Домашний чёрный свет

      Утро первого выходного. Общежитие "Бродячих детей". Минхо и Хан собирают последние вещи для отъезда.       - Феликс, а ты приедешь к нам? - спросил Минхо, закрывая рюкзак. - Хотя бы на один день - родители будут рады!       - Я постараюсь, но обещать не смогу, хён. - ответил Феликс, переодеваясь из домашней одежды. - Но мне бы очень хотелось навестить их!       - Хах, рад слышать. Что ж, тогда удачи вам сегодня! Хани, ты готов?       - Да.. можем идти. - всё так же недовольно пробурчал Хан и пошёл на выход.       - И вам удачи!! - помахав рукой уходящим воскликнул Феликс. Тяжёлые вздохи и шевеление рядом обратили его внимание на себя. - О, Хёнджин-хён, ты проснулся? Хах, а ведь уже все встали! Чан-хён уже уехал, Минхо и Джисон хёны только-только ушли.       - Ликси, не будь таким громким.. - сонно протянул Хёнджин, хлопая рукой по рядом лежащему спальному мешку. - Так, а где Мини? Почему он меня не разбудил?       - Он как и всегда встал рано, но в этот раз захотел дать тебе выспаться. Они с Чонином в магазин пошли, должны скоро придти. Кстати - а вы решили как проведёте выходные?              Вместо ответа Хёнджин только недовольно буркнул что-то непонятное и продолжил спать. Феликс качнул плечами и продолжил собирать последние вещи. После он заглянул в стоявшее перед ним зеркало, грустно ткнув себя в щёчки. За год он сильно похудел. Но набирать вес обратно не спешил, продолжая терзать себя голодом, за что на него сильно ругалась вся команда.       Когда он осторожно укладывал волосы и поправлял одежду (как никак он хотел произвести хорошее впечатление), в комнату зашёл взволнованный Чанбин. Но от вида лучезарно улыбающегося Феликса его невроз ушёл на нет. Он подошёл к нему, приложил руку к его голове, и притянув к себе нежно поцеловал в макушку.       - Ты готов? - улыбаясь спросил Чанбин. - Мама ждёт нас.       - Поехали! Ой, а может ей цветы или что-то сладенькое взять по дороге? Что ей больше понравится?       - Да идите уже, нежные мои... - прошипел Хёнджин, кладя подушку себе на голову. - На обратном пути можете мне что-то сладенькое взять!       - Мы бы не смогли оставить принцессу голодной, не переживай. - ответил Чанбин, обняв Феликса, и вышел вместе с ним из спальни.

***

      Заходя в большое здание "СО ГРУПП" Феликс взволнованно улыбался. Вот, Чанбин представился секретарю и, взяв под руку младшего, направился к лифту. Теперь они поднимаются на последний этаж. И вот он - кабинет президента компании. Чанбин осторожно постучался и пропуская вперёд Феликса зашёл вовнутрь.       - Ты задержался. - послышался строгий голос президента.       - Мы попали в пробку, прости. - почтительно кланяясь ответил Чанбин.       - Ладно уж. Садитесь. На сегодня все встречи я отменила, поэтому после бумажных дел поедем домой.       Чанбин сел рядом с ней, а Феликс неуверенно расположился на краю вытянутого стола, оказавшись напротив президента. Он и правда ощущал себя как на деловой встрече, а не на ожидаемом знакомстве с мамой его парня. У женщины перед ним было сухое серьёзное лицо с острыми чертами лица. Одета она была как с иголочки, а причёска была идеально уложена - ни один игривый волос не торчал.       - Ты знаешь, Бини, что я давно хотела с тобой серьёзно поговорить. - продолжила она, не поднимая взгляда с бумаг. - Ты до сих пор не передумал бросить свои игры в охотников?       - Нет, мам. - ответил Чанбин, надеясь встретиться с ней глазами. - Я понимаю, что признания нам нужно ещё долго добиваться, и пока мы, по сути, никто. Но я уверен, что мы обретём известность.       - Меня не интересует то, станете вы популярными или нет. - смягчив былую строгость, она всё же заглянула в его лицо. - Ты же знаешь, что при любом исходе я буду переживать за тебя!       - Мой ответ тот же.       Устало опустив глаза вниз президент схватилась за голову и молчала в течении пяти минут. Феликс знал, что у Чанбина не было тёплых отношений с мамой, но он всё равно ожидал чего-то более мягкого.       После тишины она попросила оставить их с сыном наедине. Феликс послушался и уже собирался выходить, но Чанбин его остановил.       - Я не уверена, - снова строго отозвалась она. - что твоему сокоманднику следует слушать нашу семейную тайну.       - Он мой самый близкий человек. - так же серьёзно произнёс Чанбин. - Я ему доверяю.       - Самый близкий? Хах... - неприязненая улыбка растянулась на лице матери, но она не стала злиться. - Хорошо, в случае чего будешь винить только себя за упрямство. Я хотела бы поговорить о твоём отце.       Чанбин тут же растерялся. Он знал об отце только то, что он был предыдущим президентом их семейной компании, но умер при неизвестных обстоятельствах, когда ему самому было пять лет. Мама описывала его как доброго человека и великолепного лидера, способного повести за собой каждого. Многие сотрудники компании уволились почти сразу, когда место президента заняла его жена. Поэтому теперь эта поднятая тема была большой неожиданностью.       - Когда твои способности проявились, тебе было три года. - продолжила мать после небольшой паузы. - И он мечтал, чтобы ты стал охотником. Он совмещал не только решение всех вопросов компании, но и занятие с тобой - что у меня, к сожалению, сделать не получилось. Но его стремление ушло вместе с ним в могилу. Тебе нужно знать это, Бини: он умер не случайным образом. Это было убийство.       Роковая фраза заставила Чанбина и Феликса впасть в ступор. Последний не мог понять, кто мог пожелать такому великолепному человеку смерти. А мир первого и вовсе перевернулся. Появившаяся по началу улыбка слетела, губы сжались от дикой злости. Хоть воспоминаний об отце не осталось, но то, что какой-то подонок отобрал возможность иметь тёплые и доверительные семейные отношения, сводило его с ума.       - Точнее, прости, нет, я не правильно выразилась... - тут же мать сильно затрясла головой, пытаясь собраться. - Боже, я снова засунула в свою голову эти чёртовы мысли! Это было не преднамеренно, случайно. Но всё же... Твой отец погиб из-за человека со способностью.       - Но как?.. Ведь способности нельзя направлять против невинных людей! - воскликнул Чанбин, теряясь в услышанном.       - Есть исключение, Бини... Если же им покажется, что человек настроен враждебно.. То способность может сработать. А детские чувства гиперболизируют всё в несколько раз. Прости, мне тяжело это говорить... Но твой отец умер из-за тебя.       Дрожь пробежала по телу Чанбина, а до этого быстро бьющееся сердце словно остановилось. Он убийца? Ему было только пять лет, как он мог это сделать? Это сон? Это не может быть правдой.       - Расскажи мне. - только и смог тихо произнести он.       - В тот день вы упорно тренировались вместе с ним.. - тяжело выдохнув, мать продолжила. - Но ты сводил всё в шутку. Ребёнок как никак. На мгновение отец разозлился, и громко накричал на тебя, когда ты попал камнем ему в глаз. Несмотря на свою добродушность, он был вспыльчивым человеком. Ты сразу расплакался и отправил в него новый камень прямо в рот. Я не успела среагировать - он подавился и задохнулся. Я долго винила себя в этом, пока после вскрытия не оказалось, что камень увеличился в четыре раза, попав в горло. У него не было шанса