Летняя надежда

Спустя несколько дней настало двадцатилетие прекрасной девушки, яркой Руби Гвенет Форстер, которую лишь немногие называли её настоящим именем, олицетворяющим летние надежды. Так, своей любовью и заботой, что сияли невинностью и чистотой, героиня подарила надежду своему возлюбленному. За те пару месяцев, которые они провели, будучи парой, Мартин осознал, как ему дорог тот яркий лучик света, подаривший своё счастье именно ему, а не кому-либо другому. Нацуки, когда мужчина вернулся из кошмара под названием война, помогла ему влиться в течение мирной жизни, по которой он плывёт до сих пор, лишь меняя направление. И настал тот момент, когда Мартин захотел изменить вектор их с Нацу отношений. Только он не знал, как сделать это правильно и идеально, как ему бы это хотелось. Начиная с той ночи, только пришла эта мысль в его и так занятую голову, она не давала ему покоя. Мартину нужен был совет, и он это прекрасно осознавал. В один из дней вне работы мужчина позвал своего близкого друга, с которым началось его общение с далёких времён, Джона Харви Гриффина. Мужчину, что любил побаловаться барабанными палочками и приударить за местными красавицами, Мартин ждал в парке. Его ожидание скрашивали бегающие по скошенному полю дети, которые играли в догонялки. Детское ребячество навеяло сидящему на лавке воспоминания о своём детстве: как он, совсем невысокий худощавый парнишка, носился за другими ребятами в попытке поймать убегающих. Ему же постоянно кричали: «Миша, Миша! Не догонишь! Совсем как медведь бегаешь!» Он никогда не понимал подобное сравнение с косолапым животным, да и потом вовсе перестал об этом думать. Только почему эти яркие кусочки памяти ворвались сейчас, перед таким ответственным шагом? -Мартин! – кричал стоящий перед ним мужчина, махая ладонью у глаз. – Оглох уже совсем на старости лет? -Боже, блять, - Мартина, которого усердно пытались окликнуть, вернулся в реальность. – Шутить совсем не умеешь. -Я и не шучу! Стою и кричу: «Мартин! Мартин!» Хоть бы моргнул! -Я задумался, - мужчина прочистил горло и встал. – Предлагаю отойти подальше от детей. -Хочешь курить? – на свой вопрос Джон получил кивок с обращённым на него серьёзным взглядом. – Абсолютно с тобой солидарен. Мужчины прошли немного от поляны с резвящимися ребятами, пока не скрылись из виду. Недалеко они заметили лавочку с располагающимся рядом мусорным баком, возле которого Мартин и Джон расположились и зажгли свои сигареты. -Так о чём ты хочешь поговорить? Мартин озвучил своему другу свою мысль, блуждающую по его разуму на протяжении уже долгого времени. Услышав её, Джон сначала поперхнулся едким дымом, затем удивился не на шутку. Неужели его друг мог так бредить? -Ты сейчас серьёзно? – спросил он у мужчины, лицо которого было серьёзным, словно сказанное им явно не шутка. К своему шоку, Мартин кивнул и вдохнул яда в свои лёгкие. Гриффин нервно усмехнулся и тоже втянул едкий дым сигареты, дабы успокоиться. Лишь дурман оказался внутри него, накрывая разум смогом, он хихикнул. -Не ожидал я, что ты так быстро постареешь. -Я знаю, что старею, - Литвин стряхнул накопившийся на сигарете пепел. – Мне хочется обзавестись семьёй, и ничего смешного я в этом не вижу. Только есть одно «но». -Дай угадаю, - Джон потушил сигарету и присел к другу на скамейку. – «Она такая молодая, а я её обременяю на отношения, семью», и так далее, верно? -Что-то в этом роде, - прокряхтел мужчина, также выбросив потушенную сигарету. – Тем не менее, я собираюсь это сделать. Когда это лучше сделать? Что и как организовать так, чтобы этот день стал идеальным для неё. -Я бы так с этим не торопился, - резко возразил его друг, прочистив горло. – Посуди сам: Руби молодая, ей только двадцать исполнилось, ей гулять да гулять ещё! Дай ей пару лет нагуляться, а потом делай, что хочешь! Мартин глянул на Джона с неким презрением. По его суждениям о девушке можно было сделать вывод, что о Руби он не знает абсолютно ничего. Услышав бы о себе такое, она бы не обиделась, но запомнила б надолго. Какие ей гулянки, когда в её компании учебники по анатомии, Мартин да коллеги с «Мэнисиса», с которыми, кроме Сары и Блэйка, она не в тесных дружеских отношениях? -Думай, что хочешь, - мужчина дал ответ на размышления. – Однако если она не захочет, то откажется, логично? Поэтому я намереваюсь сделать этот шаг не просто ради внешнего эгоизма и моего желания, но и ради нашего с ней счастья. Джон усмехнулся, только услышал небольшое изречение товарища. Он давно понял, что Мартин достаточно упёрт, и, коль ему в голову пришла не дающая покоя мысль, он её воплотит. -Но имей в виду тот случай с Кейт, - добавил Гриффин скептично. – Хоть они и разные по своей натуре, она также может совершить предательство. -Сплюнь, - рыкнул Мартин, злобно сощурившись. -Ой, да