Вторжение

На пол пути в свою камеру Маша потеряла последние силы и упала на холодный пол, потеряв сознание. Мучителям пришлось нести её самим. Пока девушку несли с неё капали маленькие капельки крови. Она была чертовски милой. Когда охрана дошла до отсека с пленницами, мужчина достал ключ и отпер решетчатую дверь. На него из плохо освещённого казимата смотрели 4 девушки. Катерина, обладательница густой рыжей косы. Алёна, обладательница прекрасных золотых локонов, касающихся её узеньких плеч. Кристина, обладательница черных, с синим оттенком прически каре. Оксана - обладательница желто серых волос, заплетённых в хвостик. Во всяком случае это было все, что известно обычному надзирателю тюрьмы. На самом же деле в клетках сидели дочери людей, управляющих страной. Теперь их отцы были мертвы или бежали во время вторжения оппозиции. Оксана - дочь патриарха страны, правда сама она предпочитает книги кресту. Алёна - дочь министра экономики. Кристина - дочь одного из самых богатых купцов, который в то же время занимался меценатством и помощью обездоленным. Катерина - главнокомандующего армии страны. А Маша, которая сейчас была без сознания и которую несли в камеру была дочерью писателя, известного при дворе. Он кстати гимн страны написал. Но мало проводил времени с дочкой. В комнате было 6 клеток. Клетки стояли с двух сторон, по три на каждой стороне. Между клетками были не стены, а решетки так что девушки не могли спрятаться от взора друг друга. Дверь в клетку тоже была решетчатой. В камере было одно ведро, ледяной каменный пол, деревянная дощечка, служившая кроватью, которая была прибита к стене. Её можно было поднять, не позволяя нормально спать. На ней было сено, которое было вместо подстилки. Дважды в день приносили похлёбку и воду. На всю комнату было четыре факела, они стояли на перегородках между камерами. Когда становилось невыносимо холодно девушки грели руки о тепло огня. Слева сидели Кристина, Маша, Оксана. Справа были Катерина, королева, Алёна. Иногда тактильная Кристина обнимала скромную Машу, чтобы согреться. Да и просто она любила пообниматься. Маша была напротив, она любила когда к ней проявляли внимание. Марию занесли в её камеру и положили на сено. Охранник протёр руки о штаны пытаясь убрать кровь. После чего он вышел и запер дверь в камеру. - Итак, все что нужно новому королю от вас, деваньки, это место где живёт бывшая королева. Возможно кто-то из вас знает, где она находится. А может и не знает. Но вот она (охранник показал на королеву в белоснежной одежде) точно знает. И она упорствует. Взгляните на свою подругу, кажется её Машей зовут. Девушки посмотрели на избитое тело. На красные следы от розг и плети на спине, на следы нагайки на попе, Кристина видела край груди, на котором остался отпечаток железной плети. - Эта девушка умоляла свою королеву о пощаде, умоляла чтобы пытки прекратились. А королева дала ей пощечину. После чего мы выпороли её розгами и нагайкой, а затем железной цепью. Я не хотел сильно колечить её поэтому, у неё нет переломов или сильного кровотечения. Она выживет. Но это предупреждение. С остальными мы поступим жестоко. Будьте благоразумны, пусть королева расскажет нам, где её мать. И мы вас всех отпустим. Вот взять Марию. Её отец сбежавший писатель. Ей есть куда вернуться, у неё будет будущее. Как и у всех вас, если королева скажет то, что мы хотим знать. Кристина, которая пыталась коснуться Марии была в ужасе от вида истерзанной подруги. "Ей было очень больно, наверняка она была еле жива? Кто ей тут поможет? Кто её перебинтует? Что если произойдет заражение крови? " - думала про себя Кристина. Её жалостливое сердце стало биться чаще, с учётом этих вопросов. - В общем, каждый