Зов крови

Восемнадцатое лето моей жизни могло начаться как обычно, но жизнь любит играть с нами и порой из обычной шутки превращать все в жестокие сюжеты хоррора или триллера. Все началось с того, что в мои семнадцать я узнала о том, как меня удочерила семья Пьясон. Не могу сказать, что от этого я стала любить их меньше, но признаюсь честно, грусть заполнила мое сердце с полна. Учитывая обстоятельства, о которых я расскажу чуть позже, это было не самое радужное событие за последнее время моего существования. Потеря близкой подруги, разбитое сердце, все это словно снежный ком навалилось на меня прямо перед моим совершеннолетием. Еще и эти странные сны. Сновидения еще с самого детства я страдала от кошмаров, многие врачи говорили, что это спровоцировано, глубокой душевной травмой, так как я бы чужим ребенком мои нынешние опекуны не могли знать в следствии чего мое воображение каждый раз провоцировало все те же жуткие образы. Но к десяти годам мы нашли способ избавиться от ночных кошмаров. Вся семья ликовала и по настоящему, радовалась за своего казалось бы настоящего ребенка. Конечно ведь Изольда и Реймс Пьясо, вкладывали в меня огромную любовь и все свои средства. Я была их единственным ребенком и остаюсь им. А все из-за того что в молодости Изольде диагностировали аномалию матки при которой не возможно выносить ребенка, возможно они могли рискнуть и продолжить потомство и родословную семьи Пьясо, но Реймс был без ума от Изольды и очень дорожил ей, лез из кожи вон ради ее улыбки. И я прекрасно понимаю его. Изольда подобна маленькому котенку, не высокая худощавая девушка с мягкими чертами лица. Тонкая талия, не здоровая худоба подчеркивала ее бледная кожа и добавляла аристократичности. Маленькое личико с большими сероватыми глазами, курносым носиком и по детски наивной улыбкой, не могла не улыбнуться любому прохожему и это делало ее любимей всего дома Пьясо. Ее русые волосы длинною с плечи, собранные в хвост, обнажали длинную шею и хрупкие плечи, которые всегда вздрагивали от испуга или грусти, внезапно настигающие их хозяйку. Кого же им было бы тащить на себе тяжелый груз недовольство озлобленных людей. Она бы погибла без любви и заботы Реймса. Словно рыцарь он всегда был рядом с ней заботливый понимающий, но только с ней. Реймс не мог позволить ей ощутить жестокость этого мира. Будучи еще молодым, его отправили в Авганистан, служба оставила сильный отпечаток на его сердце и душе, который со временем был залечен его второй половинкой. Изольда и Реймс познакомились на приеме в доме Измо, отец Изольды был дипломатом. В тот день его пригласили на прием по случаю предстоящих переговоров с вражеской территорией. Тогда он и ощутил тепло разливающееся по телу и медленно заполняющее его сердце и душу и понял, что это чистое и искреннее чувство должно остаться с н м на всегда. И он добился своего. Стоит признать, что Реймс был еще тем казановой, ведь его темные глаза сводили сумма всю Европу каждая девушка мечтала оказаться в объятия молодого старшего лейтенанта. Крепкие мужские руки обнимали множество женских тел, но искренно любили лишь одну именно ей и достался первый поцелуй персиковых губ и розовый румянец смущенного лейтенанта. Смуглый, высокий всегда готовый закатить рукава рубашки и ринутся в бой ради любимой, был ее единственным и любимым кареглазым мужчиной. Смотря в эти глаза, она видела их совместное счастливое будущее, но счастье длилось не долго поле, трех не удавшихся попыток завести ребенка, Изольда впала в депрессию. На этом все не закончилось Реймс был вынужден отправится на службу в Ирак. В тот момент юная девушка решила, что не способность создать семью и выполнить свой материнский долг, только разрушит их любовь и не о каком совместном будущем не может идти никакой речи. После двух неудачных попыток Изольду отправили в специальный