Второй шанс

— Возвращайся домой. Чонгук замер, услышав это безапелляционное заявление. Они благополучно приземлились, и Тэхён погрузил багаж в его машину. Он правда собирался в самолете обсудить их совместное будущее, но случайно уснул. Их драгоценное украденное время подошло к концу, а он по-прежнему пребывал в замешательстве. Конечно, ему хотелось, чтобы все складывалось идеально и походило на сказку, как на острове. Но он реалист и отдает себе отчет в том, что жизнь устроена не так. Достаточно ли сильно они хотят быть вместе и возможно ли их примирение вообще? — Я не прошу ответа о нашем будущем, — спокойно сказал Тэхён. — Я прошу тебя дать мне еще одни сутки, потому что не готов провести еще одну ночь без тебя. Чонгук тоже не был готов, он глубоко вздохнул и кивнул. — Я приеду к тебе. Позволь мне сначала сбегать домой, взять другую сумку и еще некоторые вещи, и мы посмотрим, как пройдет эта ночь. Тэхён широко улыбнулся. — «Еще некоторые вещи» — звучит крайне многообещающе. — Я пока ничего не обещаю. — Но ты и не сказал мне «прощай», — Тэхён легонько поцеловал мужа в краешек губ. — Скоро увидимся. Дома. Дома. Ситуация казалась слишком идеальной, будто они снова торопились, точно так же, как в самом начале. Но Тэ сказал, что не требует твердого, определенного ответа. Нет, ему нужна была еще одна ночь. Честно говоря, Чонгуку она тоже была нужна. Он сел в свою машину и выехал со стоянки. Ему совершенно не хотелось что-либо анализировать. На работе нужно появиться только завтра утром, поэтому он вполне мог насладиться оставшимся свободным временем. Лишь бы потом не пришлось идти к Хосоку и умолять брата помочь разобраться в собственных чувствах и желаниях. Брат, вероятно, самый лучший советчик в этом вопросе. В его любви Чонгук не сомневался ни разу за всю жизнь. Вот только Хосок был довольно романтичным и верил в любовь до гроба, и что вторая половинка есть у всех. А вторая половинка Чонгука — Тэхён. Он без происшествий добрался до своего дома, собрал нужные вещи и приехал к мужу. Домой. Так хотелось, чтобы это место опять было и его домом тоже. К его удивлению, его никто не встретил. Он постоял немного на пороге, но потом подхватил вещи и просто зашел. Это все еще его дом, он имеет право, да и это покажет мужу его настрой. Он огляделся. Все было на своих местах, как он привык видеть в течение пяти лет, даже атмосфера осталась точно такой же. Он взглянул на лестницу, ведущую на второй этаж, возможно, Тэхён там? На его лице расплылась улыбка. Скорее всего, тот приготовил для него какой-то сюрприз. Чонгук продолжает утверждать, что ненавидит сюрпризы, но Тэхён был прав. Он просто не любит отсутствие контроля. Муж провел отличную работу, чтобы вернуть его доверие, так что, возможно, ему стоит научиться больше расслабляться. Тэ так старался сделать его счастливым, и Чонгук, безусловно, оценил это. Тем не менее, ему не хотелось, чтобы он делал все это лишь из желания удержать его. Просто находиться рядом — уже огромное достижение, он хотел бы заглянуть в будущее и узнать, сдержит ли Тэхён свое обещание. Он направился к лестнице, но его внимание привлек свет в кабинете рядом с гостиной. Тэ обычно работал там допоздна. Странно, что оказался там сейчас, зная, что он придет. Когда он переступил порог комнаты, муж стоял около рабочего стола, держа в руках какие-то бумаги. На нем по-прежнему были шорты и футболка, в которых он покинул остров. Он стоял, глядя сквозь бумаги в своих руках, и не замечал ничего вокруг. Чонгука охватило беспокойство, он практически чувствовал, как стены кабинета начали давить на него. — Все в порядке? — спросил он, оставаясь в дверях. Тэхён вскинул голову. — О боже, Гукки. Прости, я не услышал, как ты пришел. Забеспокоившись еще сильнее, Чонгук вошел в комнату и остановился около