Однажды я умер

Всадник Из Льда - Эпидемия       Эту ночь Гарри спал плохо. Ему мешал этот странный мандраж перед встречей с неизвестным, который заставляет ворочаться с боку на бок, дергать ногами и скрежетать зубами. Заснул Гарри только под утро, поэтому будильник проспал. Когда его разбудил мочевой пузырь, солнце уже стояло высоко, а часы показывали начало одиннадцатого. Чертыхнувшись, Поттер вскочил и принялся одеваться. Он договорился о встрече в двенадцать часов. Решив про себя, что позавтракать можно и в Трёх Метлах, Гарри попрыгал на одной ноге к выходу, на ходу зашнуровывая ботинок. Парень схватил с вешалки тёплую мантию и помчался в Хогсмид.       Утро третьего ноября встретило его лёгким морозцем и инеем на пожелтевшей траве. Любоваться природой и пением птах у юноши не было времени. Гарри не встретил ни одного студента. Те, кто хотел, уже были в деревне, а других нужно было искать или по гостиным, или в библиотеке.       Добежав до кованных ворот замка с вепрями-стражами, Гарри остановился и упёрся руками в колени, чтобы отдышаться. Бежать до самого Хогсмида он не собирался, в конце концов, он не марафонец. Деревенька располагалась на противоположном берегу Чёрного озера, до этого Гарри никогда не задумывался, о расстоянии между замком и Хогсмидом. Около двух миль? Может быть, больше. Парень снова чертыхнулся. Он волшебник или мимо проходил? Школьные дни совсем выбили его из колеи.       Гарри достал палочку из кармана, взмахнул ею и крутанулся вокруг своей оси. Он ненавидел аппарацию, но за время скитаний по лесам Великобритании успел к ней привыкнуть. Вот и сейчас он очутился под дубом у мостика через мелкую речушку. Гарри спрятал палочку и направился к трактиру. Он всё ещё лелеял надежду, что успеет перекусить до прибытия отца.       Три Метлы встретили его неожиданным гвалтом и смехом. Гарри успел забыть, каким громким и полным бывает заведение в выходные. Когда он видел трактир в последний раз, его встретили разбитые окна и потухший очаг. Сейчас же Мадам Розмерта вежливо улыбалась юным посетителям, разливала пенящиеся напитки по высоким стаканам, подавала лёгкие закуски и выпечку. Поттер подошёл к стойке и поприветствовал трактирщицу.       — О, Гарри, — в её глазах мелькнула неуверенность. — Тебе как обычно?       — Сливочное пиво и два пирога с патокой, — попросил Гарри, доставая мешочек с деньгами из кармана.       Мадам с лёгким удивлением посмотрела на гостя, но никак не прокомментировала его выбор. Через пару минут Гарри уже поворачивался к залу с завтраком в руках и решал, куда же ему сесть.       — Гарри! — послышался голос из дальней части зала. — Гарри, иди к нам!       За столиком у окна сидели Окти и Драко, рядом с ними сидели Забини и… Луна Лавгуд? Гарри даже не узнал бывшую подругу. Нет, она не перестала смотреть на мир полными одной ей известной тайны глазами, в ушах её всё так же висели странные талисманы в виде коробков спичек. Изменилась она сама, другой взгляд, менее бледная кожа, здоровый румянец на щеках и улыбка. Улыбка не безумной, а счастливой девушки.       — Привет, — поздоровался со всеми Гарри и сел на свободный стул около Драко. — Интересно, я когда-нибудь буду общаться со своими однокурсниками?       — Чисто теоретически, мы и есть твои однокурсники, — лучезарно улыбнулся Малфой.       — Ты отлично понял меня, — ответил Гарри и откусил большой кусок пирога. Он почти забыл, какие у мадам Розмерты вкусные пироги!       — Драко, тронь его, — попросил Окти с ужасом. — У него жар!       — В смысле? — спросил Гарри, отводя руку Драко, который вознамерился потрогать его лоб.       — Ты ненавидишь патоку, — объяснил Окти и кивнул на половину пирога в руках друга. — Ты в детстве объелся ею и теперь тебя тянет блевать с неё.       — Чушь какая, — пожал плечами Гарри и снова укусил мягкую булку. — М-м-м… я не знаю, кто может делать пироги вкуснее, чем мадам Розмерта.       — Он ни разу меня не оскорбил, — тихо сказала Луна, не отрывая взгляда от Гарри. — Пять минут — рекорд.       — А должен был? — поднял брови Поттер и сделал большой глоток сливочного пива.       — Полоумная, Полуночница, Придурочная, — перечислила девушка эпитеты, загибая пальцы. — Это только самые приличные слова, которые ты используешь обычно при Окти.       — Луна, — Гарри отложил корочку пирога на тарелку и вытер губы салфеткой. — Извини меня. Я не могу отвечать за то, что я делал до того, как потерял память, но мне очень стыдно за моё поведение.       — Я же говорил, — ухмыльнулся Блэк и чмокнул девушку в щёку. — Всё изменилось.       — Говорил, — щёки Луны покрылись румянцем, а на губах расцвела блаженная улыбка — такой Гарри помнил её даже в самые тяжёлые моменты прошлой жизни. — Но одно дело слышать, и совсем другое — видеть своими глазами.       — Самый главный показатель, на мой взгляд, — хитро блеснул глазами Блейз, — Поттер ещё не завалил нашего блондинчика в каком-нибудь заброшенном классе, а прошло уже трое суток, как он вышел из комы.       — Забини! — Малфой с силой толкнул друга в плечо. Гарри было отлично видно, как покраснели его уши.       — А тебе, смотрю, завидно, — ухмыльнулся гриффиндорец и отпил из стакана. — На моё место хочешь или на его?       — Поттер! — Драко резко повернулся к нему, задыхаясь от возмущения.       — А я давно тебе говорил, что твой «Блейзи», — Окти сымитировал фальцетом голос Драко и засмеялся, — неровно к тебе дышит.       — Да идите вы оба, придурки! — Малфой вскочил со стула и побежал к выходу, роняя младшекурсников и мебель.       — Октавиус Сириус Блэк, — поцокал языком Гарри и взялся за второй пирог. — Как тебе не стыдно?       — Будто в первый раз, — хмыкнул Блэк. — Тяжело быть единственным натуралом в вашей голубятне.       — А теперь серьёзно, — нахмурился Забини и повернулся к Гарри. — Он будет ждать столько, сколько ты потребуешь, действительно, не впервой. Но смотреть, как страдает мой друг, я не буду.       — Не беспокойся, Забини, — Поттер вернул тяжёлый взгляд. — Я не собираюсь мариновать его больше необходимого. Как только я разберусь в себе, сразу сообщу ему.       — Ты разбираешься в себе с пятнадцати лет, — Гарри наблюдал, как играют желваки на красивом смуглом лице. — Он влюблён в тебя с самого детства. И он не виноват, что его отец уже нашёл ему невесту. Если бы ты не тянул, то и помолвки летом не было бы. По крайней мере, не с Дафной.       — Я ничего не могу сказать на это, прости, — Гарри отвёл взгляд. — Я чувствую себя, будто меня только что вытащили из вакуума. Чем больше я узнаю о себе, тем больше мне хочется украсть в Министерстве маховик времени и треснуть самого себя по башке в лет десять.       — Было бы неплохо, — подытожил Блейз и встал со стула. — Если ты ничего не сделаешь, найдутся те, кто будут ценить его по достоинству, которого он заслуживает.       Гарри несколько секунд смотрел вслед уходящему Забини. В чем-то итальяшка прав. Если Поттер из этой вселенной так потребительски относился к Драко, ничего удивительного, что у того нервы ни к черту. Интересно, та пятикурсница, с которой его стащил Реддл в том году, это была Джинни?       — Любовный треугольник, — вытащил его из раздумий голос Луны. — Как это мило и предсказуемо.       — Я думаю, тут фигура намного сложней, дорогая, — ухмыльнулся Окти и приобнял её за талию. — Скорее всего, этот год будет незабываемым для школы.       — Что ты имеешь в виду? — спросил Гарри.       — М-м-м, — протянул Блэк, облизнул губы и невинно улыбнулся. — Да так. Кажется, к тебе пришли.       Рэйвенкловец кивнул куда-то за спину друга, Гарри обернулся и выдохнул. На пороге стоял Джеймс Поттер и чесал затылок. Младший Поттер уже хотел встать, чтобы направится к отцу, но его остановила тяжёлая рука друга. Октавиус покачал головой.       — Сиди, мы всё равно планировали ещё погулять, — он улыбнулся своей девушке. — Я позову его сам.       