогда н попадать в подобные ситуации… А что насчёт него? Него – бестолкового Безфамильца Севера! Идиота, который несколько раз был на грани того, чтобы умереть… Что с ним будет теперь? Вот, адреналин спадёт, Равенна перестанет бежать, сбросит с себя Севера и… Даже если она его не сожрёт (Что мало вероятно), как он доберётся до дома? А что если в его отсутствие с господином что-то случилось? А если Бари не смог ему помочь? Что если из-за желания Севера помочь всему и вся, пострадает самый близкий ему человек!? Всё это время, Север продолжал сидеть на шее чудовища и вжиматься лицом в его мерзко пахнущие кровью, грязные перья… С трудом подняв голову, и получив веткой по лицу, Север неловко поёжился. Разлепив крепко зажмуренные глаза, молодой слепо посмотрел вдаль. Странный тусклый свет привлёк его внимание, а несколько маленьких подозрительных капель прилетели в щёку… Нарост на лбу чудовища еле заметно мигал и кровился. Тем не менее, существо продолжало нестись вперёд, высунув длинный, тонкий, розовый язык и игнорируя боль. Так бы Равенна и продолжала бежать, если бы не громкий гул и рёв раздавшийся сверху. Подняв голову, Безфамилец с ужасом лицезрел тёмно-красное, точно кровавое дно корабля, медленно нагоняющего двоицу. Трубы диковато покачивающегося судна оглушительно загремели, и по лесу разнёсся пронзительный вой! Несколько небольших металлических люков на корпусе резко раскрылись, шумно хлопнув по лакированному дереву и из них высунулись длинные тонкие пушки. Смекнув чем дело пахнет, Север в панике затряс шкуру Равенны, несвязно крича что-то несуразное. Сердито фыркнув, та с грацией пантеры резко подалась вправо, увернувшись от нескольких громко просвистевших у самого уха Безфамильца пуль. Свернув с пути, Равенна бросилась в ближайшие кусты. Стараясь как можно чаще менять направления и прыгая в самые неожиданные стороны, чудовище пыталось избавиться от назойливого преследователя, чьи выстрелы и грохот заглушали мысли. Но тот, как назло продолжал держаться рядом и поливать беглецов дождём из свинца. Север как мог старался не соскользнуть с чудовища и не закричать. Куда он чёрт подери влез!? Нельзя было отсидеться дома!? Скрип и рёв сводили Безфамильца с ума. Дикий страх застрял в глотке большим острым куском металла. Когда свинец с премерзким звуком задел плечо зверя, Рави с болезненным рыком чуть не споткнулась и упала, но вовремя смогла поднырнуть под низкую арку из изогнутого дерева и стремительно рванула вверх по покрытой мхом скале. С трудом взобравшись выше, Равенна молниеносно забралась на высокое дерево, а уже с него нацелилась на корабль, с наиогромнейшему ужаса Безфамильца... Когда судно оказалось всего в пяти метрах от рассерженной твари, та опрометью махнула на корпус, вцепившись крепкими когтями в лакированную древесину. Почуяв опасность, летящий прямо над деревьями, корабль стал набирать высоту и сильнее раскачиваться из стороны в сторону! К его несчастью, Равенна таки смогла забраться на палубу и сбросив с себя нерадивого наездника, с остервенением бросилась на дверь, ведущую в закрытый мостик… С трудом откашлявшись, Север тяжело припал к древесине. Ужас царапал глотку, и Безфамилец не мог нормально дышать. Ветер бессердечно бил в лицо и трепал волосы. Где-то неподалёку раздавались истеричные визги и рокотанье Равенны, терзающей мостик. Краем сознания Север понимал, что единственный способ выжить в данной ситуации – посадить корабль. К пилоту добраться Равенна не может… Что уж говорить о Севере!? Но ведь надо же как-то решать проблему… «Аэростат…» Подняв взгляд наверх, Север с ужасом осмотрел большущий шар, по форме напоминающий гигантскую рыбину. То и дело грозясь упасть, Север осторожно поднялся на ноги. Казалось, что корабль вот-вот уйдёт из-под ног, и молодой человек полетит вниз, но тем не менее, Север таки смог медленно доплестись до крупной