стола. Он попытался разглядеть, что за документы тот так внимательно изучал. Это был не тот Тэ, с которым он провел четыре дня. И не тот мужчина, который недавно в аэропорту просил его остаться с ним. — Ты словно совершенно не здесь. — Они пришли, — сумел выдавить из себя Тэхён, передавая ему документы, чтобы он тоже смог прочитать. Ему не нужно было объяснять, кто такие «они». Сердце Чонгука сжалось, дышать стало тяжело. Документы о разводе. Им с Тэ оставалось лишь подписать их, и они станут совершенно свободны друг от друга. Это было как пощечина от реальности после прекрасного сна на острове. Чонгук сложил руки на груди и прикусил губу, не представляя, что нужно сказать или сделать. Очевидно, Тэхён чувствовал абсолютно то же самое. В комнате воцарилась мертвая тишина. Именно это молчание говорило о многом. Они стояли на развилке дорог, и ни один из них не хотел делать следующий шаг из страха принять неправильное решение. — Я… Я не ожидал, что вернусь домой к этому, — наконец проговорил Тэхён. — Думал, что это обычная почта. Он повернулся и бросил бумаги на стол, прежде чем снова обратить внимание на мужа. Засунул руки в карманы и пристально посмотрел, явно чего-то ожидая. Никогда прежде Чонгук не видел, чтобы Тэхён выглядел побежденным. Но сейчас его плечи поникли и больше не казались такими широкими, темные глаза, полуприкрытые веками, как будто растеряли весь блеск. На Чонгука нахлынула волна чувства вины и раскаяния. Ему никогда не хотелось, чтобы кто-то из них испытывал боль. Но в данном случае речь шла об их будущем, и сейчас он ни в чем не был уверен. — Даже не знаю, что теперь делать, — немного растерянно сказал он. — Еще неделю назад я не раздумывая подписал бы эти бумаги. Просто чтобы покончить со всем этим, избавиться от боли и начать жить дальше. Взгляд Тэхёна стал еще напряженнее. — А что теперь? Чонгук начал нервно мерить шагами кабинет. — Если мы подпишем, то все. Нашему браку конец. Если мы этого не сделаем, значит, оба согласны, что еще есть шанс начать все сначала. Он прошел по комнате несколько кругов и подошел к документам, лежащим на столе. Их имена были напечатаны жирным шрифтом, привлекая внимание. Но его взгляд зацепился не за них, а за стоящую на столе фотографию. Он видел ее множество раз, но никогда особо не задумывался о ней. До сих пор. На ней они с Тэ целовались под водопадом во время медового месяца. Тот день был потрясающим. Они шли пешком несколько часов, потом увидели водопад и нырнули прямо в освежающую воду, залезли под падающие со скалы струи. Это случилось на экскурсии, и они не знали, что гид их сфотографировал, но были приятно удивлены, когда в отеле им вручили этот снимок. Приехав домой, Чонгук поставил фото в рамку, но Тэхён тут же забрал ее себе. Значит, все пять лет эта фотография находилась там, где Тэ видел ее каждый день. Ему было нужно, чтобы она там стояла. Возможно, глядя на нее, он вспоминал лучшее время в своей жизни. Взгляд Чонгука метался с фотографии на бумаги и обратно. — Скажи что-нибудь. Чонгук обернулся на мужа, который так и продолжал стоять, замерев как статуя с руками в карманах шорт и пристально смотря на него, и казался таким же расстроенным, как и он сам. Выглядело так, будто он боится слов, что могут сорваться с губ Чонгука. Звонок в дверь эхом разнесся по дому. Тэхён даже не пошевелился. — Ты кого-то ждешь? — спросил Чонгук. — Нет. И мне плевать, кто там пришел. Сейчас нет ничего важнее этого, — он кивнул на документы, а потом резко приблизился и обнял мужа за талию. — Не обращай внимания. Сосредоточенный взгляд мужа будто пригвоздил Чонгука к месту, им действительно нужно поговорить о будущем, вместе или врозь. Хотя их отпуск и был идеальным, они вернулись к реальности и всему, что с ней связано. Решение должно быть принято. Когда