Внезапная проверка Небес

Кроули всегда знал, что Азирафаэль очень разносторонний. Ангел читал бесконечно много, взахлеб, и в своё удовольствие. Он точно знал каждую книгу, которая только есть на этом свете. В то же время, он был не прочь вкусно поесть, например в Ритце, на пару с самим Кроули. Ещё, как бы он не придерживался плана «быть вместе на земле с Кроули без каких либо чудес», но его всё равно тянуло на Небеса, чтобы что-то решить, а что-то объяснить тем, кто не может этого понять. И напоследок — то, что демон не знает точно — хобби Азирафаэля был сам демон. Светловолосый обожал смотреть, как Кроули бесконечно поправляет свои очки, которые были его излюбленным атрибутом почти с самого Начала; обожал и сами глаза Кроули, которые отливали золотистым жёлтым, а змеиные зрачки меняли свой размер в зависимости от ситуации совсем как человеческие; обожал то, как Кроули ходит, одевается, говорит, ох, его манера речи иногда сводит ангела с ума и в хорошем и в плохом смысле. Но в целом, объединяя всё ныне сказанное — Азирафаэль просто напросто любил этого демона, что не так просто приняла его сущность. Казалось бы, противоположности во всём, но стали так близки спустя шесть тысяч лет. Каждый день они узнавали новое друг о друге, подтверждали старое и запоминали то, что делают сейчас. За это время ангел совершенно невинно, так по-детски полюбил Кроули, о чём второму точно не нужно было знать. Но вернёмся к тому, что же знает об Азирафаэле Кроули. Он знал всё, что не ускользнуло из-под его юркого перебегающего с места на место взгляда. Ангел был изучен им с ног до кончиков пушистых белокурых волос. Он не ждал неожиданностей или неких проблем, но они возникли в один из сентябрьских вечеров в такой уже всем знакомой книжной лавке. У двери, скрипя тормозами, остановилась Бентли. С прошлого раза в её салоне произошли изменения — во всяком случае, теперь на сидениях красовались горшки с растениями, которые были бережно поставлены в картонные коробки. Кроули вышел из машины и уверенной походкой направился к магазинчику. Он знал, что как только войдёт, Азирафаэль появится из глубины своей книжной лавки и встретит его с распростёртыми объятиями. Ну, это образно. На самом деле ангел поздоровается, улыбнётся ему своей чудесной, потрясающей улыбкой и предложит выпить чаю. Так думал Кроули, пока не вошёл внутрь. Азирафаэль сидел в кресле и читал книгу. Однако звон дверного колокольчика нисколько его не побеспокоил, а когда Кроули окликнул его, ангел лишь бросил, не поднимая глаз: — Я занят. Не мешай, пожалуйста. Кроули был удивлён. Настолько интересная книга, что Азирафаэль не может от неё оторваться даже чтобы встретить друга, которого не видел целый день? Демон мог поклясться, что почувствовал ревность. — Ангел, как это понимать? Положи книгу, мне нужна твоя помощь. Азирафаэль вздохнул, даже не посмотрев на него. — Прости, но сейчас я не могу. Ты точно не сможешь сделать это сам? — Так, ладно. Не хочешь помогать — не надо. Я и сам справлюсь. После этих слов Кроули вышел из магазинчика, кипя от раздражения. Что случилось с его ангелом? У них же там, наверху, помощь считается добрым делом, так? Тогда почему он не стал ему помогать? Ответов Кроули не нашёл, поэтому открыл дверь Бентли и начал переносить коробки с растениями из машины в лавку сам. Это было не быстрое занятие, но он всё продолжал ходить туда-обратно и ставить цветы в свободный от книжных стеллажей и башенок из книг уголок. Ещё больше появилось вопросов к Азирафаэлю, когда Кроули наконец вспомнил, а почему же он это делает. Как бы иронично не было, как раз таки по просьбе самого Азирафаэля. Это именно он когда-то попросил перенести немного своих растений ему в лавку, потому что по его словам «становится освежающий вид». Кроули тогда лишь пожал плечами и добавил это дело в свой список бесполезных, но почему-то важных дел. Наконец, покончив с последней коробкой, демон подошёл к всё ещё читающему Азирафаэлю. — Ты так и будешь продолжать игнорировать меня? — спросил он. — М? — ответил ангел, не отвлекаясь от книги. — Просто зайди попозже, хорошо? Сейчас я читаю, — незаинтересованным тоном проговорил он, поправляя свои круглые очки на носу. — Чёрт с тобой, — бросил Кроули и вышел на улицу. Чтобы хоть как-то успокоиться, он решил прогуляться по улице. Свежий поток ветра обдул его лицо и улетучился далее по своему пути. Всё вокруг мельтешило, гудело, в общем, всячески давило на и так отрицательное настроение Кроули, который всё еще метался в догадках о причине поведения Азирафаэля. Нет, он не просил к себе много внимания, но хотя бы посмотреть на него ангел вполне мог. Неужели действительно книга так захватила его