яблочный лес

Они сбегают. Сбегают куда-то в лес, к любимой поляне. Берут с собой лишь старый плед и яблоки. — Гэгэ, ты уверен, что нас не отругают? — Я сам их всех отругаю, если надо будет. Младший на его слова хмыкает, но ладонь парня не отпускает. Наоборот, лишь крепче сжимает ее. Сейчас около восьми часов вечера. Им обоим сейчас, по-хорошему, надо бы быть на очередном пире по случаю дня рождения, вроде как, троюродного дяди Ханбина, но, увидев скучающее лицо парня, Хао решил, что если они сейчас уйдут (читать, как сбегут), то никто особо не заметит. По крайней мере он так думал, а что было по итогу они узнают только тогда, когда вернутся обратно во дворец, а это, скорее всего, произойдёт только к утру, если у Сона не получится уговорить парня. — Ханбин-а, давай-давай! Совсем немного осталось! - Хао пытается подбодрить младшего, который, честно говоря, уже готов распластаться на земле прямо здесь, среди коряг и кустов, - Эй, Сон Ханбин! После упоминания своей фамилии младший недовольно смотрит в сторону Чжана, который старается не расхохотаться из-за выражения лица парня. Когда Ханбин злится, у него, по мнению Хао, очень забавно и мило хмурятся бровки, а ещё он иногда неосознанно выпячивает нижнюю губу, заставляя старшего ещё больше умиляться. — Гэгэ, я устал уже, - Младший останавливается, когда до нужного места уже действительно остаётся всего ничего. Ноги неприятно ноют из-за долгого бега, а на белых брюках уже висят колючки. В некоторых местах даже появились дырки, правда небольшие. Мама будет недовольна. — Мы пришли уже! Давай, иди сюда, сейчас постелю тут и приляжешь наконец-то, - Хао осторожно расстилает плед по холодной земле, постоянно поправляя его, чтобы было ровнее. Потом начинает ходить по всей поляне туда-сюда и непонятно: пытается ли он найти что-то в этой темноте или просто разминает ноги после длинного пути, - Ханбин-а, ну где ты там? — Тут я, - Тянет парень, устало падая на тёплое покрывало. Ложится на него спиной, предварительно подложив под голову одну руку, и прикрывает глаза, пока старший все ещё шуршит ногами где-то недалеко, – Хао-гэ, а ты где? — Тоже тут! - Старший приземляется прямо возле Ханбина, ойкая из-за того, что сделал это слишком резко, и осторожно кладёт те самые два спелых яблока куда-то чуть выше головы парня. Взгляд падает то на свою, то на чужую одежду. До этого на парнях были идеально-белые выглаженные брюки и такие же рубашки, с вычурными рукавами, которые обоим не особо нравились, но во дворце о том, что им «нравится» и «не нравится» редко спрашивают, особенно когда это касается их нарядов на различные мероприятия. Они всегда должны быть одеты в самую изысканную одежду, без единого пятнышка, чтобы никто никогда не мог их в чем-то упрекнуть. Если быть честными, то и Ханбина, и Хао подобные замечания, то есть те, что касаются их внешнего вида, редко волнуют, если волнуют вообще. Зато их семей, а особенно родителей, как часто говорят парни говорят между собой, слишком беспокоит чужое мнение. «Все было бы намного проще, если бы никто не рассматривал чужую одежду, пытаясь найти какие-то изъяны,» - к такому выводу пришли юноши после очередного ночевки в одной из спален друг друга. — Дождик, по-моему, собирается, - Просто как факт констатирует Хао, все ещё рассматривая дырки в штанах парня и пятна на рукавах своей рубашки. Папа будет недоволен, когда увидит его в таком виде. — Ура, мы промокнем! - Глаза младшего все ещё закрыты, но сам он поднимает руки вверх, как бы «радуясь» возможному скорому дождю и сразу же опускает их обратно, кладя их по обе стороны от себя. Лежит, так скажем, в своеобразной форме звёздочки. — Зато вместе, - Хао осторожно кладёт голову на чужую руку, чувствует, как капельки воды уже попадают ему на лицо и, повторяя за парнем, прикрывает глаза, - И сколько мы планируем так пролежать? Ну, под дождём. — Сколько захочешь. Мы можем в любое время вернуться обратно. Правда если мы решим вернутся сейчас, то на нас будут очень сильно ругаться. И не надо опять говорить, что ты сам всех там отругаешь, - Дождь потихоньку начинает капать сильнее, но до ливня ещё далеко. Ханбин мысленно прикидывает через сколько родители могут начать бить тревогу о пропаже наидрагоценнейшего сыночка и его, как они любят говорить, за что потом получают недовольный взгляд от парня, дружка. Конечно, его семья не будет относится к Хао так же бережно и хорошо, как и он сам, но, хотя бы ради приличия, можно было бы и не звать его простым «дружком», как будто Чжан - его собачка. Хотя бы не при Ханбине. — Как тебе вариант вернуться под утро? Скажем, что нам очень захотелось спать, поэтому мы ушли пораньше. - Хао меняет свою позу и теперь уже лежит, опираясь локтями на плед и складывая ладони в замочек. Рассматривает умиротворенное лицо парня, лежащего рядом, и не перестаёт думать о том, насколько же он красив. «Каждый миллиметр идеален,» - думает старший, пока его взгляд проходит по лицу Сона. Если бы он мог, он бы написал тысячи поэм и миллионы