Young and beautiful

Кружится голова. Ты ничего не понимаешь: твоё зрение затуманилось, обрывки цветных пятен движутся в хаотичном порядке, словно ты катаешься на карусели, и твоё сознание улетает куда-то вверх. Глаза закатываются так, что ты видишь сквозь тонкую кожу век светлые блики закатного солнца, которое проглядывает через серые облака, налитые водой — вот-вот начнётся дождь. Легкие горят. Холод вечера пробирается в горящие лёгкие, грудь противно чешется. Ты не можешь понять: то ли из-за долгого бега, то ли от разрывающей сердце боли. Чимин бежит, врезаясь в свисающие ветви деревьев. Они больно царапают, сдирают нежную кожу, оставляя мелкие раны, которые начинают кровоточить. Красные пятна пачкают белую майку, создают розовые разводы. Падают первые капли дождя. Сухие ветки и листья хрустят под ногами, кроссовки застревают в почве, пачкаются, притормаживая движения. Дышать становится невыносимо. Чимин задыхается. Слезы давно высохли, оставляя после себя покрасневшие щеки, которые холодит от контраста температуры. Высокие деревья окружают, сжимают пространство. Парню тесно, еще немного и он просто исчезнет, раздавленный им. После него ничего не останется, потеряется здесь, похороненное под холодным дождем. Это было подобно маленькой мечте: уйти навсегда, чтобы все забыли о твоём существовании. Тебя нет и все проблемы пропадут вместе с тобой. Парень падает на колени. Колени больно ударяются об твёрдые камни в рыхлой земле. Ему кажется, что всё вокруг замолкло, что время остановилось. Он не слышит собственного крика, который пробивается сквозь шум дождя, он чувствует боль в горле, не понимая причин. Тело колотит от холода, пальцы роют землю, режутся. Вокруг темнеет. Чимин не боится. Весь страх ушёл вместе с его матерью прямиком в могилу. Она забрала всё самое важное и отдала последнее. Но не ему. Парень брал от жизни всё. Ни о чём не жалел. А теперь жизнь берёт его целиком и полностью. Быть выращенным в пробирке, чтобы отдать остатки себя другому. Чимин был добрым мальчиком, не жадным. Всегда делился если попросят. Но сейчас внутри проснулась та самая жадность, что разливается по венам начиная с сердца и заканчивая кончиками пальцев. Он не хочет делиться, он лучше сдохнет здесь, в лесу, чем отдаст своё сердце совершено чужому человеку. Разницы никакой. Где-то там на трассе стоит новая иномарка. Прожить остаток своих дней купаясь в богатстве, отсчитывая последние минуты, до того как ты ляжешь на операционный стол и заснёшь навсегда, оставаясь молодым и красивым, пожертвовавшим себя ради отца. О нет. Пошло всё к черту. Он продолжает кричать в надежде на спасение. Обманул. Чимин боится. Он не хочет умирать. Его трясёт от мысли, что скоро всё закончиться. Это щекочущее чувство в груди, разъедающее всё на своём пути, пугает до жути. Парень улыбается, пока из его глаз текут слёзы. Парень закусывает верхнюю губу, в попытке почувствовать хоть малейшую физическую боль. Руки мнут бедра, впиваясь ногтями в мягкую плоть. Помогите. Яркий свет слепит глаза. Чимин щурится, пытается разглядеть источник. Свежий воздух бьёт в лицо, словно пощечина. В темноте стоит мужчина. Парень наклоняет голову в сторону, к плечу, рассматривая незнакомца. Над головой звёздное небо и почему-то, Чимин видит его и в черных глазах напротив. — Ты моë спасение или погибель? — Спасение. На столе стоит одинокая кружка чая. Её края полны. Чимин не хочет пить. Он игнорирует свой холод, продолжая наблюдать за чужими шагами по кухне. Парень боится смотреть в глаза. Там слишком много живого, что вспаривает новые раны поверх старых, не успевших покрыться даже корочкой. Мужчина садится напротив, поставив перед собой точно такую же кружку — похоже это был набор. —Так? — он изгибает свою бровь в вопросе, ожидает начала рассказа. —Чимин. Меня зовут Чимин. —Хорошо, Чимин. Я Юнги и я постараюсь тебе помочь. Его голос звучит мягко, переливаясь словно ручей. Этому человеку хочется довериться, не смотря на короткое знакомство. —Я должен стать донором своего отца, которого никогда не видел. Это была сделка между моей матерью и им, когда я еще не родился. Меня растили, чтобы разобрать по кусочкам, как только я стану подходящим по возрасту. Он чешет свои руки, его кожа краснеет, из царапин снова начинает сочиться кровь. Чимин видит чужую ладонь, Юнги протягивает её через