Silhouette

      Серое туманное утро было тёплым, но проснувшись, Би всё-таки невольно поёжился. Он сонно прищурился, оглядывая пока пустынный берег — утро было совсем ранним. Сел, поморщившись от боли в теле — староват он уже спать черт знает где… У него не было каких-то внезапных флешбэков — он проснулся с четким осознанием, где он и памятью о том, когда и как заснул. Это утро отличалось тем, что в то, что было вчера, ему верилось с трудом. Скосив взгляд на мирно спящего рядом Чэна, потер лицо. Может приснилось? Но настолько ярких реалистичных снов у него никогда не бывало… Долго раздумывать не вышло — хочешь — не хочешь пришлось подниматься, натянуть хотя бы шорты и дойти до ближайших кустов. По дороге обратно пришла мысль искупаться — море призывно шумело, на другом краю пляжа уже появились первые отдыхающие, и кто-то уже даже заходил в серо-голубые волны, отражающие затянутое тонким рваным слоем облаков небо.       Как несложно было предположить — песок действительно забился в складки одежды, налип на кожу мелкой пылью… смыть его хотелось практически нестерпимо, и он как был босиком пошлепал по песку до линии прибоя, с удовольствием погружаясь в ленивые плавные прохладные волны…       Мысли тянулись медленно, в такт размеренным гребкам, пока он удалялся от берега. «Какого хрена это вчера было.» Тот факт, что он вчера целовался с Чэном, который жался к нему, как сумасшедший, а под конец ещё и отсосал, несмотря на всю иррациональность, сомнению не подлежал. И с тех пор, как они уехали, босс видимо так ни с кем и не переспал, и вот, теперь… настолько приперло, что было всё равно с кем? В то, что его начальник способен вот настолько потерять самообладание, не верилось. Да и не было это только про его удовольствие. Значит, он сделал это совершенно осознанно. Как он сказал: «чего бы ты хотел?»… заинтересовался? Сейчас, спустя столько лет. И насколько хватит этого интереса? Ровно до аэропорта, из которого они, если всё пойдёт по плану, сегодня-завтра вернутся домой? Ещё никому не удавалось привязать к себе Хэ Чэна, а значит, и смысла травить себя надеждой не было никакого… как жаль, что так сложно следовать своим собственным хорошим советам. И он поплыл назад, забирая в сторону дальнего конца пляжа, на котором произошла их ночевка, старательно пряча подальше эту никак не желающую умирать падлу, которая так и норовила шепнуть: может быть, именно ты ему нужен…

***

      Чэн не спеша перебирал вещи, как мог вытрясал из них мелкий прилипчивый песок. По всей видимости Би, любивший воду, решил начать день с заплыва, ему бы тоже, наверное, не мешало… Несмотря на все очевидные неудобства и совершенно сумасшедшие последние дни, его не покидало ощущение, что так хорошо ему не было уже очень давно. И он был бы не против, чтобы вот так вот всё и продолжалось — не потому что ему нравилось, как бомжу, жить на пляже, а потому, что так у него был шанс забыть обо всём и побыть максимально вдвоём и близко с тем, с кем он вроде бы и до этого проводил много времени. Вот только совершенно не так. Не так, как теперь хотелось. Он думал о том, чтобы по возвращении выяснить, что думает по этому поводу сам Цю. Может быть, пригласить его куда-нибудь? Они и до этого регулярно ходили в бары, где Чэн пил, а Би слушал его излияния или просто сидел рядом со стаканом содовой — потому что потом должен был отвезти его домой… или в отель, если он решал вернуться не один. Было ли это для него неприятно? Чэн никогда не думал об этом. Он много о чём не думал, но теперь был уверен, что начнёт.       Впервые показалось действительно заманчивым, чтобы рядом был не просто подчиненный, выполняющий свою работу, а действительно близкий человек. Как это будет, и чем будет отличаться, если конечно, случится — он пока не понимал. Снова вспомнился брат и рыжий. Вот так же? Ну нееет, трахаться в офисе он точно не будет. И тут же сознание услужливо нарисовало картинку, как со стола разлетаются сметенные бумаги, когда он оказывается спиной на скользкой столешнице, а руки уже тянут галстук, рвут рубашку так, что отскакивают пуговицы… что ещё за порнография? Вот как оно бывает, когда не можешь выкинуть кого-то из головы… странно.       Он обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Цю выходит из воды… нет, надо запретить ему так делать — потому что разом захотелось продолжить вчерашнее: вот только посреди бела дня это было точно невозможно. Ещё и словно позирует — медленно проводит рукой по волосам, стряхивая капли, не спеша идёт по песку, освещаемый пробившимися сквозь облака солнечными лучами — мокрые шорты вот вообще ничего не скрывают… Чэн тяжело сглотнул, но взгляда не отвел.       — Будешь так смотреть — я могу не то подумать, — немного исподлобья. Чем-то недоволен? Или просто не выспался?       — И что «не то» можно подумать? — усмехнулся Чэн. Знал бы он, какие мысли его занимали только что…       — Что тебе нравится то, что ты видишь.       — Я, вроде, и не скрываю… или по-твоему, я буду вести себя так с тем, кто мне неприятен? — было в самом деле интересно. Он ему не верит, или что? Ждать до возвращения расхотелось. Он выяснит всё прямо сейчас.       — Нет, я не это…       — Я уже задавал тебе вопрос. Чего ты хочешь? — он понятия не имел, как спрашивать такие вещи, и надеялся только, что Цю как обычно — поймёт, что он хочет сказать.       На такие вопросы всегда тяжело отвечать, иногда даже себе самому. Но вот сейчас Чэн действительно ждал честного ответа.       — Хочу… чтобы ты был моим, — ответный взгляд был твердым и каким-то отчаянным.       — Ладно, — он кивнул и почувствовал, что стало гораздо легче дышать, словно разом решилось что-то очень важное — и он не ошибся. Они действительно могут попробовать. Чувство волнения было столь сильным, что он счел за лучшее вернуться к сборам, пока не поставил себя в глупое положение — не хватало только как-то странно среагировать, например, улыбнуться — Чэн прилагал все усилия, чтобы сохранять видимость нормальности, хотя уголки губ предательски подергивались. Счастливая улыбка? Он такое умеет?

