Это не те Поттеры...

      — А тебя здесь нет! — воскликнул Гарри, внимательно изучив нижнюю часть дерева, относящуюся к нашему времени.       — Я вот где был. — Сириус показал на маленькое круглое обугленное отверстие в ткани, точно прожженное сигаретой. — Моя дорогая мамаша меня отсюда выжгла, когда я сбежал из дому. Кикимер очень любит про это тихонечко бормотать.       — Ты сбежал из дому?       — Да, в шестнадцать лет, — ответил Сириус. — Решил, что с меня хватит.       — И куда ты отправился? — спросил Гарри, глядя на него во все глаза.       — К твоему отцу, — сказал Сириус. — Твои дед и бабка проявили себя с самой лучшей стороны. Приняли меня как родного сына. Школьные каникулы я провел у них, а когда мне стукнуло семнадцать, заимел собственное жилье. Мой дядя Альфард оставил мне приличное завещание — потому-то, наверно, его тоже убрали с этого гобелена. Так или иначе, с тех пор я сам о себе заботился. Но на воскресном обеде у мистера и миссис Поттер я всегда был желанным гостем.       Гарри изучающе смотрел на гобелен Блэков и заметил на нём некоего Карлуса Поттера, связанного родством с Дореей Блэк. От них отходила одна ветка к какому-то мужчине, по имени…       Хэлси Поттер, 1944-1976.       — Карлус, Дорея и Хэлси Поттер, значит? А жена или дети у него были? — спросил Гарри.       — Как видишь, не было. Что, рассчитывал найти Джеймса? — спросил Сириус.       — Нет, не очень.       — Даже не старайся его тут находить. В 1920 году Поттеров не вписали в список Священных двадцати восьми. Так уж получилось, что тебе не повезло с прадедушкой, в честь которого тебя назвали. Когда Гриндевальд в 1914 году спровоцировал Первую мировую войну, наложив Империус на какого-то сербского маггла, твой прадедушка Генрих Поттер был первым, кто с трибун Визенгамота предложил пойти на войну против самого Гриндевальда, и тогда тогдашний глава рода Блэк, он же тогдашний директор Хогвартса, Финеас Найджелус Блэк объявил Генриха Поттера осквернителем рода Поттеров. По той же самой причине ты не увидишь на этом гобелене и кого-нибудь из Уизли. Моя тётя Седрелла после победы над Гриндевальдом вышла замуж за Септимуса Уизли, отца Артура, а Уизли считаются предателями крови за то, что они высказывали идеи, отличные от идей Гриндевальда.       — Вот оно как, значит?       — Ага. Кроме того, как видишь, эти Поттеры не прямые предки Джеймса, равно как и не твои. Даже если бы твои предки по отцу вдруг стали супругами кого-то из урождённых Блэк, Джеймса бы выжгли из этого гобелена за брак с магглорожденной, но ветвь, ведшая к нему, появилась бы.       — А что стало с сыном Карлуса и Дореи? У него ж ни жены, ни детей…       — В общем, так получилось…       — Что получилось, Сириус? — спросил Гарри.       — Хэлси Поттер принадлежит к тем людям, которых твоё поколение в настоящее время называет метким словом «гей», — признался Сириус.       — В смысле гей? — спросил Гарри. — Неужели…       — Увы. Парнем Хэлси Поттера был Корбэн Яксли.