капсулы, размерами своими почти вплотную прилегая к шару. Крепко вцепившись в несколько надёжных металлических труб, Север стал медленно забираться на капсулу, цепляясь за выемки и верёвки, надёжно ступая на трубы и торчащие железные детали. Добравшись наверх, Север неуверенно посмотрел на грубую серую ткань аэростата. Тяжело сглотнул, и вцепился в его толстый, золотистый каркас… Холодный металл был покрыт сколами и царапинами, что чувствовались на ощупь даже заледеневшими пальцами. Добравшись до середины аэростата, Север почувствовал, как грубо и резко накренилось судно, поворачивая прямо в ту сторону, на которой висел наш дурачок. Глаза вспыхнули и крепко сжав зубы, молодой человек неловко заболтал ногами в воздухе. Побелевшие толстые пальцы горели! Повисший на лонжеронах, человек крепко зажмурился. Нельзя смотреть вниз! Нельзя! Нельзя! А тем временем, внизу медленно, словно по ленте плыли холмы, деревья, реки… Будь бы у Безфамильца смелость открыть глаза, он бы увидел горделиво вытянутые башни спящего города... Он был так далеко, но с каждой секундой словно перешагивал густой хмурый лес и приближался, приближался, приближался…! Корабль летел высоко над землёй, качался и грозно рычал. Ветер выл и путал волосы, но Север таки нашёл в себе силы забраться на самый верх аэростата. - Ах! Ох… Царь-Боже… Уф! – Гул и стук сердца всё громче и громче отдавался в ушах оглушительным эхом – Я… Я наверху? Да, я определённо на… - Молодой человек стёр пот со лба и прижался к ледяному шару – Верху… Упаси мою грешную… - Отобравшись подальше от краёв, Север пошарился в сумке и достал напильник. Это конечно не самый подходящий предмет, но другого у него увы не было… Не зная, что делать дальше, Север стал пытаться повредить аэростат и его лонжероны. Если у корабля будут проблемы с шаром, ему придётся совершить аварийную посадку, верно? Но как он это сделает, если его аэростат невредим и целёхонек??? Как бы молодой человек не пытался самостоятельно проделать хотя бы маленькое отверстие в оболочке, окружающие обстоятельства просто не могли позволить ему выполнить его задумку. И тут в голове щёлкнуло! Заплатка! Оставалось только молиться, чтобы она не была на боку или на брюхе шара, и Северу повезло. Светло-пурпурный кусок ткани виднелся неподалёку, и Безфамильцу не составило особого труда доползти до него… И вот, вооружённый напильником, Север опять воюет с аэростатом и пытается повредить толстенные нити… Но проклятый корабль резко вздрагивает, и Безфамилец чуть не отлетает в самый конец, с испуганным вскриком выпуская из пальцев напильник. - Да чтоб тебя! – В крике этом ярость и негодование. У Севера больше нет ничего острого, чем можно отодрать заплатку! Не будет же он зубами её отдирать? Вот были бы у него когти, или острый клюв… О нет, только не это… - Рави! Равенна! – Подобравшись ближе к краю, Север безрезультатно пытается докричаться до продолжающей периодически прыгать на дверь твари – Да почему ты такая глухая то у меня, а…? И вот, Север вновь чуть спускается вниз по каркасу и сняв с ноги один единственный сапог, целится в чудовище. Миг, и сапог прилетает в трубы неподалёку от Равенны. Резко подпрыгнув и с непониманием посмотрев на уползающий из-за приличной скорости вдаль элемент обуви, чудовище дёргано поднимает голову вверх… - Иди сюда! – Бурно размахивая одной рукой, истошно орёт уже полностью босой Север, цепляясь за каркас. - Кр-к-к-к-к-к-к-к…. – С недовольством хлестнув хвостом по той же трубе, Равенна бросает взгляд на изуродованную дверь и стремительно взмыв вверх, легко забирается к человеку, по змеиному вертя хвостом. - Ох… Слушай, я знаю, что не нравлюсь тебе… - Север боязливо попятился назад… - Но если ты поможешь мне… ОЙ-ОЙ-ОЙ! Рывок и чудовище полосует когтями воздух, чуть не задев вовремя отлетевшего невольника. Увернувшись, молодой человек оказался за спиной