Моя погибель - Чимин и Чонгук (Чертовы ангелы MC 1)

Я сошел с ума. Серьезно. Искренне с себя в шоке. Как так получилось, что у меня теперь есть альфа, еще и мембер клуба, которого знаю всего один день? Чонгук на меня так влияет, что я готов отбросить все принципы, и мне от этого слишком хорошо. Влюбленность ощущается крайне необычно, это оказывается такое спокойное и трепетное чувство, будто рядом со своим мужчиной я впервые за долгое время перестал бороться и просто доверился. Сейчас у меня за спиной не только клуб, но и мой старик. Осталось только разобраться с теми мразями, которые упекли меня за решетку. — Ты со мной поедешь в Искру? Мне только надо свой байк из гаража достать, — говорю, продолжая поглощать невероятно вкусный завтрак, так соскучился по нормальной еде. И абсолютно все равно, как я выгляжу со стороны. Пусть Чонгук привыкает видеть меня настоящего, притворяться и стесняться себя я точно не собираюсь. Чонгук продолжает пить кофе и есть круассан, будто его ничего в мире не беспокоит. Сама безмятежность, поразительно. — Да, но предлагаю сначала поговорить с Монстром и Шугой, их надо поставить в известность. Там уже решим, что будем делать дальше. Мы быстро собираемся и спешим встретиться с моим отцом. Не терпится уже поехать в Искру и разнести всех там за то, во что превратили мой клуб. Кто бы знал, что они допустят наркотики туда. Идиоты. Когда заходим в зону бара клуба держась за руки, наступает гробовая тишина. — А-ху-еть, скажите, что я не сплю, и Китти реально с альфой из клуба, — Бани, один из мемберов клуба и моих близких друзей, так громко кричит, что хочется уши заткнуть, чтобы не оглохнуть. — Не ори, Бан, — строго говорит Шуга. — Голова итак раскалывается от вчерашней попойки. Как вы еще такие бодрые? Что значит молодость. — Не завидуй, — смеется Монстр. — Ты когда-то и похлеще себя вел, как заноза в заднице. — Если только твоей, — Нам толкает Шугу плечом и продолжает улыбаться. — Вы закончили? Если бы я вас не знал, то подумал, что у вас брачный сезон, — не могу не прокомментировать происходящее. Они всю мою сознательную жизнь ведут себя как женатая парочка. — Не смешно, — однако Монстр продолжал улыбаться. — Так расскажете, что у вас тут происходит? Китти, ты так быстро сдался? — Ты сам учил, отец, если чувствуешь, что человек твой, то нет смысла ходить вокруг да около. Время еще терять. Я итак три года жизни просрал, больше не хочу, — мемберы кивают на мои слова. Все понимают, что тюрьма — не увеселительное заведение, а годы там уже не вернуть. — Мы понимаем, Китти. Хорошо, что это Чонгук, а не Бан, например, — Шуга говорит и посмеется с выражения лица члена клуба. — Эй, я так-то тоже завидный жених. Вон сколько омег всегда ко мне подкатывает, — Бан говорит и выпивает залпом виски. — К черту, пойду поднимать свою самооценку. — Только не в мой клуб, понял? Помню я, как на тебя жаловались там за буйное поведение, — я умею говорить таким тоном, что даже альфы захотят ему подчиняться. — Ого… Мне нравится такой тон, как-нибудь наедине попробуем, — шепотом говорит Чонгук мне на ухо, прижимаясь всем телом сзади. — Ну хватит, вы двое. Мы уже поняли, что вы вместе. Давайте не давить на больное тем, кто одинок, окей? — Тэмин обиженно разворачивается и удаляется к себе на второй этаж. — Кто обидел моего друга? Это явно не из-за меня, — в обычное время тот бы скорее подбежал меня до смерти заобнимать и порадоваться, что я выбрал альфу, о котором он рассказывал. Что-то здесь не так. — Да все нормально, не обращай внимание, поругался может с кем-то из мемберов с утра, — Шуга говорит, но при этом все присутствующие странно переглядываются. Будто есть какой-то секрет, о котором мне никто не рассказывает. — Ладно, я с ним потом поговорю, — хотелось бы сейчас последовать за ним и успокоить. Но у нас есть некоторые неотложные дела. Вечером уже буду допытывать Мина, от меня не убежит. — Так что, у вас все серьезно? — отец говорит и пристально смотрит мне в глаза. Он знает меня лучше кого-либо в этом мире. И прекрасно помнит все мои убеждения по поводу того, чтобы встречаться с кем-то из клуба. — Чонгук — мой альфа, — и этого для мемберов достаточно. Отец выглядит довольным, еще бы, он всегда мечтал, чтобы мой альфа когда-то занял его место, а я помогал развивать клуб. — Хочу, чтобы вы все понимали. Придет время, и я попрошу проголосовать, — для клуба это уже подтверждение максимально серьезных намерений. Чтобы стать стариком или старухой кого-то из клуба, то нужно созывать голосование, где решится судьба пары. Если все мемберы согласны, то омега получает особый статус, нашивку и защиту клуба. В мире байкеров это важнее любых свадеб и подобных условностей. — Принято, поздравляем, — Намджун лишь улыбается на это. По нему видно, насколько его радует происходящее. Я подхожу к отцу и обнимаю. Когда мы отстраняемся друг от друга, то не могу не заметить его измотанный и усталый вид. Еще бы, на его плечах ответственность за весь клуб, а сейчас еще эта угроза, которая, я уверен, выльется в межклубную войну. Что означает одно: потери. — Ты в порядке? — Сынок, это я о тебе должен беспокоиться. Не наоборот, — Монстр наблюдает, как Чонгук заново обнимает меня со спины и прижимает ближе. — Нужно поговорить с тобой и Шугой. Наедине, — Чонгук говорит это шепотом, чтобы вокруг никто не услышал. Сейчас важно быть внимательными. — Через полчаса в моем кабинете, — Нам разворачивается и уходит. Его плечи опущены, мне непривычно видеть его таким. Иногда кажется, что отец устал быть лидером, но по-другому уже не сможет. — Пойдем к бару, выпьем соджу? — Чонгук шепчет на ухо. Я на это лишь киваю, и мы двигаемся как два слипшихся пельменя. Пока мы ждем, то успеваем немного выпить и поговорить. Чонгук рассказывал мне больше о себе и своей семье. Они все переехали в Сеул несколько лет назад, Чон же решил остаться в Пусане, случайно познакомился с Шугой, который и привел его в клуб. В то время у Чонгука были проблемы на работе, он избил одного подозреваемого, которого потом обвинили в растлении несовершеннолетних. Естественно, его попросили уволиться, дома еще и ждал сын с девушкой. Узнав о том, что Чон стал безработным и его вряд ли возьмут в какие-либо приличные места в ближайшее время, омега собрала вещи и с ребенком переехала в Чеджу. Теперь Чонгук видит сына только летом. Интересно, жалела ли та девушка о том, что бросила такого прекрасного альфу? Потому что за годы в клубе он значительно поднялся, помог создать дополнительный доход за счет своих навыков программирования. Еще в школе он научился создавать сайты и программы, но хотел работать в органах. Я же рассказал о своей жизни. По большей части, о планах на Искру. О времени в тюрьме я пока не готов разговаривать, поэтому благодарен Чонгуку, что он быстро сменил эту тему и начал говорить больше о сыне. Когда-то мне предстоит с ним познакомиться, но я понятия не имею, что делать с детьми и как себя вести.