день мы будем пытать по одной девушке. И вы не отделаетесь так легко, как Маша. Поэтому советую вам разговорить эту молчаливую суку, - он толкнул королеву к камере. Та зашла и он запер дверь. - Не прощаемся, девоньки, - палач вышел из комнаты и запер дверь на замок. - Бедная Маша! - Сказала Кристина, - Посмотрите, что с ней сделали! А что если она умрет от потери крови? Или если будет заражение! Её голос звучал взволновано. Она пыталась разбудить Марию, но рука не дотягивалась до тела. - Она предала нас. Холодным голосом сказал королева. Девушки уставились на неё. - Что это значит? - Спросила Катерина. Это значит, что охранник сказал правду. Мария не стерпела и начала умолять меня на глазах этих палачей! - Ты действительно дала ей пощечину? - Спросила Кристина. - Да, и я бы казнила её прямо сейчас. Чтобы избежать плети она предложила своё тело охраннику, он согласился. А потом сказал, что она должна будет выбрать другую девушку для пытки. Она подумала три секунды и согласилась. Все молчали, никто не ожидал такой подлости. Мария была тихой и застенчивой девушкой, но они приняли её, дочку писателя, надо сказать который не очень лестно отзывался о государстве в последнее время. Она могла закончить на улице, умерев от голода. Так она отплатила? Девушки сидели на своих дощечках и каждая думала о своём. Виктория думала о том времени, когда её мать вернется и отобьёт королевство назад. Казнит всех захватчиков, а она казнит предательницу Марию. И её отца, который сбежал из родного государства. Катерина думала о том, как будет управлять армией, когда бывшая королева сотрёт захватчиков. Кристина думала о том, как помочь бедной Марии. Которая была без сознания. Мария спала. Алёна сожалела, что не убежала из страны, пока была возможность. Она понадеялась на статус отца, а его убили захватчики. Теперь ей бежать некуда. А Оксана думала о том, как глупы все остальные. Она понимала Марию, но это не значит что она её одобряла. Мария всегда была немножко подлой, по мнению Оксаны. Часто улыбалась чтобы понравится кому-то, меняла свои политические взгляды. Было очевидно, что она ненадёжная. Как никто не догадался? В руках у Оксаны был золотой кулончик, который она носила на груди. Она его рассматривала. На цепочке был заключён изумруд, где-то пять сантиметров в длину. Ей его подарил возлюбленный. Рассматривая кулон, она думала о своём парне. И все же кого выберет Мария? И какая именно это была плеть? Быть может остальные не знают, но они бывают разные. Оксана любила читать, она читала и про пытки. Не так страшен волк, как его малюют. Пытки это больно, но когда знаешь принцип работы - становится легче. В комнате было тихо. Девушки смиренно сидели на своих кроватях, Виктория сняла каблуки и разминала затёкшие ноги. Это довольно неприятное ощущение, когда кровь попадает в затекшую конечность. Изо рта шел пар, было довольно холодно. Алёна встала и начала греть руки о факел. Было тихо, только звуки горящих факелов и безысходности. Прошло два часа. Вдруг послышался звук шагов в коридоре, в замочную скважину вставили ключ и она отворилась. Это был надзиратель, тот что пытал Марию. В руке у него было ведёрко, наполненное чем-то белым. Он подошёл к камере спящей Марии. Отворил дверь, зашёл внутрь. Маша спала, свернувшись клубочком, лицом вниз. Она сладко сопела, женское тело намного привлекательнее, когда оно голое и беззащитное. Он опустил руку в ведро, что то нащупал. Его по прежнему больше всего привлекала промежность. А точнее переход между киской и анусом. Он дотронулся до этого места и начал тереть его пальцами. Мария взвизгнула и подскачила как ужаленная. Белым порошком была соль. Киска девушки горела пламенем, как и её анальный