Равенны и готовится к следующий атаке, но случайно запинается о лонжерон и падает на живот… Обозлённый рык, испуганный выкрик, и Север поспешно откатывается в бок, а большой мощный клюв врезается прямо в пространство между заплаткой и основной тканью. - О-о-а! – Подобно безвольному мешку картошки, Север нелепо катится вниз, но вовремя цепляется за трубку, напряжённо кряхтя и почти задыхаясь. Какое-то время, Равенна смотрит на Безфамильца долгим, раздражённым взглядом, но заметив образовавшееся в аэростате отверстие, щурит серебряные глаза. Шар кричит и воет, а из дыры бьёт сильная воздушная струя! Смекнув, чудовище с повторной силой бросается на заплатку, с остервенением раздирая сперва чужую, затем родную ткань аэростата… Поток усиливается, ожесточённо трепет перья. Корабль громко гудит, рыдают сирены, мигают красные лампочки! - Рави, хватит! – Отчаянно крикнул Север, чувствуя, как дрожат в его руках лонжероны. Страшный гул вместе с сокрушительным ветряным ударом резко бьют в морду, и пернатое создание внезапно отталкивает в сторону. Север беспомощно о чём-то кричит, чувствуя, как закладывает уши, и старается не свалиться, а трясущееся, словно при лихорадке, судно медленно, но верно опускается вниз. - Р-Рави! Держись! – Кричит Север, торопливо пробираясь по боку аэростата и стараясь не обращать внимания на дикую боль в руках. По собачьи встряхнув мордой, Равенна лишь глухо рычит и с опаской вытянув шею, разинув клюв и глаза, смотрит по сторонам. А там – внизу, город… Где-то по улицам уже давно бегают вояки, что-то кричат и размахивают руками, при виде опасно качающегося из стороны в сторону летучего судна, отчаянно переругиваясь между собой. Толком не способный даже разогнуться, Север терпит сильный поток в спину, когда медленно подбирается к чудовищу. Кажется, даже маленькая слезинка из краснющих уставших глаз, поддалась произволу судьбы и полетела к концу идущего к земле судна. Сам не зная зачем и почему, Север осторожно приближался к Равенне… В мыслях бедолаги было лишь одно – «Я помогу! Я защищу! Я буду рядом!» - Я з-здесь… - Вяло проскулил Север, протягивая к созданию дрожащую мозолистую руку, с пухлыми, израненными пальцами. Ничего не ответив, чудовище лишь дёргано вертит башкой, обрывисто и тяжело дышит, нервно тряся кадыком и хохля перья. Забыв о том, что такое страх, Безфамилец продолжает тянуть руку, и вот-вот дотронется до вздыбленной шеи, как вдруг, корабль резко содрогается и внезапно меняет направление, быстро снижаясь. Ещё чуть-чуть, и днище корабля с оглушительным скрежетом пробороздит по вытянутой вдоль крыше одной из пологих башен. Тупой округлый нос судна нахально задирается, при этом, трусливо опуская хвост. Не удержавшись на месте, Север чувствует, как поднимается его туловище над аэростатом, опора уходит из-под ног, и лишь одна рука продолжает крепко держаться за лонжерон. А в это время, мечущийся из стороны в сторону, крайне измученный и напуганный, Шон пытается извернуться так, чтобы окончательно потерявшее управление судно избежало столкновения с гордо выпятившими груди человеком и нелюдем из бронзы… Крепко сцепившись руками, двоица торжествующе стоит на высоком пьедестале и уверенно смотрит на приближающеюся угрозу. Корабль и без того старый и неповоротливый. Столкновения ему не пережить! Резкий толчок и грязные перья внезапно оказываются в ладонях Безфамильца! Когда судно с оглушительным грохотом проходит боком по памятнику Союза победы, не способный более мучиться, Север ненароком отпускает лонжероны и попадает прямиком в лапы так ничего и не понявшего чудовища. Ещё толчок, и обоих сносит прямо к хвостовому оперению корабля Равенна глухо рычит, Север кричит ей в пушистую грудь. Вот-вот, и парочка сорвётся с аэростата! Лишь длинные изогнутые когти продолжают цепко держаться за деревянную конструкцию хвоста. Но вот, над судном пролетели