друга, что он не мог даже на мгновение оторваться? Впрочем, не важно. Иногда у Азирафаэля бывают такие перекосы. Дочитает, и всё будет хорошо. Вообще, Кроули не планировал заходить куда-то. Он хотел просто убить время, чтобы не коротать его как обычно у себя в квартире, где каждый угол уже мозолил глаза. Но вот, ему на пути показался один из ресторанов, в котором они с Азирафаэлем часто ужинали. И, не долго думая, демон вошел в заведение, направляясь к знакомому столику. Но вдруг, он увидел сидящего перед ним Азирафаэля, который с довольным видом доедал какое-то блюдо высокой кухни. — Ох, Кроули, здравствуй. Рад, что ты тоже здесь, присоединишься? — с невинным лицом пролепетал ангел, беря с тарелки булочку с сахарной обсыпкой. Демон нахмурился. ~ ага, то есть теперь мы и здороваемся, и улыбаемся. Черт, похоже, я никогда не пойму этого святошу~ Несмотря на негодование, которое Кроули сейчас испытывал, он согласился на предложение и сел рядом со светловолосым. — Кроули, ты только взгляни на это чудо кондитерского искусства, — Азирафаэль крутил у себя в руках всё ту же булочку, которую ранее откусил, — от него прямо оторваться невозможно! — Возможно, — хмыкнул демон, сощурив свои глаза, презрительно наблюдая за тем, как ангел расхваливает это..тесто с сахаром. Уже второй раз за день Кроули ощутил странный прилив ревности. И вроде бы ничего страшного не произошло. Они сидели, ели, пили дорогое вино по выбору Кроули. Всё было бы прекрасно, если бы Азирафаэль не восхищался каждым блюдом, как чем-то действительно дорогим. Это ведь просто еда, да, вкусная, но не до того, чтобы бояться дунуть на неё из-за того, что она такая прекрасная. И если бы восторг ангела был диалогом. Нет, это был один большой монолог, в который Кроули вообще не вписывался. Он даже пробовал что-либо ответить. Но его просто напросто не слушали. Спустя, наверное, час этих пыток демон стал уже закипать. Он надеялся, что хотя бы его уход из-за стола заставит Азирафаэля поговорить о чём угодно, только не о еде. Но вместо этого он заказал в добавок к тому, что уже было перед ним, ещё и профитроли. Тогда Кроули уже не раздумывая направился к выходу, чуть ли не вышибая дверь ресторана. *** Мужчина с тёмно-рыжими волосами сидел на лавочке в каком-то из скверов, даже не смотря, куда забрёл. Он шёл, просто шёл вперёд, пытаясь остыть и привести всё в порядок. Его неимоверно бесило, когда его игнорировали, но когда это делали намеренно, да ещё и близкое ему существо, внутри всё начинало гореть адским пламенем и пыталось выбраться наружу, чтобы наверняка так же испортить настроение окружающим. Но с виду можно было подумать, что мужчина просто сидел на временем потрепанной лавочке и размышлял о своём. Вокруг него ничего не полыхало, и картина была вполне спокойной. Рядом росли высокие клёны и дубы, чья листва, побагровевшая с приходом осени, из-за маленького потока ветра медленно и размеренно спускалась зигзагами на землю. Солнце было заслонено тучами, но в такие редкие моменты просветления ещё наполненные летним теплом лучи ласкали всё, на что могли попасть. Будь то трава, крыши домов или тёмные локоны, которые начинали переливаться золотистым оттенком рыжего. Кроули сам по себе никак не относился к временам года как к чему-то прекрасному. Нет, он воспринимал это как само собой разумеющееся, просто окружение, которое поменяло свой ландшафт и температуру. Но вот Азирафаэль осень обожал. Он старался чаще выбираться из своей лавки и, захватывая с собой какую-нибудь книжонку, садился под раскидистым дубом на плед и только изредка попивал горячий чай из своего излюбленного термоса. В такие моменты Кроули любил наблюдать за ним издалека, чтобы застать такую уютную картину. Он начинал невольно улыбаться, и тогда желание присоединиться и просто посидеть рядом возрастало с каждым падающим листком. И сейчас Кроули невольно вспомнил один из таких дней, и его негодование, которое наросло за последний час неприятным комом, начинало покидать его, уступая место спокойствию и рациональному мышлению. Он наконец смог здраво взглянуть на такое странное поведение его ангела. Обычно Азирафаэля так не штормит в разные стороны. То он зачитывается до упаду, то расхваливает то, что ест ну уж точно не первый раз. И везде присутствует нотка игнорирования в сторону Кроули. Поступки ангела — не связанные между собой вещи. Они не обоснованы, да и демон ничего не делал накануне, чтобы на него намеренно не обращали никакого внимания. Кроули бы продолжил всё так же сидеть, если бы его размышления не прервала внезапно появившиеся толпа людей, которые оживлённо охали и перешептывались между собой. Само собой, демона это привлекло. Спустя