любовь становится центром твоей вселенной, расставаться безумно трудно. Если бы Чонгук не любил мужа так сильно, это был бы легкий разрыв. Но, возможно, их любовь была неуместна. Возможно, им просто понравилась сама идея о браке. Любовь должна была построить мост между ними, который навсегда соединил бы их вместе. Звонок в дверь прозвенел еще раз, более настойчиво, и Тэхён, ругаясь сквозь зубы, все же поспешил открыть. Чонгук, в полном раздрае, не мог понять, проклинает ли он непрошеных гостей или хочет поблагодарить за передышку и время на раздумья. Мгновение спустя он услышал знакомые голоса и вышел в коридор. Тэхён стоял в прихожей со своими родителями. Все взгляды обратились на Чонгука. Отлично. Именно то, что ему было нужно в качестве дополнения к документам о разводе: увидеть одну из главных причин, по которой эти документы появились. Больше всего на свете в данный момент Тэхён жалел, что вообще открыл дверь. Ему бы хотелось, чтобы они послали к черту весь остальной мир и просто остались на своем острове. — Мы звонили и писали тебе несколько дней, — начала сходу выговаривать его мать. — Мы ужасно волновались, Тэ. А сейчас проезжали мимо, увидели твою машину и поняли, что ты здесь. Что с твоим телефоном? — Это я забыл его ему вернуть, — оправдывающимся тоном произнес Чонгук, достал из своей сумки гаджет и протянул его мужу. — Он был отключен в течении нескольких дней. — Ну разумеется, телефон был у тебя. Неудивительно, что я не могла дозвониться до своего сына! — недовольство буквально сквозило в каждом звуке, но для усиления эффекта женщина еще и театрально закатила глаза. — Я написал вам обоим и предупредил, что меня не будет в городе, — резко попытался прервать представление Тэхён. — Случилось нечто чрезвычайное, что я так срочно вам понадобился? Женщина пренебрежительно глянула на Чонгука и перевела взгляд на сына. — Никаких чрезвычайных ситуаций. Просто если бы ты прослушал сообщения или … этот… передал бы тебе их содержание, ты бы знал, что мы планируем поездку за город. И хотели спросить, не хочешь ли ты присоединиться к нам. Уехать, чтобы расслабиться. Ты же столько пережил за последнее время! — Мы только что вернулись из поездки, так что я — пас. Мать посмотрела на телефон, который Тэхён засовывал себе в карман. — Так значит, он теперь еще и контролирует тебя? Денег ему оказалось недостаточно? — Я не нуждаюсь и никогда не нуждался в деньгах Тэ, — прерывая Тэхёна, который хотел что-то возразить. — Не понимаю, почему вы все время так говорите или подразумеваете, что я не в состоянии позаботиться о себе. У меня свой бизнес, приносящий стабильный высокий доход. Наш брак с Тэ не был основан ни на чем, кроме любви. И я устал оправдываться! Тэхён мысленно поаплодировал мужу. Тот никогда не разговаривал с его родителями подобным образом. Чаще всего он просто избегал их, так как они с самого начала дали понять, что не одобряют выбор сына. Давно пора было дать им отпор. Да, они его родители, и он любит их, но Гук за эти годы натерпелся более чем достаточно. — Никто не смеет разговаривать со мной таким тоном, — повысила голос его мать. — Я только что это сделал, — Чонгук попытался схватить свою сумку, чтобы уйти из этого дома и, возможно, навсегда, но Тэхён перехватил его и крепко прижал к себе, уткнув лицом в свое плечо. Его мать стояла, скрестив руки на груди и недовольно глядя на парочку. Ее муж, как обычно, находился за ее плечом, не отсвечивая. — Не могу поверить, что ты с ним куда-то ездил. Как обстоят дела с разводом? — Чонгук дернулся, но ему не дали вырваться из объятий. — То, что мы с Гукки делаем или не делаем, тебя не касается, — заявил Тэхён резким тоном. — Я слишком долго не вмешивался, полагая, что вы придете в себя и увидите, какой мой муж чудесный и удивительный человек. — Сынок, мы