несколько молниеносных теней... Четверо небольших, но манёвренных планеров, внешне больше подходящих на серокрылых, железных мотыльков. Грациозно вспорхнув подвижными крыльями, один из мотыльков с вихрем пронёсся прямо над головой Равенны, взмыл вверх и с силой выстрелил цепью с крюком. Та со звоном зацепилась за каркас аэростата в районе «носа» и грубо потянула добычу на себя. Почувствовав неладное, судно, словно дикий зверь, заревело и резко извернувшись, направилось в сторону широкой дороги, потянув за собой врага. И уже в нескольких метрах от земли, на днище резко распахнулись потайные клапаны, из которых тут же высунулись толстые колёса. Пробороздив ими по земле, а затем полностью осев на дорогу, корабль с насмешкой зашипел. Колёса несли его по улице, без разбору врезаясь и сбивая некрепкие рыночные лавочки, пугая ночных гуляк и прохожих. Одной рукой вертя баранку, Шон судорожно пытался развернуть второй карту города. А к тому времени, ещё один мотылёк ловко подобрался к боку судна, и уже приготовился зацепиться, как резво развернувшееся дуло вновь вылезло из люка, и продырявленный преследователь без капли былой грации, с грохотом протащился по дороге, наконец затормозив и напоследок жалобно махнув крылышком, сопернику на прощание. Вновь резко вздрогнув на очередном повороте, судно с новой силой устремилось вперёд – к воротам. Подобно муравьям стражники глупо носились из стороны в сторону, стараясь перекричать друг друга: - Опустить герсу! Закрыть проход! Засуетившись, рыцари стали торопливо опускать решётку с крепких, толстенных, стальных прутьев, перекрывающую гигантскую арку-выход из города. Но продолжая отстреливаться от мотыльков, Шон упорно вёл корабль вперёд, громко скрипя зубами и мысленно молясь Царь-Богу. Боясь издать и звука, забывшая о своей неприязни, Равенна прижимала тяжёлую голову к Северу и пугливо сверкала серыми, мокрыми глазками. А Судно всё неслось и неслось, и… - Сходим! – Вдруг ни с того ни с сего закричал Север, с силой хватая Равенну за шею и толкая вниз. Оцепеневшее и напуганное, создание на удивление легко поддалось, и крепко вцепившись в чёрную тушу, Север с Равенной стремглав полетели вниз. Вмиг отрезвившись, чудовище в полёте извернулось и выставило лапы для приземления, но немного не рассчитало сил и глухо ударилось землю… И тем не менее, Равенна нашла в себе силы быстро вскочить, и с яростным непониманием посмотреть на Севера. - Ворота… - Лишь успел прохрипеть Север, как раздался громоподобный рёв и скрежет, вперемешку с испуганными воплями и криками стражей. Горожане в панике разбегались в стороны, при виде буйного судна. А то, в свою очередь, вот-вот было готово прорваться на свободу, как острые зубья герсы впились в душераздирающе рыдающую древесину, подобно чьим-то гигантским клыкам. Хлопнул аэростат, завизжали трубы, заскрипели колёса. Теперь, вместо старого, но грозного на вид летучего судна, были лишь жалобные и уродливые обломки, предсмертно скулящие под острыми зубьями... - В-выход… Уходи… - Вяло пробухтел не смеющий подняться Север, указывая дрожащей рукой на оставшийся небольшой проём между герсой и землёй – Тут опасно… Голова раскалывалась, тело ныло. Север вот-вот был готов отключиться посредь улицы… Но был не готов к резкой боли в районе шеи. Нагло и внезапно схватив клювом Безфамильца за шкирку, чудовище грубо подняло того на ноги, и ловко поднырнув под изнеможённого человека, насильно потащило дурачка к выходу. Несколько стражей пытались остановить их, но Равенна лишь повалила одного из них на землю, и вместе с Севером на шее, стремглав вылетела из города, звонко стуча когтями по выстланной гравием дороге, затем выбежала в лес и скрылась средь высоких сосен. - Кхе! Кх! Ох, Царь-Боже… П-помилуй… - С грохотом отворив дверь, полуживой Шон с трудом вышел с мостика, покачнулся, и упал на колени – Ну-с… - Мужчина почувствовал