центр для душевно больных, где она провела пол года пока не вернулся Реймс. С возращением он привез собой и предложение о том как можно спасти ребенка подарив ему семью. Но на самом деле больше всего он хотел спасти своего хрупкого и ранимого котенка. Им двигала, исключительно любовь или одержимость смешанная с отчаяньем, ведь узнав о попытки самоубийства Изольды, он словно свихнулся, помешался на возвращении домой и способе избавить ее от недуга, который так мешал завести им общего ребенка. Но и в тоже время он понимал весь риск и был даже рад, что все врачи умоляли отказаться от зачатия ребенка. Именно в тот момент он посетил детский госпиталь в Ираке где были и румынские дети плененные турками. Больше всего ему приглянулась истощенная белокурая девчушка, она напомнила ему о его возлюбленной, которой ему так не хватало… Каждый день он навещал девочку, но с каждым днем ее состояние только ухудшалось. Что бы задобрить молчунью. Он приносил с собой турецкие сладости. Но так и не смог расположить ее к себе, через неделю девочке диагностировали пневмонию и она умерла. Так сказала старшая сестра. Реймс умолял сестру дать попрощаться с ребенком, риск заражения был велик и он знал об этом, но ему не давала покоя внезапная смерть малышки пускай она и была хрупкой и слабой, но тем не менее, только у нее был данный недуг. Войдя в плату Реймс присел возле потрепанной и грязной детской кроватки и взялся за ручку ребенка, после чего услышал истошный еле живой детский плачь. Тогда он понял, что это судьба, теперь это его ребенок. Детский крик услышали все сестры госпиталя и посчитали, что это божье благословение, не как иначе. В ту холодную ночь под яркой луной освещающей турецкий госпиталь с пленными детьми я обрела имя Лилит. Что значит луна. Лунная девочка. Он забрал меня сразу, но мама появилась у меня только к третьему году жизни из-за истощения, все думали что мне от силы год и я не протяну и месяца. Но меня выхаживали лучшие турецкие врачи, после чего отец забрал меня в данию где я обрела полноценную семью. Меня очень любили выхаживали, так как боялись потерять, они знали что я единственный билет в их счастливое будущее… Шли годы я росла и появлялись новые поводы для грусти, первым стали проблемы с моим здоровьем. Кошмары. Отец всегда связывал их с войной, но я об этом не знала до того момента пока была юной с пяти лет мены начали отправлять к лучным психологам, терапевтам и неврологам, но все разводили руками и уверяли, что это обычные кошмары спровоцированные негативным опытом моего юного возраста либо бурным воображением. Что для моего возраста является нормой. В какой то момент сновидения стали на столько яркими, что я престала различать реальность и сон. Появился лунатизм от него удалось избавится к семи годам. Родители даже прибегали к гипнозу, и это по истине удивительно люди обладающие данной методикой даже смогли узнать, что чаще всего мне снится. Ведь так я ничего не помнила. Сны были почти одни и те же где моих родителей съедали страшные кровожадные монстры либо сгорал дом. К десяти годам мы переехали в Англию. До этого момента я обучалась дома с личной гувернанткой. В Англии мне пришлось перейти в специальный пансион где учились дети гос. Служащих, священников и военных. Там я завела первых друзей. В шестнадцатом году своей жизни мы переехали в Румынию где начались новые знакомства и кошмарные сны. Скоро экзамены, потом поступление это пугает любого школьника, лишь одна мысль о не сдаче экзамена заставляет сжаться и пустить пот любого даже человека который не любит учится и не хочет тратить время за тетрадями и учебниками растрачивая свое время на зубрежку и бесполезную писанину. Лучшее время для молодежи это уйти в отрыв или забыться с бутылочкой игристого. И честно признаться я их прекрасно понимаю, но так было не всегда в пансионе я