пожалуйста, - отмахнулся Джон, после чего мужчины поднялись с лавочки и поплелись по парку дальше, параллельно говоря о мелочах жизни. Солнце в этот день одаривало город своими горячими лучами, которые не могли закрыть мимо пролетающие крохотные облака. На деревьях чирикали птицы, возможно, тоже разговаривая о жизненных неурядицах. Проходящие мимо них люди также лепетали о своём – всё шло своим чередом в городе. Мартин окончательно утвердился в своём решении, и, казалось, ничего не могло прервать радость этого дня. Однако кое-что, точнее, кое-кто смог стать той самой ложкой дёгтя в бочке мёда. Высокая светло-русая девушка с карими глазами, цветом схожими с фундуком, и слегка загорелой кожей, Кейт легко вышагивала навстречу мужчинам. Мартину не хотелось с ней даже здороваться: то, что она сделала, он не мог простить. Он отпустил её, забыл о ней, но прощения девушка так и не получила. Только мужчина хотел схватить под локоть друга и свернуть по дорожке, как Джон вышел вперёд и раскинул руки перед удивлённой Кейт. -Джон, это ты? – спросила она, не узнав сначала своего бывшего коллегу. – Как я рада тебя видеть! – после радостного возгласа она и Джон обнялись. Подняв глаза, Кейт заметила ставшего серьёзным Мартина. – И тебе привет, Марти. -Не называй меня так, - попросил он её вежливо настолько, насколько мог. -Да ладно тебе! – девушка усмехнулась, выпустив из объятий Джона. – Мы же, в конце концов, не чужие люди! На это мужчина ничего не ответил: ему и не хотелось вовсе отвечать. Она давно стала для него чужой, но для Гриффина - нет. Они тесно дружили ещё с тех времён, когда были студентами. Хоть общение их прекратилось с увольнения Кейт из «Мэнисиса», при случайной встрече они могли очень долго беседовать на разные темы. Сейчас Мартин мысленно проклинал своего друга и ситуацию, в которой он невольно оказался. -Как у тебя дела? – спросил свою старую подругу Джон. – Мы и вправду давно не виделись! -У меня всё замечательно! – ответила Кейт с такой счастливой интонацией, что, казалось, ей хотелось возбудить в своём бывшем парне зависть, бессмысленную и бесполезную. – Мне сделали предложение! Я скоро выйду замуж! Гриффин восторженно вздохнул. Он был рад за свою бывшую коллегу, что, несмотря на свои ошибки, совершённые давно, она нашла своё счастье. Он взял её руки в свои и, легонько их потрясывая, сказал: — Это замечательная новость! Я даже не могу выразить, как же я за тебя рад! -Поздравляю, конечно, но мне всё равно, - неожиданно вклинился в разговор Мартин. В беседе повисла неловкая пауза. Серьёзный тон сказанной Мартином фразы говорил о том, что мужчина не шутил. Подобный ответ на радостную новость заставил Джона отойти от Кейт, а её саму – взглянуть на бывшего парня с некоторой неловкостью. -Что, прости? – девушка хотела своим вопросом перевести хмурую фразу мужчины в шутку, после чего хихикнула. К сожалению, это не помогло. -Повторю: мне абсолютно наплевать, - Мартин скрестил руки на груди и бросил на Кейт тяжёлый карающий взгляд, который начал сверлить её казавшуюся милой и невинной душонку. Джон ощутил, как обстановка накалилась, точно металл под палящим солнцем. Дабы они не разругались на улице, он нервно рассмеялся, затем оправдал, насколько это было возможно, явно недружелюбное поведение своего друга: -Он и вправду так шутит! Не обращай внимание! – он начал активно махать своими ладонями, отрицая таким жестом сказанные Мартином слова. – Просто у него своих проблем навалом, вот и настроение плохое! Он думает насчёт своей девушки, да! Когда Джон косвенно упомянул младшую Форстер, убийственный мужской взгляд перевёлся с девушки на своего друга. В ответ Гриффин вновь нервно рассмеялся, однако, судя по такому же нервному женскому смешку, спасти ситуацию ему удалось, но ненадолго. -А, вот, в чём дело! – Кейт сложила свои ладони вместе и сомкнула их в замок. – Если не секрет, что за девушка? – тон девушки оставался спокойным и вежливым, ведь она также понимала, что настроенного на позитивный лад беседы уже не будет. -Тебя это не должно волновать, - Мартин в своих ответах оставался бесцеремонным: он говорил то, что он думал, и не чувствовал угрызений совести за своё некоторое хамство. Ему не хотелось, чтобы в разговоре всплывала его девушка. Тем не менее, Джон всё за него решил своим ответом. -Это дочь Блэйка, Руби, ты её знаешь! -Может, ты завалишь уже свой пиздак? – мужчина не мог дальше терпеть то, с какой лёгкостью и каким пренебрежением Джон разбалтывал о его личной жизни. – Если я сказал, что это не должно никого ебать, значит, это и не будет никого ебать! Нехуй лишний раз открывать свой рот! Мартин разозлился не на шутку. Теперь он не брезговал высказать лишний мат в сторону друга, не умеющему порой держать за зубами свой язык. И так ледяные глаза