проход. Она прыгала на одном месте и руками пыталась убрать соль со своих интимных мест. Но тщетно, соль уже въелась в раны. - Ааааааах БОЖЕ как же жжется!!! Она начала просто тереть место жжения, загоняя соль ещё глубже. - Не бойся красавица, соль не вредит, а помогает. Так бы ты умерла от заражения крови. Кстати, нужно обеззаразить остальные раны. С этими словами он бросил в девушку горсть соли. Она попала ей на грудь. Тут же последовал следующий бросок, на плоский животик и на ножки. Девушка завопила ещё громче, она начала носиться по маленькой камере, чтобы в неё было сложнее попасть. Девушка стала закрывать самые интимные места, но грудь и киска уже полыхали, закрывать их не было смысла. Оставалось только терпеть жжение. Она начала тереть всё тело. Беспорядочно, быстро и с криками. Она повернулась спиной к мучителю, чтобы закрыть себя спереди. Это была ошибка, спина, которая секунду назад болела от усталости мышц и ударов плети "загорелась" от горсти белого сыпучего вещества. Тут же Маша начала тереть спину, но теперь соль летела на попу и ножки. В итоге все Маша была в соли, бешено тёрлась. Только её ступни и шейка остались нетронутыми. С первым Маша сама разобралась, беспорядочно бегая по камере она наступала на лежавшую на полу соль. А шею палач пощадил, все таки красивая. У Маши не жглась разве что ротовая полость, но рот мужчина дезинфицировать не стал. Все таки Маша не говорила ничего такого. Наоборот, когда её достаточно "настойчиво" попросили сказать пару слов королеве, она сказала. Вот её награда, ротик остался целым. В отличии от всего остального тела. Маша визжала, снова наступала на соль ступнями, визжала ещё громче. Её будто бы одновременно прижигали раскалённым металлом со всех сторон. Прыгала, тёрла себя, плакала, но все без толку, оставалось только терпеть. - Так что, девочка, кто вместо тебя получит 40 плетей? В ответ он услышал крики. - Эй, я с тобой разговариваю! Маша только носилась по клетке. Тогда он схватил её за руку, потом за вторую и что есть сила тряхнул. - Ты слышишь меня, пизда тупая? Говори кого сечь иначе я высеку тебя прямо сейчас. - Я, я не знаююю! - Сквозь слезы сказала Маша, не переставая корчиться Все девушки молчали. Кто то от страха, кто то потому что был рад происходящему, а кому то было все равно. Кристина охала и переживала так, будто это её сейчас с ног до головы забросали солью. - Тогда я сделаю это с тобой. Он закинул девушку на плечо, она начала бить его по груди и трепыхать ножками. - Нет, нет, пожалуйста, я выбрала!! Охранник дальше нас её из комнаты. - Неееет, это Оксана, пожалуйста! Я выбрала, это Оксана! Охранник сбросил её с плеча, бедняжка шлёпнулась о пол. Благо упала на руки. Она тряслась как кленовый лист и умоляюще смотрела красными от слез глазками на мужчину. Хорошо, - он поднял девушку за руку и завел в камеру, после чего запер дверь. Услышав своё имя в голове Оксаны пронеслась лишь одна мысль: "Блять..." Охранник отпер дверь Оксаны, схватил за руку и потащил из комнаты. Проходя клетку Марии, Оксана смотрела на предательницу глазами ненависти и презрения. Как бы говоря, что она ещё поплатится. Мария плакала и пыталась закрыть себя руками так, чтобы девушки её не видели и не стыдились. Кристина сидела через решетку и гладила её по руке, пытаясь утешить девушку. Кристина же смотрела на Оксану, в её глазах было столько же сострадания к ней, как и к Маше. В ней читалось "Ох, бедная Оксана, если бы я только могла тебе помочь!". Так Оксана "прочитала" её глаза. Добрые девушки намного красивее злых. А Кристина была святой в этом плане. Была готова разорваться, но помочь и утешить всех. Это и было "написано" в её "щенячих" глазках. Столько раскаяния и