Большой размер, не иначе

Кое-что напрягает Антона уже некоторое время. Он видит, как Арсений переходит двор общежития с девчонками по обе стороны от него; они смеются, а Антон не может понять. Арс очень красив, у него тёмные волосы и пристальные синие глаза, он популярен среди и девушек, и парней — но он ни с кем не встречается. Антон знает его уже десять лет, и за всё это время у него ни разу не было ни девушки, ни парня, ни случайного перепихона. Это… странно. Арс потрясающий — он забавный, с необычным чувством юмора, умный, приятный собеседник… Антон просто не понимает.

Наконец Антон решает его спросить. Они давно дружны и довольно открыты друг другу; Антон знает, что не оскорбит Арса, так что как-то раз по пути к общежитию он задаёт этот вопрос. Арсений, остановившись, откашливается. — Я потом тебе скажу, — он неловко ведёт плечами. — О таком на улице неохота распространяться. — Чувак, если ты гей, асексуал или типа того, это ничего. Ты можешь мне сказать. — Моя ориентация здесь ни при чём. Я тебе потом скажу. Они возвращаются в комнату Антона, и он готовит пасту с соусом. Едят они в относительной тишине; потом открывают пару пива, и после очередной пары Арсений вытягивает свои длинные стройные ноги и вздыхает. — Ты хотел знать… — Это ничего. Это личное, я понимаю. Ты не обязан мне говорить, Арс. Я просто… беспокоюсь о тебе, приятель. Ты многое теряешь. Серьёзно. Арсений улыбается — чуть кривовато из-за выпитого. — Дело в моём… члене. Антон давится пивом. — Что? — В моём члене. Он слишком… слишком большой. Я пару раз пытался заняться сексом, но каждый раз он просто… отпугивает всех. — Да ты шутишь, — Антон решает, что Арс над ним глумится, но на его лице лишь искренность. — Ты не шутишь. Теперь Антон не может перестать таращиться на пах Арса. Раньше он никогда не замечал этой внушительной выпуклости; когда это она успела появиться? — Не шучу. Сначала всё хорошо, потом, как доходит до дела, мы раздеваемся, и стоит кому-то увидеть мой размер, как всё — паника, и настрой уходит. Как с девушками, так и с парнями… всё одно и то же. Они боятся… что я сделаю им больно. Антону хочется рассмеяться от такой нелепости, но почти обречённое выражение лица Арсения стирает с его лица улыбку. — Серьёзно? — Серьёзно, — вздыхает Арс. — Думаю… я научился с этим жить. Я сам справляюсь со своими потребностями, так что… это не важно. Вот только это важно, и Антон прекрасно это понимает. Они переходят к более обыденным темам, а потом Арсений прощается и уходит к себе. В ту ночь Антон не может думать ни о чём другом. Он лежит без сна, представляя и представляя Арса, обнажённого, с гордо стоящим внушительным членом. Антон ворочается, ёрзает и не может уснуть, не может выгнать из головы образ члена Арса, пусть даже он никогда его не видел. Он представляет, как берёт его в руку, как длины его пальцев не хватает, чтобы обхватить его, как он оглаживает его, а Арс запрокидывает голову и стонет. Потом Антон берёт его в рот, растягивая губы; челюсть ноет от неудобства, и Арсений толкается вперёд, даря Антону боль и одновременно невероятное возбуждение, разрывая его своим огромным членом снова и снова. Антон просыпается, содрогаясь и кончая на простыню, тяжело дыша и постанывая. Мокрые сны не снились ему уже годы — и годы он не кончал без прикосновений. Утром Антон смотрит в зеркало: глаза красные, вид затраханный. И он принимает решение. Он должен увидеть его — и коснуться. Он хочет, чтобы Арс испытал блаженство оргазма, подаренное не его собственной рукой, и если это будет благодаря Антону — тем лучше. Два дня спустя они сидят на диване Арса и смотрят какой-то старый фильм. Антон не обращает внимания на экран, наблюдая лишь за тем, как Арсений поправляется, усаживаясь, и задумывается над тем, как ему, должно быть, неудобно, как тесно ему в таких узких джинсах, которые он постоянно носит. Он не может перестать таращиться на выпуклость, пока не слышит, как окликают его по имени. Он поднимает взгляд. Пойман с поличным. — Я хочу его увидеть, — вырывается у него неожиданно даже для самого себя. — Что? — Твой член. Я хочу… пожалуйста? — Тош… — Просто покажи его мне. Хочу увидеть, какой он большой. Хочу увидеть, от чего сбежали все эти идиоты. Пожалуйста, Арс? Арс смотрит на него с подозрением, но расстёгивает джинсы и стягивает их вниз. Снова поправившись, он стягивает и белые трусы. Антон ловит ртом воздух. Арс говорил правду. Он чертовски огромный. Даже в незаинтересованном состоянии он дюймов шесть, значит, в возбуждённом будет… девять? Десять? — Ух ты. — Теперь ты видишь, в чём проблема, — говорит Арсений. Антон вскидывает взгляд; Арс покраснел и кажется донельзя смущённым. — Чувак, — говорит Антон, — я бы ещё и приплатил, чтобы его объездить. Серьёзно. Эти твои бывшие… не знали, что теряют. И, господи, он хочет коснуться его. Хочет обласкать его весь, возбудить Арсения, заставить его кончить. Его накрывает неизведанными доселе чувствами; конечно, он думал об этом, о себе и Арсе, потому что, ну, Арс потрясающий — но никогда он не испытывал такой жажды и неприкрытой похоти. Арсений ёрзает, и, чёрт, его член начинает вставать. Антон поднимает глаза, и их взгляды встречаются — они определённо на одной волне. — Я покажу тебе, как это приятно, — Антон соскальзывает с дивана и опускается на колени. Его рот уже полон слюны от отчаянного желания заполучить этот великолепный член. Антон наклоняется, на пробу мазнув языком, и слышит шумный выдох Арсения. — Даа, — он подразнивает головку кончиком языка и медленно втягивает её в рот, лаская мягкую кожу и чувствуя, как член увеличивается у него во рту. Арсений стонет, и Антон сменяет угол, принимая головку в рот и медленно выпуская её. Член Арса горячий и тяжёлый, он всё увеличивается, и, чёрт, он огромен. Антон чувствует, как он чуть не раздвигает ему губы, и обнаруживает, что не может обхватить его плотным кольцом, как привык. Слюна стекает с губ, капая на руки, обхватывающие член Арсения там, куда не может дотянуться язык. Наконец приноровившись, Антон начинает сосать. — О, — стонет Арсений ,вскидывая бёдра. Антон чувствует, как встаёт его собственный член. Его заводит то, что именно он делает Арсу его первый минет, именно он может отсосать его огромный член. — Нравится? Нравится, когда твой член сосут? — он действует усерднее. — О, Тош… это… это… — Да… так хорошо, Арс. Ты словно разрываешь мои губы, — Антон снова сосёт, начиная двигаться. Он подразнивает языком нижний край головки, отчего Арс хнычет, и снова всасывает её полностью. Член Арсения уже истекает смазкой, солёной, терпкой и чертовски великолепной. — Ты такой вкусный, Арс. Поверить не могу, что никто не захотел тебя попробовать. Я бы весь день тебе отсасывал. Высосал бы тебя всего. — Чёрт… Тош…- Антон улыбается. Обычно Арсений не чертыхается; видимо, он совсем забылся. — Ты так заводишь меня, Арс. У меня так стоит. Интересно, каково было бы почувствовать тебя внутри, ощутить, как ты разрываешь меня. Я никуда не смог бы деться от тебя… я позволил бы тебе меня трахнуть, засунуть в меня свой член и отыметь меня так, что я не смогу ходить. Боже, он понятия не имеет, откуда это всё взялось, но, кажется, Арсения это заводит. Челюсть начинает болеть, но Антону плевать. Второй рукой он расстёгивает свои джинсы, вынимая возбуждённый член и обхватывая его ладонью, яростно принимаясь ею двигать. Он сосёт усерднее, правой рукой лаская член Арса и одновременно пытаясь заглотить его поглубже. Слюна уже повсюду, стекает по паху Арсения по руке Антона, по волоскам у основания члена. — О… Тош… О… я сейчас… — Кончишь, Арс? Обкончаешь мне горло? Я хочу этого, хочу попробовать твою сперму. Ну же, трахни меня в рот.