наполнились бешенством и яростью, лишь промелькнуло имя возлюбленной. К его большему раздражению, Кейт, услышав знакомое имя, с проявившейся наглостью рассмеялась. -В самом деле? Со своей воспитанницей? — спрашивала она с искренним непониманием, выводя из себя Мартина ещё больше. – Я не знала, что после меня ты заделаешься педофилом! Колкая фраза, сказанная с целью ткнуть носом мужчину, кого он потерял, дёрнула спусковой крючок в его разуме. Без того хладный приём подошёл к концу – пора его, наконец, превратить в блуждающий в океане айсберг, которому не суждено растаять. -Кейт, мне кажется, или ты немного пере-!... – Джон растерялся, когда его знакомая вымолвила столь оскверняющую фразу по отношению к другу. Он вновь хотел оправдать, как-то разрядить вновь обстановку, но было уже поздно. -Примолкни, - бросил с раздражением Мартин, окинув мужчину озлобленным взглядом. – А теперь послушай сюда, - свою голову он повернул к Кейт, довольной своей бессмысленной выходкой. – Тебя не должно волновать, что происходит в моей жизни. И не тебе меня судить: тебе ничего неизвестно об этом и не должно быть известно. О тебе я знаю достаточно, и ты - явно не та, кто может указывать на ошибки. Я разве не прав, яро прыгающая по койкам шалава? Последнее слово мужчина почти что прорычал: кровь в его жилах кипела, бурлила в попытках вырваться из капилляров и растечься по организму яростной волной. К сожалению, не забыть ему той сцены, когда он обнаружил растрёпанную девушку со слегка удивлённым взглядом и одного из своих коллег в их общей постели. Слова, произнесённые ей тогда, порой всплывали в памяти: «Чему ты удивляешься? С твоим характером ожидаемо, что тебе будут изменять. Да и что может мне дать обычный бармен?» С какой же невинной интонацией было это сказано… -Смотрите-ка, кто разозлился, - Кейт, в конечном итоге, оголила свои ядовитые клыки и ответила мужчине с насмешкой. – Даже оскорблять меня начал, какой ужас! Только я-то детей в постель не тащила! Едкий смешок почти вынудил Мартина опуститься и замахнуться на девушку, но он старался себя контролировать. Он знал не понаслышке, как порой она выводила его на эмоции ради их получения. Ей нужна была только его злость, в состоянии которой мужчина бы впал в бесконтрольный гнев. -Кейт! – крикнул на неё Джон, который не мог оставаться в стороне. – Ты перегибаешь палку! -С чего это? – с таким же нефальшивым недопонимаем, как годы тому назад, спросила она своего бывшего друга. – Я разве не права? -Так-то она уже совершеннолетняя, - разумно поправил он девушку. -Даже если так, - протянула собеседница в недовольном тоне. – Он её воспитывал. Кто будет встречаться со своими воспитанницами? За то время, что Джон отвлекал Кейт, Мартин вернул себе полный контроль, который он частично успел потерять. Мысли его вновь были собраны и расставлены по полочкам, кровь перестала бурлить, давя на вены и аорты, а ураган ярости рассеялся, превратившись в прохладный ветер. -А тебя это ебать не должно, - подытожил мужчина с твёрдостью и без доли поэтичности. – Пойдём, Джон. Он обошёл вошедшую в ступор Кейт и поплёлся по дорожке дальше, будто инцидента и не было вовсе. Джон сначала тоже не понял, что случилось, но после опомнился и, догнав друга, доставшего пачку сигарет, выкрикнул девушке: -Ну ладно! Тебе не хворать и счастливого замужества! -Это что ещё, блять, было? – прошипел Мартин вновь весёлому товарищу. – Ты какого хуя вообще про Руби заговорил? -Так! – остановил гневный поток мыслей мужчина. – Вы бы без меня начали ругаться с первых секунд. Я же старался урегулировать конфликт! Иначе вы бы глотки друг другу разгрызли. -Ебать ты мировой судья! – бросил Мартин в ответ. Джон пытался угомонить своего рассерженного подобной выходкой друга, что ему, хоть и не сразу, удалось. Отчасти, потому они и сдружились: Литвин, будучи студентом, часто ругался с одногруппниками, но Гриффин всегда мог успокоить буйного однокурсника. То же самое работало и в обратную сторону. Когда Джон не мог удержать за зубами свой язык, Мартин просил его замолчать, после решал возникшие на почве излишней болтливости проблемы. -Ты сейчас домой? – спросил Джон товарища, докурив свою сигарету до фильтра и бросив бычок в урну. -Угу. -Руби привет, если что, от меня и Сары. -Передам, - отрезал мужчина. Затем и его бычок полетел на дно урны. Мартин тяжело поднялся и, попрощавшись с другом незамысловатым жестом, пошагал к дому. В голове его возникли тёплые грёзы: как он заходит в квартиру, а на него уже запрыгивает переселившийся к нему Берти; как Нацу выбегает из гостиной, чтобы встретить его, обнимает, еле как обвивая руками его талию, а он лишь целует её в макушку, после чего заботливо её гладит. Два квартала спустя мужчина вышел к уже привычному сырому зданию, куда он зашёл и поплёлся