сочувствия. Это бы возбудило любого мужчину, но Оксана была девушкой и поэтому взгляд предал ей уверенности, а не возбуждения. Она не боялась пыток, тем более плети. Что за детский сад? Существуют вещи намного страшнее. А порка это так, для крестьянских дурочек, чтобы их отцы боялись. Крестьянских отцов сломать намного сложней, чем их дочек. Мужчина вывел девушку из комнаты и запер дверь на замок. Он крепко сжимал руку, причиняя боль. Девушка была босой, но хотя бы в одежде. Охранник шел быстрыми шагами, поэтому Оксане приходилось следовать и идти быстрее чем обычно. Зелёный изумруд на золотой цепочке прыгал по груди девушки, иногда проваливаясь в ложбинку между грудьми. Через пару минут они дошли до комнаты, где пытали Машу. Дверь открылась и взору пристала ужасная комната. Больше всего Оксану привлек стол, на нем были свежие капли крови, а по краям были вмятины от ударов. В комнате стоял ещё один мужчина, хотя скорее молодой человек. У него был накачанные руки, пресс и улыбка. - Теперь моя очередь, - радостно сказал парень - а ты пока что приведи королеву. Мужчина, который вел Оксану был намного старше. Ему наверное сорок или больше. Он выше парня, у него есть густая борода. - Привет, красавица! - поздоровался юный палач, - как твои дела? Не боишься того, что сейчас будет? Оксана смотрела на него спокойным взглядом. - Хорошо, я вижу что не боишься, а зря. Я раньше работал на скотобойне, руки у меня сильные. Будет больно. Кстати, как твоё имя, сколько тебе лет? - Оксана, мне 21. - Ого, а мы ровесники. Красивая у тебя грудь, Оксана и кулон тоже хороший. И сережки твои зелёные, хорошо подходят твоим тёмно-зелёным глазам. Он подошёл ближе и взял Оксану за подбородок, осматривая её нежное лицо. - Будет жаль уничтожить такую мордашку. Давай по хорошему, ты вроде умная, по глазам вижу, уговори королеву и я не стану тебя трогать. Согласна? Оксана промолчала, смотря своему мучителю в глаза. - Значит не договоримся мы, а жаль. Тогда раздевайся или я раздену тебя сам. Девушка начала раздеваться, он наблюдал за её глазами. В них не было страха. Через пару мгновений девушка была без одежды, руки она держала за спиной, одну на другой, как какой нибудь учитель. Закончив, она посмотрела на него. На парня глядела ужасная в своем спокойствии девушка. Она была одного с ним роста, но её приподнятый подбородок и взгляд создавали впечатление, что она выше, и что она его будет пытать. Он оглядел тело. Желто серые волосы, связанные в небольшой хвостик, касающийся шеи, темно - зелёные глаза, изящная ключица. Сочные груди, сосцы которых немного торчали вверх, однако не были возбуждены. Стройная талия, красивые руки с длинными пальцами, аккуратные ноготки. Красивая киска. Длинные красивые ноги, ногти на пальцах ног аккуратно подстрижены. Она стояла, оперевшись на одну ногу. - Покрутись вокруг себя. Девушка сделала оборот, он оценил её задницу. Лучше чем у Марии. Она была великолепна, упругая, плавная, идеальные пропорции. Её так хотелось ударить и трахнуть, прямо сейчас. У парня встал, он не видел таких женщин раньше. Он недолго работал и все, чем он занимался до этого - выпытывал что-то у ведьм или бунтарей. И те и те были грязными крестьянами, без зубов, худющие, с потускневшими от горя глазами. Она же не плакала, была здоровой и убийственно спокойной. А зубы её были белого цвета и даже немного поблескивали при свете камина и свечей. - Ладно, сейчас я выбью из тебя всю дурь, баба, ты меня умолять будешь о пощаде! Ляг на стол, лицом вниз. Девушка легла. Он связал её так туго, как только мог. А она даже не пошевельнулась. Её руки так перевязаны, что она уже от веревок должна была зарыдать. Но Оксана молчала. Она думала о чем-то своем, возможно