стихотворений о Ханбине. А ведь он пишет. Не миллионы конечно, но если находится свободная минутка, он бежит к себе в комнату, достаёт небольшой свёрток бумаги и осторожно начинает выводить чернилами очередные строчки, каждая из которых наполнена бесконечной любовью к одному и тому же человеку - Сон Ханбину. — Звучит неплохо, но как мы объясним порванную одежду? - Младший поворачивает голову в сторону Хао, натыкается на взгляд, полный нежности и чувствует, как щеки начинают заливаться румянцем после этого. Чжан всегда так смотрит только на него. Всегда - с любовью, обожанием, пониманием. — Давай просто подговорим тетушек, которые стирают одежду? У меня всегда это получалось, между прочим! — Ключевое слово - получалось. А сейчас как с этим дела обстоят? — Ну знаешь, я последний раз уговаривал их не рассказывать папе и маме о дырке в новой рубашке, когда мне было лет четырнадцать. Кстати, это тогда из-за тебя произошло! - Хао тыкает пальцем в грудь парня, заставляя того ярко улыбнуться. Настолько ярко, что даже на секунду кажется, что в этой темноте становится не так тускло. — Все самое интересное у тебя происходит со мной, верно? - Ханбин садится, опираясь на руки. Капельки дождя быстро капают на лицо парня и так же быстро скатываются по нему, падая куда-то вниз, ему на ноги. — Именно так, любовь моя. - Хао ни на секунду не отрывает глаз от младшего, следя за каждым аккуратным движением, прямо как у принца. Хотя почему «как»? Сон Ханбин - наследный принц, точно так же как и Чжан Хао. — Гэгэ, ты опять за своё? - Сон снова неосознанно начинает дуть губы. Старший думает, что ещё секунда - и он не сдержится. Так и случается. Хао садится напротив парня, обхватывает чужое лицо руками и осыпает его бесконечными поцелуями. В очаровательный, по мнению старшего, немного вздёрнутый носик, в розоватые щеки, в лоб - везде, куда можно. В губы целует лишь в самом конце, осторожно прижимаясь к ним и ожидая реакции от парня, которая появляется чуть ли не спустя секунду, после действий старшего. Ханбин отвечает на поцелуй уже напористей, но все так же осторожно, и перенимает инициативу на себя. Одну руку кладёт на чужой затылок, придерживая его, а другую - на плечо парня, потому что больше, собственно, некуда. Сон не видит, но уверен, что у Хао в глазах отражаются сотни тысячи звёзд, но но одна из них не сможет засиять так же ярко, как сам Чжан, потому что его Хао-гэ – особенный. Волосы неприятно липнут ко лбу, а атласные рубашки - к коже, но это не мешает им продолжить целоваться. Спустя пару минут оба наконец-то окончательно отстраняются друг от друга, жадно глотая воздух. Смотрят в чужие глаза и видят лишь любовьлюбовьлюбовь и ничего больше. Ханбин невесомо проводит большим пальцем по щеке старшего и в последний раз мягко целует его в губы. Хао тянется к младшему и крепко-крепко обнимает, окольцовывая талию парня своими руками, и снова шепчет о том, как ему повезло с Соном, заставляя того снова обрести самую тёплую улыбку на лице. — Гэгэ, смотри, звезда упала! А я желание загадать не успел, - Последнию фразу Ханбин бубнит немного разочаровано. — А что ты хотел загадать? — Чтобы мы поскорее вернулись во дворец, потому что я уже начинаю замерзать даже в твоих объятиях, - А уже это младший говорит более внятно и четко, давая понять Хао, что он действительно хочет домой. — И ты мне сразу не сказал?! - Голос старшего звучит действительно обеспокоено, а сам он хватает Ханбина за плечи, пытаясь понять если ли у него сейчас какие-нибудь внешние признаки простуды или чего похуже. Не хватало ещё чтобы парень из-за него заболел. — Сразу. Мне только сейчас начало становиться холодно. - Произносит Сон и шмыгает носом. - Ой. — Сон Ханбин! Бегом в постель! Давай, вставай, надо поспешить домой, чтобы ты не успел ещё больше заболеть! - Хао начинает тараторить ещё быстрее, пока складывает уже мокрый плед. Хватает парня за руку и тащит его в сторону тропинки, по которой они пришли сюда. Яблоки так и остаются лежать на поляне. Как только парни буквально вбегают во дворец, их сразу же останавливают родители обоих. Мама Ханбина - недовольна, а папа - обеспокоен. С родителями Хао все с точностью наоборот: отец снова сурово смотрит на парня, а мать пытается понять, куда ее сын мог сбежать в такое время ещё и с Сон Ханбином. Чжан пытается уверить всех старших, что все в порядке и под недовольно-обеспокоенные взгляды быстро уводит парня к лестнице, чтобы подняться на второй этаж в спальню. — Ханбин-а, ты хотя бы предупреждай, что у тебя иммунитет не такой уж и сильный! А если бы ты действительно заболел и не отделался бы одними шмыганьем?! - Предварительно закрыв дверь, чтобы никто не мог войти без стука, Хао усаживает младшего на кровать и помогает ему стянуть мокрую рубашку, чтобы переодеться во что-то сухое, - Все. Дальше давай сам, я тоже устал. — Мгм. Спасибо тебе, Гэгэ. - Ханбин подходит к шкафу, доставая оттуда одежду для сна. — За что? — За все. — Нет, это тебе спасибо, за то что появился в моей жизни.