стол, в надежде, что её возьмут. —Хэй, посмотри на меня, — мужчина терпеливо ждёт, пока парень борется с собой, — я тебе помогу. Парень поднимает взгляд, смотрит с подозрением: —Обещаешь? Юнги мягко приподнимает уголки губ: —Обещаю. Внутри раскрывается нечто теплое. Чимин вкладывает свою ладонь в чужую руку. Она кажется огромной, в сравнении с его собственной. Он видит, как мужчина хмурится, осматривая раны. Под чужим взглядом становится немного стыдно. Отводя взгляд, Пак чувствует как его отпускают, затем слышится скрип ножек стула по паркету. Не удаётся сдержать вздрагивания, когда аптечка резко ударяется об стол. — Прости, — произносит Юнги, — нужно тебя осмотреть и обработать раны. Это звучит иначе. Подобно настоящей заботе, а не заботе ради выгоды. Он снова чувствует себя кем-то, не пустышкой, телом, о чём беспокоятся, чтобы не испортить товарный вид. Они знакомы всего несколько часов, однако Чимин готов довериться, раскрыть свои секреты, сказать, что он нуждается в помощи. За окном луна вступила в свои права, попадая внутрь через прозрачные занавески. Её свет падает длинной линией по всех комнате, заставляет блестеть фигурки на комоде. Лес двигается порывами ветра, колыхается и убаюкивает. Лежа на мягкой кровати, поджав ноги к груди, Чимин проваливается в сон, впервые за несколько недель чувствуя спокойствие. На кухне горит свет. Глаза сушит от долгой работы, из-за чего приходиться моргать чаще, что значительно затрудняет работу. Кружка давно опустела и одиноко стояла сбоку, кажется, случайное движение и она упадёт на пол, разбиваясь вдребезги. Воспоминания всё еще свежи, они вонзают в тело тысячи осколков, застревая там и принося неописуемую боль. Однако желание помочь даёт силы бороться, идти дальше. Пустые глаза, которые были наполнены жизнью, преследуют — Юнги видит их, стоит только поднять глаза и устремить взгляд в темноту, вглубь. Одно проигранное дело, но такое важное и судьба невиновного человека превратилась в ад. В этот раз у него нет права на ошибку. Неважно каких усилий это будет стоит, он добудет свободу для юного парня, что нуждается в помощи, цепляется за ничтожный шанс, который даёт бросивший всё и всех. Отстоять право на тело, не должно составить больших проблем, если учесть нежелание Чимина и незаконное соглашение. Всё должно быть хорошо, только влияние денег в мире достаточно высоко, чтобы обрубить всё, забрать драгоценное сердце, разрушив уже не одну, а две жизни. Мужчина поднимает голову, интуитивно находит спящего на диване Чимина, что запутался в жарком для лета одеяле, подложив небольшие руки под щеку. Он выглядел как ребёнок, который не хотел засыпать, убегал от своей матери по дому, а после, стоило случайно коснуться головой подушки, мгновенно заснул. На самом деле ситуация была похожая. Никто не убегал, только уперто, до последнего читал законы, пытаясь внести свой вклад в дело. — Всё будет хорошо, — Юнги сжимает холодные от волнения руки в своих. Один неверный шаг и он потеряет это. То, что заставляет собственное сердце биться сильнее, что заползает через рукава свитера, ползёт по коже всё выше, оставляет приятные мурашки, которые отзываются приятными покалываниями по всему телу. Чимин мягкий, потдатливый, такой потрясающий. Потеря будут сравнима с концом света, когда твоя всякая надежда умирает. Её даже не похоронишь, ведь она исчезнет без остатка, из-за чего ты будешь страдать, уже моля о скорейшей смерти. — Спасибо. Мягкие ладони зарываются в чёрные волосы, притягивают к себе. Чимин утыкается своим лбом в чужой, поглаживая кожу головы. — Просто спасибо за шанс — шепчет. Его губы осторожно накрывают те, что напротив, нежно касаясь горячей кожи. Чувствует, как его обнимают за талию, удерживают, чтобы он не упал назад, теряясь в круговороте мыслей и чувств. Они стоят так несколько минут, забывая о жизни вокруг, словно их отгородило ото всех и оставило одних во вселенной. — Пошли. Юнги ведет его за руку в здание суда. Спотыкаясь, Чимин надеется, что он вернётся. Вернётся домой. Порыв ветра развевает волосы, превращая пряди в беспорядок. Ноги несут тебя всё дальше, пока ты продолжаешь бежать. В груди всё трепещет, а на губах сама собой появляется улыбка, которую ты пытаешься спрятать в смущении. Тебе кажется, что ты готов покорить весь мир. Тебе кажется, что это никогда не измениться.