к квартире. Тяжёлой походкой он добирается до двери в свою семейную крепость. Достав ключ и вставив его в скважину, он провернул его пару раз, а затем вошёл. Берти действительно выбежал к хозяину и напрыгнул на него, встречая. Мартин его ловко поймал, после чего закрыл дверь. -И тебе привет, - поздоровался он с пушистым членом семьи, давно к нему привыкшим. – А где твоя хозяйка? Подняв глаза, мужчина заметил вдали отодвинутый стул. Он разулся и прошёл в гостиную, где и обнаружил Нацуки. Обставленная учебниками, она дремала за столом, посапывая и что-то бормоча себе под нос. Увидев возлюбленную в измотанном от учёбы состоянии, он опустил чёрного кота на пол и взял на руки спящую красавицу. -Тимин, воробей, корзинка, ацетат… - Нацу лепетала сквозь сон обрывисто, тихо и неразборчиво. Щебечущую девушку Марти с осторожностью уложил на кровать и накрыл пледом. Она слабо причмокнула губками, ощутив под собой подушку, и замолкла. Нацуки полностью погрузилась в Морфеево царство и забыла о земных проблемах. Сердце мужчины при виде дремлющей возлюбленной успокоилось окончательно: осадок неприятной беседы с Кейт полностью растворился в любви его к Нац, ничего после себя не оставив. Мартин ощутил приток умиротворения, который позволил ему расслабиться. Он прилёг рядом с девушкой и приобнял её за талию, утыкаясь в её мягкие волосы, порой пытавшиеся забраться к нему в рот или нос. В ответ на нежность Нацуки повернулась личиком к мужчине и, закинув по-королевски на него ногу, уткнулась носиком в его шею и продолжила дальше дремать. Счастью, которое Марти испытывал в глубине души, не было предела. Его мысли о предполагаемом серьёзном шаге вернулись, и тогда мужчина сделал вывод, что на него идти стоит. -Милая, милая моя, - почти шептал он спящей девушке, вовсе не понимая, что рассуждает вслух. Он произнёс свой вопрос, судьбоносный и важный для них обоих, с некоторым трепетом, словно желанный день уже настал. -А? Вырванная из царства снов Нацуки не поняла прошёптанных оказавшегося рядом Марти слов. Некоторое время она ощущала растерянность: где она, почему она в кровати, что делает Мартин рядом с ней, что он говорил, что она делала до этого, почему уснула, а что снилось. Сам мужчина также вошёл в ступор. Глупая осечка чуть ли не привела к его разоблачению – он ощутил неловкость, которая, поняв состояние девушки, мигом пропала. -Извини, что разбудил, - Марти погладил пробудившуюся Нац по голове. – Я вернулся домой, а ты за столом спала. -Да, точно, - она припомнила детали своей рутины. – Я пришла домой, приготовила поесть и села за подготовку к лабораторной. -А отдыхать кто будет? – задал ей Мартин риторический вопрос. – Ты и так у меня много работаешь, зачем себя изматывать? -Но у меня последний год, - жалобно вымолвила Нацуки. – Надо приложить максимум усилий. -Хорошо, прикладывай, но не переусердствуй. -Я постараюсь! Приободрившаяся Нацу потянулась к мужским губам, чтобы одарить любимого ласковым поцелуем. Нежное прикосновение слило их на миг в одно целое, внутри которого горела нежность и любовь. Отстранившись от мужчины и поднявшись с кровати, девушка со сладким мычанием потянулась. -Расскажешь, как прошла встреча? -Конечно, только за столом. Услышав ответ, Нацуки побежала в гостиную, дабы заняться сервировкой к ужину. Она разложила столовые приборы, оформила красиво на тарелках ужин в виде риса со стейком индейки и поставила блюда на стол, вскипятила воду для горячих напитков и приготовила кружки, куда будет наливать их. В круговороте домашней рутины девушка чувствовала, что находится на своём месте, ей было только в радость готовить, убирать, стирать, складывать вещи по своим местам и прочее, что было связано с хранением порядка и уюта в доме. Мартин наблюдал за бегающей по дому радостью своего сердца. Если бы он предложил помощь, она тут же бы отказала и продолжила бегать, не обращая внимания. Домохозяйка из Нацуки получилась бы замечательная, как считал мужчина, хотя это не весь её потенциал, который она может реализовать в рамках своей многогранной личности, где каждый её уголок был любим. Марти присел за стол, когда было всё накрыто. Нацу заняла соседнее место с ним, после, пожелав шёпотом приятного аппетита на родном языке, принялась за трапезу. Мужчина так же тихо высказал пожелание возлюбленной и присоединился к ужину. Как раз тогда он начал свой рассказ про встречу, упустив лишь одну тему, о которой он не хотел рассказывать любимой. Лицо Нацуки менялось в зависимости от темы: услышав давно забытое имя Кейт, она подняла бровь в недоумении, затем недоверчиво сощурилась, потом приоткрыла рот, показывая своё ошеломление сказанными о педофилии словах. В конце она гордо хихикнула в знак поддержки Мартина в том, что он её послал. -Джон, как обычно, начудил, - Нац