— Тош, — стонет Арсений и начинает двигаться. — Да, да, вот так. Боже, Арс, какой ты, — стонет Антон, быстрее двигая ладонью. — Ч… чёрт… Тош! — вскрикивает Арс и кончает в рот Антону, в самое горло. Антон проглатывает всё, что может, но со всем не справляется. Несколько капель стекают по его лицу, по члену Арса, по пальцам. Его рука вся в тёплой влаге, и от этого ощущения Антон кончает, втрахиваясь в собственный кулак, и стонет, не выпуская член Арса изо рта. Он не перестаёт сосать, пытаясь поймать каждую вытекающую капельку, а потом, отстранившись, наконец получает возможность дышать. Челюсть его убивает, но ему всё равно. Он никогда, никогда в жизни не кончал так ярко от одного минета кому-то. Арсений тяжело дышит, и Антон приподнимается на дрожащих руках и забирается на диван. Вдруг на его губах оказываются чужие губы, и Арс целует его со всей душой, ловя каждую капельку собственной спермы. Антон поворачивается и оказывается лежащим на диване под Арсом. Они разрывают поцелуй, и, подняв взгляд, Антон видит запыхавшегося Арсения с посторгазменной усталостью в глазах. Он смотрит на Антона с чем-то сродни изумлению. — Нормально? — спрашивает Антон— ух ты, ну у него и голосок. — Невероятно, — бормочет Арсений. — Будет лучше, — улыбается Антон. — Дай мне пару часов, и я покажу. Они снова целуются — долго и неторопливо. — Жду с нетерпением, — отвечает Арс.