***

На встрече с отцом обстановка крайне напряжена. Мы все молчим, пока ждем Шугу. Но каждый понимает, что дело дрянь, и нас ждут значительные перемены. Крыса в клубе — худшее, что может произойти в нашем мире. За предательство живым не выходят. — Извините за опоздание, в Искре проблемы. Думаю, Китти, Чонгук тебе уже рассказал. Сегодня нагрянула полиция с обыском, хорошо мы вчера все проверили и почистили. А чистить было что, я вам скажу, — Шуга как ураган. Врывается и сразу по делу. — Мы об этом и хотели поговорить. Как бы тяжело не было это признавать, но походу кто-то из своих сливает информацию. Я об этом в тюрьме слышал. Тот клуб из Чеджу пытается сейчас завладеть нашей территорией. Я могу связаться с одним человеком в тюрьме и попросить узнать больше об этом клубе. Может так получится связь найти с кем-то из наших, — пока говорю, уже строю в голове план действий. Все делать стоит быстро, иначе мы все под ударом. — Я против. Как мы можем доверять тому человеку в тюрьме? — Монстр сомневается, я понимаю его опасения, но пока это единственный адекватный вариант. — Я не могу сказать, кто этот человек. Но он мне должен. Ты сам понимаешь, нет времени медлить, — я знаю, что отец постепенно начинает проникаться идеей. — Чонгук, решение за тобой. Чимин теперь твой омега, ты головой отвечаешь за его действия, — дико раздражают эти старые традиции, я и сам в состоянии за себя постоять. Спасибо большое. Но продолжаю молчать. Отец правильно сказал: все, что я теперь делаю, сразу отражается на моем альфе. Я не могу лезть в дела клуба. Хорошо хоть как-то получится помочь. — Я доверяю Китти. Детка, когда сможешь связаться с этим человеком? — с каждой секундой убеждаюсь в правильности своего решения. Этот альфа идеален. Так приятно, что он предоставляет мне делать то, что считаю нужным. В груди разливается тепло, даже начинаю чувствовать, как горят щеки и уши. — Я уже отправил смску, завтра все будет, — мне не нужно смотреть на Чонгука, чтобы понять, что он мной гордится. — Ладно, с этим вопросом до завтра покончено. Китти, что думаешь делать с Искрой? — спрашивает отец, наливая себе виски. Это означает, что разговор постепенно подходит к концу. Он всегда так делает. — Пока не знаю. Мы сейчас туда едем. Посмотрю, как там дела и что происходит. Дальше уже буду действовать по мере поступления проблем, — уже не терпится поехать и разнести там всех к чертям. Превратили мой Стрип-клуб в какой-то притон. Руки чешутся. — Ой, вижу я, что ты одной ногой уже там. Идите. Шуга, ты останься, есть еще вопросы, — Чимин знает, что это просто означает «давай посидим выпьем и попытаемся забыть нахрен о том, что какая-то крыса пытается разрушить клуб». Мы с Чонгуком быстро удаляемся и отправляемся в гараж за байками. Я не катал три года, не терпится почувствовать ветер свободы. Когда летишь на скорости, в голове нет мыслей, сердце стучит чаще обычного, в эти моменты ощущаешь мир по-другому, а себя всемогущим. Раньше только поездки давали эти чувства. Сейчас я понимаю, что любовь еще сильнее. Любовь может дать тебе крылья, чтобы летать и добиваться своих целей. Она же может и вырвать эти крылья, оставив тебя зализывать раны. Я могу только надеяться, что меня ждет первый вариант.