усмехнулась. – Насчёт Кейт… - её смех стал громче. Она взглянула на Мартина с неописуемым желанием выговориться. Получив кивок, девушка продолжила. – Блять, а какое дело этой бездонной дыре в пизде? Она у нас, значится, такая святая что ли? Ага! Дева Мария? Это вообще кто? Я молюсь только на Кейт! Такие идеи продвигает: совать свой нос, куда не надо, и ноги раздвигать! -Милая, - Мартин влюблённо глядел на негодующую возлюбленную не в силах оторваться. – Не трать на неё свои нервы. -Ещё бы я на неё тратила! – цыкнула Нацуки, поднявшись со стола и принявшись убирать посуду. - На неё только деньги на презервативы тратить, потому что букет венерических заболеваний её жениху-оленю обеспечен! -Нац, перестань, - спокойно угомонил её мужчина. – Раз ей не должно быть дела до нас, то и нам так же. -Я просто не понимаю её. Марти, как только закончил трапезу, взял оставшуюся посуду и направился к мило ворчащей под нос девушке. Он поставил тарелку и чашку рядом с раковиной и приобнял любимую. Подобные нежности, несмотря на грубую его натуру, были ему необходимы так же, как и мягкой и тактильной Нацу. -Тебе же не впервой с таким сталкиваться. Прими и забудь это, - тихо прохрипел Марти, после чего поцеловал рыжую головушку. -Хорошо, - буркнула она в ответ. К этому моменту около их ног начал ходить и ласкаться Берти, своим хвостом сплетая ноги пары. Ощутив прикосновение шёрстки к коже, Нац опустила взгляд, дабы убедиться, что пришёл именно её любимый кот, а не мышь или прочая пакость. -У тебя есть ещё на сегодня дела? – поинтересовалась у своего суженного Нацуки. -Нет. -Тогда посидишь со мной, послушаешь, что мы вновь повторяем? Одним из совместных занятий Нацу и Мартина стало прочтение девушкой различного рода материала по медицине. Мужчина порой извлекал из услышанного много нового, о чём не узнал за почти тридцать лет своей жизни. Иногда подобные лекции становились колыбельной для его сознания, но Нацуки никогда на это не ругалась: ей самой хотелось засыпать, читая подобный скучный и нудный параграф. -Ладно. Пара после мытья посуды и небольшой уборки устроилась на диване вместе с массивной книгой по медицине. Мартин приобнял устроившуюся рядом Нацуки, которая уже закутывала обоих лёгким пледом. Как только закончились приготовления, между ними улёгся Берти, тоже готовый слушать голос своей невероятно продуктивной хозяйки. Во время прочтения мужчина размышлял о своих дальнейших действиях. Заморачиваться в делах он не любил: принимал решения он легко и просто. Тем не менее, сейчас этого сделать было нельзя, иначе Мартин допустит ошибку, которая приведёт к краху отношений с Нацуки. Сказать, что он волновался, равносильно молчанию, повисшему на секунду в его голове. В этот момент пришла спасительная, по мнению мужчины, идея. У Нацуки есть близкая подруга, строгая, но справедливая Сара Марил Аллен. Услышав его мысли и рассуждения, она наверняка захочет помочь ему в их реализации. Осталось только с ней встретиться на днях и обсудить всё, что ему хотелось. Ему нужен был её совет, только она могла бы ему помочь. -Слушай, - перебил на мгновение Мартин. – Как Сара работает? -А? – стоило девушку прервать, как на миг она оказалась оторванной от реальности. Слегка помотав головой, её сознание было возвращено обратно на Землю. -Когда у Сары ближайший выходной? Нацуки примолкла в попытке вспомнить график работы своей подруги. Затем она пробубнила что-то невнятное под нос, словно рассуждала и сопоставляла даты. Наконец, ответ был дан: -В следующий вторник. Что-то случилось? Хотелось Мартину рассказать о своих желаниях, поведать ей о глубоких своих чувствах к Нацу, к рядом сидящей задумчивой Нацу, как он к ней привязан намертво навсегда и на веки веков даже не посмеет от неё отвязаться, но опалять девушку любовными речами было ещё рано. Сначала нужно обговорить с Сарой, как лучше это сделать. -Ничего такого, не бери в голову, милая, - Марти поцеловал рыжую растерянную головушку и погладил её. -Точно всё в порядке? – Нацуки не нравилось, что от неё начинают что-то скрывать. Неужели Мартин думал, что его ответ не вызовет к себе никаких подозрений – её это обеспокоило. Девушка подняла на мужчину свои смотрящие в самую душу зелёные глаза. Ощутив на себе глубокий взгляд, Мартин, чтобы не подать виду, кротко усмехнулся и тыкнул пальцем её носик. От такого действия глаза тут же скосились к носу, а на лице оказалась растерянная гримаса. -Ну… Ладно? – немного погодя, она ответила. Хоть провёрнутый Мартином манёвр оказался удачным, Нацу никак не могла угомонить пробудившихся маленьких надоедливых тараканов: зачем он это спросил, для чего, почему, – и они не могли успокоиться. -Ты прекрасно знаешь, как я люблю твой голос, - мужчина крепче приобнял любимую и поцеловал её в макушку. – Продолжай читать. Девушка