Гарри поблагодарил Окти и сел на место. Он попробовал пригладить волосы, но через пару секунд плюнул на это гиблое дело. Мужчина с точно таким же вороньим гнездом на голове сел напротив него и улыбнулся, оглядываясь.       — Тысячу лет не заходил сюда, — Джеймс скинул красную мантию на свободный стул и сложил руки на столе. — Итак, о чём ты хотел срочно поговорить?       — Ну-у, — Гарри почесал голову. Странно: он даже не знал, что унаследовал этот жест от отца. — Впрочем, я, кажется, догадываюсь, — старший Поттер хитро блеснул глазами из-под очков и заговорщически подмигнул сыну. — Мы разговаривали с Люциусом на эту тему совсем недавно. Ей Мерлин, Гарри, если бы сказали нам раньше, не было бы никакой помолвки. Но мы решили, что откуп Гринграссам мы выплатим пополам. Всё же тут не только Драко виноват, но и ты…       — Какой откуп? — удивился Гарри не совсем понимая, что имеет в виду отец.       — Ну, как, — всплеснул руками мужчина. — Разрыв помолвки — это всегда траты со стороны жениха. Нам повезло, что вы определились до всего этого, и честь юной Дафны не тронута…       — Папа, о чём ты вообще, — округлил глаза Гарри и опасливо огляделся по сторонам.       — Я о том, что мы знаем о ваших отношениях с Драко, — Джеймс потянулся через стол и взъерошил волосы сына ещё сильнее. — И мы с Люциусом согласились на равный брак. Фамилию берёте двойную, у каждого своя фамилия первая. Мы уже присмотрели небольшое поместье на берегу Ла-Манша недалеко от Дартмута. В хорошую погоду оттуда видно Мон-Сен-Мишель…       — Папа, я не собираюсь жениться на Малфое, — прошипел Гарри громким шёпотом.       — Как? — опешил Джеймс и осёкся. — Я… Мы уже всё продумали…       — Вот именно, что вы! — Гарри прикрыл глаза ладонью. — Ты уже всю мою жизнь расписал, смотрю. А меня спросить забыл?       — Мы с Люциусом подумали, что вы скрываете отношения только из-за помолвки Драко с Гринграсс, — у Джеймса был вид побитой собаки.       — Пап, — устало позвал младший Поттер отца. — Я потерял память. Я даже не знал, что встречаюсь с Драко, до того момента, пока не вышел из Больничного крыла. А ты мне сейчас рассказываешь, что чуть ли не завтра мне предстоит жениться на человеке, которого я не знаю.       — Ну, не завтра, — Джеймс по-детски выпятил нижнюю губу. — Мы планировали назначить помолвку на этот сезон, а свадьбу через года два, чтобы вам по девятнадцать исполнилось.       — Отец, ты должен был заметить, что я очень изменился после этой амнезии, — Гарри понял, что не может разговаривать с отцом, как с серьёзным человеком. — Мне нужно узнать самого себя и моего… Драко. Из того, что успел узнать о наших с ним отношениях, я понял, что лучше уж я расстанусь с ним, чем снова стану козлом и буду унижать. Драко не заслуживает, чтобы рядом с ним был такой самовлюблённый придурок, как я.       — Ты вовсе не придурок, — снова с обидой ответил Джеймс. — Ну, возможно, иногда ты перегибаешь палку, но ты всегда был очень активным ребёнком.       — Я — очень избалованный ребёнок, — поправил отца Гарри.       — Ты со Снейпом переобщался что ли? — старший Поттер поморщился, как от неприятного запаха. — Снова этот Сопливус тебе наговорил гадостей?       — Нет, — отрезал Гарри, понимая, что отца переубедить в одиночку будет очень сложно. — Я пообщался с профессором Реддлом.       — Том — отличный мужик, — воспрял духом Джеймс. — Он занимался со мной отдельно, когда я сказал, что хочу поступать в Академию авроров. Мы с ним очень долго общались, да и продолжаем общаться. Ах, ну, да, ты же не помнишь. Я даже думал позвать его быть шафером на нашей свадьбе. Меня Сириус отговорил. Твоему крёстному кажется, что Том неровно дышит к твоей матери. Но я-то вижу, что единственный, кто всё ещё надеется, что Лилс бросит меня — это Сопливус. Тома и твою маму объединяет только дружба.       — Я не знал, что ты так близко знаком с профессором Реддлом, — Гарри старался не спугнуть отца. Ему сейчас было жизненно необходимо, чтобы Джеймс рассказал ему как можно больше о Реддле. — Как вообще вышло, что такой перспективный учёный и маг остался преподавать в школе?       — Если бы ты не цапался с ним изо дня в день, то понял бы, какой он хороший человек, — Гарри еле сдержался, чтобы не закатить глаза. — Он стал самым молодым преподавателем в школе за последние двести лет, почти. Хотя, мне рассказывал отец, что его опекун был против.       — Опекун? — Гарри придвинулся ближе.       — Ну да, можно? — Джеймс указал на наполовину полный бокал сливочного пива и после кивка сделал пару глотков. — Всё-таки у мадам Розмерты самая замечательная пивоварня. Так вот, твой дед учился с ним на одном курсе или на курс младше, не помню. Он-то мне рассказал, что в четырнадцать лет Том выяснил, что является дальним потомком Слизерина. Хитрюга Абраксас, дед твоего Драко, рассказал об этом своему отцу Антаресу. Антарес взял сироту Тома Реддла под опеку и воспитал из него то, что мы имеем. Ходили слухи, что Малфой вытащил Реддла из какого-то маггловского приюта, но я не верю в это. Наследник такой древней семьи, как Гонт, не мог жить в каком-то маггловском приюте. Вот с безумными родственниками — да.       Гарри слушал отца и не мог поверить своим ушам. Логические цепочки собирались в единое целое, наконец-то. Конечно, предок Драко забрал молодого перспективного полукровку под своё крыло, создал легенду, исходя из которой Тома воспитывали сумасшедшие Гонты. Воспитание наследника Слизерина не слабо повысило и без того высокий статус Малфоев. Удивительно, как они ещё не входили в королевскую семью. Помимо воспитания и достатка, Антарес Малфой наверняка промыл воспитаннику мозги о том, что такое хоркруксы, и чем грозит магу их создание. Insomnia - Craig David       Тем временем Джеймс продолжал рассказывать о давнем друге семьи, не обращая внимания на отвлечённость сына:       — … отец восхищался им. Сколько себя помню, Том был вхож в наш дом, — старший Поттер покачивался на стуле и улыбался воспоминаниям. — Я был совсем маленьким, когда познакомился с ним, но уже тогда я понял, что это великий человек. Представляешь, в школе он создал нелегальную группировку, кажется, они назывались Вальпургиевы Рыцари. Но Антарес быстро разогнал их, указывая на то, что наследнику Слизерина нельзя пятнать репутацию в таком сомнительном деле. Я уверен, это Малфой надавил на Диппета, чтобы тот взял Тома на работу. Реддлу пророчили кресло министра, но он отказался. Да-а… — протянул Джеймс и сделал ещё глоток пива. — Вместо этого Реддл стал серым кардиналом. Фадж у него с рук ест.       — И всё же, — заговорил Гарри, когда отец замолчал. — Что сподвигло его стать преподавателем?       — Спроси у него самого, — пожал плечами Джеймс и встал со стула. — Я поговорю с Люциусом, но Гарри. Не тяни. Если разрывать помолвку, то до начала сезона. Малфои и Гринграссы относятся к Священным, нам с ними не тягаться. Да и о своём будущем подумай.       — Я подумаю, пап, — тихо буркнул Гарри и отвернулся к окну.       Он не стал провожать отца взглядом. Юноша смотрел в одну точку на другом конце улицы и думал. За эти три дня жизнь перевернулась с ног на голову, хотелось зажать уши и закричать, чтобы остановили поток новой информации. Слишком много: живые родители, сестра, мир без Волдеморта, Реддл в качестве преподавателя, Малфой — его парень и жених в ближайшей перспективе. Гарри с силой потёр переносицу там, где когда-то были очки. Ещё пять дней назад парень не надеялся выжить в войне, мечтал жениться на Джинни Уизли и наплодить троих замечательных детишек.       Гарри посмотрел на часы и тяжело вздохнул. Оставив пару сиклей в качестве чаевых, парень направился к выходу. Есть вещи, о которых он может подумать позже. Сейчас его больше волновало приближение первых занятий по ЗоТИ и Менталистике, к которым он не был готов ни морально, ни физически.