минуту Кроули стал таким же участником этакого сборища глазевших. И как же он удивился и одновременно ужаснулся, когда увидел Азирафаэля, стоявшего на коленях, который, вознеся руки и взор в небо, о чём-то громко просил. Нет, скорее умолял. Недолго думая, Кроули протиснулся вперёд, чтобы подойти к ангелу и спросить о том, что, чёрт возьми, происходит. И да, ему это удалось. Он даже сумел почти поднять того с колен под руки, но в ответ получил очень активное брыкание и злобный взгляд ярко-голубых глаз. — Ах, демон. Какое ты вообще право имеешь меня касаться?! Это возмутительно! Отойди от меня, невежество, — Кроули действительно отошёл на шаг, но не из-за того, что его попросили, а из-за шока, который испытал. Теперь он точно не понимал, что происходит. — Ангел, приди в себя. Ты стоишь на коленях посреди грёбаной улицы! — Это не твоё дело, подлец. Тебе никогда не понять, что такое быть в Раю. Тебе никогда не ощутить то, что ощутил сейчас я, когда меня просто выкинули, как какую-то бесхозную вещь! А ведь что я хотел? Я хотел снова вернуться на Небеса. Мне здесь не место, среди таких как они, — он обвёл рукой толпу, которая начинала перешёптываться всё активнее, — и таких как ты, скользкий гад. Вам, демонам, никогда не понять эту лёгкость, эту свободу, эту возможность сделать добро кому-то и внести счастье и покой в этот мир. Вы только разрушать умеете, да и тянуть души на дно, не давая шанса на искупление вины! Так что, знаешь, иди к чёрту, демон. Вы все ничтожества по сравнению с нами, ангелами! — Да что… Хотя неважно. Мне плевать. Кроули развернулся и зашагал прочь от ангела и толпы, образовавшейся вокруг него. Многие странно на него поглядывали, очевидно, из-за того, что слышали их диалог, нехарактерный для нормальных людей. Демон быстро дошёл до книжной лавки и припаркованному рядом автомобилю. — Хрен с ним. Пусть служит своим треклятым небесам. Я больше не могу это терпеть, — прошипел Кроули себе под нос и направился к машине. Но как только он открыл дверь и сел за руль, собираясь отъезжать, за его спиной прозвучал знакомый голос. — Кроули! Демон резко повернулся. — Ох, чёрт! Ангел?! На заднем сидении сидел Азирафаэль, нежно и влюблённо глядя на него и улыбаясь так, что Кроули чувствовал исходящую от него во все стороны любовь. — Кроули, дорогой. Я так ждал тебя! — произнёс ангел и положил руку на его предплечье, приближаясь к демону. — Ты издеваешься надо мной?! — прорычал Кроули. — Сколько перепадов настроения у тебя ещё будет? И как ты оказался в моей машине? Азирафаэль удивлённо посмотрел на него. — Дорогой, я не мог издеваться, тем более над тобой! Я же так тебя люблю! Кроули ошарашенно уставился на ангела. — Ты… что? Что ты, блять, несешь? — Ты прекрасен, ты весь просто идеален. Я хочу всегда быть с тобой, только с тобой! Кроули… Азирафаэль придвинулся ещё ближе, касаясь рукой груди демона. — Отстань от меня! — раздражённо откликнулся Кроули. — Сначала разберись со своим странным поведением, тогда поговорим! Отбросив руку ангела, он выскочил из Бентли и открыл заднюю дверь. — Выходи. Я не понимаю, что с тобой происходит, и, похоже, тебе прямо сейчас следует с этим разобраться! Азирафаэль послушно вышел, а Кроули поспешил сесть в машину и уехать, пока ангел не вздумал сделать чего-нибудь ещё. *** Он сидел за столом и тупо смотрел в одну точку. Его лицо не выражало ничего, кроме усталости. Будто Кроули отымели во всех смыслах этого слова. В таких ранее ярких янтарных глазах читалось глубокое раздумье и нотка разочарования, наверное, в себе. Это было больно. Тогда, на улице. Слова Азирафаэля тонкими и очень острыми иглами впились в сердце Кроули точными ударами. Ему было больно слышать, что он настолько никчёмен и бесполезен, от такого родного и дорогого ему существа. За что, ангел, за что? Демон же ничего не делал плохого, хоть и звучит это иронично. Он лишь был всегда рядом, помогал по необходимости, да и всё. Он бы не мешался под ногами, если бы..а если бы что? Его никто не просил путешествовать вместе с Азирафаэлем по этой планете от самого начала. Кроули просто был вместе с ним. Он чувствовал, что именно этот ангел чем-то важен своим существованием. В помещении послышалось несколько стуков чего-то обо что-то. Это была голова Кроули, который от безвыходности бился о холодную поверхность стола. Хах, будто бы это могло развеять все нагнетающие мысли внутри него, которые нельзя было заглушить даже самым крепким алкоголем. А ещё больнее было то, когда Азирафаэль оказался позади демона в Бентли. Тогда он стал ласкать демона как действиями, так и словами. Он чуть ли не признавался ему в любви, ах, почему чуть ли. Он признался ему в любви. Только в