***

      Ладно? Он сказал: ладно?! Би тупо смотрел, как Чэн как ни в чем не бывало возвращается к рюкзакам, отряхивая оставшиеся шмотки и запихивая их внутрь, потом собирает его вещи и несёт, кидая их в руки.       — Одевайся и поехали — и так уже тут задержались. Чем скорее будем в аэропорту — тем лучше.       Это «ладно» вертелось в голове, раз за разом, как заезженная пластинка, пока они ехали через просыпающийся городок, останавливались возле магазинчика купить кофе и очередную бутылку воды, заправлялись, и всю дорогу дальше — по широкому шоссе, мосту через пролив, и так до самого аэропорта.       Всё так же механически, с совершенно пустой головой, в которой звучало всего одно слово, Би молча слез с байка, оставив его на парковке, и последовал за Чэном в терминал…

***

      Никакой подозрительной активности вокруг не просматривалось, но это ещё ни о чем не говорило. Чэн включил телефон, мельком просмотрел список сообщений и пропущенных, и набрал Тяня.       — Мы на точке. Аэропорт Пхукет.       Голос младшего в трубке звучал как-то глухо и вяло.       — Поздравляю! Похоже, вы успешно завершили свою миссию… хотя я ничего такого не планировал.       — Что это значит? — Чэна сильно озадачил такой поворот разговора.       — Слушай… я же не думал, что ты всерьез всё воспримешь! — с каким-то отчаянием начал Тянь. — Думал, тоже прикалываешься, а как сообразил, что нет… собирался уже объяснить, но ты наглухо телефон выключил… и Би недоступен был. Я даже напряг знакомых в Бангкоке, чтобы вас встретили и вернули на лайнер… но вы с Би — крутые ребята, вас захочешь не поймаешь! Красиво ушли!       — … Тянь, — Чэн даже не знал, что чувствует по этому поводу — то ли плакать, то ли смеяться. Похоже, жизнь решила устроить ему такую серию встрясок, что он уже просто не мог реагировать.       — Да понимаю я! Но раз уж так вышло… возвращайтесь скорее… мы не можем больше. Ты был прав, без тебя тут дичь и жопа. Я так рад, что вы прилетаете. Билеты в почту скину сейчас. Брат, я не думал, что скажу это, но я чертовски соскучился…       Повисло молчание, пока Чэн принимал решение.       — …ну нет. Вот теперь я никуда не собираюсь. У нас ещё полторы недели.       — Чэн. Нет. Вернитесь. Чэн! Я неделю дома не был. Я сплю по три часа… у меня уже даже не встает…       — Ничего не знаю.       — Сжалься, на вас же всё держится… я не готов…       Чэн нажал отбой и вдавил клавишу, снова выключая аппарат. Стоявший рядом и слышавший всё Би смотрел с сомнением.       — Может быть, всё же вернуться? Тянь конечно невероятный придурок, но если реально проблемы…       — То он их полностью заслужил. И поверь, если бы наше присутствие было необходимо — отец бы нас со дна морского достал. От него ни пропущенных, ни сообщений. Значит, всё в пределах нормы.       — А как же билеты?       — Не обеднеет, потом купит нам новые. Надеюсь, ты не против?       — И… куда мы?       Он ненадолго задумался, пока они не вышли из здания аэропорта, и неожиданно схватил Би за воротник и потянул за собой, заворачивая за угол.       — Прости.       — За что?       — Вот за это… — и впечатался губами, дразня языком, вжимая в стенку и выдыхая между поцелуями. — Мне похер куда, но чтобы там была нормальная кровать. И душ. И чтобы никто не беспокоил. Ты хотел приехать сюда ещё раз. Считай, мы уже приехали. Как тебе?       — Мне… нравится.       — Мне тоже.