***

      Следующие четыре дня прошли для Гарри, как под копирку: он запирался в комнате, общался только с сестрой и друзьями, совершал набеги на библиотеку и вылазки в Большой зал на приём пищи. Всё остальное время он поглощал книги по ритуальной магии и ментальным наукам. Для того, чтобы освежить знания по Защите, ему понадобилась пара часов. Всё же, в своё время его тренировали лучшие преподаватели, один Барти Крауч-младший в облике Грозного Глаза чего стоил.       Особенно много внимания Гарри уделял Хизер. Он мог часами расспрашивать её о жизни дома. Как выглядит их дом, какие у них домашние животные, какие у них были забавные истории из детства. Так Поттер узнал, что у него был рыжий низзл по кличке Уизли-супер-младший, который благоразумно остался дома. У самой Хизер был щенок крупа, которого ей подарила мать на одиннадцатый день рождения. Итер, так назвала его девочка, сожрал дорогие защитные щитки Гарри на колени и теперь боялся появляться в его комнате.       Поместье Поттеров располагалось относительно недалеко от Хогвартса в горах Шотландии. Магический защитный купол распространялся на много миль вокруг, поэтому Поттер-младший спокойно тренировался в полётах на своей Молнии, которую ему подарил Сириус. Иногда один, но чаще с Драко, который также был капитаном сборной своего факультета. На этом моменте Гарри выдохнул: хоть что-то неизменно во всех мирах.       Джеймс Поттер уже несколько лет занимал должность заместителя главы Управления авроров, а Лили Поттер была ведущим специалистом в секретной лаборатории в Отделе Тайн в Министерстве. Вторые роды Лили перенесла очень тяжело, и медики запретили им заводить третьего ребёнка, о котором так мечтал Джеймс.       Сириус и Ремус были живы, как и Вальбурга с Регулусом. Младший брат крёстного полностью посвятил себя бизнесу, появлялся в доме на Гриммо исключительно редко между командировками. Матушка Блэк всё цокала языком и расстраивалась, что её младший сын не может остепениться и найти себе достойную жену.       Так как не было раскола четы Блэков из-за Волдеморта, то и Андромеда смогла доказать старшему поколению свою правоту. Совет клана Блэк разрешил Андромеде брак с магглорождённым Тэдом Тонксом с единственным условием — фамилию она должна была оставить девичью.       На вопрос, где сейчас находится Люпин, Хизер посмотрела на брата, как на идиота. Все оборотни находились в резервации, в обязательном порядке принимали Аконитовое зелье и отмечались после полнолуния у старосты поселения. В этом мире оборотни не были людьми третьего сорта, но как к равным к ним не относились. Гарри понимал, что без Реддла и тут не обошлось.       После повторного рассказа Хизер про его сумасбродный поход в Тайную комнату, Гарри решил пойти туда и всё осмотреть самостоятельно. Каково же было его удивление, когда его выгнали из женского туалета на втором этаже с громкими криками и визгами! Туалет работал, ведь Миртл не умерла от взгляда василиска в июне сорок третьего года. Гарри только и осталось, что почесать голову и отправиться обратно в башню. Заинтересованного взгляда тёмно-синих глаз он тогда не заметил.       Помимо подготовки к занятиям, Драко напомнил Гарри о его обязанностях старосты факультета. Поттер ничуть не удивился, когда узнал, что старостой школы является его бойфренд.       В среду седьмого числа, после приёма надоевшего горького зелья после ужина, Гарри бросило в дрожь. Время на подготовку кончилось. Следующим утром его ждут Защита и Менталистика сразу после обеда. Поттер понял, что не так боится Реддла, как Снейпа. Он отлично помнил свои тщетные попытки защитить разум от грубого проникновения профессора на пятом курсе, будто это было вчера. Казалось, банка с тараканами просвистела над его головой всего несколько часов назад. Очень хотелось верить, что Снейп не полезет в его воспалённые мозги сразу на первом занятии.       