липовой. Кроули пока не совсем идиот, чтобы понять, что это была ложь. Но зачем? Зачем ещё и на чувствах играть? Ангел точно знал, что между ними за столько тысячелетий возникла не только дружба. Нужно быть умственно отсталым, чтобы этого не понимать. Кроули никак не мог понять одного. Да, светловолосый иногда мог перегибать палку в чтении, еде, в чистосердечном желании служить Раю. Но Азирафаэль никогда не стал бы сначала обижать, а потом извиняться настолько низким образом. У Кроули в какой-то момент появилась мысль, а что если бы он не остановил тогда в машине ангела? Просто ради интереса, насколько бы далеко он смог зайти в своём резком порыве любви? Это никак не складывалось с характером и принципами ангела. Он бы никогда не перешёл эту черту только ради того, чтобы загладить свою вину. В комнате послышался ещё один удар. Демон оглядел свою квартиру, которая была сделана на современный манер — такую же холодную, пустую и безжизненную. Впрочем, она была такой же, как её обладатель. Тишина была настолько пронзительной, что хотелось намеренно заглушить собственное бьющееся сердце, которое как назло постоянно начинало учащённо биться, когда Азирафаэль улыбался своей улыбкой, которая выражала чистейшую радость, когда он смотрел в сторону Кроули своими ярко-голубыми глазами, в которых можно было разглядеть белые крапинки ближе к зрачку. Когда ангел просто нечаянно касался Кроули — либо споткнётся и чуть ли не упадёт на него, либо положит руку на руку демона, якобы задумался. А потом твердил, что они просто хорошие друзья, которым свойственно такое поведение. Эта извечная неопределённость очень выматывала. И ведь нельзя же просто подойти и сказать «Азирафаэль, ты самое лучшее, что было в моей жизни. Я хочу быть с тобой вместе везде и всегда. Я люблю тебя, ангел». Он не поймёт, осудит, прогонит. Ведь у него это так убедительно получилось тогда, на улице. Все окружающие поверили в его слова. И самое страшное — в них поверил и сам Кроули. Демон издал скулящий звук побитой собаки. Он не знал сколько уже здесь сидит, ничего не делая. Но, судя по темноте, которая скрывалась за задёрнутыми шторами — был уже поздний вечер. Кроули только хотел поменять положение головы, как, нарушая тишину, раздался дверной звонок. Нехотя поднявшись, демон подошёл к двери, но как только распахнул её, сразу же немного отпрянул. Перед ним стояла целая толпа Азирафаэлей... Ладно, не толпа, конечно, а пять штук, но тем не менее, это также не поддавалось объяснению. Ангел, что стоял впереди, заговорил первым. — Кроули. Прости, но мне нужно кое-что тебе объяснить. Кроули с распахнутыми глазами смотрел на каждого Азирафаэля. Один сидел в углу в очках и книгой, явно не желавший поднимать глаза; второй копошился в карманах своего пальто и в итоге достал какой-то пряник; третий, отвернувшись к стенке, будто бы читал молитву; четвёртый оттолкнул пятого и набросился на демона с поцелуями куда попало, попутно говоря приятные в другой бы ситуации слова. Но один, как раз таки пятый, молча стоял в оцепенении и от чувства стыда закрыл лицо ладонями. Кроули кое-как оторвал от себя одного Азирафаэля, и, хмурясь, выжидающе смотрел на того ангела, который, казалось, был настоящим, его ангелом. — Да уж, я без понятия как ты это будешь объяснять, но ты уже никуда не денешься от ответов, нравится тебе это, или нет. — Я как раз собирался тебе об этом рассказать! — ответил тот же Азирафаэль, на которого внимательно смотрел Кроули. — Впустишь, эм, нас? — ангел сделал жест в сторону остальных его копий. Кроули подвинулся, пропуская всех Азирафаэлей и закрывая дверь. В это время вся ангельская группа расположилась в кухне. Тот самый Азирафаэль (а Кроули сразу понял, что это был именно он) заговорил, поглядывая на своих двойников. — Понимаешь ли, Кроули, всё это связано с Небесами. Я узнал об этом, когда сегодня пришёл в свою лавку. Я помнил, что мы должны были встретиться, чтобы разобрать растения, которые ты привёз с собой по моей просьбе. Но меня не было, именно меня. Был вот он, – ангел показал пальцем на восседавшего на стуле двойника, который как раз таки переворачивал очередную страницу, – и, как я понял, вы не поладили. Кроули лишь недовольно хмыкнул. Светловолосый продолжил свой рассказ. — Меня не было, потому что Нина попросила помочь с чем-то в кафе. Я, признаюсь честно, уже не помню даже, с чем. Неважно. Когда я вернулся, я увидел коробки с твоими растениями и его, — он снова показал пальцем в двойника. — Ну и я начал вытаскивать из него информацию, кусочек за кусочком, потому что он оказался очень немногословным. — Пф, можно подумать, ты многословен, — поддельный Азирафаэль поднял голову от книги и высокомерным взглядом посмотрел на поодаль сидящих Кроули и настоящего Азирафаэля. — Советую тебе сейчас заткнуть свой рот, а не то поверь, твои мозги окажутся закуской для такого же тебя, только одержимого едой, – через стиснутые зубы проговорил демон, который действительно был готов на такое «шоу». — Нет-нет! Постой, Кроули, не надо! Выслушай меня сначала, и ты всё поймёшь. Прошу тебя..