выжить. Поэтому после этого я переложила вину на тебя. Это глупый поступок, знаю, ты не хотел этого, ты только ребёнок.. Но ненависть поглотила меня с головой. Затяжная работа в компании была отмазкой - я просто не выдерживала тебя рядом с собой. Мне легче было откупиться от роли матери. Единственное, где я старалась - это развитие твоей способности. Но это было не ради тебя, а для исполнения мечты погибшего. Спустя десять лет я смогла принять случившееся, отпустила ненависть, но вернуть упущенное было невозможно. Я пыталась наладить отношения, правда! Но каждый раз страх сковывал меня. Я боялась полюбить тебя так же, как любила погибшего мужа. Потому что если с тобой что-то случится, то я уже точно не переживу этого. Избегая привязанности я не замечала, как отдаляю тебя от себя ещё сильнее. Ты вырос, стал охотником, сражаешься с этими тварями, не зная точно, не станет ли новая битва последней. Ты так похож на отца... И только сейчас я поняла: ты единственное, что у меня осталось. А эти спец. группировки слишком опасны. Уходи, прошу тебя.       - Я всё детство мечтал только о том, чтобы ты провела со мной хотя бы на один час больше времени. - медленно произнёс Чанбин и поднял на неё злой взгляд. - Следующей моей мечтой стало признание и деньги, чтобы тебе не нужно было работать с утра до ночи. Теперь я хочу остаться в команде только ради себя. Я дорожу своими друзьями. Они стали для меня семьёй, которой у меня не было. И когда моя цель перестала касаться тебя, ты сразу же объявилась. Спасибо, мама, за правду. Спасибо за всё, что ты сделала, хоть и не для меня, а ради папы. Но мне тебя не понять. Прости, мы уходим.       - Я тебя тоже не понимаю! - закричала она в спину Чанбину. - Зачем тебе оно? Какая ещё семья? Неужели тебе нравится рисковать своей жизнью ради копеек? Я виновата перед тобой. Но не нужно делать глупость только для того, чтобы позлить меня!       - Мой мир больше не вертится вокруг тебя, мам. Прости. - сухо сказал Чанбин и вместе с Феликсом вышел за дверь.       Былая выдержка тут же разрушилась, когда они оказались в коридоре. Чанбина ещё сильнее затрясло, он отогнал Феликса, который хотел его поддержать, и забежал в мужской туалет. Одним ударом кулака он пробил дверь кабинки, разбив руку в кровь. Когда раздались тихие и осторожные шаги Феликса, он сразу крикнул, чтобы тот ушёл от него. Агрессия одержала над ним верх, поэтому Чанбин не хотел, чтобы младший попал под горячую руку.       Через несколько минут из кабинета вышла мать. Увидев только одиноко стоящего Феликса, она попросила его зайти к ней. Он был так же безумно зол на неё, но её потерянный вид не смог не тронуть его чуткое сердце.       - Я знаю, что мне нет оправданий. - сказала она, сев на не своё кресло, а на обычный стул рядом с ним. - Я не буду заставлять его уходить. Только, пожалуйста, пообещайте мне одну важную вещь.       - Я вас слушаю, госпожа Со. - тихо пробасил Феликс, отчего она слегка дёрнулась.       - Не ожидала услышать такой низкий голос от того, кого в начале приняла за девушку, хах. Ох, простите мне моё невежество. Я сама уже не понимаю, что говорю... - когда он ей слегка одобрительно кивнул, мать тяжело выдохнула и продолжила. - Я хочу, чтобы Вы и остальные члены вашей команды оберегали Бини. Он уже взрослый парень, но ему может грозить опасность не только на заданиях.       - О чём именно вы говорите? - не понимающе спросил Феликс.       - Как я говорила ранее, многие сотрудники уволились после смерти моего мужа. Он был для них не просто начальником, а лидером, другом и чуть ли не самым дорогим человеком. Мне никогда не понять этой его силы. Но к сожалению, она привела и к плохим последствиям. Некоторые из уволившихся узнали, отчего умер мой муж. И один бывший сотрудник желал отомстить.       - Неужели он хочет напасть на Чанбин-хёна?       - Он это сделал ещё несколько лет назад. У него нет способностей, но и пачкать руки в крови "обычным методом" не решился. И чтобы его никто не раскрыл, он подстроил убийство под нападение кпосэна. Поджидая Чанбина вечером после тренировки, когда он был бы максимально уставший и не собранный, эта сволочь направила на него огнемёт. И если бы не вовремя подоспевший господин Бан... То Бини бы умер. Мои люди нашли этого подонка, и сейчас он сидит в тюрьме.       - Какой ужас... Чанбин-хён рассказывал об этом нападении, но насколько я понимаю, ему неизвестны эти детали. Как так можно поступить с родным сыном человека, которого ты так сильно уважаешь?.. Это немыслимо.       - Я думаю не стоит поднимать эту тему при Бини. Но скоро этого человека выпускают из тюрьмы. Поэтому я так встревожена за него. Прошу, господин Ли, будьте начеку и защищайте его. Мои ошибки прошлого не позволят мне сделать этого самой.       - Вы можете не просить у меня этого. - серьёзно произнёс Феликс, вставая из-за стола. - Я дорожу Чанбин-хёном и сделаю всё возможное.       - Спасибо...       Феликс уверенно пошёл на выход, а президент опустила голову вниз и нервно растрепала свои волосы. Но когда он уже собирался открывать дверь, она снова обратилась к нему. В её глазах больше не было той нарочито деловой сухости и строгости. Только одно огромное сожаление и тихая мольба.       - Господин Ли! Нет, просто Феликс, с твоего позволения... Сможешь ли ты, как самый близкий для Бини человек, ответить мне на вопрос?       - Постараюсь.       - Как ты думаешь: Бини простит меня?       - Я знаю, что он очень сильно дорожит Вами. Он импульсивен, но это происходит из-за его мягкого и ранимого сердца, а не из злобы. Постарайтесь быть рядом с ним, сначала почти незримо, постепенно налаживая контакт. Главное, не давите. И тогда я уверен, ваша семья придёт в норму.       - Ты прав... Ты очень хорошо его знаешь, хах.. - слегка улыбнувшись, она решила задать ещё один вопрос. - Феликс, ты любишь Бини?       - Да. - после паузы ответил он. - Поэтому я сделаю всё ради него.       - Что ж, во взаимности я не сомневаюсь... Эх, значит материнское чутьё ещё есть со мной, не всё потеряно, хах. Тогда я надеюсь, что ты не посчитаешь наглостью мою последнюю просьбу. Как никак, тебе же нужно материнское одобрение, ахах? Хотя конечно, оно ничего не стоит от такой глупой матери..       - Не говорите так. Мне это важно.       Слёзы потекли с её щёк, но она тут же улыбнулась подошедшему к ней Феликсу. Теперь он увидел, что сияющее лицо Чанбина и яркая улыбка передалась ему от матери. Она оставила ему свой телефон, чтобы тот мог связываться с ней и рассказывать о Чанбине. По началу Феликс не решался держать это в тайне от любимого, но её обречённый взгляд разбивал ему сердце. "Она спрятала себя в кокон строгости, и выйти из него самой будет сложно... А Чанбин-хёну нужна мама, какую бы странную любовь она не давала.." - думал про себя он, записывая номер телефона.       Попрощавшись Феликс направился к мужскому туалету, где оставил Чанбина. Последний сидел на полу и молча смотрел в стену. Глаза были красными, но слёзы уже давно высохли. Осторожно поднявшись с помощью младшего, парни поехали домой.

***

      - Вы сладенькое взяли??? - подозрительно спросил Хёнджин, когда встретился с ними в коридоре организации.       На что Феликс и Чанбин только рассмеялись, поворачивая обратно в магазин.