о том как глуп этот парнишка. Послышались звуки ключа в замочной скважине, принцессу привели смотреть на то как пытают близкого ей человека. Она увидела Оксану сбоку. “Я верю в тебя, не подвели меня!” - Пронеслось в голове принцессы. Оксана не стала поворачивать голову в сторону принцессы и тем более молить о чем то. Она ровно лежала и дышала полной грудью. - Давай, новичок, покажи что умеешь. - сказал главный палач. Парень взял плетку с железным концом в виде шипов. Это были не острые шипы и не иглы, скорее треугольники с очень большим основанием. Треугольники достаточно острые, чтобы оставить след и впиться в кожу, но недостаточно чтобы разорвать её. Он сжал плеть и потряс ею, проверяя вес. Ему так хотелось причинить боль этой надменной девке. Да кто она такая? Дочь военного? Откуда столько уверенности, спокойствия? Он подошёл ближе и ударил Оксану в прыжке. Он считал, что так больнее. Хлесткий звук пролетел по всей комнате. На попе Оксаны появился синяк, с гравировкой в виде треугольников, железо полностью впечаталось в её мягкую плоть. Оксана дрогнула, но не застонала. Парень в изумлении посмотрел на жертву. Молчит. - Считай. Если ошибёшься, или не успеешь, начнёшь сначала, а потом я прибавлю десять ударов. - Один, - ответила девушка. Парень сжал ещё сильнее плеть и ударил по левой ягодице. Снова появился синяк. Однако, девушка все ещё молчит. Лишь то что она дернулась напоминает о том, что она чувствует боль. - Два. Ещё удар, снова правая ягодица, снова синяя кожа. - Три. Удары полетели друг за другом. Правая, левая, левая, левая, правая, парень думал о том, как заставить заносчивую девку реветь. А Оксана лишь считала, нельзя сказать, что её голос был полностью ровным, он немного дрожал. Но никакой мольбы или криков "неееет" не было. Лишь дрожь в теле после удара и дрожь в голосе. - Десять. Сказала Оксана. Её задница уже была красной от ударов, в некоторых местах черной. - Хорошо. А ты крепкая, признаю. Что насчёт твоей спинки? Может тебя слишком часто ебали в жопу, поэтому она такая нечувствительная? С некой злобой сказал юный садист. Удар прилетел ей по лопатке. Оксана снова лишь дернулась. - Одиннадцать. Тогда парень начал хлестать её по всей спине. Вторая лопатка, позвоночник, ребра. - Двадцать. Сказала Оксана уже более дрожащим голосом. Лопатки горели, садист специально бил по кости, ведь плётка с железным окончанием может сломать её. Остальным костям тоже пришлось не сладко, все, чего прикасались треугольники сильно болело. Но лопатки особенно сильно. Оксана пыталась сконцентрироваться на чем то далёком. Её самой тут и не было, только её тело. Она же сидела в библиотеке, читала книги. Вот про природу, разновидности насекомых, вот про океан, а тут про лошадей. Эта толстенькая про пытки, вот про строение женского организма, обычному человеку за такую книгу грозила бы смерть, но дочь патриарха может читать необычные книги. Виктория была в восторге. Она просматривала то на старого палача, то на молодого. У обоих на лице было непонимание. А королева понимала. Бог на их стороне, на стороне их народа и он не даст граждан в обиду варварам. Поэтому Оксана и не чувствует боли! Парень отошёл от спины, он был в гневе. Он вернулся к попе. Со всей силы ударил по ней, по тому месту где был крестец. Из уст девушки вырвался стон. Тело полностью покрыла лёгкая дрожь. - Двадцать один. “Ага, вот её слабое место”, - подумал парень, “надо продолжать”. Он начал хлестать её наотмашь, входя в ритм, один удар за пол секунды. Парень целился чуть выше задницы. - Двадцать два. - Двадцать три. - Двадцать четыре(немного тише сказал девушка) - Ах, двадцать пять. В этот момент почти вся попа была черной от ударов. Оксана сжала