– ангел положил свою руку на плечо Кроули и умоляюще посмотрел ему в глаза, которые были закрыты очками. — Я предупредил — ещё хоть слово от кого-либо из вас, и вы все превратитесь в пыль. Настала тишина, и каждый из клонов быстренько нашёл себе занятие по душе. Тем временем Азирафаэль продолжил. — В итоге он мне рассказал, что на Небесах собирался совет архангелов, и они решили, что им стоит проследить за тобой, Кроули, чтобы понять, безопасен ли ты для меня и как ко мне относишься. Для этого они послали на Землю агентов, и они следили за нами некоторое время... После чего они сделали четыре копии меня с моими, эм... разными наклонностями и заставили их встретиться с тобой. Скажу честно, я узнал всё это не сразу, потому что первый клон, что сидел в книжном, бросил мне пару слов о том, что его послали на встречу с демоном Кроули, кроме него есть ещё три ему подобных, но он не знает, где они находятся. И я, хм... мне пришлось ненадолго его усыпить и закрыть в дальней комнате, после чего я решил пройтись по местам, в которых часто бывали мы с тобой. Весь остаток дня я собирал своих небесных копий и закрывал их в комнате! И как только я обнаружил последнего прямо у своей лавки, то применил чудо и переместил их всех сюда. Азирафаэль закончил с взволнованным выражением лица, ища поддержки со стороны Кроули. Тот хмыкнул и сказал: — Да уж, чего они только не придумают. Не могут просто оставить нас в покое? — и возвёл в небо гневный взгляд поверх очков, после чего вновь взглянул на ангела. — И можно их как-то убрать отсюда? Я же прошёл их "проверку"? Азирафаэль оглядел всех, кто был в комнате. — Да, и вправду. Я, честно говоря, не понял, как отправить их обратно. Извини, — он обратился к тому, что всё ещё читал молитву, сложив руки в подобающем для этого жесте. — Ты, я так понимаю, связан с Небесами больше остальных? Клон отвлёкся от молитвы, оглядывая Азирафаэля своим острым взором. — Я был связан с Небесами, сейчас связан, и всегда буду! Это — моё призвание и моя жизнь! Я молюсь о том, чтобы мне снова разрешили работать в Раю, ведь в прошлый раз меня изгнали, будто... Кроули закатил глаза и крикнул: — Не болтай слишком много, толку то? Лучше скажи, что тебе известно о том, как вы все будете отходить на Небеса после выполненной задачи?! Клон с неодобрением посмотрел на него, но ответил: — Выполненной задачу мы посчитаем после исповеди ангела Азирафаэля. Он должен рассказать демону Кроули о всех своих увлечениях, которые считает недостатками, а тот должен принять каждый из них. Азирафаэль его выслушал, немного нервно постукивая пальцами одной руки по тыльной стороне ладони другой. После этого он сделал глубокий вдох и произнёс с заметно участившимся пульсом: — Эм, ну что ж, видимо, я должен это сделать. Кроули, — он повернулся к демону. — Ты знаешь меня несколько тысяч лет, и, конечно, заметил мою страсть к книгам, не так ли? Помню, ты интересовался, что я могу так долго делать в своём магазинчике, если у меня там нет ничего интересного. И я признаюсь, да, я просто обожаю чтение. Несмотря на то, что это человеческое занятие, я могу просидеть над книгой несколько часов. Но ведь ты и так это знаешь, верно? Кроули кивнул. — Даже если ты считаешь это своим недостатком, я не вижу в этом ничего плохого для ангела и полностью принимаю это. Клон, что всё это время читал в углу книгу, поднял взгляд и, освещаясь белым свечением, стремительно унёсся вверх. Все присутствующие в комнате посмотрели в след рассеявшейся в потолке дымке. Азирафаэль неуверенно улыбнулся и продолжил: — Также ты знаешь о моём пристрастии к вкусной еде, ведь мы часто ужинаем вместе в ресторанах, — и, понизив голос, добавил. — Если бы это была не исповедь, я бы сказал, что это ты приучил меня к этому греху. Мы тогда были у Иова, помнишь? Кроули улыбнулся. — Конечно, я помню, ангел. И я никогда не против устроить с тобой очень алкоголический обед в Ритце, так что можешь всё также рассчитывать на мою компанию. Я принимаю твою наклонность. Следом за первым клоном засветился тот, что продолжал поедать пряник, и спустя пару секунд уже испарился. Неуверенность в Азирафаэле возрастала, ведь он знал, про кого последнего ему нужно будет рассказать. — Моё желание работать на Рай, наверное, твоё самое ненавистное, Кроули, но