ничего не ответила, только исполнила просьбу возлюбленного, однако слова для неё начали казаться бессмысленными, ничего не значащими вовсе, точно выдумка безумца. Усталость, которая, казалось, должна была исчезнуть после сна, вновь накрыла её своим тяжёлым покрывалом. -Таким образом, - голос Нацуки начал замедляться, он становился тише, а интонация, присущая для прочтения подобного рода литературы, затерялась в зевке. – Если наблюдаются вышеуказанные… - она на мгновение закрыла глаза и опустила свою голову на мужское тело, но тут же встрепенулась: голова вернулась в прежнее положение, а бодрость вернулась к её голосу ненадолго. – Симптомы, необходимо выполнить дальнейшие…действия… - как бы Нацу ни боролась с собой, сон одолел её в неравной битве. Лишь Мартин обратил внимание на повисшую тишину, девушка уже мирно спала, облокотившись на своего мужчину. Он отнёс Нацуки на кровать и накрыл её пледом, посидел с ней немного, поглаживая сонную диву по волосам, после вышел из спальни. Пока был шанс, мужчина открыл лежащую рядом с телефоном книжку с номерами, где нашёл и номер Сары. Набрав нужные цифры, Мартин начал ждать ответ на том конце провода. Прошёл один гудок, второй, третий. Наконец, на четвёртом гудке послышался знакомый голос: -Мисс Аллен у аппарата. -Сара, здравствуй. После приветствия в разговоре повисло секундное молчание. Наверняка девушка не ожидала, что её собеседником окажется её коллега. Несмотря на своё смущение, она прочистила горло и продолжила разговор: -Мартин? Чего это тебе приспичило мне позвонить? -У тебя есть дела во вторник? -С чего интерес такой? Сару насторожило намерение Мартина узнать про её рутину в выходной день. Вновь возникло секундное молчание, прерванное ответом мужчины, который, по ощущениям девушки, пытался нечто скрыть. -Мне нужно с тобой встретиться. -Зачем? -Потому что нужна твоя помощь в одном деле. В этот момент в Саре проснулся её извечный душевный товарищ, скептицизм. Каждое сказанное Мартином слово было обработано заново, и только после этого она дала ответ: -Судя по тому, что ты просишь меня о чём-то не через Руби, то ты явно что-то от неё хочешь скрыть. -Я не могу рассказать ей об этом, - спокойно сказал Мартин, понимая реакцию девушки. - Поверь мне, ничего аморального. -Хм... Девушка обдумывала сказанные её собеседником слова. Она не чувствовала опасности, которая могла бы грозить её подруге, но явная секретность вопроса не нравилась Саре. В конце концов, она произнесла после вздоха: -Хорошо. Я готова тебе помочь. -Тогда предлагаю встретиться во вторник вечером. Скажем, часов в семь около "Мэнисиса", - Мартин прокашлялся. Ощущение, что Нацуки о чём-то догадывалась, нервировало его: если она узнает обо всём раньше положенного, впечатление будет испорчено. -Ладно. Тогда до встречи. -Да, пока. Дни пролетели незаметно, и прибыл вечер вторника в людские жизни. Когда солнце освещало тёплыми лучами небо, уступая постепенно место своей сестре, Луне, Мартин и Сара попивали кофе на улице за столиком кафе "Мэнисис". После того, как они поздоровались и сделали заказ, прошло всего-то десять минут, однако ничего они друг другу ещё не сказали. -Ты меня позвал, чтобы помолчать? - не выдержав пропасти молчания, спросила с недовольством Сара. -Нет, - Мартин был более флегматичен в сей истории: тишина между ними его не беспокоила. - Я собираюсь мыслями. Мужчина поставил свою кружку с кофе и, прокашлявшись, поведал напротив сидящей девушке о своём намерении. По её расширившимся в процессе рассказа глазам можно было понять, что она явно не ожидала такого так скоро. Тем не менее, в конце удивлённое лицо Сары сменилось расслабленным с тёплой улыбкой. -Так это же здорово! - девушка явно радовалась за свою подругу. - Только не рано ли ты решил это сделать? -Это меня беспокоит, - поделился скромно мужчина. - Но я же не собираюсь делать это именно сейчас. Сначала всё нужно спланировать, и после того, как всё будет готово, действовать. -Логично. Тогда я готова тебе помочь. Сара кивнула в знак согласия, подчёркивая свою готовность стать помощником для Мартина в этом моменте, что станет для влюблённых интимным и счастливым. Её собеседника обрадовал такой настрой, и беседа потекла у них рекой. Оживлённая дискуссия разгорелась за столиком, и никто не мог помешать. Нацуки в этот день решила прогуляться до своего отца, чтобы навестить его, заодно обсудить планы на ближайшее будущее. Не могла она пройти мимо кафе "Мэнисис": оно было напротив той дороги, где она шла. Краем глаза девушка заметила оживлённо болтающих своего возлюбленного и подругу, затем она остановилась и обернулась лицом к столику. Видя, как увлечённо говорила что-то Сара Мартину, активно жестикулируя, и как Мартин умиротворённо кивает головой на все её идеи, в крохотном и хрупком