Колокол Часовой башни пробил отбой, а это значило, что ему нужно собираться на обход. Среда и четверг были его днями, вернее, ночами. За два часа ему необходимо было пройти все коридоры основного корпуса, Астрономической, Северной и Большой Лестничной башен. Подземелья и прочие места оставались на совести его напарника, о котором Малфой тактично промолчал.       Гарри решил не терять время и направился в сторону Северной башни. Замок встретил его блаженной тишиной, нарушаемой только треском факелов и звуком его собственных шагов. Гарри шёл медленно, стараясь прислушиваться к каждому шороху.       Чуть задыхаясь, он поднялся на самый верх, к кабинету Прорицаний, когда его внимание привлек скрип двери у подножья лестницы. Чертыхнувшись, староста поспешил вниз, чтобы поймать нарушителя. Люмос Поттер благоразумно потушил, чтобы не выдать себя. Через пару минут стремительного спуска Гарри оказался в коридоре. Парень прислушался и осмотрелся. В какой именно класс спрятались влюблённые? То, что это была очередная сладкая парочка, которая не могла найти иного места для уединения, Гарри не сомневался.       Послышался приглушённый звук падения чего-то деревянного на каменный пол слева, и Поттер устремился туда. Гарри сразу понял, что его заводят куда-то специально, но не мог понять — зачем. Через некоторое время он узнал интерьер первого этажа и замедлился. Накрученный своей паранойей, староста достал палочку и направил её вперёд.       «Дежавю», — подумал Гарри, когда его затащили в класс Трансфигурации и прижали к стене уже знакомые руки.       — Ты повторяешься, — ухмыльнулся Поттер и попробовал спрятать палочку обратно в карман, но ему не дали это сделать — палочка отлетела куда-то в сторону.       — Заткнись, Мерлина ради, — горячее дыхание обожгло губы. — Я больше так не могу.       Как и неделю назад, Гарри очутился на парте, а напряжённые руки несдержанно расстёгивали его рубашку. Поттер сглотнул и попробовал помочь Малфою, но получил только звонкий шлепок по рукам. Из-за темноты Гарри не мог различить ничего, кроме силуэта на фоне окон.       — Видеть каждый день, — страстно зашептал Драко, в его голосе слышалось отчаянье. — Видеть и сидеть, ждать пока ты там что-то решишь в своей тупой голове, Мерлин…       Острый нос уткнулся в ключицу и жадно втянул запах кожи. Гарри был рад, что Малфой не видит, как загорелись алым цветом его щёки. Горячие ладони раздвинули полы рубашки и прошлись по бокам, вызывая мурашки.       — Ставлю галеон, ты даже не думал обо мне, бессердечная скотина, — мокрый язык прошёлся по шее от основания и остановился за ухом. — А я не могу думать ни о чём, кроме тебя, Гар-ри…       Мягкие губы очертили подбородок и начали спускаться к груди. Гарри резко выдохнул, когда левый сосок оказался зажат зубами в обжигающем рту. Он инстинктивно вскинул руки и зажал в кулаке волосы визави.       — М-м-м, — хрипло простонал Драко, обведя сосок любовника напоследок. — О какой учёбе или обходе может идти речь, когда я знаю, что ты там в своей башне. Да-а… — слизеринец прижался всем телом к нему. — Ты — идеален, Гарри. Эти сильные руки, — невесомые касания кончиков пальцев к бицепсам через мешающиеся слои одежды. — Это тело… — пальцы перешли через плечи на грудные мышцы и очертили их, устремляясь вниз. — Этот член…       Гарри не смог не застонать от ощущения ладони, сжимавшей его естество через форменные брюки. Он толкнулся вперёд, вызвав восхищенный вздох Малфоя.       — Я сойду с ума, если не получу твой изумительный член этой ночью, — в голосе любовника прозвучала безысходность.       Решение пришло в голову стремительно. Гарри позже даже не удивился своему выбору, ведь это было так естественно. Осознание того, что у него никогда не стояло так на девушек, как стояло от лёгких прикосновений Малфоя, накатило девятым валом, чтобы уйти в глубины подсознания и свернуться там на лежанке пушистым комочком. Гей, бисексуал — какая разница. Это его новая жизнь, и Гарри собирался взять от неё всё. За последний год Поттер научился не убегать от действительности, какой бы суровой она не была. И если сейчас ему был нужен Малфой…       — Так возьми его, — Гарри сам удивился от того, каким сексуально-хриплым у него бывает голос.       