и в нём я признаюсь. Да, я ангел, и моё сердце жаждет делать всё хорошее, насколько это возможно. Я всю жизнь был работником Небес, и хоть сейчас меня там, возможно, считают предателем, я ангел и всегда им буду! — громко продолжил Азирафаэль и прошептал. — Но я нисколько не забываю о тебе, Кроули, и о нашей стороне. Демон ухмыльнулся и помахал рукой клону, который засветился и с радостью на лице улетел вверх. В помещении остались только Азирафаэль, Кроули и последний двойник ангела, который всё время восхищённо смотрел на демона и улыбался. Ангел обеспокоенно посмотрел на него и виновато продолжил: — Я думаю, ты уже догадываешься об этом, так? Я действительно несколько... м... помешался на тебе за это время. Вроде бы люди это так называют? Кроули внимательно слушал, и его собственное сердце было готово вырваться наружу. Он еле сдерживался от того, чтобы самому признаться первым. — И я мало того, что был твоим другом. За столько лет это стало... немного другим. Я чувствую к тебе любовь, но не такую, как ко всему миру, а такую... Такую, о которой часто говорят люди. Особенная любовь. И я не знал, как тебе об этом сказать, я не знал, что может измениться, поэтому... — Азирафаэль быстро махнул в сторону своего клона и отвернулся, пряча свое лицо в ладони, на котором виднелся сильный румянец. Последний поддельный ангел, освещая всю комнату сиянием, также, как и остальные, стремительно взлетел. Азирафаэль и Кроули остались в квартире одни. Повисла тишина. Светловолосый всё так же прятался в ладонях, судорожно пытаясь успокоить свой учащенный пульс. Демон же снял свои очки и, кладя их на стол, размял шею. Он хоть и хотел начать первым, но не знал, с чего. В итоге, он аккуратно положил руку на плечо Азирафаэлю и стал гладить его, приближаясь ближе. — Ох, Кроули. Как же мне стыдно перед тобой. Ты не должен был проходить эту проверку. Я вообще не знаю, с чего они решили такое устроить. Это же чистой воды издевательство. — Хм, ну слушай, хоть это было по-свински, – он снова злобно посмотрел наверх, – но ничего же страшного не случилось. Я не буду тебя винить в чем-то, а ты только попробуй меня начать избегать. Я клянусь, ангел, если ты будешь из-за этого происшествия меньше со мной проводить время, я самолично заявлюсь на Небеса и сожгу всех, кто решил устроить эту авантюру защиты тебя. Хотя им все эти тысячелетия было кристально поебать на это. — Я знаю этот тон, Кроули. Не надо, прошу тебя. А то они точно от нас вовек не отстанут, – ангел наконец убрал свои руки от лица и посмотрел в такие родные глаза. Темноволосый тоже смотрел на Азирафаэля неотрывно. В один момент они начали одновременно смеяться, потому что абсурдность ситуации достигла предела. — Ах, ангел, надеюсь это был последний раз, когда они вползли в нашу жизнь, – Кроули, всё еще посмеиваясь, провёл рукой по своим волосам, чтобы убрать выбившуюся прядь. Азирафаэль резко перестал смеяться и слегка ошарашенно посмотрел на второго. — Ты сказал, в нашу жизнь? — Эм, ну, да. В нашу. В чью же еще, – демон нервно потёр ладонь о ладонь и вздохнул. – Ангел, я хочу тебе кое-что сказать, что хотел сделать ещё очень давно. Подходящего момента не было, или что-то типа того. Неважно. В общем, Азирафаэль..– Кроули снова начал зрительный контакт, — ох, не знал я, что это так сложно. Что ж, я..– но тут Азирафаэль взял его руки в свои и начал успокаивающе гладить каждую ладонь, пройдя от запястья до подушечек пальцев, будто говоря «всё хорошо, я с тобой». Кроули почувствовал, как руки перестали нервно подрагивать, и горячие ладони ангела будто обволокли его полностью своим теплом. Да, стало легче, но собственное сердце не перестало биться менее учащённо. — Ладно, хорошо, я скажу. Азирафаэль, я люблю тебя. Во всех смыслах этого слова. Я люблю всего тебя — твои глаза, твой стиль, твою лавку, твои волосы, твой голос, все твои недостатки, которые ты считаешь нехорошими. Я люблю всё, что с тобой связано, и даже когда ты перекрасил мою Бентли в тот противный жёлтый, я, признаюсь честно, ещё некоторое время не хотел возвращать ей прежний цвет. Я..