общалась исключительно с детьми, которые часто посещали наш дом в связи с теми или иными событиями это были дети влиятельных людей и не дружить с ними было не возможно. Так же как и не быть игрушкой этих детей. Среди этих детей я была белой вороной, моя внешность разительно отличалась от их стандартов. Рыжеволосая кудрявая девчонка с бледно розовой, почти фарфоровой кожей не похожая на этих детей своей болезненной бледностью стала поводом для насмешек и оскорблений. — Смерть идет, смотри не то утащит, в ад. Будешь такой же красный как ее волосы. Ах-ха-аха. Детский до жути злобный смех. — РЕБЕНОК АДА. — будешь моей куклой, я куплю тебе сотню, мм нет тысячу нарядов и кукольный дом. Пха-ха-пхааха. За пределами школы дальше подножки или порванного платья во время приема не доходило. Поэтому для всех я была просто неряха или неуклюжая. Мама часто расстраивалась, что я спотыкаюсь и приобретаю новые шишки или синяки. Про платья она никогда не беспокоилась. Наоборот радовалась, предстоящей покупке. Для нее мои длинные волосы были словно самый дорогой шелк, собирая их в косу она бережно расчесывала. Всегда вплетая ленточку подходящую под форму или новое платье либо бант. Но домой я возвращалась без него… Один раз отец решил навестить меня в школе и забрать самостоятельно, то что ему довелось увидеть спровоцировало конфликт в родительском комитете. Снова в наш дом пришла новая гувернантка. Переезд принес мне новую школу новых друзей, я влюбилась, у меня появилась лучшая подруга. Тома, красивая смуглая девчонка, у нее были короткие, кудрявые волосы похожие на молочный шоколад и мягкие как пуховая подушка. Она была не высокой и очень проворной во всех смыслах, маленькая и быстрая как мышка. Наша дружба длинною в два года останется со мной на всегда. Мы познакомились на спортивной площадке, в тот день было яркое и очень горячее солнце. Я сидела на скамейке и читала «горе от ума», когда в меня прилетел мяч, а следом его хозяйка крича — Эй зануда, мячик подай. Ты че померла там? Не слышишь? — пфф, вот. И тебе здрасте, спасибо что не дитя ада. — эй ты в порядке? Сильно досталось? ты прости конечно, погорячилась ну просто знаешь соревнования, все дела главное жива, мяч я забираю, а ты в другом месте свою ерунду почитай. Давай бывай — это вообще-то Грибоедов — А, че? Ты это поменьше грибов ешь, а ладно. Я пошла, удачи тебе грибок. Так себе знакомство не правда ли? Но с тех пор мы были везде вместе и когда мои чувства были растоптаны именно это человек встретил со мной новый год и поддержал меня, только вот я не справилась с ролью лучшей подруги и не смогла спасти ее. В тот день нас позвали в соседний городок где была речка. Возле которой стоял особняк Байоносов. Парень решил закатить лучшую вечеринку в этом квартале, там собралась вся школа и не только людей действительно было много. Тема вечера была бал маскарад, неотъемлемой частью была маска на лице костюм не обязательно. За такой атрибут ты получаешь доступ ко входу в дом, алкоголь, музыка, игры все в твоем распоряжении. Только пускай на лице будет маска. В тот день я чувствовала себя не очень, ведь буквально за месяц до этой ночи мне стали сниться кошмары сначала все начиналось как обычно, размытые картинки кошмаров, которые на утро стирались с памяти, оставляя только синяки на лице. В знак памяти о не удавшейся ночи. Родители снова стали предлагать снотворные, первое время я отказывалась, но когда за ночь могло прийти больше пяти сновидений, я стала принимать помощь от препаратов. Но даже так сны не купировались. Обычно мне снился один и тот же сюжет горящий дом или смерть близких людей. К этому можно было привыкнуть, и я почти справилась. Но иногда эти сны сопровождались более красочными деталями и голосами… Во сне кровавый монстр с длинными седыми волосами, не человеческим лицом и кровавыми глазами съедал