Поттер потянул Драко за мягкие волосы и сам впился в раскрытые от шока губы и получил не менее яростный ответ. Нежные руки раздевали его рваными движениями, будто боялись, что он передумает. Форма полетела на пол кучей, и меньше, чем через минуту, Гарри почувствовал прикосновение кожи к коже. Это было настолько новое и ослепительное ощущение, что парень застонал в поцелуй, отрываясь от партнёра.       — Да-а, Мерли-ин, — Гарри уронил голову на парту, не обращая внимания на боль в затылке.       — Гарри, — прошептал Драко и привстал.       Поттер потянул руки, чтобы найти любовника, притянуть к себе, но остановился. Драко оседлал его бедра и потерся ягодицами о изнывающий член любовника. Гарри грубо вцепился пальцами в бедра своего бойфренда, наверняка от этого останутся синяки.       — Ты так нежен сегодня, — сквозь стон засмеялся Малфой.       — Научи, —Гарри сел рывком и прижал юношу к себе. Ему было почти физически необходимо поддерживать как можно больший контакт тел. — Помоги вспомнить, что я…       — Ч-ш-ш… — палец прижался к его губам, не дав закончить несформированную мысль, любовник понял его без слов. — Доверься мне, Гар-ри…       Драко обхватил его руки и провёл ими выше по бедрам, к животу, к груди. Гарри чувствовал это восхитительное послушное тело под ладонями. Ни единого лишнего волоска, только шёлк нежной кожи, под которой угадывались мышцы. Драко не был таким рельефным, как он сам, но очень приятным на ощупь. Хотелось немедленно подмять его под себя и сделать что-то… что-то…       — Гар-ри… — их руки очутились уже на шее блондина, обводили напряжённые мышцы кончиками пальцев. — Вот так, Гар-ри.       Драко непрестанно ёрзал на нём, Гарри почти сходил с ума от того, как его член трётся об упругие ягодицы любовника. Эта игра не могла длиться долго — оба были слишком возбуждены, а Драко слишком долго ждал. Малфой привстал на коленях, чтобы в следующую секунду прижать округлую головку к своему анусу. Гарри задохнулся от новых ощущений. От чувства, как его член раздвигает внешнее и внутреннее колечки мышц он застонал в голос и толкнулся внутрь резким толчком.       — Драко-о… — взвыл он, когда любовник рефлекторно напрягся.       Гарри обхватил мягкие округлые ягодицы любовника и сжал их, натягивая Малфоя на себя целиком. Громкий стон любовника только больше подстегнул его к действиям. Гарри приподнял зад Драко и быстрым движением опустил его обратно. Затем ещё раз, и снова… в какой-то момент Гарри понял, что если толкаться навстречу этим движениям, ощущения усиливаются в разы.       Весь окружающий мир сузился для Гарри в этом тесном проходе, что так гостеприимно сжимал его член. Исчезли все звуки, кроме сладких стонов Драко и глухих шлепков ягодиц и яиц.       Чувствуя скорую развязку, Гарри сжал зубы и с удвоенной силой принялся вбиваться в любовника, чем только вызвал новую волну восхитительных криков юноши.       Первым не выдержал Драко. Его тело выгнулось дугой, а руки сковали судороги. Малфою пришлось упасть на широкую грудь Гарри, цепляясь за его плечи ногтями, оставляя там красные полосы. Для Поттера это оказалось слишком. Слишком горячо было внутри, слишком сильно и ритмично его сжимали бархатные стенки, слишком приятно было ощутить вес чужого тела на себе. Несколько рваных фрикций, и Гарри кончил с приглушённым поцелуем стоном глубоко в любовника. Перед глазами затанцевали радужные звёздочки, а мир покачнулся, но не исчез. Это был самый яркий оргазм в его жизни.       Им понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя. Драко оторвал голову от груди Гарри и провёл кончиками пальцев по его щеке.       — Беру свои слова обратно, — в доверительном шёпоте звучала улыбка. — Теперь ты произносишь моё имя ещё лучше.       Гарри улыбнулся ему в ответ, хотя понимал, что в темноте класса любовник не увидит его улыбки, и обнял, прижимая к себе. Неужели ему нужно было умереть, чтобы понять, что счастье находилось совсем рядом?..