Никогда. Больше никогда

Начало ноября. Было, когда я его похоронила. Приехав в морг, мне даже не удалось его узнать. Форма лица исправлена за счет отеков, килограммовый грим, необычные для меня румяна, вернее розоватые подтеки, имеющие свой исток от носогубных складок до бледных и впалых щек. -Эт..это не он! Медбрат, или кто он там, уставился на меня с выпученными глазами. Пытаясь не залить слезами его, и все здание в целом, я с "интересом" разглядывала бирки, что притащила мне группа практикантов, перепугавшись не меньше, чем их "образованный" руководитель, в качестве доказательств. -Вы-его жена. Верно? Я коротко кивнула, не заметив, как к биркам присоединились учётные записи в журналах. Это же мой муж? Пришлось с трудом поверить. Всё равно сквозь слезы не видно.

***

Мы ехали на кладбище. Я, которая должна была выплакать все ещё два дня назад, моя любимая свекровь, и его брат. На какое-то время в моей голове никак не всплывало его имя, в прочем, это было не важно. Я не помнила почти ничего, но, чтобы отвлечься, считала машины, ехавшие за нами. Похоронный кортеж насчитывал больше двадцати машин. Родственники, верные друзья, коллеги, и те, кому мой любимый остался в памяти. Эх, Димочка, куда ты столько понабрал-то? Подъезжая, кто-то из рядом сидящих попросил меня вести себя сдержаннее. Как можно так легко об этом говорить? Они даже не знают, что такое горе! А, да, не подумала. В тот момент, надо признаться, я не думала вообще. В голове был туман от выпитого алкоголя, хотя он этого не любил, но сейчас понять должен, просто должен, недосыпа, и слез. Выйди замуж по любви и страдай Выходя из машины пришлось нацепить более спокойную гримасу. На самом деле, это было выражение временной паузы многочисленных истерик. Или нового проявления алкоголизма. Всё может быть. Сил плакать практически не осталось. Начали парковаться остальные. Из машин, словно муравьи с "черными попками" вылезали люди, лица многих мне не были даже знакомы. А я его жена! Первая и единственная! Только после нелепых похлопываний по плечам, прижиманиям к себе и дежурных соболезнований до меня дошло: вдова. Слово ужалило меня, словно острая игла. Губы задрожали, но никто этого и не заметил. И без этого мои эмоции были достаточно яркими. Возможно, даже слишком. Каждый был занят личным горем. У кого-то ушел брат, с которым в детстве приходилось делать уроки, а у других сын, надежный товарищ, опытный специалист и даже просто добродушный человек. Признаться честно, мне крайне грустно, что именно в этот момент узнала Диму другим человеком. При жизни такого никто не скажет. Может и ценят, но не выражают этого. А теперь вот... Самой процессии я не запомнила. Кто-то толкнул очередную речь. Я стояла в самом центре, перед вырытой ямой, трясущимися руками держала свечку. Чеё-то голос окликнул меня. -Ты как? Мне даже не пришлось отводить взглядма от горы свежей земли. От меня уже никто ничего не ждал. -Попрощаешься?

***

Меня на ватных ногах подвели к гробу. Как бы в морге не пытались, его лицо все равно было и белым, и синим, и покрылось пятнами. Быстро. Страшно. Бескровно. Как положено, мои губы коснулись венчика на его лбу. Не могу поверить. Я больше никогда его не увижу. Он больше никогда меня не поцелует. Дима никогда больше не подарит мне цветы, не приготовит на кухне мой любимый пирог, не осчастливит меня своей улыбкой. Никогда. Больше никогда. Хочу проснуться от этого кошмара, но не могу. -Я люблю тебя...Всегда любила Мой шепот тихий, предназначенный только ему. Моему любимому мальчику. Моему Димочке, только моему.

***

Кому-то пришлось силой тащить меня в угол, к темной оградке. Я чего-то натворила? Мой слух навострился. Всё это время рядом с нашей группой ревела ещё одна барышня. Кричала даже громче, чем я. Уловила из толпы эти звуки я только сейчас. Кем она приходиться? Неужели она с нами? Оплакивает...его? Я обошла с другой стороны, все были заняты прощанием с покойным, так что мои действия не обрели лишних свидетелей. -Девушка? Сдернув с щек лишнюю жидкость, неопрятная блондинка повернулась ко мне. -Вы что-то хотели? -Ему..вы...-мне не удалось нормально сформировать фразу -Простите,-она откашлялась,-я не с вами. Понимаете, мне пришлось не так давно похоронить свою маму. Сначала я подумала, что девушка продолжит свой рассказ, но её глаза лишь вопросительно захлопали, вынуждая меня в очередной раз пробубнить нечто неразборчивое и вернуться к остальным.

***

Наша дочь ещё не знает. Моя добрая душа пыталась сохранить нежную детскую психику, так что бедной девочке, которой лишь недавно исполнилось девять лет, прошлось слоняться по бабушкам и моим неравнодушным подругам. Что ей сказать? Как? Я удаляюсь, не в силах это терпеть. Моё место с ней, только ради неё я ещё живу.