5 Способов Растопить Сигаретное Сердце

Рома тихо зашёл в дом, стараясь прислушаться - есть ли отец дома. К счастью Пятифанова младшего главы семейства не было дома. Это не могло не улучшить настроение хулигана, - можно не прятать сигареты, смотреть телевизор до рассвета и не пытаться услышать приближающиеся шаги отца, чтобы вовремя выключить телевизор. По крайней мере до завтра точно, потому что как правило если отца нет дома, то он на попойке с своими приятелями. Увлечение отца алкоголем появилось недавно, по крайней мере сам Рома не замечал, а может и не хотел замечать, пытаясь побольше пробыть в розовом замке, где всё хорошо. Пятифанов снял шапку и бросил её на тумбочку рядом с дверью. а затем снял ботинки, отряхнув их от снега. Хотелось согреться горячим чаем, пожарить себе колбасы до хрустящей корочки и заесть зефиром. Если с 2-мя первыми условиями, то вот с зефиром туговато - его не было в доме, последний раз парень видел его на Новый Год, когда мама ещё была рядом. Рука рефлекторно налила в чайник воду и поставила на комфорку. Включив газ и чиркнув спичкой, Пятифанов зажёг приятного голубого цвета огонь. Пока вода нагревалась, на стол с звоном переместилась кружка с рисунком цветка и сколом на стенке. В кружку упали щепотки сахара, больше нельзя - сахар экономили как только можно. В здешнем магазине сахара мало да цена кусается, а ехать в другой город ради сахара - блажь. На сахар плюхнулась заварка, а вот нитка от заварки по-хозяйски намотали на ручку керамического изделия. Чайник начинал закипал и потихоньку увеличивал громкость свиста, поэтому когда свист достиг максимальной громкости, Рома снял его с огня и налил кипяток в кружку. Вода сразу же начала окрашиваться, а сахар потихоньку растворяться. От напитка повеяло знакомым ароматом, который начал навевать воспоминания о былой жизни. Роме 7, мама еще не ушла, но уже прорезалась болезнь, которую трудно скрыть даже от Ромки, как бы не хотелось это сделать родителям. Теплый летний вечер еще не спешил сменяться на прохладную ночь. Солнце село за горизонт, освещая небосвод ярким розовым светом. Они, Рома и его мама, сидят на крыльце. У каждого в руках находятся по кружке чая, такого же ароматного, как и тот. На плечах у матери лежит шаль, чтобы согревать её - в последнее время она была очень уставшей и постоянно мёрзла. Ромка не помнил о чем они тогда разговаривали, он помнит лишь это умиротворённое время, когда он был счастлив, надеясь, что его мамочка выздоровеет. Ощущение домашнего уюта медленно привело его к воспоминаниям о Лие. Рядом с ней он ощущал себя дома. Её шелковистые волосы, фарфоровая кожа, которые пахли луговыми цветами, нежные руки, яркие глаза.... Лия как богиня для него. Она такая теплая, но неприступная... Рома, поддавшись воспоминаниям о новенькой, поднялся к себе в комнату. В комнате была темень, поэтому он включил лампу около изголовья кровати. За окном наступил зимний темный вечер, медленно падали снежинки. Дно кружки звякнуло о дерев тумбы, а худое тело опустилось на матрас кровати. - Лия....Моя Лия..Моя милая Лия...-прошептал Рома, прикрыв веки. Он лег на кровать и сложил на грудной клетке руки - Моя милая Лия....Ты такая красивая...Та хороша собой..Я совсем тебе не подхожу... От своих ж слов Ромка поморщился. Конечно, он ей не ровня . Она - изящная роза, которая только-только распускает свой бутон, оголяя нежные алые лепестки, а он - старые секаторы, которые в любой момент могут загубить эту прекрасную жизнь. Почему она любит именно его? Он же хулиган, гроза школы. Вряд ли кто готов общаться с хулиганом, не то, чтобы встречаться. - Ох, Лия, попала же ты в капкан.. - ладонь парня невольно потёрла пальцы, которые прикасались к нежной девичьей шейке. Эта шея..она так прекрасна - тонкая, нежная, с тонкой сеточкой капилляров. А этот аромат.. Он сходит от него с ума, пытаясь все больше вдохнуть аромат, который на мгновение показался в этой комнате. От девушки всегда пахнет чем-то сладким, чем-то манящим.. Или это гормоны? Рука хулигана невольно поправила штаны, которые натянулись от взбухющего члена. Мысли о шее заставляют подростковые гормоны работать в утроенной силе, побуждая мысли вновь и вновь возвращаться к образу молодой девы, начиная вспоминать её шею и медленно спускать вниз, раздевая каждую клеточку тела. Рука подростка дрогнула, Пятифан не знал совершать ли это грязное действие, мечтая о однокласснице или отвлечься. Но гормоны явно сильнее. Штаны медленно сползли по мужским бёдрам, оголяя боксёры, которые растянулись на паху..