ох черт, мне нечего больше добавить. Только то, что я хочу провести всё свое отведённое время с тобой и никогда не оставлять тебя одного. Кроули внимательно наблюдал за реакцией ангела, который, в свою очередь, очень глупо, но мило улыбался. Любой бы прохожий сказал, что он сейчас счастлив, и он бы не соврал. Азирафаэль был самым счастливым ангелом в мире, который наконец-то смог обрести свою любовь, которая была рядом с ним очень долгое время. Он так резко накинулся на демона, что они оба чуть не упали. Ангел сидел на коленях второго, обнимая того всем своим телом. Он опустил свою голову на плечо Кроули и вдохнул его запах. Такой родной и приятный одеколон одурманил всё сознание ангела, заставляя того еще сильнее улыбаться. — Кроули, мой дорогой, любимый Кроули. Я тоже люблю тебя, люблю как никогда не любил ничего в этом мире. Демон наконец отошёл от лёгкого шока и обвил руками спину своего ангела, нежно сжимая его тело. Он чувствовал его пульс, который со временем стал синхронным с собственным. Сейчас они были самим воплощением любви и всех чувств, которые можно вложить в это слово. Для них сейчас не было ничего и никого — ни Рая, ни Ада, ни Земли, ни людей. Только они. И большего для их счастья им и не нужно. Спустя некоторое время Азирафаэль ослабил хватку и немного отодвинулся, но всё же продолжал сидеть на коленях демона. Они снова смотрели друг на друга и были в лёгком опьянении от того, что случилось за последние несколько часов. Так бы и продолжались их гляделки, если бы Кроули наконец не сделал то, что хотел намного больше самого признания. Он сделал то, что не удавалось сделать на протяжении шести тысячелетий. Кроули запустил свои пальцы в мягкие волосы ангела, гладя сначала их, потом спускаясь ниже на скулу, обводя её очертания, потом ещё ниже на щёку, и, наконец, на губы. Он провел большим пальцем по нижней, внимательно наблюдая за реакцией Азирафаэля. Тот, к слову, замер и ничего не предпринимал, кроме того, что поддавался ласкам демона. Кроули осторожно надавил на пухлую, чуть покусанную самим ангелом губу и приоткрыл его рот настолько, что стало видно часть верхнего ряда белых ровных зубов. Спуская палец еще ниже на округлый подбородок, он стал придвигаться к лицу ангела, прикрывая свои глаза. И наконец, первое касание губ о губы. Оно неуверенное, лёгкое, будто пробное. Второй раз был более долгим, приятным, но не менее волнительным. В третий подход Азирафаэль уже не так робко смыкал и размыкал рот. Но он всё еще не брал на себя инициативу, оставляя такую возможность Кроули, который, в свою очередь, очень был этому рад. Он сминал губы второго в своих как зефир. Да, это сравнение сюда более чем подходит. Кроули считал, что губы ангела похожи на зефир внешне, теперь уже на ощупь, и на вкус они были со сладким послевкусием. Он не знал, с чем это связано, но ему это нравилось. Они целовали друг друга впервые. Но это им не мешало. Ни один не мог оторваться от другого, сделать хотя бы маленькую передышку. Оба думали, что сейчас кто-то может им помешать, и как только они остановятся, то никогда уже не смогут попробовать снова. И этим разрушителем всего стал воздух, которого стало не хватать внутри каждого. Им пришлось разорвать поцелуй, но лишь для того, чтобы снова слиться в нём ещё активнее, чем в предыдущий раз. Показалось, что в комнате стало жарко. Или это только наши влюблённые испытывали жар. Тем не менее, желание хотя бы расстегнуть рубашку возрастало с каждой секундой. Запыхавшись, Кроули снова отпрянул от Азирафаэля. — Ангел, я так не могу, – он посмотрел замутнённым взглядом в небесно голубые глаза напротив, которые сейчас имели глубокий лазурный оттенок, – Есть другое место для этого занятия. Естественно, Азирафаэль понял, о чём пойдёт речь. О том, что он только по наслышке знает, что приятно и доставляет удовольствие. На практике он даже не думал, что когда-нибудь будет таким заниматься, да ещё и с кем. Он не успел ничего сказать, как демон резко вскочил, и, взяв ладонь ангела в свою, переплёл их пальцы между собой и повёл в одну из комнат. *** Их переплетала страсть во всём – движениях, касаниях, быстрых поцелуях куда попало. Это был не просто секс, это было намного чувственнее, нежели у людей. Это было то, что не положено таким существам как они. Никто никогда не проверял, что будет, если демон и ангел сойдутся в физической близости. В Библии об этом и слова нет, в фантазийный книгах на Земле Азирафаэль о таком не читал. Да, когда нибудь он сознается Кроули, что хотел найти об этом информацию, и что он просто напросто об этом задумывался, но сейчас не об этом. — К-кроули, я, мм, я больше не могу, Кроули.. – ангел извивался под ним, обхватив его бёдра своими ногами. Азирафаэль запрокинул голову назад и выгнул позвоночник вверх. Он не знал, как ему приятнее, да и вообще не знал, как это происходит в действительности, но, сделав эти движения, каждый толчок демона стал ощущаться намного глубже. Это вызвало ещё один протяжный стон из его уст. — Твою ж..