как несколько рыцарей пытаются привести его в чувства и поднять на ноги – В любом случае… Это лучше, чем столкнуться с разъярённым В-Вартабасом… Прости меня, Том… *** У Севера голова кругом шла. Так и не осилившись вытащить нос из пыльных перьев, Безфамилец глубоко дышал, ощущая сильную жажду во рту. Сейчас, было бы неплохо обдумать то, что нужно делать дальше, но кажется, бедняге было даже думать больно! Для молодого человека не существовало такого понятия как «Мир»… Казалось, словно он находился совершенно в ином времени, совершенно в ином месте, совершенно в иных обстоятельствах… И тут, из подобного состояния его вырвал очередной глухой удар о землю… Застонав и с обессиленным бормотанием, Север поднял взгляд на медленно уходящую вдаль Равенну. Криво покачиваясь и тяжело переставляя точно запутанные лапы, чудовище обессиленно волочило хвост по земле и хрипело, наконец-то избавившись от не самого стройного груза. - Эй…! – Крикнул ей вдогонку Север, с трудом пытаясь подняться – Куда ты, Рави? Подожди меня! Рави ничего не ответила. Плотно сжав зубы и зажмурившись, Север с охами встал и торопливо похромал вслед за чудовищем. Он пытался поговорить, нагнать и убедиться, точно-ли всё хорошо, но Равенна словно не слышала его… Ну, или не хотела слышать. В какой-то момент, Безфамильцу удалось догнать и осторожно прикоснуться потёртой рукой к чёрной спинке Равенны, но та лишь недовольно дёрнула шкурой и остановившись, сипло зашипела, впиваясь в человека обозлённым взглядом. Продолжая тихо фыркать и устало покачиваться, Чудовище с удвоенной, но всё-ещё невысокой скоростью занырнуло в кусты. Неловко замявшись, Север встал на месте и неуверенно посмотрел назад. Честно, ему казалось, что они прошли гораздо большее расстояние, но тем не менее, город был не так уж и далеко... Всё? Неужели, весь этот ужас со старой мельницей, злыми охранниками и проклятым дирижаблем на колёсиках закончились? Неужели он может идти домой…? «Нет… Рано…» Громко шмыгнув носом, Север исчез в тех же кустах, и пройдя некоторое расстояние, оказался сперва на лугу, затем на холмике, а затем, вышел к небольшому озеру. Местные дико любили ловить здесь рыбу во время сезона! Осторожно оглядываясь, молодой человек внимательно высматривал что-то, пока не наткнулся взглядом на то-ли огромную нору, то-ли на маленькую пещерку… У самого её начала лежало маленькое чёрное пёрышко. Подняв его и запрятав в карман, Север с прищуром вгляделся вглубь берлоги и медленно двинулся внутрь… Здесь было сыро и грязно, но пахло получше, чем на той мельнице! Кажется, раньше это было убежище медведя, или какого ещё крупного зверя… Может быть, даже той самой дрянной кукушки… - Равенна…? Ответом ему стало мрачное урчание, из дальнего угла. С трудом, тусклый свет луны выцеплял огромную чёрную тушу, сжавшуюся в комок и лениво приподнимающую тяжёлую голову от пыльной земли. Хвост заходил ходуном и стал недовольно стучать о камни… Лениво так, слабо… - Как ты себя чувствуешь? Тебе больно? – Сам, точно позабыв о собственной боли и былом ужасе, Безфамилец начал медленно подходить к чудовищу – Смотри, у меня есть… - Грязные руки с местами ободранной кожей и порванными бинтами потянулись к сумке… - ГР-ГРРРР-К-К-К-К-РРР! – Внезапно дёрнувшись, Равенна подпрыгнула на месте, с трудом поднимаясь на лапы и яростно щёлкая клювом, продолжая сонно покачиваться. - Равенна, прошу… - Изнеможённо простонав, Север достал из сумки полотенце и бинты – Не прогоняй меня… Я всего лишь… - ГРХАР-КХ! – Попятившись назад и уткнувшись пыльной спиной в стенку, создание заклокотало и сделало предупреждающий выпад. Когти свистнули у лица испуганно вздрогнувшего Севера, но даже это не заставило его уйти. Даже сейчас, когда Равенна готовилась сделать повторный прыжок, он упирался в землю дрожащими от страха ногами и протягивал одну руку к грязной, полуслепой из-за