сердечке Нацуки что-то ёкнуло, точно маленький осколок поцарапал его, оставив глубокий порез. Она тут же отвернулась и пошагала дальше. Упрямо. Серьёзно. Широко. Она шла удивительно быстро, пока тараканы исполняли очередной тревожный танец. "Всё в порядке", - твердила Нацу себе. - "Они и до этого общались нормально. Это обычная беседа. Не нужно переживать. Он любит меня. Он об этом говорил сам". "А если он врал?" - только порез перестал отдавать ноющей болью, а танец был разогнан, неожиданно появившееся сомнение нагрянуло, словно нежданный гость на пороге. "Но такого не может быть. Он не врал". - убежала Нац себе снова и снова. -"Он не врал. Он не врал. Он не врал. Он не врал. Он не врал." Отчаянно. С болью. Она повторяла эту мысль раз за разом. Но тут Нацуки вернулась в реальность; какая досада, что она не свернула в нужном месте. Ей пришлось возвращаться назад к повороту. Девушка старалась не думать, ей и не хотелось думать. В конце концов, она рассудила: будет то важное - Мартин расскажет сам. Несмотря на некоторое облегчение, ни у Блэйка, ни в квартире Нацуки не могла найти покоя. При попытке прочитать вновь учебник разум отвлекался на навязчивые скверные мысли и не давал девушке сосредоточиться. Берти ощутил волнение хозяйки и запрыгнул к ней на колени, переманив внимание Нацу на себя. Как только тревожные изумруды обратились к коту, он улёгся у неё на животе и замурчал. Кошачья песня помогла отчасти избавиться от напряжения в голове; придвинув Берти поближе, женские руки начали его поглаживать, от чего мурчание становилось громче, а кошмары воображения играли тише и тише. Спустя полчаса релаксации домой вернулся и Мартин, явно довольный после прогулки. Внешне не выдавая вновь нарастающее напряжение, она подошла к нему и поприветствовала его с самой яркой улыбкой. -И тебе привет, милая, - невзирая на хорошее настроение, Мартин, как показалось то Нацуки, ответил ей холодно, обыденно. - Как провела вечер без меня? Нацуки ощутила себя оскорблённо. "На что это ты намекаешь?" - задалась она этим вопросом в голове. Тем не менее, девушка тепло ответила: -В целом, хорошо. Зашла сегодня к папе: мы отлично поужинали вместе, разговаривая о кафе и о планах на будущее! -Понятненько. Прокашлявшись, он прошёл в гостиную и присел на диван. Такой ответ, отрезавший беседу между влюблёнными, явно не устроил как Нацуки, так и Берти, который сразу же зашипел на севшего рядом. Мартин удивился такому поведению со стороны кота. В ту же секунду Берти кинулся на мужскую руку, точно на добычу. Клыки беспощадно кусали человеческую плоть в попытке прокусить, задними лапами он бил и царапал конечность. Однако Мартин не медлил: тут же он отдёрнул другой рукой кота и бросил его на пол. Берти приземлился на свои лапы и вновь кинулся на руку: ему явно не было достаточно тех царапин, которые он нанёс мужчине. И в этот раз Мартин отцепил его от руки, и в этот раз он кинул его на пол. Увидев много тонких царапин, Берти остался довольным и ушёл в другую комнату, напоследок грозно шикнув на мужчину. Нацу была в шоке от выходки своего питомца; от растерянности девушка не вовремя отреагировала на внезапное нападение кота на своего возлюбленного... Или он не считает себя таковым? -Я принесу бинты, - растерянность сменилась апатией, где были почти призрачные проблески заботы. Мартин, удивлённый атакой со стороны домашнего питомца, был неприятно озадачен сменившимся тоном своей возлюбленной, что растворилась в коридорной темноте. Слегка омрачённая девушка вернулась с бинтами спустя полминуты. Она села рядом с мужчиной и, вытянув его руку к себе, начала обматывать кровоточащие царапины. -Нац? -М? -Что с тобой? Нацуки чувствовала, что напротив сидящий Мартин почувствовал её тревогу сквозь голос. -Я просто не ожидала, что Берти так разозлится, - вздохнула она, слегка натянув бинт. - Прости, пожалуйста, что так вышло. Я не знаю, почему он повёл себя так. -Может, это из-за того, что я с ним в последнее время мало играл, - предположил Марти. После своих слов он глянул на реакцию любимой: на секунду её тело застыло, а глаза словно налились слезами. Затем она потрясла головой и продолжила заниматься перевязкой. Нацуки ждала, когда он расскажет ей про свою встречу, о которой она не знала. Конечно, Мартин поведал ей, что уйдёт, но не сказал, с кем. Молчание мужчины по этому поводу не давало покоя самой Нацу, сомневающейся во всём Нацу. -Скажи мне правду. Девушка произнесла фразу неожиданно как для Мартина, так и для самой себя. Каждый слог звучал твёрдо и напористо: нет смысла в прелюдии при поиске правды. -Ты о чём? - поинтересовался её возлюбленный изумлённо. -Скажи правду. Не притворяйся. Бинт Нацуки начала натягивать сильнее и сильнее, сама того не замечая. -Что ты хочешь знать, милая? - спокойным