блять, ангел, – Кроули будто одурманивали любые звуки, которые исходили от Азирафаэля. Он как демон был готов записать их на диктофон и слушать в любое свободное время, которого у него было с лихвой. Хм, хорошая идея, когда-нибудь он над этим задумается. В комнате появилось яркое свечение, от чего почти все предметы интерьера, окрашенные в чёрный, стали сверкать белоснежным. Это была вспышка, которая озарила всё вокруг, даже некоторые части улицы через закрытые шторами окна. Это было приятное чувство окрылённости, которое чувствовали оба. Ну а кто-то буквально. Кроули обессиленно рухнул на кровать, понимая, что под ним находится что-то, точно не напоминавшее подушку, но настолько мягкое и приятное, что тот находился будто в облаке. Он открыл глаза и моментально поморщился от свечения рядом, которое не рассеялось, нежели предыдущее. — Твою мать, – демон уже с широко распахнутыми глазами смотрел на Азирафаэля, который с восторгом смотрел себе за спину. Оказалось, что он лежал на ангельских крыльях, которые были просто огромны. Они превосходили свои прошлые размеры и выглядели просто великолепно. Каждое пёрышко ладно прилегало к другому, и так до бесконечности. — Кроули, ты только посмотри на это! – Азирафаэль вертел головой то за одно плечо, то за другое. Его восторг можно было сравнить с восторгом малолетнего ребенка, который получил заветную игрушку на день рождения. Демон так же заворожённо смотрел на сие, не понимая как это могло произойти. От обычного секса появляется вот такое? А, точно, не обычного. Так что это должно быть не удивительно в их случае. — Потрогай их! Они такие..вау. Кроули осторожно положил руку на оперение и провёл сверху вниз. Последний раз он трогал крылья, только когда сам был ангелом. И он не мог тогда себе представить, что это так приятно. Крылья были пушистыми, и каждое пёрышко по отдельности было мягким, что заставляло сердце Кроули трепетать, а руки нежно и осторожно поглаживать их – белые и воздушные, но одновременно такие сильные и могучие. О да, если представить, насколько быстро Азирафаэль сможет разогнаться на них, парить в небе подобно птице и осматривать весь Лондон, будто он игрушечный — глаза начинали загораться озорным огоньком. Кроули хотел когда-нибудь это повторить, чтобы они вместе могли рассекать воздух, рисуя разные узоры в полёте… — Они прелестные, — наконец выдохнул демон, отвлекаясь от своих мыслей. На лице Азирафаэля возникла его чудесная, неземная улыбка, и будто бы сразу же ему в голову пришла какая-то идея. — Ложись сюда, — ангел показал на место рядом с ним. Кроули лёг, осторожно обнимая его, чтобы не задеть какое-нибудь чувствительное место. Азирафаэль обернул крылья вокруг них, накрывая их обоих будто лёгким, тёплым одеялом. — Как же хорошо, ангел, — выдохнул Кроули, зарываясь носом в шею любимого, который медленно поглаживал того по плечам. — Потому что ты лежишь на мягких крыльях? — улыбнувшись, спросил ангел. — Потому что я лежу на твоих мягких крыльях. Да и просто потому, что лежу рядом с тобой, — ответил демон. — Я чувствую то же самое. Лёгкость, умиротворение. Счастье. — И я тоже, как ни странно, — произнёс Кроули. — Мне вспоминается наша первая встреча. Азирафаэль посмотрел на него. — Тогда, когда ты ещё... творил Вселенную? — Да. Тогда, когда я ещё был ангелом. У меня были крылья, такие же, как у тебя. У Кроули дрогнула бровь. Азирафаэль, внимательно на него глядя, не мог этого не заметить. Он знал, что для демона это не очень неприятная и трепетная тема, поэтому они старались не обсуждать её без какой-либо на то причине. Ангел вздохнул и переместил руку на то место, где у второго начиналось основание крыльев. — У тебя и сейчас они есть. Чёрные, красивые. Думаешь, я не помню? Кроули молчал. После падения его крылья потемнели и стали будто бы жёсткими, оборванными и растрёпанными. Но, однако, он помнил день, когда должен был настать конец света. Тогда его крылья были не хуже ангельских, отличаясь только цветом. Очевидно, Азирафаэль тоже это помнил. Демон ухмыльнулся. Что ж, а ведь теперь они могут помериться крыльями. Осталось понять и проверить, появляются ли они по такому же принципу, как у Азирафаэля. — Ангел... *** — Вы были правы, когда предложили устроить эту проверку, – один из агентов, скрестя руки на груди, смотрел куда-то вдаль. — С чего же? Не ты ли говорил, что это был никому ненужный порыв, на который мы лишь зря потратили свои силы? – второй агент приподнял бровь, с легкой насмешкой смотря туда же, куда и первый. — Ну, ладно, было такое, – ангел сдвинулся с места, разворачиваясь лицом к своему коллеге. — Как я и говорил, всё-таки им это было нужно. — А мы действительно кому-то помогли. — Выполнили свой прямой приказ Сверху, – мужчина показал пальцем в потолок. — Да, вы опять правы. Эх, как же им повезло, – первый вздохнул. — С чего это ты стал таким сентиментальным? — Да ни с чего. Просто понял, что судьба любит делать исключения. The End.