стекающей со лба багряной жидкости морде, чей «третий глаз» так беспомощно сверкал и кровоточил в полутьме. - Хочу помочь… - Невзирая на истошно вопящий инстинкт самосохранения, Север сделал ещё шаг… И ещё… И ещё…! Точно безумная, бешенная дворняжка, Равенна оглушительно лаяла, скулила, плакала, отплёвывая и отчихивая собственную кровь. Она не могла уйти… У неё просто не хватало сил… Огромную, тяжёлую тушу точно тянуло к земле, предательски приказывая спать… Но она не могла! Не здесь! Не сейчас! - Что это такое…? – Сверкнув золотом, взгляд Безфамильца зацепился за забитые кровью и грязью трещинки на сером наросте – Рави… - И вот, когда широкая мягкая рука Севера осторожно дотронулась до камня… Север Царь-Богом был готов поклясться, что в яром болезненном вопле чудовища услышал человеческий крик… Острый, напуганный, изнеможённый… И тут же, тяжёлое чёрное тело резко подалось вперёд, с силой вжимая болезненно проскулившего человека в землю! Острые, точно железные когти рвали одежду вместе кожей, сдавливали грудь и лёгкие, выбивая из жалобно извивающегося тела резкий глухой вздох, с последующим, болезненным шипением. Густая кровь капала с вытянутой остроносой морды, стекая по мощному, крепкому клюву, занесённому для прямого удара в голову… Но Север оказался быстрее и выхватив лежащий неподалёку камушек, с перепугу, с силой ударил зверя по этому самому клюву, сквозь вопли и крики бросая сиплое – «Прости!». Взвизгнув, Равенна покачнулась в бок, отшатываясь и снимая тяжёлые лапы с чужого тела, ненароком цепляясь когтями за левый рукав мятой рубашки. Толстые нити расходятся и с треском рвутся, а тёмное пятно на плече начинает медленно расползаться вниз по руке, блестящими каплями. Быстро выбравшись из под не до конца опомнившегося чудовища, Север хромает в сторону, шипя и с трудом сдерживая слёзы… В прочем, даже сейчас, он продолжает неразборчиво и мято извиняться, хватаясь за раненное плечо и рвано дыша. - П-почему ты так боишься меня!? – В голосе Севера клокочут обида и страх – Я… Мне жаль…! Я не хотел бить тебя! Я просто… Позволь мне вылечить тебя… Прошу, Равенна, прошу! Я не могу оставить тебя сейчас! Я…. Я….. – Тут его, глаза резко вспыхивают и покачнувшись, Север падает на колени с болезненным рычанием – НГРХ-АРГХ!!! Даже боль от оставленных точно железными когтями ран не сравниться с тем, что Север чувствует сейчас, когда он с шипением пытается зажать одной рукой рану на плече, а второй, с силой сжимает собственное горло… Яркий, пульсирующий золотой свет сочится из под дрожащей ладони, капают на землю густые, золотые капли… Это ни кровь, ни пот, ни даже слёзы, коими их прозвал Сшенли за их дурную привычку сочиться из глаз… Это нечто другое… Странное и жгучее, точно жидкий огонь… - Фрхр! – Тем временем, давно очнувшееся чёрное тело, бросило на врага злой, мрачный взгляд… - Я… Я должен спасти… Я не могу по другому… Не могу! – Хрипел Безфамилец, с трудом поднимаясь с земли – Я знаю, что ты ненавидишь меня… Я знаю, что поступаю как идиот, когда пытаюсь помочь всем подряд, и только сильнее всё порчу… Я всегда всё порчу, Рави…! М-мне правда стыдно… - Слёзы будто бы бурлили, смешивая в себе грязь, кровь и пыль - П-правда! - Кр-к-к-к….! Пошатываясь из стороны в сторону, зверь рассерженно бил хвостом по земле, поднимая пыль и через силу пытаясь не свалиться набок. - И я ненавижу это! Я ненавижу быть слабым и беспомощным…! - Он хныкал, точно потерянный ребёнок, с трудом стирая золотые слёзы с грязных щёк – Я так хочу быть полезным и хорошим… Я правда пытаюсь быть порядочным Безфамильцем! Я правда хочу помочь! Хочу, чтобы всё и всем было хорошо…. Чтобы никому не было больно… - Он всхлипнул – Чтобы никто не… Кхм.. Не важно, будь то покупатель, господин, или… - Под конец, молодой человек откашлялся и сипло добавил – Ты… Стучали когти по пыльной земле и с протяжным урчанием, Зверь