голосом он её спросил. "Милая", - именно это слово, сказанное точно небрежно, как казалось девушке, довело её. -Милая, - усмехнулась Нацу. - Милая. Милая настолько, что ты не удосужился сказать мне, с кем решил встретиться? Милая настолько, что мне предпочёл мою же подругу? Марти ощутил себя растерянным. "Как она узнала? Рассказала Сара? Нет, она не могла", - круговорот мыслей понёс его вдаль, куда ему было нельзя. Нужно что-то было предпринять. -Нац-! - Мартин был прерван разгневанной девушкой. -Я не ревную! - начала она с предупреждением. - Ты можешь делать, что хочешь! Но я... Я вообще, - эмоции накрыли Нацуки: она выпустила рулон бинта из рук. - Я даже не знаю, что сказать! Боже! - она соскочила с места и начала ходить от одного угла к другому. Мартин её не останавливал. - Если бы я не пошла к папе, может, я бы этого и не видела! Какое же это было зрелище, как она мило с тобой болтала! И я не ревную! - вновь Нацуки повторила начальную фразу. - Я лишь чувствую себя обманутой! Почему? И она остановилась в центре комнаты. Беготня от угла в угол не утомляла тело, но тревога разрывала сердце. Мартин понимал, что подобная реакция со стороны любимой возможна, поскольку он недосказал истины. -Нац, пожалуйста, присядь, - вздохнув тяжело, ласково попросил Марти. - Дай мне объясниться. Нацу сомкнула руки на груди. Спустя нескольких предложений негодования, нехотя она всё же села рядом. -Я не думал, что придётся об этом рассказать раньше, - мужчина начал разматывать пятнистый от крови бинт, который ему уже не нужен. - Дело в том, что я хочу сделать для тебя сюрприз, однако не знаю, как его преподнести правильно. Поэтому я виделся и с Джоном, и с Сарой. Она была рада узнать о моём замысле, поэтому предложила мне несколько идей. Я лишь хотел, как лучше. Несмотря на искренность мужских слов, девушка была непоколебима. Измученное злое выражение лица проглядывалось до сих пор. -Прости, что не предупредил тебя. Это была моя ошибка, которую я совершил из-за того, что хотел сделать этот сюрприз для тебя. Черты лица Нацуки смягчились: бровки перестали хмуриться, а мышцы на лице расслабились, только искозились они в печали. Она ощущала себя полной дурой, что даже позволила себе усомниться в верности Мартина. И хоть девушка осознавала, что привело её к столь иррациональной реакции, ей было стыдно, оттого слёзки выступили на её глазах. -Ты чего сразу плачешь? - Марти придвинул к себе растроганную возлюбленную и обнял её. - Ты всё-таки ревновала? Нацуки помедлила с ответом. Ей не хотелось признаваться в том, что она действительно позволила проникнуть едкому чувству в своё сердце, но и соврать она не могла. -Да, - нехотя произнесла она. - В смысле, я знаю, что ни Сара, ни ты не совершили бы такое. Мне лишь... - Нац притихла на мгновение, не могла сформулировать мысль. - Я просто ждала тебя очень долго. Неужели наградой за моё ожидание было бы...это? Нет. Я заслужила другого конца. Я заслуживаю быть счастливой. Разве многого мне надо? -Это ты уже ушла в другую ветвь разговора, но суть мне ясна, - Марти поцеловал свою любовь в макушку, как и всегда. - Ты сама знаешь, что не зачем мне по бабам гулять. Нацуки тихо усмехнулась, прижавшись к мужчине в объятии. В сильных руках она чувствовала себя в безопасности. Ей не было нужды тревожиться ни о чём, пока её спину поглаживали мужские грубые пальцы. -Наверняка ты перенервничала из-за учёбы, поэтому себя накрутила. Хоть ты и говорила о том, что хочешь поработать усерднее в последний год, не забывай отдыхать, - Мартин сделал небольшое напоминание девушке, скрытой от мира в его объятиях. - Мы можем с тобой развеяться на выходных и поесть мороженое. Или сходить в кафе и выпить твоего любимого чаю. Ты будешь рассказывать мне истории, а я - слушать. Что скажешь? Несмотря на ободряющие слова, Нацу по-прежнему печалилась ввиду своей женской глупости. На вопрос она не ответила, лишь зарылась глубже в объятия. Марти провёл пальцами по рыжим волосам: прядки легко прошли сквозь пальцы, запутав их. -Я не тороплю тебя с ответом, милая, я подожду. Его слова отозвались в её хрупкой душе. Они задели тонкие её струны, звук которых отразился в голове Нацуки. Она неловко подняла свои глаза, из которых так и текли слёзки, тихие крупные. -Чего это ты растрогалась? - Мартин прислонился ладонями к женскому личику, пальцами принявшись вытирать слёзы. - Всё хорошо, дорогая. Пожалуйста, не плачь. -Всё в порядке, - ладони Нацуки обхватили его запястья, начав поглаживать их. – Я порой действую глупо, я знаю. -Зато ты не боишься этого признать, верно? – Мартин убрал левую руку от лица Нац дабы взять руку, её охватывающую, и поцеловать. – Но знай, что бы ты там ни надумала, люблю я тебя. -И я тебя, Марти, - шепнула она так, чтобы и он услышал её хрупкие искренние слова.