кулачки и пальцы ног от боли. За двадцать пять ударов она ни разу не посмотрела на Викторию. Она не нуждалась в ней, ей нужно лишь воображение, лишь мысли. Однако железо мешает оставаться в зазеркалье и после каждого удара она ненадолго возвращалась к своему бренному избитому телу. Снова удар, но теперь по икрам. - Двадцать шесть. - Теперь по левой. - Двадцать семь. - Тихо сказал девушка. Снова удар, и ещё один, и ещё. - Тридцать три... Она пыталась прижать ноги максимально близко к себе. Они горели, она чувствовала будто садист сейчас переломает ей кости. Осталось всего семь. Промелькнуло в голове парня . Он обернулся, посмотрел на своего наставника. Тот ухмыляясь смотрел на него. Что он лыбится? Оксана ни разу не похожа на ту визжащую суку. Она намного выше неё. Намного смелее и умнее, - думал он про себя. Он запомнил взгляд Оксаны и он сводил его с ума. Его сердце бешено билось а член стал каменным. Он бы обкончался прямо так, если бы не начал действовать. - Ну давай сучка кричи! - Тридцать четыре. - Раздался дрожащий от боли голос. Чувствуя бессилие он схватился за плеть двумя руками, начал бить по крестцу. - Ах, тридцать пять... - Ох, тридцать шесть. Руки парня дрожали. Что это такое? Её задница избита в кровь, как она может спокойно говорить, лишь немного постанывая, будто дразня меня?! - говорил он про себя. “У меня четыре удара…” - подумал садист. Он залез на стол, встал над головой девушки. Его кожа покрылась потом от нагрузки на руки. Девушка же уже не на шутку дрожала. А пальцы на кулачках были белыми от силы сжатия. Её кожа покрылась потом, а на лице виднелись вздутые от боли жилы. Её тело пульсациями прожигалось болью, поступающей от попы. Но она все ещё молчала. Парень замахнулся и с двух рук ударил Оксане прямо между булок. Удар был такой силы, что треугольники раздвинули ягодицы и попали в анальное отверстие. - Аах, вскрикнула девушка и дернулась головой. - Тридцать се-емь. Устало сказала Оксана. Но у парня ещё есть шанс - трюк который показал наставник на той трусливой визжащей девке. Он взял оружие в правую руку, рабочую. Три последовательных удара, прилетело девушке между ног, благо её киска находилась далеко от попы и не пострадала. Девушка сжала зубы изо всех сил и дернулась на столе. Дикой болью горела её самая выгодная часть. Особенно дырочка. - Ну же!? Сколько ударов? Громко и с нетерпением сказал парень. Капельки пота падали с его лица на спину девушки. - Сорок! Крикнула девушка усталым, но радостным голосом. Она победила паренька, который увидел в ней сочную задницу, а не глубокую душу. Её развязали. Кисти рук, а так же ноги над лодыжками были красными от веревок. Сама же Оксана стояла перед своим ровесником. Немного согнув ноги, потому что икры ужасно болели, она смотрела на паренька с еле заметной улыбкой. И огоньком в глазах, как бы говорящим "я тебя одолела". Парень же стирал пот с лица. Он ничего не сказал в ответ этому взгляду. - Забирай одежду. Если уронишь по дороге до камеры, она станет моей. Оксана наклонилась и подняла свои вещи. В этот момент он приблизился, когда девушка посмотрела ему в глаза, он ласково взял её кулон, который опять упал меж её грудей и потянул к себе. - Красивый. Девушка посмотрела на него таким же взглядом. Спокойным и с чуть заметной насмешкой. Она повернулась и пошла неторопливо переставляя ногу на ногу, а он не мог оторваться от её задницы. Параллельно он думал об этом взгляде. Наставник же понял в чем тут дело. "Мальчишка" подумал он про себя. После чего толкнул королеву, которая с явной насмешкой и улыбкой смотрела на него, к двери из комнаты пыток. - Иди давай, он просто слишком юн, - сказал старик. Парень остался один в камере, со стояком в штанах.