Это лучший исход

- Очнулся? - Вопрос раздался слабым эхом в пустом, полуразрушенном помещении. Юноша, к которому обращались, было заерзал, но понял, что связан. Захотел закричать, но при попытке набрать воздуха в грудь, тут же закашлялся. - Ну вот и славно. - Вновь раздался мужской хриплый голос. Несмотря на искажения от респиратора, юноша его узнал. - Если есть большое желание, можешь покричать, но... - Мужчина сделал небольшую паузу, как бы прислушиваясь, что будет делать парень. - - Думаю, ты и сам не захочешь, чтобы тебя услышал кто-то из местных. Плотный смог был неотъемлемой частью этого города, но в ряде низин, его токсичность была на совершенно ином уровне, от чего, это место покинули. И даже у прожившего в этих местах всю жизнь юноши, слезились глаза и было затруднено дыхание. - Старик, что происходит? - Выдавил из себя парнишка, пытаясь сквозь слезы, понять, где именно он оказался. Но понял лишь, что его привязали к какому-то столу, плотно стянув ноги и руки. Что хуже всего, прямо над головой он заметил готовый в любой момент упасть кусок какой-то металлической конструкции. Но его собеседник не торопился, давая осознать, где и в каком положении юноша оказался. После чего раздался скрип, Старик придвинул стул поближе к столу, на котором лежал его собеседник. И выставив прямо перед его лицом небольшой стеклянный флакон, после чего сел, вглядываясь в наполненные слезами глаза. - И так, Гвоздь, что это такое? - Мужчина кивнул на флакон. Гвоздь не мог разглядеть скрытое респиратором лицо, но не сомневался, что под ним сейчас звериный оскал, и он сейчас в лапах этого зверя. Душащий смог и это ощущение, просто комом встали в горле юноши, однако, его собеседник воспринял это иначе. - Честно говоря, можешь не говорить. Ведь никто не посчитает случайностью, что в одной из бочек с питьевой водой, что была отправлена банде Чеда, оказалась эта отрава... - Я, я не... - Было начал юноша, но замолк. Он уже начал привыкать к смогу, глаза хоть немного и щепало, но слезы уже не текли, да и дышать стало легче, но вот как ему быть дальше, решить он все еще не мог. - Ты же знаешь, я не из местных. - неожиданно сменил тему мужчина. - Побывал за морем, ходил по пустыням... Много чего повидал, в том числе и людей. Сейчас, ты просто оступился, - Юноша невольно поддакнул. - Бывает и такое, но вот что странно, никогда бы не подумал, что ты смыслишь в ядах, что вызывает вопросы. Если бы мужчина при подготовке озаботился еще и освещением, он бы видел, как сильно побледнел его собеседник, но этого не требовалось. Ведь в этом вопросе он разобрался еще до того, как Гвоздь пришел в себя. Перед ним была просто глупая марионетка. - Знаешь, а ведь вопрос можно и закрыть. - после этих слов юноша вновь уставился на респиратор, надеясь разобрать, что же там творится в голове его собеседника. - Ты ведь тоже тогда слушал байки про мои злоключения, но ситуации бывали разными. Особенно тяжко, когда мы оказывались в дали от... - Старик было замялся, подбирая слово, и продолжил - руководства... Эти слова юноше определенно понравились, но вот его текущее состояние, напоминало, что его мнение учету не подлежит. - Каждый может оступиться, и когда каждый человек на счету, начинаешь дорожить людьми. А потому, у нас играли в одну игру. Уж не знаю, кто ее придумал, но называли ее “Гильотиной”. Нельзя терять сильных и умелых людей, а потому, им давали шанс. И знаешь что? Я и тебе дам шанс. Гвоздь хотел было обрадоваться, но от слов Старика отдавало чем-то опасным, и потому, собравшись с духом, он наконец выдавил из себя. - И какие в этой игре правила? - Спросил он, а тем временем продолжал изучать помещение, ведь нависшая над его головой угроза, все еще никуда не делась. - Отличный вопрос! - Мужчина поднялся со стула и с явно приподнятым настроением начал вещать. - Во-первых, нужно признать свои ошибки. Во-вторых, отбросить все старое. Ну и в-третьих, перебороть себя. - После этих слов Старик склонился к лицу юноши. - С первым, проблем нет, я и так в курсе. А вот второе... Кто приказал тебе отравить воду? Юноша по-прежнему не мог ничего разглядеть за маской респиратора, но сейчас его лицо оказалось слишком близко, и Гвоздь попытался отвернуться, но тут же почувствовал, как его схватили за волосы. Мужчина силой повернул его голову обратно. - Кто!? - голос Старика разнесся