ускорил шаг… Косой, качающийся шаг, точно Равенна держалась уже на последних силах и с безумием в полуслепых глазах, уже готова была сделать прыжок… Но остановилась… И беззвучно клокоча и дёргая нижней челюстью, смотрела на молодого человека со смесью страха и удивления… Былой план – напасть со спины с треском провалился, но почему…? Этот человек не был Безфамильцем Севером. Прямая осанка, важно расправленные плечи, встопорщенные и придающие некоторый по звериному диковатый вид грязные волосы… Горящие пылким золотом глаза, прожигающие зверя пугающей пустотой и нечеловечностью… Кажется, даже только мгновение назад дрожащий, плаксивый голос стал подозрительно спокойным и раскатистым… - Я не могу смотреть на то, как тебе больно… - Слабо сощурившись, Север осторожно приблизился к чудовищу – Прошу… Позволь мне вылечить тебя… Вновь протянутая рука, вновь витающая в воздухе колючая атмосфера… Не сразу человек понимает происходящее и даже немного вздрагивает, когда под его пальцами оказывается мягкая щека с маленькими чёрными пёрышками… «Почему она не нападает на меня…?» Равенна смотрит на Безфамильца долгим… Пугающе человечным взглядом… Она сама не понимает происходящего и трусливо вжав голову в манишку, нервно фыркает, но Безфамилец осторожно берёт тяжёлую голову уже двумя руками. Его широкие ладони мягкие, ласковые, но поразительно крепкие. - Мы разойдёмся, когда я буду убеждён, что с тобой всё хорошо… - Склонившись над зверем, Безфамилец измученно улыбается, непривычной, клыкастой улыбкой – Позволь… Прошу, просто… Просто позволь… - Несколько золотых капель приземляются прямиком на чёрную морду, заставляя Равенну пугливо подпрыгнуть… А стоило слезам попасть на костевой нарост, как тот подозрительно померк и точно притих… Золотая жидкость по хозяйки затекла в трещины, с шипением разъедая чужую кровь и тут же исчезая… Вставшие дыбом чёрные шерсть и перья медленно улеглись, а хвост покорно замер. Не издавая и звука, чудовище покорно покоило голову в мягких руках, и со странным, ни то благоговением, ни то спокойствием прикрыло глаза… Неужели ей больше не больно…? Это не точно… Костевой нарост на лбу хоть и перестал кровоточить и светиться, у существа всё ещё оставались раны и ожоги, покрывающие остальное тело. Да и сам, приходящий в безмолвном недоумении из-за возможностей собственных «слёз», полуживой Север выглядел ну далеко не модельно… В прочем, даже без всех этих следов когтей, грязи и мерзкого привкуса земли во рту, Безфамильца нельзя было назвать моделью… - Рави, ты к-как…? – Вернув прежнее сутулое положение и дрожащий голос, Север обеспокоенно похлопал уже янтарными глазами, с солёными дорожками самых обычных слёз на веснушчатых щеках – Равенна??? Поморщившись, чудовище нехотя открыло глаза и мрачно зашипело… Вырвав голову и отшатнувшись, зверь громоподобно чихнул, встряхнулся на собачий манер, на последок крепко долбанув хвостищем по стене, заставляя несколько земляных крошек с пылью упасть им на головы… И с совершенно невозмутимым видом лениво развалился прямо там, где стоял, измученно вздыхая и заваливаясь на бок… Даже ютящийся рядом Север, проворно достающий из сумки какие-то тряпки и бинты уже не волновал сонно зевающее создание… - А… Значит, я могу…? Я могу же, да..? Надеюсь, я могу… Кхм-кхм! Так… Где-то здесь у меня был отвар с клеорозы… Плечо – болело, ноги – ныли, шея – стреляла, точно в неё пару раз всадили толстенную иглу… «Сперва помогу ей, а потом, позабочусь о себе…» Так он и сделал… И когда нелепого вида пластырь, с нарисованным на нём розовым цветочком осторожно лёг на светло-серый, шершавый нарост, пряча жуткие сколы на будто бы драгоценном камне, особо походящем на кварц, Север смог вздохнуть спокойно… Затем, последовало промытые собственных, уже порядком загрязнившихся ран и наивная попытка расчесать спутанные, тёмно-каштановые волосы пальцами. Раннее