просто думаем, что он не для тебя, — голос его отца звучал очень мягко. — Не имеет значения, что вы думаете, потому что я в браке с ним. — Пока, — быстро встряла мать. Это не лезло уже ни в какие ворота. Тэхён был просто поражен. Неужели он никогда раньше не замечал, что его родители так сильно терпеть не могут его любимого? Неужели и раньше они постоянно унижали его? Ведь прямо сейчас они не стесняются делать это в его присутствии. — Навсегда, если останется, — отрезал Тэ. — Хотя я не могу винить его за то, что он захотел уйти. Чонгук делал все, чтобы сохранить наш с ним брак, который вы осуждали при каждом удобном случае. И да, я тоже виноват. Я не осознавал, насколько занят. — Нет! Просто он пытается контролировать тебя, сынок, — парировала мать. — Ты слишком успешен, чтобы отступиться от тебя. — Я и дальше буду таким же успешным. И счастливым в браке. Надеюсь, — помолчав, он добавил: — Вы ставите меня в такое положение, при котором я должен выбрать семью. — Это он заставляет тебя выбирать! — его мать дернулась, как от пощечины, и отчаянно заорала. — Не мы! — Тэхён, — опять подал голос его отец. — Нет. Довольно. Я хочу сохранить свой брак. Дорогие мама и папа, вы можете либо поддержать нас, либо проваливать ко всем чертям из нашей жизни. Это будет ваш выбор и ваше решение. Любое неуважительное слово, сказанное в сторону моего любимого мужа, будет принято мной как ваш ответ, что вы больше не собираетесь со мной общаться. Я все сказал. А теперь вам пора. Он отпустил растерянно хлопающего глазами Чонгука, подошел к двери, распахнул ее и кивнул головой родителям на выход. Они постояли какое-то время с отвисшими челюстями, но потом мать гордо вскинула голову и, схватив за руку своего мужа, выскочила за дверь. Тэхён спокойно ее запер и широкими шагами направился в кабинет. Чонгук поспешил за ним, все еще находясь в замешательстве. Он никогда в жизни не слышал, чтобы вечно вежливый муж разговаривал таким тоном хоть с кем-либо. И, если честно, такой уверенный в себе, непоколебимый и властный муж его безумно возбуждал и заставлял себя уважать. — С меня хватит! — прорычал Тэхён, влетая в кабинет. Он подскочил к столу, схватил бумаги о разводе и разорвал их на мелкие клочки. — Ты мой! Никакого развода! Никаких родителей! Я сделаю все, чтобы ты был счастлив. Но вот уйти не дам. Чонгук не успел даже возмутиться или вообще хоть как-то отреагировать на творящийся беспредел, как муж уже добрался до него, взвалил на плечо и понес в спальню. Впервые в жизни Гук висел у него на плече, поддерживаемый большой ладонью за ягодицы. Впервые в жизни у него не было ни слов, ни мыслей. Возможно, именно этого он и ждал всю жизнь? Перестать все контролировать, улаживать, сглаживать острые углы и делать так, как будет хорошо и удобно другим, а не ему? Может, ну его к черту весь этот контроль, он хочет просто быть за мужем, как за каменной стеной. После того, как они попали в спальню, думать и решать у Чонгука уже не осталось ни единой секунды. Тэхён набросился на него и заставил стонать до самого рассвета, а сам только и рычал «мой», «любимый», «не отпущу». Утром, обессиленно устроившись на плече Тэхёна, который отключился после последнего раунда жаркого секса, Чонгук задумчиво водил кончиком пальца по его груди. Что же заставило Тэхёна слететь с катушек? Неужели одновременный удар в виде пришедших бумаг, мерзких выпадов его родителей и попытки Чонгука снова уйти смог наконец-то пробить броню его вечного спокойствия? Он немного пошевелился, но рука мужа на его талии тут же сжалась, и тот сквозь сон опять пробормотал: «Мой, не отпущу». И Чонгук наконец поверил. Расслабился на любимой груди, слушая мерное биение сердца, и спокойно заснул. Никто не знает, как сложится жизнь дальше. Но всегда можно постараться и сделать ее лучше.