Реймса и Изольду, предлагая попробовать их. Так же он мог разным способом лишить их жизни просто проткнуть когтями и достать внутренности или оторвать голову. Что бы он не делал он всегда говорил они сами виноваты, что выбрали тебя они забрали тебя, ЗаБрали. ЗАБРАЛИ ТеБяяя ЗАБРАЛИ ЗАБРАЛИ ЗАБРАААЛИ ТЕБЯяяяя. Все тот же сон, тот же огонь, те же маленькие руки создающие пламя… и тот же силуэт седого существа. Все это было не просто кошмаром, а вторым миром, в котором, монстром становилась я. Горящий дома снился чаще, но пугающим был не всегда, только когда спички были в моих руках. Я сжигала дом и сгорала в огне сама. Рыжие волосы съедал огонь, а после бледное тело покрывалось языками пламени и закрывало глаза словно наслаждаясь эти, но не умирало. Каждый раз открывала глаза и кричала, о боли уже с кровавыми глазами как у того монстра. Последнее время в этом сне я звала одно и тоже имя, но не могла его запомнить. Это имя было как молитва о спасении, но зачем звать на помощь если сам себя сжигаешь заживо?.. Эти сны не давали мне покоя, пока мне не стали сниться другие монстры. Теперь они звали меня к себе и называли проРОДИТЕЛЕМ, они преклонялись перед мной и просили вернуться и никогда не бросать их. Позади меня всегда был седовласый монстр, который шептал мне на ухо какие то слова на румынскос. А после мне снились кровавые тела и шепот — ЭТО ВСЕ ТЫ Мамаа. ТЫ… ТЫ …ЭТО тыыы… ТЫЫЫЫ УБИИИЛАА НАССС МАМА. Кровавые тела всегда тянули руки в мою сторону словно становились живыми. Они хватали меня за руки и ноги и пачкали в крови… В ту ночь мне снился особенный кошмар, монстр которого я всегда видела в своих, кошмарах гладил ребенка сидящего у него на руках. Маленькая кареглазая девочка с рыжими волосами лет пяти. плакала и обнимала окровавленную рубашку серого цвета, ее глаза были опухшими на столько, что еле открывались. Тогда она подняла взгляд на седого парнишку лет шестнадцати. Бледный как смерть но радостный как самое теплое солнце, его голубые глаза наполненные любовью были направленны на маленькую девочку. Пухлые губы дарили свободу белым зубам, обнажая их в подобие улыбки или оскала? Тонкие пальцы играли с кудряшками. Он слушал девочку, она просила прощение, она не хотела так поступать. И он это знал. Знал что у этого дитя самое доброе сердце и самые чистые помыслы, другие взгляды на жизнь. Ему было жаль это юное создание. Парень молча обнимает, и вдруг рыжие волосы теряют свой яркий цвет, тускнеют. Проступает седина, медленно отнимая яркие краски, волосы становятся белоснежными, как самый первый снег, самый чистый снег… Глаза краснеют и наполняются гневом проступают вены, а следом красные капли-кровавые слезы. Выронив рубашку девочка выпускает когти, крик оглушительный, это крик отчаянья и боли… Юноша продолжает обнимать девочку, закрыв глаза он что-то шепчет ей на ушко, но на губах застывает улыбка и капля человеческой слезы, его белые ресницы подрагивают, а после замирают. За мгновение от юного мальчика остается только грустная улыбка, а тело приобретает старческий вид, падая замертво. В руках дитя находится комочек чего-то живого, бьющегося. Подобно рыбке покинувшей свой мир и не знающей как дышать на суше, в руках дитя билось сердце, с него стекала густая, вязкая жижа, алого цвета. Не золотая рыбка, а сердце. Сердце этого бездыханного тела. Не переставая плакать девочка начинает есть сердце, густая жижа обволакивает хрупкие руки теперь они в крови, теперь она монстер. Теперь монстером стала я. Девочка склоняется над телом старика обретая прежний внешний вид, только кровавые детские руки напоминают о преступлении. — прости Кай. Так было нужно. — девочка целует старика в лоб — твое время пришло, я уже жду. Найди меня Кай. Такие сны не могут быть вещими я не убийца. Но теперь я запомнила подробности. Кай, его звали, Кай. — проснувшись в поту