эхом по округе. Юноше вновь стало не хватать воздуха, и он закашлялся. Хватка ослабла, и юноша смог отвернуться. В глазах плыло, а последний вопрос все еще звоном отдавался в голове. - Что... Что значит перебороть себя? - Гвоздь попытался отвести тему в сторону, используя услышанное ранее. - Кульминация! - Мужчина оживился. - Ведь порой нас охватывают низменные чувства. Завить! Страх! Жажда наживы! - Старик явно получал удовольствие, как будто ему наконец удалось рассказать историю, которую тот готовил уже не один день. - В те времена, провинившегося выводили, в чем мать родила, и он должен был пройти мимо вооружённого оппонента. Тому, в свою очередь, давался один удар. И вот, если провинившийся смог пройти, то ему давался второй шанс. Эх, был у нас один молодчик... Он ведь был даже не с нашего... - Мужчину явно понесло в дебри его былой жизни. Речь местами стала сбивчивой, и явно адресовалось ему самому, а не связанному юноше. - А ведь его и его топор, так никто и не смог пройти... Вроде он это даже отточил в отдельный при... Ой, что-то меня занесло. - Сам себя одернул мужчина. - Думаю, ты согласишься, что я не в форме, и потому, в качестве оружия, послужит это. - Заключил мужчина и указал в сторону нависшей над Гвоздем конструкции. От неожиданности парень онемел. А вот Старик быстрым движением извлек из своей куртки нож из черного металла и вогнал его в стол. Удар был не сильным, но Гвоздь видел, как изрядно сточенное лезвие, без труда вошло в стол, почти на четверть. - Я перережу трос, и этот импровизированный “молот”, обрушится на твою голову. - Мужчина явно был доволен собой, но его поток мысли оборвал напуганный парнишка. - Эт-т-то безумие!? - Запинаясь от страха и недостатка воздуха, начал Гвоздь. - Я ж... ж связан. Ты просто убьешь меня! - Он было хотел добавить про то, что старик спятил, но успел себя остановить, понимая, что спорить с безумцем себе дороже, хоть и не понимал, как ему быть дальше. - Связан!? - Рявкнул в ответ мужчина. - Ну так ты и старое еще не отбросил! Ответь, кто дал тебе яд и надоумил на провокацию! А я в ответ, обрежу путы. Вот оно, тут же мелькнула в затуманенной голове юноши, как только он обрежет путы, я с ним поквитаюсь. - Это был Дик! - Наконец выдал юноша, и грохот заглушил все остальное. Гвоздь еще не успел закончить, как Старик вытащил из стола нож, и быстрым движением срезал трос, что сдерживал металлолом над юношей. Мужчина обождал с минуту, пока пыль хоть немного осядет, наклонился к телу и обрезал путы. - Ну, как и обещал... - В его голосе читалась усталость, что накатила, как только представление было окончено. - Рангс! - позвал он, и из пролома в стене показался крепкий темнокожий парень. - Ты все слышал. Глаз с Дика не спускай. - Хорошо. - Ответил тот, - Но разве можно ориентироваться на такую наводку? - Удушье, стресс, страх, ложная надежда и отсутствие времени. Я сделал все, чтобы он не смог ничего придумать. – Пояснил мужчина. – Точнее в таких условиях не выйдет, а потому, я и сказал тебе следить за ним, и пока все. - Ясно, - Рангс явно не испытывал большого восторга по поводу того, в чем он участвует, и покосившись на тело как бы для очистки совести спросил. – Неужели нельзя было… - Нет. - Тут же оборвал его Старик. - Он уже натворил дел, и, если бы ты сам не отловил ту бочку, закончилось бы это далеко не одним трупом. - Рангс, ты сам обратился ко мне потому, что прекрасно понимал, Экко не должен разбираться со своими. Если он вдруг перегнет палку, его тут же назовут еще одним химбароном, и тогда уже мало кто за ним пойдет, и изменить ничего не удастся. - Мужчина закашлялся, и из-под маски показалось несколько капель крови. Успокоившись, он достал припрятанную флягу, взболтал, прислушиваясь к остаткам жидкости, и осушил ее одним залпом. - Случись что, - продолжил он, поправляя респиратор. - Во всем будет виноват спятивший старик. Не то, что не из ваших, вообще не местный. Это лучший исход. А теперь иди я уже научил вас всему, чему следовало, а то, как убивать, оставьте лучше на меня. - Рангс лишь кивнул, не найдя чем возразить, и побежал прочь. А оставшийся наедине с собой мужчина, убрал свой нож. Встряхнул пустой флягой, и так же припрятал до поры до времени. Ему предстояло навестить еще одно дитя этих проклятых улиц. В переулке Оседающей золы ему предстояла длительная беседа.