утро… Настолько раннее, что ещё не скоро встанет солнце, сияя и будто бы глядя в собственное отражение в гладком, точно зеркало озере. Шуршит высокая осока, расположившееся прямиком у водной глади, вместе с камышом и рогозом. В пещере темно и прохладно, эхом отдаются в ней возня мышей… Пахнет сырой ночью… Сам того не замечая, Безфамилец подползает к свернувшейся калачиком Равенне и кладёт ей голову на крепкую спину, осторожно приобняв. Зарывается крупным носом в мирно вздымающиеся чёрные перья и сонно вздыхает… Взгляд мылится, тускнеет… И мир исчезает, скрытый под тяжёлыми, опущенными веками. «Я выполнил эту работу… Может, это было слишком безумно но я рад, что сделал то, что считал нужным…» *** Грузно переваливаясь с ноги на ногу, огромный человек в бурой звериной шкуре ступал по жалобно скрипящим доскам, молчаливо оглядывая помещение. Его нечитаемый, скрытый за округлыми солнцезащитными очками взгляд не просто скользил… Сдирал, точно грубой наждачкой по грязному липкому полу, по безвольно лежащим на нём цепям… - А-а-а потом, они с-бежали! – Криво-косо перевязанный Том, с трудом стоящий на дрожащих ногах, будто бы пытался отстреляться резкой нервной дробью из смешавшихся в одну кучу слов – Этот… Ну… Который пузатый, босс… Аэ… Он типо… Ну… Свалился на зверя и они… Точнее он… КХМ! ТОЧНЕЕ ОНА вместе с ним свалились... Снова, только с лестницы… Аэ… И как только пузатый там шею не свернул… Кхе-кхе! – Не слыша ничего, кроме стука своего оглушительно бьющего по ушам сердца, Том глухо откашлялся, болезненно морщась – Потом, босс, Шон, судя по звукам, забрал корабль, а я… - Захлопнись… - Низкий, рокочущий бас прогрохотал подобно грому, или бою огромного, тяжёлого молота, когда человек внезапно остановился, глядя в пол… - Ик! П-п-п-п-простите, господин Ва-ва-ва..! Вартабас! – У молодого человека точно вот-вот и остановиться сердце… Но Зорий Вартабас точно не услышал его… Угрюмо наморщившись и наклонившись с тихим, рычащим вздохом, Перчатка на удивление проворно подцепил чугунными пальцами маленький, блестящий предмет… И с задумчивым гудением, деловито приподняв чёрные очки, впился практически в прямом смысле прожигающим взглядом в поднятый с пола бейджик, с немного размазанным: Безфамилец Север Хозяин – Сшенли Юлий Мэри Джон Адрес – Восточные поля поблиз Паучьего-глаза, дом № 893 Какое-то время, господин Вартабас молчал… И Том молчал… И мельница молчала…. И лишь тихое шипение и потрескивание медленно чернеющих краёв деревянного бейджика в практически до бела раскалённых перчатках, прервало колючую тишину… Но вот, уже и лежащая на полу цепь начала белеть… и валяющийся на том же полу трезубец… И миска, с постепенно сердито булькающей, а затем и вовсе кипящей водой… - Б-босс, прошу!!! П-ПРОШУ!!! – Резко срываясь на крик, Том хватается за горло и болезненно воет, рьяно пытаясь содрать с шеи не заметный из-за лежащей на плечах звериной шкуры, тяжёлый, чугунный ошейник. Медленно, точно издеваясь, ошейник начинает нагреваться, заставляя своего обладателя бессвязно хрипеть и скулить. - Вам с Шоном всего лишь то нужно было продержать на цепи глупое животное… - Обернувшись, Зорий Вартабас зубасто оскалился, подходя ближе. - Босс! Мы делали всё, что могли! Охотники…! Они… Они пытались пробраться ближе к мельнице! Нам с Шоном пришлось по долгу, самыми разными способами отгонять их, ч-чтобы… Но не успел Том и объясниться, как раздался громкий грохот… Встреча с холодным, грязным полом и жгучая боль в районе спины. Перчатка внезапно схватил своего подчинённо, швырнув в несчастный маховик, с пылающим от безумной ярости взглядом, всё сильнее и сильнее нагревая тугой ошейник… И бурлила ярко-оранжевая лжелава в нескольких, присоединённых прямо к загорелому телу, оставляя жуткий тёмный след трубках и скрипели плотно сжатые жёлтые, прокуренные зубы… Комнату наполнили гнетущие жар и духота…