я не смогла найти снотворное и услышала беспокойные шаги, это была мама. Она всегда переживала за меня. К детстве, когда мне снились кошмары, я шла к ней и лучшим успокоительным тех времен были ее теплые объятия и посапывание отца. Шаги затихли, она так и не решилась зайти в комнату в надежде, что я снова усну и в этот раз смогу увидеть добрую сказку, а не кошмар. Порыскав в прикроватной тумбочке я нащупала знакомый пузырек, отсыпав горсть таблеток принялась проталкивать их путем проглатывания слюны. Воды рядом не оказалось, идти за ней это убедить родителей в том что кошмары вернулись. Сейчас этого не хотелось делать. Ведь следом путешествие не по выбору вуза, а по подбору психотерапевта и новых препаратов, которые смогли бы избавить, от страшных снов. Утром я решила сделать вид что еще сплю и не ответила на стук Реймса. Перед работой он всегда заходил в мою комнату, после стука подходил и дарил поцелуй. Так он желал хорошего дня и напоминал о своей любви. Новый день новые заботы, подойдя к зеркалу я собрала кудри в хвост, толку от длинных волос, если каждый раз ты собираешь их. Но подстричь значит лишить себя привилегии над разнообразием причесок, которые сможет сделать Изольда. Приняв душ на втором этаже, я накинула шелковую накидку и домашний сарафан. Отправилась на кухню где уже во всю стоял запах свежих блинчиков и меда с чаем. Признаться что, что но еда мамы всегда была потрясающей. Готовила она восхитительно, что не скажешь о Реймсе, но этим они друг друга и дополняли, но съедал. Она готовила. Изольда приготовила пару нарядов и не могула дождаться когда же я примерю, выбранную ею одежду на предстоящий бал. Да я и сама была н против развлечься и красиво нарядить, чего не делала со времен обучения в пансионе. На выбор был изумрудный костюм в брючном стиле, но я знала что это запасной вариант. Первым на очереди было белое платье с открытой спиной и красной вышивкой, камни рассыпанные по всему подолу переливались под яркими лучами солнца. К ним Изольда подготовила замшевые лодочки черного цвета и свое любимое колье с рубином. Которое ей подарил Реймс во время медового месяца. Другие наряды были благополучно убраны после первой примерки, время близилось к вечеру, Реймс возвращался поздно, встречи с послами, переговоры и беседы с высшем обществом изрядно утомляли но без этого не куда. Изольда помогла застегнуть платье и утянуть его в талии, а после надела колье и достала коробку. Черная коробочка не большого размера с подписью любимой лисичке, так называл меня только Реймс. Лисица, лисенок, лиса, все это было связанно с моим характером и цветом волос «Хитрая и проворная, не пропадешь.» говорил он. — Ну что, красавица, готова покорять людские сердца? — улыбаясь сказала Изольда. — Всегда. — в ответ подарив улыбку сказала я принявшись распаковывать подарок. В коробке была маска, черного цвета с белыми вставками и красными камнями, которые в свою очередь образовывали слезы или их подобие. — Феерично, н правда ли? Папа умеет удивлять — Из-за была довольна и сразу начала примерять маску. Еще бы, ведь с ее помощь был выбран подарок. Она любила наряжаться и наряжать меня. — Ну вот теперь, ты, точно готова, давай детка удачи. Надев серьги подходящие рубинам на колье и маске. Я принялась обуваться и торопиться к выходу где уже ожидала Тома и ее брат, именно он вызвался подвести нас. Всю дорогу мы слушали истории ее брата, о том какого быть молодым и тусоваться день и ночь. Как он отрывался будучи молодым и холостым парнем. Добравшись до нужного места бы поблагодарили Жерими и направились внутрь. Маштабы торжества и впрямь были не маленькие каждый присутствующий был в маске и костюме, многие словно средневековые герцогини и герцоги пришли посетить молодежь, некоторых людей можно было узнать сразу. Кого-то я даже не знала, но Томе это было даже по вкусу.